
Полная версия:
Земля № 17
Стиву он сразу понравился, можно было много шутить смеяться, но выспросить – ничего. Он пришел утром – будить Стива, принес завтрак. Стив посетовал, что привык, чтобы завтрак в постель приносила девушка.
– Сомневаюсь, – сказал Ваха, – максимум, на что ты можешь рассчитывать последние годы, это то, что завтрак приготовиться сам по таймеру, – улыбаясь, съязвил он.
– Они стали каннибалами здесь, – пояснил Француз, у элиты остались кое-какие запасы, на черные времена, но есть их они уже не могли – не хотели. Первым начал Петр, потом, чтобы до начальства не дошло, подмешивал в еду строгой даме, мы пытались предупредить, но как оказалось впоследствии, она и так все знала. Она прилетела сюда доживать свой век, а эта пища дала ей новую жизнь, это ненадолго, но ей, как она сказала достаточно, чтобы почувствовать себя живой.
– Она знает про вас, как вы так следите за ними? – вопросы сыпались из Стива.
– Весь Порт утыкан камерами, визорами, – сказал Ваха, насмешливо косясь на Стива.
– И прослушивание есть? – краснея, спросил Стив.
– Конечно, Анна, так мы зовем строгую даму. Отнеслась к нам спокойно, с пониманием, когда мы рассказали ей, как обстоят дела и что нам нужен галактический звездолет, обещала поспособствовать, взамен мы исполняем ее просьбы. Они вполне невинны, иногда подсыпать снотворное Петру, Лиза может усыплять его на расстоянии.
Она очень любит Жужу, но в пределах Порта животное не допустимо, но в городе они часто подолгу прогуливаются, именно поэтому там нет связи и камер, чтобы никто не увидел следы пришельца и собаки. Гуманоиду надо немного, даже если он прилетел с другого конца Галактики, верный друг рядом и дорога пред глазами.
Стив посмотрел на все другими глазами – скучная экспедиция приобретала вкус не плохого путешествия.
– Что значит, поспособствовать?
– Ой, ну это очень легко – чистая формальность, вы прилетели на планету бюрократов, ваша Галактика не лучше. Только-то и надо было составит нужный рапорт, в котором указать возможность использования ресурсов Земли и все. Бюрократия – она везде бюрократия, и как бы вы не хвалили прозорливость правителей Галактики – жадность везде жадность.
Стив впал в раздумья:
– Хорошее дело – иди туда, то есть лети, не зная куда, – подумал он.
– Принеси то, не знаю что! – добавил в голове Лизин голос и рассмеялся.
– Профессор, вы обещали: она не будет лезть в мою голову! – возмутился Стив.
– Лиза! – строго покачал головой профессор. Лиза хмыкнула и убежала.
– Ладно, давайте продолжим завтра, у нас еще много дел, сказал профессор.
– И собака не гулена, – добавил Ваха, – пошли, погуляем, – предложил он Стиву.
Они вышли в сумеречный город.
Глава 4. Раздумья
Город мрачнел с каждой минутой.
– Это безопасно? – озирался Стив.
– Не ссы, – сказал Ваха, и хлопнул его плечу, – пошли, купим по пирожку.
– Что?
– Ну, пирожок, тут не далеко в русском квартале, осталась роботизированная столовая, там пирожки, вареники, котлета по-киевски.
– Это этнос какой-то русский, ты русский? – спросил Стив.
– Ну, это я еврей по папе, и грузин по маме, но так-то да, русский. Не заморачивайся за этим.
– А почему квартал, тут другой этнос жил? – не унимался Стив.
– Да жил другой и в квартале тоже уже другой, название осталось и пирожковая вот, пышечная еще была, – мечтательно ответил Ваха, – но ее совсем водой смыло.
– А кто тут жил? – снова спросил Стив.
– Кто-кто – конь в пальто! Все жили, кто приехал тот и жил, звали себя – американцами. Мы приехали к ним сюда, думали, выжил кто, а тут никого, хотели обратно вернуться, да там у нас зомби весь штаб сожрали, некуда возвращаться, решили тут сидеть, Лизу вот нашли только и Жужу.
– А Лиза, тогда как выжила? – опять спросил Стив.
– Лиза, ну известно как, при Порте жила, харчевалась там. Дядька тут с ней жил старый совсем, научил ее всему и сигнал подал, но хитрый был собака, знал, что мы из-за одного человека не поедем, а ее жалко было, и сам чуял, что помрет скоро, вот и подал: мол, много нас тут, помогите, заберите. Мы прилетаем, на последнем топливе можно сказать, а тут девка одна и та гибрид, идите вы говорит Ваня по добру по здорову, вы мне не пара.
– Слила, значит, – ухмыльнулся Стив.
– Че ржешь, ты думаешь, у тебя с ней что-нибудь было? – съязвил Ваха. – Она внушила тебе это, чтобы заинтересовать. Тут все по плану, милай, все учтено и просчитано, мы тоже не лыком шиты.
– Лыком? Что это лыко? – Стив был очень зол, не было ему дела до этого лыка, а было дело, до того, что его провели и все об этом знали, вот почему Элоиз ничего не увидела. Она обычно на следующий день напоминает, чтобы он выпил таблетки на всякий случай, мало ли что можно подхватить в Галактике. – Вот он баклан. Кто такой баклан? – ладно он это им припомнит.
– Пошли есть твои пирожки, так тебе и надо обойдешься без пышечной, – резко сказал Стив, и они зашагали по совсем темного городу.
Жужа пыхтела впереди пчелкой, иногда останавливаясь и прислушиваясь в темноте. Город нависал над ними немым укором. Когда-то он светился тысячами огней, а теперь – развалины давно минувших дней, минувшей цивилизации, которую он должен был воскресить.
– Знаешь, до тебя прилетали тут еще одни, – помолчав, сказал Ваха, – но они не с кем, кроме Лизы не общались.
– Да, а чего так, – стараясь придать голосу как можно больше безразличия, спросил Стивен.
– Так это, мы и не знали, что они прилетели, за Портом-то Лизавета следит, это ее миссия на Земле, – ухмыляясь, продолжил Ваха, – я их вдвоем случайно встретил, они ночью по городу гуляли. Ночью мы никуда не выходим, ну кроме Лизы, на нее бывает, найдет – всю ночь гулять может, но очень редко.
Стив заинтересованно кивнул: «мол, продолжай» и склонил голову в сторону Вахи, чтобы лучше слышать рассказ, так ему стало интересно.
– Жужа скулила и не спала, я подумал, съела чего или кого, за ней глаз да глаз нужен, вечно жует что-то.
Собака услышала свою кличку и обернулась, Ваха махнул ей идти дальше. Они шли мимо каких-то пыльных развалин, слева оставалось одно целое здание. На первом этаже был раньше магазин мужской одежды, высокие витрины мерцали в лучах заходящего солнца. Несмотря на то, что они были жутко пыльные, на одной из них можно было рассмотреть огромный рекламный плакат: красивый высокий статный юноша, красовался на нем, в элегантном темно-синем костюме, который очень подходил под цвет его голубых глаз. Ваха остановился напротив плаката, посмотрел на него и кивнул Стиву:
– Вот с ним я ее встретил, – Ваха показал на плакат и глянул на Стива, – Жужа как только мы вышли наружу – убежала, я долго ее искал, а потом увидел их. Только глаза у него тогда были не голубые, ночью темно, глаза мерцали огнем, белым огнем.
– Испугался? – только и смог спросить Стив.
– Та не, я привык, у Лизы они в темноте также мерцают. Не замечал? – спросил он Стива.
– Нет откуда, я не видел ее в темноте, – пожал плечами Стив, – как она тебе это объяснила?
– Ой, ты же ее знаешь. Сказала, что это приведение с Манхеттена. Он, как только я начал к ним подходить, обернулся вокруг себя, превратился в газовое облачко и исчез, – больше я его никогда не видел.
– Ты рассказ профессору?
– Она сказала он и так сильно занят и просила его не беспокоить. Сказала, что боится, что он ее больше гулять не отпустит ночью.
– А про внешний вид приведения ты спросил, почему он такой? – не унимался Стив.
– Конечно, спросил, – кивнул Ваха, – она сказала, что он может превращаться в кого или во что угодно.
– Прям таки и во что угодно? – удивленно переспросил Стив и продолжил, – и что тебе так напугало? Подумаешь сгусток энергии, что тебя смутило?
– Корабль тогда был на орбите, уже, когда они улетели, мы их только заметили, раньше такие сюда не прилетали. От него только небольшое облачко над Портом осталось. И Лиза, потом ходила сама не своя – грустная.
– Ты французу рассказал? – спросил Стив.
– Ну, нет же, она же просила. Как думаешь надо, может сейчас рассказать? – спросил Ваха.
– Не, не надо, забей уже, – махнул рукой Стив, – не бери в голову, ничего серьезного.
– Ты точно так думаешь? – уточнил Ваха.
– Ну, смотри, – начал Стив, – если бы он выглядел как-то иначе, ты бы мог напрячься, а тут модель с подиума голубоглазый красавец, – Стив рассмеялся, – это, кстати, редкость в Галактике, на вес золота.
– Почему редкость? – переспросил Ваха, – ты же голубоглазый и ты же красавец, хотя у тебя скорее синие глаза, чем голубые. Да определенно синие.
– Хм, – Стив почти напрягся, – я другое дело, я белая кость Ориона, как сказали бы у вас в Средние века. А что до того корабля, – сменил тему Стивен, – так мало ли кто в Порт мог прилететь. Совпадение, иногда просто совпадение.
– Ты меня обрадовал, а то я переживал все это время, – радостно сказал Ваха.
– Во что ты говоришь, он был одет? – уточнил Стив.
– Я не говорил, во что он был одет, – ответил Ваха, зерна сомнений затрещали в нем снова.
– Да, – не придавая значения, тону его голоса продолжил Стив, как ни в чем не бывало, – так в чем он был твой призрак?
– Не помню, я тогда не придал этому значения, – Ваха задумался, – на нем был костюм.
– Как на витрине? – уточнил Стив.
– Нет как у тебя, почти, только он был темно серый с синими вставками и звезды мерцали на груди, – Ваха говорил это медленно, вспоминая. – Еще на плече был волк, вернее голова волка, она мерцала, – мечтательно сказал Ваха.
– Серый волчий костюм. При полном параде значит, – засмеялся Стив.
Ваха засмеялся в ответ, правда, смех у него был немного нервный, но под воздействием Стива он в голос расхохотался. Их смех разносился по пустынным улицам, словно отголоски прошлой жизни, он отражался эхом от уцелевших небоскребов. Это успокоило Ваху.
Они пошли дальше, правда МакМерфи еще раз обернулся посмотреть на плакат. Стивен постарался запомнить черты лица оборотня.
– Мало ли что вдруг придется встретиться, случайности не случайны, – так подумал капитан, но вслух, конечно же, ничего не сказал. Еще он хотел уточнить у Вахи, – Лиза тоже оборотень? – но потом передумал, – ведь он все равно улетает, а она остается, вряд ли они еще увидятся, а если и увидятся он столько про нее только что узнал интересного. – Стивен был в восторге.
За такими размышлениями они незаметно дошли до пирожковой. Пирожки делала робот Клавдия Петровна, дородная дама с большим бюстом в косынке.
– Зачем ей такая большая грудь? – спросил Стив.
– Много ты понимаешь, большая, – ласково ответил Ваня.
Пирожки он взял не глядя, Ваха пытался ему объяснять, но Стив был задумчив, дела ему не было до всех тридцати трех вкусов пирожков. Пирожки были сладкие и не сладкие, с мясом – Стива передернуло, и ягодами. Ваха успокоил – все вкусы искусственные.
– Где они тогда могли ягоды выращивать? – сказал ему Ваха.
Стив взял пирожок с вишней, надкусил, что-то горячее брызнуло и обожгло рот, и потекло по новенькой почти чистой слегка запыленной форме.
– Ладно, само очистится, – махнул рукой Стив.
– Неа, не очиститься, – заверил его Ваня.
Он взял пирожок с капустой, картошкой и грибами. Стив съел один пирожок, затем другой. Пирожки с луком и яйцом, щавелем, особенно понравился с абрикосами, смородиной, творогом, рыбой, потом все как в тумане, помнит, что запили это горячим чаем.
– Водкой лучше бы, – уверял Ваха, – но нам строго запрещено.
Они вернулись уже несколько часов назад. Стив отдыхал на кровати, пятно от первого пирожка, как и утверждал Ваха, не очистилось.
– На память останется, – спокойно подумал Стив.
Что-то перемкнуло в нем – эти странные, смешные люди, со своим планами, хотят обмануть всех. И скорее всего – даже его, может быть и себя, но кто он такой, чтобы им отказывать в этом жестоком космическом мире.
– Что может предоставить Галактика против пирожков с щавелем? – ему особенно понравился этот вкус и с вишней. – Нет, это невозможно выбрать что-нибудь одно, – засыпая, подумал Стив.
Ему снилось недавнее минувшее прошлое или это было грядущее будущее, во сне было не разобрать. Ваха весь в крови в каком-то подвале. Человек в черной форме что-то напевающий себя под нос про кукурузу. Робот словно в доспехах, которому тот стирает память. Стив проснулся посреди ночи.
– Вот, поди, же приснится такое! – Стив призадумался, но ненадолго. Попил воды и перевернулся на другой бок.
Что-что, а со сном у капитана МакМерфи было все в порядке и никакая совесть его не мучала. В конце концов, он ведь ни какой-нибудь гуманоид с Сириуса, чтобы переживать о грядущем.
Глава 5. Пороги времени
– Значит так, – монотонно жужжал профессор, – идешь с обычной скоростью, сквозь Черную материю, ну как сквозь, она там будет везде, проходишь ее и на минимальной скорости пытаешься нащупать начало порогов.
– Как я пойму, что, как вы выражаетесь, нащупал их? – горячился Стив.
– Как как, – пауза, – ты поймешь, тебя затянет, и полетишь скачками, может кувырком, завертит, как бочку в воде на порогах. Катался на каяке когда-нибудь?
– Нет, видел в обзоре про спорт.
– Ну, вот и покатаешься, тут главное ускориться изо всех сил.
– Ладно, пороги так пороги, как я найду точку входа?
– С этим сложнее, – вздохнул профессор, задумчиво поглаживая лысину. – Понимаешь, надо сначала найти одного человека, у него есть ответ.
– Да, я помню, этот ваш таинственный землянин. Где его искать?
– Тут недалеко, я покажу, – сказал Ваха.
– Ты полетишь со мной?
– А то, как же, одного тебя отпускать нельзя, мало ли что пообещаешь и сбежишь, глаз да глаз за тобой нужен.
– Лизе значит нельзя на корабль, а тебе можно?
– Лизой нельзя рисковать, она ценный экземпляр, а мной можно, – ухмыльнулся Ваха.
– Мы заморозим его, у нас есть технологии, остались с былых времен. Когда эпидемия началась, людям обещали, что их заморозят, а потом разморозят, когда все закончиться, но никто тогда и не предполагал что начнется третья мировая война, а потом придет эпоха каннибализма. Почти всех замороженных съели, – грустно сказал профессор. – Лишь немногим удалось выжить. Например, мы с Вахой, как ты, возможно, заметил, мы люди другого времени. Мы были заморожены в конце эпидемии, в нашей стране правительство решило заморозить часть населения с целью сохранить расу. Были выбраны лучшие из лучших.
– Кто лучший-то, этот что ли? – засмеялся Стив, тыча пальцем в Ваху.
– Хоть бы и я, – обиделся тот.
– Он достаточно талантливый творческий молодой человек к вашему сведению, капитан очевидность, – съязвил Француз. – Я в свое время был известный журналистом, обозревателем, к моему мнению много кто прислушивался. Нам повезло: часть капсул с замороженным людьми, в целях эксперимента, была запечатана в хранилище на острове Шпицберген – это на севере. Туда ни эпидемия, ни война, ни каннибализм не добрались. После войны у людей просто не было технологий, чтобы попасть туда. Последние из выживших потомков жителей острова, просто разморозили нас и поставили перед фактом: да прежнего мира не осталось.
Может быть, было лучше умереть тогда, не видя всего этого. Но мы имеем то, что имеем, как знать, может быть именно нам суждено спасти человечество. Несколько наших коллег покончили с жизнью, после разморозки, кто-то умер от новых вирусов. Те, что остались, решили продолжить существование на острове и умереть, когда придет время.
Мы связались со штабом, топливо у нас хватило лишь в одну сторону, мы могли соединиться с участниками сопротивления, которые уже, как ты знаешь, погибли в большинстве, либо могли добраться сюда до Элизабет, что мы и сделали. Ознакомившись тут с библиотекой конгресса Соединённых штатов, я нашел интересную вещь, не без помощи Лизы конечно.
Ты знаешь, Стив, да может быть человечеству, и суждено кануть в Лету, но почему бы не попробовать, хотя бы сделать попытку. Я думаю, ты будешь вспоминать до конца своих дней об этом приключении. Тебе же ничего не грозит. Хотя точной гарантии я дать не могу.
У нас есть координаты, планеты, мы не смогли точно прочитать названия, чернила выцвели, ну вроде это, если перевести на русский – Крапивка, – профессор все это рассказывал Стиву, неторопливо расхаживая по комнате.
– Странное название, это трава?
– Ну, это уже неважно, мы тщательно расшифровывали, и вышло так. Мы даем тебе координаты, замораживаем Ваху, ты провозишь его в Порт, с целью изучения и представления перед правителями Галактического Союза, и уточнения дальнейшей миссии на Земле. Либо, они решат спасти человечество, что вряд ли, раз они до сих пор не вмешались, либо они используют Землю, как ресурс полезных ископаемых, с которыми я понимаю у вас напряженка. И тогда нам не приходится рассчитывать на какое-либо сносное существование. Знаешь, Стив, времена проходят люди, и инопланетяне не меняются. Все как всегда.
Стив, конечно, помалкивал о своей миссии, суть которой была в том, чтобы уточнить местонахождение основных выживших центров землян с целью их дальнейшего уничтожения, так как они крайне бы мешали добыче, что подтверждалось другими миссиями на других планетах.
Ему было абсолютно все равно до их участи. Правда это была первая его роковая экспедиция, как их в шутку называли в Управлении, до этого он работал в исследовательских миссиях, но эти долгие полеты по пять лет сильно утомили его. Устаешь от экипажа, даже от курса корабля, так что он сбежал оттуда без оглядки, как только его рейс закончился. У него их было пять после академии и ничего интересного кроме вполне штатных ситуаций там не происходило. Он был рад любой работе, убивать землян, так убивать землян, он то уж точно знал, что в космосе еще достаточно планет в Галактике, а уж цивилизации этих миров, чего он только не видал.
Да, только кроме одного: порогов времени – это величайшее открытие, и если он принесет на блюдечке его Галактическому Союзу… Хотя, нет – зачем, он сам станет единовластным правителем, а может быть поселится на отдаленной планете, что точно он еще не решил, но что он будет участвовать в этой афере – он знал точно с самого начала, просто не отдавал себе в этом отчета.
Догадывались ли они о его замыслах, возможно, он включал иногда блокиратор сознания, на котором шел белый шум, но не часто. Просто не позволял себе думать об этом в другое время. Догадывалась ли Лиза, конечно, но суть она вряд ли уловила. Он охал, ахал, не сводил с нее глаз. Любой девушке будет это приятно. Тем более если он первый мужчина, которого она увидела кроме этих двоих. А двоих ли? Ладно – это не важно. Хотя Лиза не так проста, она и не кажется простой.
– Ставлю полфунта рому, что из всех девушек, с которыми я когда-либо общался, она самая въедливая, такую не проведешь! – так думал Стив ночами, но днем при встрече с землянами он был простой рубаха парень, ни дать ни взять фермер с Канзаса, не зря же он смотрел столько видео о землянах пока летел сюда.
Профессор продолжал гудеть:
– Запомни без Вахи тебе не попасть к ученому, нужен пароль. Пароль знает только он, если он что-нибудь заподозрит или поймет, что ты нас предашь, он скажет слово обманку и тогда Книроп вас уничтожит.
– Что ты сказал? Книроп, тот самый, как он может быть еще жив? – удивился Стив.
– Живее всех живых! Ты думаешь, человек просто так без всяких приборов просчитал движение планет в Солнечной системе и он не смог обеспечить себе существование в Вечности? Да, вы конечно, продвинулись в своих технологиях: полеты галактические, перемещение в пространстве и прочее, но Вечность для вас так и осталась Вечностью. Вы как были мальчишками перед ней так ими и остались, – Лиза сказала это спокойно и безучастно.
Стив с удивлением смотрел на Лизу, да она не теряла времени зря сидя здесь в затворничестве. Она прочла не только всю местную библиотеку, знаний и из Галактической, видимо, у нее тоже было достаточно. Порт для нее был открытая книга, заходи, бери, что хочешь и она не стеснялась, брала самое лучшее, что могли ей дать инопланетные существа – знания, будучи гибридом, она могла их просто считывать пластами из сознания спящего гуманоида.
– Интересно, что она считала с меня? – думал Стив. – Да уж, ладно проехали, теперь ее не обведешь вокруг пальца.
– Вечность, есть вечность! Иные миры очень продвинулись в ее исследованиях, но как только они постигали суть – их цивилизации останавливались в развитии. Они потихоньку с первых позиций отходили в небытие, а потом и вовсе исчезали и никто не вспоминал о них, поэтому со времен исследования в данной области прекратились, – подытожил Стив, словно продекламировав главу из учебника по квантовой механике.
– Покажите мне координаты.
Ваха развернул карту звездного пути, Стив ахнул:
– Это же южнее Южного, там адское пекло и моря астероидов, там базы пиратов, звездные корабли облетают эти места стороной, там нет торговых путей и ни одной базы дозаправки. Но и это не самое страшное, там водятся, это единственное место в космосе, где живут пожиратели кораблей.
– Ничего не хочу слышать, – капризно заявил старик, – пираты там летают? – Стив утвердительно кивнул.
– Летают, – продолжал профессор, – значит, и вы пролетите.
– У них договор, они подписали хартию еще много лет назад, они приносят им в жертву корабли, убивают весь экипаж, все нужное забирают, а корабли отправляют в заранее оговорённую точку. Бах и корабль исчезает, словно и не было ничего.
– Как говорил наш незабвенный вождь: – Ох, батенька, хватит суету наводить – на месте разберетесь. Долго это уже продолжается? – прищурился старикан, поглаживая и без того отполированную лысину.
Глава 6. Космос
Прощание вышло скомканным, старик пустил слезу, Лиза с утра куда-то запропала, сказала, что Жужа потерялась. Так они и уехали, не попрощавшись, Ваху заморозили еще с вечера. В Порту никто не удивился его отсутствию, пропал и пропал, нашел землянина замороженного – молодец. Бери свой контейнер и лети отсюда, посыл был примерно такой.
У Стива сложилось впечатление – они даже обрадовались, что он так быстро улетел, и искать не пришлось. Хотя вряд ли они собирались. У них там и рапорт уже лежал, наверное, пропал без вести. Просто выждали бы еще пару недель и отправили бы, – так раздумывал Стив, бросая свой последний взгляд на планету Земля, последний ли думалось ему? Как знать…
Ваху он не спешил размораживать, тот стал бы задавать вопросы, отвлекал бы его от миссии. Отчет он отправил сразу, как и положено. Вполне стандартный: нужны еще исследования, планета не пригодна для жизни, слишком загрязнена, необходимо выждать лет 30–40 и потом продолжить исследования, к тому времени радиационный фон сам спадет и количество выживших землян, если таковые имеются поубавиться. Контакта не произошло, в Порту все в порядке, результаты исследований прилагаются, материалы будут доставлены при посещении Галактической базы. Готов к дальнейшим исследованиям.
Ответ Стива поразил: во-первых, пришел слишком быстро, обычно это занимало от одного до двух дней, тут, словно его только и ждали, либо Порт опередил, сразу отрапортовали про его отлет, хорошо, что он сразу послал отчет.
В предписании, четко говорилось: представить развернутый отчет для организации и прибыть с пробами немедленно. Стива спасло от немедленного галактического транс прыжка только то, что корабль был, немного поврежден на предыдущих экспедициях и ему требовался ремонт где-нибудь на галактической станции, коих было вполне достаточно в Галактике. Поэтому ему предписывалось своим ходом добираться до ближайшей станции. Это давало Стиву время, вполне себе не замеченным, так как по кодексу экспедиция была секретной, и требовалось включить невидимый режим даже для Союза, и он мог спокойно следовать своему курсу, в случае выявлении и поимки вполне мог сослаться на то, что он тут и штурман и капитан – мог и заплутать.
Пришлось разморозить Ваху. Стив насладился последним вечером в тишине, памятуя о том, что Лиза могла научить Ваху своим гибридным штукам, он обдумал все хорошенько, взвесил еще раз все за и против. В очередной раз согласился с собой, что сдать Ваху Союзу – это не позволительная роскошь для него и благодарность власть имущих не сравнится с возможностями, которые открывает для него это невнятная кучка землян, как он их про себя назвал.
Эти совершенно обычные мясные земляне, которые сами состоят из мяса, едят мясо и находятся на низшей ступени развития, могли дать ему гораздо больше, чем целый Галактический Союз инопланетян всех мастей и состояний от газообразного до жидкого, от эфирных и совсем невидимых, все они устарели как тот мир, который они представляли.
Стив включил размораживающую установку и подумал, что у него нет мяса, чтобы кормить Ваху. Потом еще подумал и понял, что никогда не видел как они ели мясо, ну то есть совсем не видел мяса, из всего мясного, что он видел на Земле – это были люди, собака, животные, но никто из них не ел мясо.