Непокорный трофей алого генерала

Надя Лахман

Непокорный трофей алого генерала

Глава

Название: Непокорный трофей алого генерала

Автор: Надя Лахман

Глава 1. Непокорный трофей

– Удел женщины – подчиняться мужчине, – голос мачехи ввинчивался в сознание, словно острый, ядовитый шип. – Если будешь хитрее, сможешь найти подход к алому генералу.

– И поэтому ты выбрала в качестве жертвенной овцы меня, а не свою родную дочь?

Рохана раздражённо звякнула браслетами, повелительным жестом велев служанкам удалиться.

– Ты забываешься, Амари. Был бы жив твой отец…

– Мой отец никогда не позволил бы отдать дочь захватчику в качестве рабыни.

– Я не стану говорить, что это твой долг. Ты всегда была непокорной, Имар слишком баловал тебя. Но прошу, подумай о своей младшей сестре! Малика слишком слаба, ей не выдержать рядом с этим… с ним.

В отражении зеркала я видела, как её всё ещё красивое лицо исказила болезненная гримаса, но она быстро взяла себя в руки. Даже подхватила с туалетного столика инкрустированный гребень и начала расчёсывать мои длинные чёрные волосы, чего не делала уже много лет.

– К тому же… Малика вчера вечером тайно сочеталась браком.

– Что?!

Я вскинула взгляд, не в силах поверить в услышанное. Она пошла даже на это, чтобы спасти свою дочь? Хотелось спросить: «А как же я?»

В сердце медленно проворачивался ржавый клинок, по новой разбередив старые раны. Отец женился на этой женщине сразу же после смерти моей матери, умершей в родах. Вскоре Рохана подарила ему ещё одну дочь, но меня так и не смогла полюбить, чётко проводя границу между своим и чужим.

Не удивлюсь, если через месяц Малика так же скоропалительно разведётся и даже останется чиста, не познав мужчину.

– За кого ты выдала её?

Мачеха проигнорировала мой вопрос, заставив напрячься. Что ещё она скрывает? Кто стал мужем моей сестры?

– Я знаю, что ты меня не любишь Амари, но позволь дать тебе материнский совет. Будь с варваром поласковее, не противься, и тогда он наиграется быстро и отпустит. А может, и вовсе даст тебе официальный статус. Подумай, какие возможности это открывает!

– О чём ты говоришь, Рохана? Я стану его наложницей, а не женой. Драконы женятся только на себе подобных, они ненавидят магов Востока, это известно всем.

– Наложницы тоже могут жить хорошо. А если постараешься и родишь ему сына, твоя жизнь изменится к лучшему.

Я невольно вздрогнула от подобной перспективы. Слишком хорошо знала, что происходит в гаремах, путь в которые мужчинам закрыт. Зависть, склоки, интриги, борьба за власть – лишь малая часть жизни, скрытой за высокими стенами.

Видимо, приняв мою задумчивость за согласие, мачеха продолжила, закалывая мне волосы сапфировыми заколками:

– Когда алый генерал со своими людьми прибудет во дворец, ты сделаешь всё, чтобы он выбрал тебя, и будешь исполнять любые его прихоти. Скажет раздеться догола и станцевать перед ним один из твоих танцев – станцуешь. Скажет лечь с ним в постель и раздвинуть ноги – раздвинешь. Главное, чтобы он остался доволен и не тронул никого из нас.

Я могла бы многое ей сказать, но промолчала – эта женщина знала, на какие болевые точки давить, и заранее решила мою участь. Отсюда и этот наряд кричащего цвета, и вызывающий макияж, и золотые украшения на шее, запястьях и в ушах, извлечённые по её приказу из фамильной сокровищницы. Меня выставляли как товар на прилавке, мимо которого не пройти.

Но… может ему всё же понравится другая девушка? А то, что алый генерал решил сделать своей игрушкой принцессу Санджара, и ради этого вторгся в наши земли, всего лишь нелепые слухи?

Зачем ему могла понадобиться я?

*****

В воздухе клубились восточные благовония из медных жаровен. Мраморный пол блестел, отражая золото солнечных лучей, проникающих сквозь ажурные решётки на окнах.

Вот уже час я стояла в шеренге знатных девушек, разодетых в разноцветные шелка и выставленных на всеобщее обозрение. Живое напоминание о том, что моя страна порабощена и уже никогда не будет прежней, отдавая своих дочерей на поругание захватчикам.

Рохана распорядилась, чтобы меня поставили первой, и теперь я буквально чувствовала взгляды, липнувшие со всех сторон: сочувствующие от женщин, раздевающие от чужих солдат. Алый генерал ещё не прибыл во дворец, даже этим демонстрируя свою власть над нами.

Чтобы хоть немного отвлечься, стала рассматривать замужних женщин, толпившихся у стены. Одним богам было известно, не захочет ли он отдать своим людям и их тоже, отняв у детей и мужей.

Взгляд выхватил знакомое лицо младшей сестры. Малика стояла у стены, отдельно от всех, пряча лицо и чёрные волосы за невзрачной полупрозрачной накидкой.

Без привычной подводки карамельных глаз, которыми она очень гордилась, и золотых украшений, она выглядела испуганной и бледной. Ей уже исполнилось восемнадцать – возраст, когда девушки традиционно выходили замуж и рожали своего первенца, но сейчас я дала бы ей не больше четырнадцати.

Сердце болезненно заныло: остановит ли это чужаков? Служанки шептались, что они делали с женщинами и девочками в захваченных городах страшные вещи.

– Склоните головы перед вашим новым повелителем, санджарцы, – раздался незнакомый рычащий голос, усиленный акустикой высоких расписных потолков. По тронному залу пронёсся полувздох полустон, рядом кто-то задушенно всхлипнул.

И стало абсолютно тихо.

Я и так стояла, держа спину ровно, но сейчас распрямилась до предела, как и подобает принцессе. И тут же почувствовала колкий взгляд, ввинчивающийся в затылок – не было сомнения, кому он принадлежал.

Со стороны входа в зал послышались шаги. Тяжёлые, уверенные, мужские. Их звук буквально раскалывал воздух, заставляя сердце стучать быстрее. Лишая дыхания. Забирая волю.

Пространство вокруг изменилось, напитываясь опасностью и древней, давящей силой, исходящей от него… Алого генерала.

Не человека.

Дракона.

Стук шагов раздавался всё громче. И чем ближе они приближались, тем шире распахивались мои глаза, в которых отражалось пламя сгорающих в войне городов.

Пожертвовать собой, чтобы спасти других. Добровольно стать шлюхой врага, пока не натешится. Может, отец был прав, когда говорил, что правители имеют куда меньше свободы, чем простые люди?

Обречённость душила, отдаваясь ударами барабанов в ушах. Перед внутренним взором плясали тёмные круги, и я вынуждена была опустить голову, пытаясь выбраться из пучины отчаяния. Не желая, чтобы кто-нибудь увидел мой страх.

И только потом поняла, что больше не слышу шагов, и подняла глаза, медленно скользя снизу вверх по начищенным до блеска высоким сапогам, мощным ногам в чёрных брюках и широкой груди, затянутой в алый генеральский мундир.

Я ожидала увидеть седого мужчину со шрамами, но ему было не больше тридцати – тридцати пяти. Лицо красивое, но какое-то хищное: с жёстким волевым подбородком, острыми скулами и сверкающими льдом глазами.

Это почему-то испугало сильнее всего.

– Ваша страна пала, – алый генерал не обращался ни к кому конкретному, но от его низкого голоса, в котором чувствовалась привычка повелевать, по спине пробежала дрожь. – Пограничные крепости разрушены. Те, кто посмел сопротивляться, мертвы… Все до единого.

Вымораживающий взгляд безошибочно нашёл советников отца во главе с Зарисом – смуглым, худощавым мужчиной с крючковатым носом: – Вы потеряли её потому, что не захотели бороться. А теперь я заберу самое дорогое, что у вас осталось. Сердце Санджара.

Он медленно двинулся вдоль ряда девушек, внимательно всматриваясь в их лица. Краем глаза я заметила, на лице Роханы досаду – генерал начал осмотр с противоположного конца шеренги, в которой я стояла.

Шаг. Ещё шаг.

Ладони вспотели от нервного напряжения, сердце колотилось где-то в области горла. Алый генерал был всё ближе. Мне казалось, я слышала, как девушки облегчённо выдыхают, когда он проходит мимо, так и не выбрав никого из них.

Пока не остановился напротив меня.

Тишина стала просто невыносимой, разгоняя внутреннюю волну паники до предела. Мужские пальцы сжали мой подбородок, заставляя поднять голову и смотреть прямо на него.

Я попыталась отшатнуться, не желая быть рабыней, которую рассматривает хозяин, прежде чем купить для себя. Упрямо встречаясь ледяными глазами, в которых не было ничего человеческого. Лишь обещание скорой расправы и неотвратимость.

Жёсткая линия губ дракона изогнулась в усмешке:

– Я забираю её.

Глава 2. Цена предательства

Никто не посмел ему возразить. Ни один мужчина в зале не встал на мою защиту, пока он отходил в сторону, будто точно знал, что никуда не сбегу.

Ладони сжались в кулаки – по ощущению до кровавых борозд, но я приказала себе успокоиться. Воспользоваться тем, что мне пока оставили свободу – возможно, эту ночь я не переживу.

Сам зал казался теперь чужим и враждебным, потому что на троне моего отца вольготно расположился алый генерал Вейран Холд. Чужак с серебристыми волосами и надменным лицом. Рядом с ним застыли военачальники в синих мундирах.

До этого я никогда не видела драконов, только слышала о них. Разное. Например, что они больше звери, чем люди, и подчиняются исключительно инстинктам. Непредсказуемы и опасны. Взгляд сам собой впился в хищные лица и тренированные фигуры, пытаясь найти подтверждение этим слухам.

Справа от генерала стоял широкоплечий мужчина с золотистыми волосами и ядовито-зелёными глазами, один из которых пересекал длинный, тонкий шрам.

По другую сторону были двое. Черноволосый молодой военачальник с острыми скулами и чётким профилем, больше похожий на резную статую из обсидиана, чем на живое существо. И дракон с волосами цвета меди и глазами, отливающими янтарём, который следил за залом с ленивой настороженностью хищника.

А потом… вперёд выступила мачеха.

– Владыка, приветствую тебя во дворце. Я жена покойного повелителя, Рохана, – она поклонилась. – Ты забрал себе старшую принцессу Санджара, но молю, сохрани жизнь мне и моей дочери Малике. Она очень молода и лишь недавно вышла замуж. Твои воины могут взять любую девушку из гарема, они будут рады подарить им свою любовь.

– И как же ты хочешь, чтобы я обращался с тобой и твоей дочерью? – голубые глаза дракона сверкнули льдом.

– Как и подобает нашему статусу. Позволь и дальше оставаться во дворце и служить тебе.

Я с негодованием отвернулась, не желая это слушать. Рохана могла бы попросить за всех женщин, но вместо этого запросила милости только для себя и Малики. Остальные, включая меня, её интересовали мало. А с наложницами и вовсе решила поквитаться.

Один за другим советники подходили к алому генералу, опускались на перед ним на колени и произносили клятву верности. Те, кто клялся служить династии Чандри, сейчас предавали её, чтобы сохранить свои жалкие жизни.

Трусы!

– Я не присягаю завоевателю, – Навир, один из старейших советников, стоял прямо перед троном с выпрямленной спиной.

Воцарилась звенящая тишина. Даже воздух вокруг застыл, став вязким, как мёд диких пчёл. Дракон со шрамом медленно повел головой, кладя ладонь на рукоять огромного меча.

– Ты сделал свой выбор, старик, – раздалось скучающе-равнодушное. – На рассвете… тебя казнят.

– Навир! – я бросилась вперёд, но меня перехватили чьи-то руки, резко дёргая назад.

– Принцесса Амари, – седовласый советник почтительно мне поклонился. – Я был счастлив и горд служить вашему отцу и вам, но пришло время уйти со службы. Да пребудут с вами и дальше милосердные боги.

– Нет…прошу… не трогайте его… – со слезами на глазах я наблюдала, как двое солдат выводят его из зала.

Алый генерал всё так же оставался неподвижным и смотрел прямо на меня. И в глазах его я увидела то, что заставило меня отшатнуться. Азарт. Холодный, мрачный, жаждущий крови.

– Ты с ума сошла… – только сейчас я поняла, что рядом, удерживая тонкими пальчиками накидку, скрывающую лицо, стоит Малика. Видимо, ноги сами привели меня к единственному родному человеку в этом зале. – Хочешь погубить не только себя, но и меня своей дерзостью?!

Сестра с опаской покосилась на драконов, которые сейчас о чём-то тихо переговаривались между собой.

– Отойди от меня, Амари, пока кто-нибудь из них не понял, что я твоя сестра… – слова полоснули по живому, но я всё же смогла ей слабо улыбнуться.

– Надеюсь, твой муж окажется храбрее других мужчин в этом зале и сможет тебя защитить.

Малика быстро отвела глаза, опушённые длинными ресницами, но тут же вновь зашипела рассерженной кошкой:

– У каждого из нас своя судьба.

Здесь она была права. Никто не знал, какая из двух принцесс нужна алому генералу, но мачеха сделала всё, чтобы обезопасить свою родную дочь. Интересно, если бы Малика стояла в шеренге рядом со мной, кого из нас двоих он бы выбрал?

И именно в этот момент свобода, которая у меня ещё оставалась, закончилась.

– Отведите принцессу в её покои, – взгляд алого генерала напомнил цепь, наброшенную прямо на горло. – Ей стоит подготовиться. Эта ночь будет долгой…

*****

Сидя на широкой террасе своих покоев, я смотрела на раскинувшийся внизу город, где жизнь текла своим чередом. Но только не для меня.

Торговцы вновь открывали двери лавок с товаром, поверив, что бесчинства солдат закончились – в армии Вейрана Холда царила жестокая дисциплина. К тому же… он уже получил своё. Сегодня днём советники единодушно признали его новым повелителем, взамен сохранив свои должности.

Если бы после гибели моего отца месяц назад они сплотились перед угрозой, а не начали делить власть, всё могло быть иначе! Но у Санджара не было наследника мужского пола, а девочки… просто расходный материал. Способ заключить выгодный союз, не более.

Служанки только что ушли, подготовив меня к ночи с алым генералом. Кожа мерцала, волосы были умещены ценными маслами, стекая до поясницы густой шелковой волной. Тончайшее шелковое платье цвета заката подчёркивало соблазнительные изгибы фигуры.

Пусть думают, что я смирилась, и доложат мачехе – мне это только на руку.

– Нам придётся ждать, Шайра, – я с тревогой посмотрела на солнце, медленно клонящееся к закату. – Уверена, что не ошиблась в зале. Это был он.

Чёрная пантера, лежавшая рядом, подняла голову, внимательно прислушиваясь к моим словам.

– Принцесса Амари, – в дверь бесшумно проскользнула Сита, старая служанка, служившая ещё моей матери. Несколько лет назад Рохана велела изгнать её из дворца из-за возраста, но я не позволила, оставив при себе.

– Что ты узнала?

– Вы были правы, он действительно здесь. В доме торговца тканями у западных ворот. Ваш жених прибыл тайно, без свиты.

Сердце учащённо забилось в груди: значит у Джамала есть какой-то план, чтобы меня спасти. Или был план, но он не смог его осуществить из-за усилившейся охраны дворца?

– Я должна увидеть его до заката.

– Это безумие, госпожа, – Сита покачала головой. – Дворец полон драконов, они патрулируют все входы и выходы, даже… тайные, – она опустила глаза.

Рохана. Я поверить не могла, что она выдала захватчикам то, что обычно тщательно скрывалось.

– Помоги мне, Сита. Прошу. Ты ведь прожила в этом дворце больше других. Наверняка есть выход, о котором моя мачеха не знает!

Казалось, служанка колеблется, её чёрные, как безлунная ночь, глаза смотрели не мигая.

– Есть один ход, которым давно не пользуются. Но прежде накиньте на себя одежду попроще и снимите украшения. И вот… – она протягивала мне крошечный хрустальный флакон, в которых обычно хранили масляные духи. – Используйте его только в случае, когда надежда умрёт окончательно, но не раньше.

Не было нужды спрашивать, что это такое.

– Как быстро он действует?

– Несколько минут. Его дала молодая королевская кобра.

– Спасибо, – я спрятала флакончик в расшитый лиф платья и, не сдержав эмоций, обняла старую женщину. – За всё. Прошу, позаботься о Шайре, если я… – голос меня всё же подвёл.

Пантера, будто почувствовав что-то неладное, зарычала, нервно забив хвостом о пол.

– А теперь идём.

У моих покоев не было охраны – драконы оставили нам часть традиций, по которым в гарем мог входить только один мужчина – повелитель. Видимо, считали, что слабые женщины не способны сопротивляться.

Тайный ход привёл в старую мраморную беседку, куда никто не ходил. Лишь отец иногда бывал здесь и подолгу сидел, глядя на журчащий фонтанчик в её центре. Говорил, что он напоминает ему голос Мираэль – моей мамы.

За разросшимися кустами жасмина в саду пряталась калитка, что вывела узкий переулок. Дальше был лишь город: с его шумными пёстрыми площадями, домами, украшенными керамической плиткой, извилистыми улочками и ароматами фруктов и пряностей.

Я шла, низко опустив голову и стискивая пальцами полы плаща. Перед внутренним взором, как наяву стоял алый генерал. Надменное, жёсткое лицо и леденящий душу взгляд, обещающий муки. Смертоносный и безжалостный зверь, которого бесполезно умолять о пощаде.

Но я помнила и другие глаза – тёмно-карие, тёплые. Благородные черты лица, нос с горбинкой. Тонкую улыбку, когда Джамал, принц Нихиры, приезжал к отцу, чтобы просить моей руки. Мы гуляли по саду, и он говорил, что очарован моей красотой. Сравнивал с редким синим цветком, что распускается лишь ночью под лунными лучами – ашварой.

Он поможет мне. Должен помочь – ведь я его невеста. Вскинув голову, увидела, что раскалённый диск солнце уже позолотил белоснежные резные купола дворца, и тут же поняла, что пришла в нужный дом.

Джамал нашёлся в одной из богато обставленных комнат. Полулежал на низком диване с разбросанными шелковыми подушками и с ленивым интересом наблюдал за молоденькой рыжеволосой наложницей, извивающейся перед ним в чувственном танце.

Ты правда думала, Амари, что он собирался тебя спасать? Слова застряли в горле, но я заставила себя пройти вперёд.

– Здравствуй, Джамал.

Мужчина молниеносно обернулся, вскакивая на ноги, полуголую девицу как ветром сдуло.

– Амари… Что ты здесь делаешь?

– Хотела спросить тебя о том же. Впрочем, это уже не имеет смысла.

Принц мог бы дать мне свою защиту, но вместо этого предпочёл просто наблюдать. Увидев его в тронном зале, была уверена, что он пришёл за мной.

Ошибалась.

Видимо, что-то такое отразилось на моем лице, потому что Джамал нахмурился и шагнул вперёд, беря мои руки в свои.

– Ты не понимаешь. Я должен быть осторожным, чтобы люди алого дьявола меня не нашли. Мой отец велел ждать и ничего не предпринимать. Наша страна…

– Да, я помню. Нахира будет следующей, если он пойдёт дальше, – я осторожно высвободила пальцы, отходя к столику, на котором стояло блюдо с фруктами, сладостями и вином. Судя по всему, свой страх Джамал неплохо компенсировал женскими ласками.

Как я могла быть так слепа, поверив в любовь этого мужчины? Подарив ему свой первый поцелуй?

Не зря Шайра при каждой встрече пыталась наброситься на него, так что пришлось запирать её в покоях. И это, кстати, было одной из причин, почему я оттягивала замужество – Джамал наотрез отказался брать её с собой.

– Послушай… – Мужчина приблизился сзади, кладя руки на плечи и разворачивая меня. – Я люблю тебя, но сейчас нельзя действовать опрометчиво.

– О чём ты говоришь? Он возьмёт меня силой уже этой ночью!

– Ты преувеличиваешь. Уверен, алый генерал не воспользуется старой традицией брать на ложе дочь врага. Ни в одной из захваченных стран он не тронул девушек из семей повелителей. К тому же, говорят, у него есть невеста на родине.

– Кому и когда это мешало, – я вырвалась из мужской хватки, едва сдерживаясь. И всё же уйти просто так не могла, хватаясь даже за такую гнилую соломинку, как он.

– Мы могли бы пожениться прямо сейчас. Тайно. Пусть хотя бы на одну ночь у меня будет законный муж, а не палач.

– Это невозможно, – мой жених поджал губы и нахмурился. В комнате повисла тишина.

Но судьба уже всё решила за нас, давая мне последний шанс принять правильное решение.

Внутрь ворвался запыхавшийся нахирец, переодетый в местного торговца:

– Мой господин! Во дворце заметили исчезновение принцессы Амари! Ей нужно уходить.

– Тебе лучше побыстрее вернуться во дворец, Амари, – Джамал резко притянул меня к себе и торопливо поцеловал. – Обещаю, я что-нибудь придумаю. Мне просто нужно время.

Вот только я ему не поверила.

– Прощай, Джамал.

И добавила тихо:

– Надеюсь, что навсегда.

Глава 3. Когда ненависть сильнее страха

Преследователи были уже совсем близко. Я чувствовала это каждой клеточкой тела, отчаянно пытаясь спастись.

Ночные джунгли всегда полны разнообразных звуков: криками потревоженных птиц, осторожными шорохами в кустах, раскатистым рыком хищников, вышедших на охоту. Сейчас… в них царила полная тишина, и от этого становилось только страшнее, как будто меня преследовали не люди, а тени.

Несколько дней пути не прошли даром даже для меня, прекрасно знающей эту местность благодаря отцу – правителю Санджара. Тончайшее шелковое одеяние превратилось в лохмотья, бирюзовые туфельки из парчи стали серыми от пыли и порвались.

Он бы никогда не отдал меня варвару.

Мысли об отце вновь горечью разлились в душе, и я из последних сил рванула вперёд – туда, где сквозь кроны огромных деревьев показался просвет.

Если повезёт, я успею оторваться от них и добраться до старой дороги, ведущей в Рашмиру – соседнюю страну. Она заброшена вот уже сотню лет, а отдельные участки и вовсе полностью поглотили джунгли.

Но мало кто знал, что у этой дороги есть свои секреты – тоннели, идущие глубоко под землей. Отец открыл мне её тайну, когда брал с собой на охоту в последний раз, как будто предчувствовал свою скорую гибель.

Войскам алого генерала здесь точно нечего было делать. «Если только он лично не отправился за мной в погоню или не отправил своих военачальников», – подумалось мне, пока я пробиралась через густые заросли, прислушиваясь к зловещей тишине вокруг.

Увы, мне не повезло. Это была не дорога, а лишь крохотная поляна, со всех сторон окружённая деревьями. Призрачный свет луны, падая сверху, серебрил траву и деревья на ней, и тогда я увидела их…

Шестеро в чёрных одеждах и с масками на лицах бесшумно выступили из тени, окружая меня со всех сторон. Не было сомнений, что это не люди алого генерала – его солдаты носили совсем другую форму. Передо мной были санджарцы. Те, кто должны были служить и охранять свою принцессу.

– Предатели… – прошептала я с горечью, когда вперёд вышли двое мужчин.

На мои слова они никак не прореагировали, обездвиживая магией и крепко привязывая к растущему неподалёку дереву. Верёвку затянули так, что я едва могла дышать. Ноги и руки связали отдельно, чтобы не оставить ни единого шанса на спасение.

– Долго не простоите, принцесса Амари, – один из мужчин равнодушно завязывал хитрые узлы. – Либо первыми вас найдут и растерзают дикие звери, либо тот, кто гораздо страшнее их. И на вашем месте я бы молился о первом варианте. Алый генерал не простит вам бегства.

Я даже не обратила внимания на грубые прикосновения, хотя в другое время за такое ему отрубили бы руки. Просто смотрела на того, кто всё это время оставался в тени. Высокого мужчину, чьё лицо полностью скрывала маска, оставляя в прорезях только глаза.

В груди медленно проворачивался раскалённый клинок горечи и боли, потому что я узнала его. Кажется, мою судьбу предрешили с самого начала. Была ли случайной гибель отца? Теперь я уже ни в чем не была уверена.