Всемирная история на основе Новой хронологии

Эти сообщения вызвали бурю эмоций и вторичную волну публикаций с предположениями о древнейшем палеоконтакте с инопланетянами, о массированном десанте НЛО пять тысяч лет назад и так далее и тому подобное.

Правда, Марсель Гриоль, беседовавший со старейшиной, местного языка не знал. Общение шло через толмача – сержанта Когэма, который вряд ли был лингвистическим гением.

То есть возможно, что француз просто не правильно понял то, что пытался объяснить ему слепой старец.

В рамках нашей теории стоит предположить, что племя догонов прибыло на свою нынешнюю родину не с Сириуса, а из Сирии! Недоразумение возникло из-за ошибки в произношении при двойном переводе.

Но откуда же тогда у первобытного племени столь совершенные астрономические познания?

Ответ одновременно и парадоксален, и прост. Догоны – не первобытное племя.

Они обосновались в Африке сравнительно недавно, после того, как рухнула первая, Великая Империя, охватывающая весь Земной шар. Догоны ушли от современной цивилизации с ее эпидемиями и войнами, и в скудной горной местности, сопротивляясь всем попыткам колонизировать их, сохранили знания из прежней жизни.

Не верите? Думаете, притянуто за уши?

А вот оказывается сам слепой старец, просвещавший французов, открытым текстом говорил, что его община ведет свое происхождение от общего предка по имени Данадиоммо. По отношению к нему старик Оготеммели считал себя потомком в четвертом поколении.

Четыре поколения – 100 лет. Максимум 150. Общение с французами относится к первой половине ХХ века, то есть догоны уединились в своих горах где-то на рубеже XVII и XVIII веков. И унесли в добровольное изгнание вполне современные астрономические познания.

Кстати, Г. М. Герасимов в своей статье «Происхождение овцы, частной собственности и государства» указывает: «Некоторые народы, занесенные в ходе Великого переселения очень далеко от основной цивилизации, оказались выпавшими из общественного разделения труда и деградировали. Как ни странно это с точки зрения господствующих сегодня воззрений, но предки пигмеев, австралийских аборигенов, индейцев Амазонии знали, что такое артиллерия и плавали, в качестве пассажиров, на кораблях, способных совершать кругосветные путешествия».

Ни больше, ни меньше.

Но позвольте, спросите вы, но если ныне дикие племена когда-то были цивилизованными (артиллерия, знания о галактиках, кругосветные путешествия), то почему они деградировали? Может какой-то малозаметный генетический изъян? Типа волосы на 50% являющиеся шерстью и тому подобное?

Может расисты и скинхеды все-таки в чем-то правы?

Тут самое бы время вспомнить, что главным критерием истины является практика. И провести эксперимент: взять группу самых чистокровных расистов-скинхедов и поместить их в условия первобытных джунглей.

А лет через 10 вернуться и посмотреть какие цивилизационные навыки и знания они сумеют сохранить…

К счастью для скинов необходимости в столь жестоких экспериментах нет. Все это уже неоднократно бывало в истории человечества. Даже и в ХХ веке (См. серию статей В. Пескова «Таежный тупик» о семье Лыковых, добровольно ушедших от социальных экспериментов цивилизации в глухую тайгу).

Итак, проверено: даже лауреат Нобелевской премии, оказавшийся в первобытных условиях, очень скоро осознает, что умение находить в небе спутники Юпитера или перечислять назубок все соединения углеводородов, далеко не так важны, как способность загонять дичь в ловушку, выкапывать съедобные корни и кормить детей.

Выживание расставляет свои приоритеты и действует на всех, невзирая на чистоту крови.

Но догоны-то свои астрономические (совершенно бесполезные в их повседневной жизни) знания все-таки сохранили. Как?

Вот здесь начинается самое интересное.

Известный английский журналист и режиссер Дэн Крикшенк в рамках своего кругосветного путешествия посетил земли догонов и рассказал об их обычаях.

В своем фильме «80 сокровищ мира», в главе о наскальной живописи догонов он сообщает интереснейшие подробности о том, как старейшины этого африканского (?) племени передают знания молодежи.

Все связано с обрядом инициации, то есть посвящения в мужчины.

Оказывается, каждые три года мальчики, достигшие 10-летнего возраста, на месяц отправляются в горы. Там, на священном месте у вертикальной скалы, покрытой наскальными росписями, им рассказывают истории об их предках, о богах, о звездах и об устройстве Вселенной. Закрепление пройденного материала достигается двумя эффективными способами. Во-первых, мальчики поновляют сделанные их предшественниками рисунки. Во-вторых, после того, как живописные упражнения завершены, всем ученикам делают обрезание.

Забыть такой обряд невозможно. Жаль, что эту методику нельзя применить в современных школах. Успеваемость гарантированно была бы 100%-ная!

Итак, пример догонов (а есть и другие) ярко показывает, что ныне существующие дикие племена не отстали от прочих народов изначально. Напротив, они были когда-то цивилизованными, как и все остальные. Но затем, оказавшись по тем или иным причинам в изоляции на фоне дикой природы, выпали из основного русла прогресса и деградировали.

Это кажется странным с точки зрения господствующих сегодня воззрений, но совершенно логично в рамках нашей теории.

* * *

Но вернемся к основной теме нашего повествования. Мы говорили о переселенцах, расселявшихся из единого центра и о том Пути, который связывал их новые земли с прародиной.

Важно понять, что маршрут, столь заботливо оборудованный местами ночевки и отдыха (караван-сараи), по которому в дальние дали прошли переселенцы, не был чем-то одноразовым. Нет, он оставался как бы пуповиной, связывавшей окраины с центром цивилизации. Подобно кровеносным сосудам он пронизывал все освоенные людьми территории, объединяя их в единое целое. По нему шли товары, сообщения (весточки родным), путешественники, распространялись знания и новые идеи.

Много позднее, в 1870-х гг. немецкий исследователь Центральной и Восточной Азии барон Фердинанд фон Рихтгофен предложил назвать этот путь Великим шелковым.

Размышляя о том, каким образом все это могло быть организовано, мы приходим к мысли, что помимо рыцарей тамплиеров, обслуживающих пункты отдыха и обеспечивающих путникам безопасность, должны были появиться еще какие-то люди, обслуживающие непосредственно дорогу. То есть те, кто держит сменных лошадей, предоставляет или ремонтирует повозки, умеет закрепить свалившуюся подкову (т.е. кузнецы), способен подлатать или соорудить новую упряжь…

Простое перечисление качеств, которыми должны были обладать эти люди, сразу наводит нас на мысль о кочевом народе, который любит лошадей, умеет с ними обращаться, не имеет постоянного места жительства и в то же время встречается практически в любой точке планеты. Разумеется, это цыгане.

(То есть первоначально это была не нация, а сословие. Нации сложились существенно позднее).

В настоящее время, когда цыгане давно лишены своего естественного дохода и образа жизни, им приходится либо коренным образом отказаться от обычаев предков (то есть жить оседло и работать на заводе), либо искать иные, часто неблаговидные формы заработков.

Но изначально, их работа была исключительно престижной и уважаемой. Кстати, отголоски того, правильного порядка вещей, сохранились в традиционной культуре цыган: музыке, танцах, умении распознавать людей и оказывать на них влияние. С тех же времен, вероятно, сохранилась их способность провидеть будущее. Трудно судить насколько их гадания действительно являются провидением (ясновидением), но в любом случае цыганские предсказания судьбы до сих пор котируются весьма высоко.

Итак, Великий шелковый путь.

В традиционной истории считается, что он вел из Китая в Европу.

Энциклопедия Кирилла и Мефодия сообщает:

ВЕЛИКИЙ ШЕЛКОВЫЙ ПУТЬ, торгово-обменный путь гигантской протяженности, шедший из центральных районов Китая в Индию и Переднюю Азию, а в первые века н. э. связывавший великие империи древности – Китай, Парфию и Древний Рим.

Это правда, только правда… но не вся правда.

Во-первых, не учитывается, что Великий шелковый путь был не только сухопутным. К нему относилась еще целая сеть морских путей, связывающая порты Китая, Японии, Индии, Аравии и Африки.

Во-вторых, как вы уже заметили, исследователи упускают важнейшее ответвление Великого шелкового пути – на Африку.

Возможно, это произошло от того, что натуральный шелк считался (и до сих пор считается) предметом роскоши, а Африка у нас устойчиво ассоциируется с бедностью.

Но это сейчас! А в те времена, когда люди еще помнили, что они люди, Африка была равноправным партнером в торговых сделках и процветала.

Вот как рассказывает об этом фильм «Античные секреты. Сокровища», созданный корпорацией AAC FACT PRODUCTION. TRAVEL CHANNEL.

«Процветающий восточный берег континента (Африки) был утыкан портами, протянувшимися на 2896 км от сегодняшней Сомали до Мозамбика. Корабли ходили от Африки до Аравии (по современным названиям – от Йемена до Мозамбика), затем в Индию и далее в Китай.

Прибрежные города Африки бурлили и были космополитичны – со смешением африканской и арабской культуры, что получило название – народ суахили. Отсюда начались легендарные приключения Синбада и аравийских рыцарей.

Такие города, как Луама в Кении – по-прежнему экзотические перекрестки торговых путей и на сегодняшний день».

Что же могла предложить Африка для международной торговли?

Разумеется, золото. Разумеется, слоновую кость. И такой не менее экзотический товар, как перья страусов.

Перья, кстати, пользовались колоссальным спросом, так как каждый рыцарь и каждый дворянин считал своим долгом прикрепить их к головному убору.

Вы думаете, обладая сокровищами, можно прозябать в бедности?

Между тем фильм корпорации AAC FACT PRODUCTION. TRAVEL CHANNEL продолжает:

«Береговые города расцветали, как центр этой экзотической торговли. Персидские ковры меняли на африканскую слоновую кость, фарфор меняли на золото. Купцы из Индии, Аравии и даже Китая приезжали заключать сделки с суахильскими брокерами – посредниками, контролировавшими доступ к африканским сокровищам».

И далее: «Именно африканцы сохраняли твердый контроль над коммерцией региона».

С точки зрения современности этот факт – сенсация. Но если следовать той версии истории, которую мы сейчас выстраиваем, то иначе и быть не могло.

Повторюсь: человеческая цивилизация развивалась, как единый организм. Не было передовых и угнетенных наций, так как не было еще и самих наций. И не существовало принципиального культурного разрыва между центром и окраинами.

Но пойдем далее.

Простейшие логические рассуждения неизбежно приводят нас к мысли, что в ходе исторического развития в едином организме цивилизации должна была возникнуть СПЕЦИАЛИЗАЦИЯ.

Это естественно. Различные регионы планеты имеют свои природные условия, свои полезные ископаемые и т. д.

И специализация действительно произошла. Европа стала центром ремесел, которыми она славится и по сей день. Здесь изготавливается эксклюзивная одежда, мебель, швейцарские часы, цейсовские бинокли, золингеровская сталь, здесь живут лучшие мастера-ювелиры.

Сияющая Порта (Византия), земли которой словно две руки охватывали Средиземное море, не могла не стать великой морской державой. Отработав в Средиземноморье навыки управления парусами и каравеллами, представители Порты вышли на океанский простор. Здесь славны имена Магеллана, Васко да Гамы, Колумба…

Китай дал миру не только шелк – уникальный материал, именем которого назван Великий шелковый путь. Но еще фарфор, бумагу, порох, восточную философию, сокровенные знания…

А в Средней Азии помимо прославленных Бухары и Самарканда возник уникальный город Хива.

Расположенный между двумя великими пустынями (Кызыл-Кум и Кара-кум), этот страдающий от недостатка воды город и сейчас имеет уникальные условия для астрономических наблюдений. Здесь почти никогда не бывает облаков, закрывающих звезды. Не удивительно, что в Хиве возникла целая научная школа астрономов и математиков.

С точки зрения традиционной истории непонятно: зачем затерянному в пустыне городку столь мощный научный центр?

Но если это часть единой всемирной цивилизации, то совершенно понятно и огромное количество медресе (учебных заведений) и затраты на строительство окружавшей их мощнейшей глинобитной стены высотой до 8 метров и длиной 2200 метров.

В наши дни считается, что эта стена была оборонительной. Но в рамках рассматриваемой теории можно предположить, что толстенная глинобитная стена служила защитой не от врагов, а от местного климата. Действительно, летом жаркий воздух пустыни, натолкнувшись на эту преграду, отдавал большую часть тепла и внутрь города проникал сравнительно прохладным. А зимой толстые стены, накопившие тепло, служили своеобразным термосом, подогревавшим холодный ветер, дующий на город.

Как бы то ни было, в Африке известны поселения, огражденные глинобитными стенами, созданными именно для смягчения температурных перепадов.

Египет, тоже в силу уникальных природных условий, стал царским имперским кладбищем. Климат здесь таков, что тела людей или животных, даже просто зарытые в песок, не гниют, а мумифицируются. Вполне естественно было придумать помещать в такие условия все то, что планировалось хранить долго. Например, тела умерших царей.

Ну, и конечно нельзя забывать центр. Культурный и исторический. Прародину цивилизации, куда стекались экзотические товары, знания, богатства… Где происходила координация всего процесса развития.

Таковым центром вплоть до 17 века была Россия.

Много событий, в том числе жестоких и кровавых произошло с тех пор. Войны, погромы, массовое сожжение книг, целенаправленное уничтожение тамплиеров… Все было направлено на то, чтобы внедрить новый порядок вещей и уничтожить память о Великой Всемирной империи.

Но полностью стереть достижения величайшей цивилизации невозможно. Память о ней все еще теплится. В том числе и в преданиях о Великом шелковом пути, караваны и корабли которого несли не только товары, но и самые передовые идеи. Главной из которых была идея всемирного братства.

* * *

Некоторые выводы

1. Из текста главы «Великий шелковый путь» следует, что цивилизация развивалась, как единый механизм. Причем все народы расселились по земле из единого центра.

2. Первоначально никаких наций и народностей не было. Все происходили из одной семьи (Адам и его жены) и в буквальном смысле ощущали себе братьями и сестрами.

3. Первые нации образовались из сословий.

Энциклопедия Кирилла и Мефодия дает следующее определение наций:

НАЦИЯ (от лат. natio – племя, народ), историческая общность людей, складывающаяся в процессе формирования общности их территории, экономических связей, литературного языка, этнических особенностей культуры и характера.

Поскольку во времена зарождения цивилизации все жили на одной территории, имели один язык и культуру, то первые нации могли начать складываться у тех, кто тем или иным способом отделялся.

Отсюда следует, что первые нации сложились из сословий, которые по роду деятельности начинали жить наособицу.

Это те, кого мы сейчас называем

– казаки,

– цыгане,

– евреи.

Так что в утверждении, что евреи – одна из древнейших наций на Земле, есть много правды.

О первых двух сословиях-нациях уже сказано. Теперь чуть подробнее о евреях.

Итак, в результате расселения людей из единого центра на планете возникла единая Всемирная империя, подразделяющая на три большие части: Никею, Византию и Трапезунд.

Но любую страну в единое целое объединяют не только дороги, но и финансовые потоки. Как говорится, финансы – кровь экономики.

Теперь подумаем, как в древние времена могли перемещаться финансы. Электронной почты или даже телеграфа тогда не существовало, так что монеты приходилось перевозить из города в город в натуральном, так сказать, виде.

Соответственно, должно было появиться сословие людей (сейчас их называют евреями), перемещающих по Великому шелковому пути этот особый, специфический товар – деньги.

Понятно, что человек, несущий в мешке крупную сумму, не должен афишировать свое занятие. Отсюда всякие тайные знаки, особая сплоченность, взаимовыручка, стремление не принимать в семью посторонних… Со временем из профессионального клана сложилась нация.

Вероятно, в силу особой закрытости этого клана, им удалось сохранить ту высокую культуру (в том числе музыкальную), которой славилась Великая империя.

Когда в эпоху Реформации в Европе начали массово жечь книги и особо грамотных людей (Джордано Бруно, например), евреи пострадали в числе первых.

Но прежняя жизнь привила им особые навыки конспирации и выживания. Поэтому сейчас мы имеем то, что имеем.

Храм, как культурный центр

ХХ век с его захлестывающим информационным валом, породил такое понятие, как бренд.

Время сверхизобилия вещей и новостей не оставляет возможности для вдумчивого изучения товара, события и т. п. Мы постоянно торопимся и потому для ориентирования в мире вынужденно создаем в сознании некие ярлыки. «Тойота-управляй мечтой», это хорошо, джинсы с этикеткой «Тверь» – это неприлично.

На этих ярлыках, образовавшихся и закостеневших в нашем сознании, основано появление брендов. И в целом это оправданно, потому что изделие, несущее на себе мировой бренд, чаще всего действительно оказывается красивым и качественным (хотя может быть выпущено не заявленной фирмой, а подпольным цехом).

Но если в товарной среде использование брендов чаще всего оправданно, то в отношении идей, направлений научного поиска, да и в морально-правовой сфере, навешивание ярлыков-брендов очень обедняет восприятие и часто делает нормальный диалог просто невозможным. Потому что любая свежая идея далеко не всегда способна пробиться через блокаду закрепившегося в сознании ярлыка.

С религией в нашем сознании тоже связано множество ярлыков. От хрестоматийно-уничижительного «Религия – опиум для народа», до размышляюще-возвышенного – мол, храм, это место, где происходит благотворное воздействие на все органы нашего эстетического восприятия.

В храме мы приобщаемся к возвышенной архитектуре, древней живописи, наслаждаемся духовной музыкой и получаем урок жизни, слушая проповедь.

Кстати, в храме могут оказать и сугубо материальную помощь – здесь нередко раздают малоимущим какие-то вещи, устраивают благотворительные обеды и т. п.

В принципе, в таком восприятии все нормально. И противоречий с действительностью нет.

Но даже в таком (возвышенном) восприятии роль церкви значительно обедняется.

Дело в том, что в ХХ и тем более в XXI веках мы воспринимаем посещение церкви, как мероприятие хотя и полезное, но досуговое. Есть время – зайдем, нет – ничего страшного, обойдемся.

В прежние же времена институт церкви был жизненно необходим, а строительство храмов было самым непосредственным образом связано с выживанием и развитием цивилизации.

* * *

Теперь, после этого лирического отступления, вернемся снова в наш первый на Земле город и более подробно рассмотрим, какую же жизненно важную потребность играл в его жизни храм и его первосвященники.

Выше говорилось, что потребность в письменности, а, следовательно, и сама письменность зародились именно в храме.

Первоначально эта система знаковой записи отвечала потребностям только старейшины-первосвященника, но с появлением общественного продовольственного склада, стало уже необходимо четко фиксировать: кто, когда и в каком объеме сделал свой взнос. И, соответственно, кто, на какую часть общественных запасов может претендовать в годину лихолетья.

Сейчас, с развитием морозильных технологий, когда кусок мяса, превращенный в окаменевшую глыбу льда может храниться десятилетиями, сроки хранения продовольствия не так уж и важны. В конце-концов даже мамонтятина, добытая из вечной мерзлоты, сохраняет допустимую съедобность…

Но в районе дельты Волги, где климат достаточно теплый, а до изобретения холодильников остается еще по крайней мере 1000 лет, вопрос длительности хранения стоял остро. Важно было своевременно обновлять продовольственный ресурс.

Таким образом мы приходим к мысли, что горожанам необходимо было вести календарь и четко помечать в нем определенные даты.

Г. М. Герасимов в своей книге «Прикладная философия» пишет:

«Все сельские производственники, земледельцы, скотоводы, собиратели, охотники учитывают время в своих делах. Они планируют некоторые виды работ заранее, а начав какую-то работу, как правило, знают, что им предстоит делать через день, два, через месяц или даже полгода. Но заглядывать вперед более чем на солнечный цикл (365 суток) им нет никакой необходимости. Все их производственные решения принимаются на основании вторичных природных проявлений солнечного цикла: ледохода, первого снега, сева, уборки урожая и т. д.

Ремесленникам тоже приходится планировать свои действия и как-то измерять время. Но все их времена в производственных процессах измеряются сутками, очень редко месяцами, и практически нет тянущихся годами. Наконец, опять же все производственные решения принимаются по состоянию объекта, с которым идет работа. Время используется только как ориентировочный параметр, от которого ничто всерьез не зависит».

На основании этих рассуждений, Герасимов приходит к выводу, что первые горожане использовали только наблюдения за лунным циклом. То есть основной временной единицей, которую они использовали в производственных процессах, был лунный месяц и его части (недели).

«Первая производственная потребность измерения (более длительных интервалов) времени, – пишет далее Герасимов, – возникает в ростовщическом бизнесе. Здесь уже необходим учет времени и его запись. В этом бизнесе происходит первичное опробование учета времени, выявляются проблемы и практические способы их преодоления. Какие природные циклы здесь используются? – В принципе все три. Кредит может даваться на несколько дней, месяцев, лет. Учет первых двух циклов может быть проведен с точностью до суток, а третий цикл проще всего привязать к вторичным сезонным признакам. И такой точности в договоре кредитования практически всегда достаточно.

Следующий качественный рубеж в потребности измерять время достигается в цивилизации после возникновения государственности и появления налогов. Основная масса налогов взималась с горожан с некоторой периодичностью. Таким характерным удобным циклом оказывался лунный цикл, около одного месяца. Получение налогов должно было как-то фиксироваться и учитываться. К примеру, характерной точкой отсчета становилось каждое новолуние. Но при этом возникала проблема, как формально отличить одно новолуние от другого, так чтобы при учете было всем понятно, что налоги уплачены именно за этот лунный цикл (месяц), а не предыдущий. Приходилось каждый лунный цикл в пределах года идентифицировать по вторичным, погодным признакам солнечного цикла. У лунных циклов, месяцев, возникли как бы сезонные названия, привязанные к солнечному циклу. Отсюда первичные природные названия месяцев года, которые и сегодня сохранились, к примеру, в украинском языке».

Таким образом, Герасимов относит возникновение полноценного календаря (учитывающего не только лунные, но и солнечные циклы (годы)) на гораздо более позднее время. Условно говоря, на Средневековье.

Но возникновение общественного склада продовольствия делает календарные наблюдения необходимыми уже в эпоху появления первых городов.

Итак, мы пришли к мысли, что при храме должна возникнуть письменность.

Далее, она должна развиваться параллельно с календарем (то есть с астрономическими наблюдениями за Солнцем, Луной, звездами…).

Очевидно, что в процессе развития письменности необходимо возникает школа. Старейшина-первосвященник обязан передать свою систему записи, чтобы, во-первых, последующие поколения могли ее непрерывно продолжать (у нас склад, тут перерывов быть не должно), а во-вторых, чтобы все заинтересованные лица могли ознакомиться и убедиться, что все в порядке.

Таким образом, при храме с необходимостью должна возникнуть школа.

И действительно, церковно-приходские школы – существенная часть нашей культурной жизни, существовали в России вплоть до 1917 года, а сейчас возрождаются.

Скажем больше. Все первые университеты основаны церковью.

Венгерский исследователь Е. Гергей в своей книге «История папства» (М., «Республика», 1996 год) сообщает:

«Расцветом в XIII веке монашеских орденов и развитием городов объясняется и возникновение средневековых университетов. Самым известным был Парижский университет, устав и автономия которого в 1213 году были признаны (римским папой) Иннокентием III. Вторым по значению был университет в Болонье, в котором в первую очередь давалось юридическое образование».