Всемирная история на основе Новой хронологии

Итак, на начальном этапе развития цивилизации насилие отпадает.

Хотя бы просто из сугубо арифметических соображений.

Численность горожан первоначально значительно меньше совокупной численности кочевых родов, живущих в окружающих степях (хотя бы потому, что территории степи и первобытного города несоизмеримы), к тому же воинами являются не все горожане, а только их небольшая часть – служители храма.

Но тогда нужно определить: существуют ли какие-либо общие интересы кочевников и горожан (помимо торговли), которые позволили бы городу распространить свое влияние на окружающие территории и получать дань?

Оказывается, да, существуют.

И это напрямую связано с выживанием.

Как уже говорилось выше, человек не обладает высокой способностью к размножению. Человеческий ребенок очень долго остается практически беспомощным, и для того, чтобы дети выживали, нужен гарантированный запас продовольствия на периоды бескормицы.

Отчасти эта проблема была решена после того, как удалось приручить стада копытных.

Но!

Может случиться затяжная или многоснежная зима, когда природные корма для скота окажутся под снегом.

Не менее пагубна длительная засуха.

А есть ведь еще и стихийные бедствия, например, нашествие саранчи или (упаси бог) степной пожар.

Словом, для гарантированного выживания человечества необходимо создать значительный запас продовольствия и фуража.

Кочевники такой запас создать не могут, так как должны все время перемещаться, а груз, который они в силах возить с собой, ограничен.

Принципиально другие возможности у жителей городов.

Здесь нужно обговорить еще один важный момент.

Итак, кочевники живут от своих стад. То есть их запас продовольствия (причем живой и, следовательно, не подверженный порче) всегда с ними.

Иное дело жители города. Они изначально не могут иметь большое стадо, так как живут стационарно и скот могут пасти на ограниченной площади (с ограниченным количеством травы) вокруг своих жилищ.

Значит перед ними изначально встает задача создания неких продовольственных запасов, которые позволили бы им жить в период между торгами (приходом кочевников со свежей натуральной платой за услуги).

При этом ничто не мешает им создать крупный стационарный склад продовольствия – они не кочуют, стало быть, вес продуктовых запасов для них не является ограничивающим фактором.

Что можно положить в этот первый банк (хранилище-погреб)?

Сушеное, вяленое и копченое мясо, сушеную, копченую и вяленую рыбу, различные съедобные растения (корни, стебли, плоды).

Создание запасов дело естественное. Но появление первых стационарных складов продовольствия создают условия для нескольких важных технологических и цивилизационных прорывов.

– На рынке появляется принципиально новый товар – соль. Это вещество, незаменимое для превращения свежих продуктов в товар длительного хранения.

(кстати, природный источник соли – озера Эльтон и Баскунчак находятся неподалеку от места, которое мы определили, как место возникновения цивилизации. То есть в нынешних Астраханской и Волгоградской областях)

Уточнение: место происхождение человека и место зарождения цивилизации – не одно и то же. Хотя географически это близлежащие зоны.

– Соль может играть роль первых денег, так как обладает всеми их свойствами: долго хранится, пользуется стабильно высоким спросом, не утрачивает своих свойств при делении на части.

– Соль создает новый вид ремесленников: соледобытчиков и профессиональных купцов, то есть людей, которые занимаются исключительно доставкой и продажей нового вида товара – соли.

Кстати, в Украине до сих пор сохранилось название этих первых купцов – чумак.

Согласно словарю Даля «Чумак – протяжной извозчик на волах; в былое время отвозили в Крым и на Дон хлеб, а брали рыбу и соль. Чумаковать – извозничать на волах»

О происхождении купцов Г.М.Герасимов пишет так:

«По мере увеличения зоны цивилизации, включения в нее новых ландшафтных зон, общественное разделение труда делает еще один принципиальный шаг. Появляется класс профессиональных торговцев, которые сами ничего не производят, а занимаются только перепродажей. В одном месте (городе) купил, в другом продал с прибылью. Первоначально эту нишу, естественно, занимают кочевники. Они привычны к перемещениям с грузом. При этом сначала этот вид деятельности возникает как небольшая добавка к их основному занятию – кочевому животноводству. Между городами, где они и так кочуют и иногда торгуют, они еще начинают заниматься перепродажей чужих товаров. Но постепенно этот бизнес из-за своей выгоды выделяется в самостоятельный род деятельности, поскольку купцу желательно как можно быстрее оборачиваться с товарами, а не привязываться к скорости перемещения пасущихся стад».

Мысль в целом верная, но поскольку особого разнообразия товаров в период начала цивилизации нет, то «заниматься перепродажей чужих товаров» довольно сложно. Попросту говоря, торговать особо нечем.

Иное дело соль. Это уже товар, которому можно посвятить себя без остатка.

И еще один важный момент

В принципе, в любом месте, где стационарно живут люди, имеются какие-то запасы продовольствия. И, соответственно, появляются разнообразные домовые мыши, крысы и прочие грызуны, которые тоже на эти запасы продовольствия претендуют.

Герасимов пишет: «В это время, видимо, самостоятельно, без участия человека одомашнивается кошка».

Я согласна с мыслью, что инициатива одомашнивания исходила действительно от кошки. Но вряд ли совсем «без участия человека». Скорее всего «с молчаливого одобрения».

И, думаю, достаточно быстро возник запрет каким-либо образом обижать и тем более уничтожать кошачьи семейства, поселившиеся на территории города.

Итак, в городе возник склад продовольствия. Это дает горожанам новый, принципиально более высокий уровень стабильности.

Живущие вокруг города кочевники не могут не оценить столь выдающееся нововведение. И на этой почве возникает новая сфера сотрудничества между ними и горожанами. Кочевники теперь тоже могут делать долговременные запасы продовольствия, не задумываясь об их весе и сложностях транспортировки. Потому что склад является стационарным.

Таким образом, городской долговременный продовольственный склад становится как бы прообразом сельскохозяйственного банка, куда кочевники могут делать взносы свежим мясом или даже живым стадом. А жители городов это перерабатывают, мясо вялят, коптят или солят, и закладывают в хранилище. За определенную плату, разумеется.

То есть сотрудничество взаимовыгодное.

Если проехать по Золотому кольцу России, можно заметить, что действительно древние дерево-земельные укрепления (земляной вал и поверху забор из кольев) ограждали не весь город, и даже не торговую площадь, а только городской храм и прилегающую территорию.

Крепость, ограждающая храмы в Юрьеве-Польском

Причем сами храмы имели явно избыточный запас прочности. Широко известны истории времен Великой Отечественной войны, когда фашисты закладывали в основание православных церквей мощные заряды и пытались уничтожить их взрывом. В большинстве случаев храмы устояли даже перед современной взрывчаткой.

Так что если бы речь шла только о молельном помещении, возведение столь мощных стен необъяснимо. Тем более, что их сооружали без современной строительной техники, то есть затратили много сил, труда, стройматериалов… Зачем?

А вот если предположить, что храм являлся хранилищем… Этаким прообразом современных банков… В котором первоначально хранились продовольственные запасы – самая ценная вещь в те времена, так как эти запасы гарантировали выживание…

Вот тогда становятся понятны и дерево-земельные укрепления вокруг, и избыточная толщина стен храма-храна.

Итак, при создании большого стационарного запаса продовольствия и фуража горожане трудятся не только на себя, но и на окружающих город жителей кочевых родов. И естественно должны получать за это плату (дополнительные порции мяса или дополнительные головы скота). Возможно, эту плату уже тогда назвали «дань», от слова «давать». Тогда в этом названии не было ничего унизительного.

Таким образом город контролирует окружающую территорию, распространяет на нее свои законы, собирает налоги… То есть становится городом-государством.

Очевидно, что город стремился распространить свое влияние на возможно большую территорию. Чем больше «клиентов» «продовольственного банка», тем больше дани, больше возможностей для роста и процветания.

Некоторые побочные соображения

При словах «банк» и «вложения» у всякого современного человека возникает мысль о гарантиях.

В наше время несть числа случаям, когда владельцы (или служащие) банка запускали руку в общественное хранилище, переводили деньги за границу и там безнаказанно зажигали в Куршавелях или Лас-Вегасах.

Рассмотрим ситуацию с нашим первым продовольственным банком-хранилищем и изучим риски. Что если жители города поступят нечестно и не захотят вернуть вклады кочевникам?

Что если найдется жулик, который загрузив продовольствие или центнер соли (первые же деньги, как-никак!) на тачанке, отстреливаясь от погони, попробует прорваться за пределы степной, принадлежащей кочевникам зоны, чтобы там насладиться награбленным?

Мда. Ситуация, которая в наше время выглядит, увы, привычно, при трансляции ее в эпоху зарождения цивилизации становится неестественной.

Во-первых, никакой заграницы пока нет. За пределами обитаемой зоны один человек даже с тонной денег выжить не сможет. Медведи съедят.

Во-вторых, жители городов не с Луны на нашу планету упали. Они выходцы из тех же кочевых родов, которые пасут свой скот на окружающих территориях. Они связаны с кочевниками бесчисленным переплетением родственных связей и еще помнят, что такое власть старейшины рода. Тем более, что и в городе исполнительная власть принадлежит старейшине.

В-третьих, даже если жители города внезапно и в полном составе скурвились и в голодный год решили вложенное в их «банк» -хранилище продовольствие не выдавать, а продавать… Что они могут получить в качестве платы?

Дополнительное количество женщин? Их кормить надо.

Дополнительные головы скота? Так ведь голод, у кочевников нет лишней пищи. Они потому и обращаются за вкладом, что наступила бескормица.

Дополнительные шкуры? Так ведь сгниют, горожане не успеют выделать больше, чем позволяет их низкая производительность.

Дополнительные горшки? Лишние запасы соли? Зачем?

Словом, ситуация такая, что преступление не выгодно.

Более того, рассорившись с кочевниками, живущими в степях, окружающих город, горожане могут вообще лишиться источника доходов. Ведь ничто не мешает кочевникам организовать новое место торга километрах в 5—10 выше или ниже по реке.

Таким образом, мы приходим к естественному выводу, что сотрудничество и взаимопомощь на заре цивилизации были единственно возможной политикой.

Собственно, честность и порядочность и сейчас остаются лучшей политикой, просто в настоящее время это не так очевидно.

* * *

Но была еще одна сфера, в которой горожане и кочевники могли плодотворно сотрудничать.

Рыцари храма

В поисках земли обетованной

Итак, первая цивилизация на планете Земля, возникшая в степях Северного Причерноморья, процветает и развивается. Вот уже степь заполнилась кочевниками, в низовьях Волги и Дона возникли первые города…

Между тем население растет. Даже по самым сдержанным оценкам, если в каждой семье выживает только четверо детей, то население удваивается в среднем каждые 20 лет.

Хозяйство у нас пока экстенсивное. То есть чтобы получать больше пищи, мы должны постоянно осваивать новые территории.

Каждый раз, когда от рода-племени отделяется новая семья, ей выделяют часть стада и прозрачно намекают: «А не пошли бы вы подальше»…

В Библии такая ситуация описана в книге «Бытие»:

«И был Авраам очень богат скотом, и серебром, и золотом. И продолжал он переходы свои от юга до Вефиля, до места, где прежде был шатер его…» (Бытие, гл. 13, ст. 2, 3).

«И у Лота, который ходил с Авраамом, так же был мелкий и крупный скот и шатры. И непоместительна была земля для них, чтобы жить вместе, ибо имущество их было так велико, что они не могли жить вместе» (Бытие, гл. 13, ст. 5, 6).

«И сказал Авраам Лоту: да не будет раздора между мною и тобою, и между пастухами моими и пастухами твоими, ибо мы родственники; не вся ли земля пред тобою? отделись же от меня: если ты налево, то я направо; а если ты направо, то я налево» (Бытие, гл. 13, ст. 8, 9).

Но что значит «подальше»? Одно дело переместиться на расстояние дневного перехода, то есть на земли известные, разведанные. Совсем другое – идти со всем имуществом и с большим стадом неизвестно куда… А может там пустыня? Или болото… Зайти-то зайдешь, да сумеешь ли вернуться?

Следовательно, возникает настоятельная потребность в том, чтобы произвести разведку местности…

А кого послать? Разумеется тех, кто не задействован в повседневном (без выходных) производительном труде.

Тут мы приходим к мысли о том, что у кочевников и горожан возникает новая сфера сотрудничества. До сих пор их взаимный интерес представляли только торговля, создание запасов «на черный день» и (весьма вероятно) судебные решения. То есть в случае конфликта между двумя племенами из-за пастбищ или скота старейшины могли обратиться к городскому священнослужителю, как к третейскому судье. Выгода такого обращения очевидна: во-первых, горожанин в пастбищах не заинтересован и, стало быть, судить может беспристрастно. И во-вторых, в его распоряжении есть сила (воины-монахи), которые обеспечат выполнение принятого решения.

Естественно, кочевники оплачивают судебные издержки. Но такая плата несоизмеримо меньше убытков, которые оба рода-племени потерпели бы в случае затяжного конфликта (войны). Таким образом все довольны, а город распространяет свое влияние на окружающие его территории.

Как развиваются события дальше? Очевидно, что народ благоденствует (климат хороший, экология отличная, стрессов нет, пища в достатке) и численность населения растет, как на дрожжах.

Причем, как в городе, так и у кочевников.

Но если горожане не так остро нуждаются в больших участках земли и могут жить в тесноте (дома, например, строить в два этажа и т.п.), то кочевникам новые территории жизненно необходимы.

Поэтому рано или поздно наступает момент, когда старейшины кочевников обращаются к городу по новой проблеме. «У вас вот тут при храме есть молодые парни, – говорят они, – ничем особо не занятые. Может пора им делом заняться?»

Словом, идея отправить монахов-воинов на разведку новых, пригодных для жизни территорий, буквально лежит на поверхности. Городу это выгодно, так как за услугу кочевники заплатят. И кочевникам выгодно, так как своих выросших детей они теперь отправят не неведомо куда, а в надежное, проверенное место.

Таким образом монахи-воины, живущие при храме, получают очередное предназначение – разведка новых территорий, пригодных для заселения.

Поскольку они теперь передвигаются не только пешком, но и на лодках (стругах) по рекам, то вскоре у них появляется и новое имя – казаки.

Этимологию этого названия можно почерпнуть из книги О. Сулейманова «Аз и Я». Сулейманов считает, что слово «каз'ак» – тюркского происхождения и означает «гусь белый» или «лебедь белый». То есть подчеркивалась мобильность казаков, стремление жить на лету, как перелетные птицы…

(Любопытно, что все названные птицы – водоплавающие).

Это мнение косвенно подтверждает и Советский энциклопедический словарь, который сообщает, что в семействе перелетных птиц есть «казарка», к которым иногда относят так же белолобого гуся.

Кстати, до самого последнего времени (буквально до того, как советская власть начала уничтожать казачество, как класс), казаки жили преимущественно на окраинах России. И считались стражами границ. Известны Донские, Кубанские, Терские, Амурские казаки… (Названия казачеств в большинстве случаев происходят от названий рек).

А в Западной Европе (после ее заселения, естественно) монахи-воины получили еще одно название – храмовники. Рыцари храма. Тамплиеры.

В документальном фильме ВВС «Тайны ордена тамплиеров» устами ведущих современных ученых из крупнейших университетов мира о них говорится: «В высший период своего могущества, во времена средневековья, рыцари храмов считались лучшими воинами церкви. Они были по-своему уникальны: сочетали боевые качества воинов с жертвенностью монахов».

Вероятно, со времени поисков новых земель казаками-тамплиерами начинается эпоха составления первых карт. Это разумно – вновь полученные сведения нужно записать, чтобы добытая информация не потерялась.

Разумеется, никаких правил картографии пока не существует, карты являются описательными. Типа: «за оврагом – лес, за лесом – река, за рекой – холмы» и так далее.

Однако помимо карты переселенцам нужны были еще какие-то ориентиры, чтобы не заблудиться. Проще всего организовать на возвышенности какой-нибудь дымный костер. Дым в ясный день поднимается до небес и не заметить его невозможно.

Такая методика ориентирования проста, малозатратна и эффективна. Вероятно, она широко использовалась. В частности, в Библии есть описание, как после бегства из Египта народ Моисея сорок лет ходил по пустыне за дымным (ночью – огненным) столпом.

«И двинулись сыны Израилевы из Сокхофа и расположились станом в Ефаме, в конце пустыни. Господь же шел перед ними днем в столпе облачном, показывая им путь, а ночью в столпе огненном, светя им, дабы идти им и днем, и ночью» (Исход, гл. 13, ст. 20,21)

Весьма вероятно, что дымный столб организовывал не сам Господь лично, а его служители. То есть посланные вперед разведчики – рыцари храма. Народ же идущий на этот сигнал, вполне мог говорить: «Господь указывает нам путь».

В конце концов расселение народов по Европе достигло естественных пределов. На севере это были Балтийское и Северное моря, западе – Атлантический океан, на юге Средиземное, Черное и Азовское моря. Восточнее – Кавказские горы и Каспий. На юго-востоке – протяженные пустыни, на востоке – цепь Уральских гор.

Теперь в поисках плодородных земель требовалось преодолеть серьезные (а главное протяженные, на много дней пути) природные препятствия. Значит, недостаточно было просто разведать путь. Для переселенцев требовалось организовать пункты питания и отдыха. То есть своеобразные гостиницы (караван-сараи), где можно было, не опасаясь диких зверей переночевать, приготовить пищу, помыться с дороги… И где были загоны для скота, ведь наши переселенцы отправлялись в путь со всем движимым имуществом.

Понятно, что организация массовых переселенческих колонн требовала серьезной подготовительной работы. В традиционной истории это отразилось, как организация 1-го и 2-го крестовых походов.

Давайте вспомним: к первому крестовому походу призвал папа Урбан II. Довольно любопытно, что его имя фактически совпадает с термином «урбанизация».

Считается, что крестовые походы были делом сугубо военным. Многотысячные воинские соединения, в том числе тяжелая конница крестоносцев шли в Святую землю, якобы для того, чтобы сражаться с полчищами мусульман.

Однако в то же самое время учебники истории сообщают, что одним из руководителей Первого крестового похода был сугубо штатский человек Петр Амьенский по прозвищу Пустынник. Прозвище он получил оттого, что уже побывал в тех землях, куда призывал народ. То есть его прозвище прямо указывает, что местность та была пустынна. Не заселена.

Второй намек – Петр Пустынник был монахом-проповедником. То есть, весьма вероятно – рыцарем храма. Тамплиером.

В энциклопедиях сообщается, что численность людей, которых он отвел в Святую землю, составляла до 60 тысяч человек.

В энциклопедии Кирилла и Мефодия об этом сказано так:

В марте 1096 начался первый этап Первого крестового похода (1096—1101) – т. н. поход бедноты. Толпы крестьян, с семьями и скарбом, вооруженные чем попало, под руководством случайных вожаков, а то и вовсе без них, двинулись на восток.

Крестовый поход детей

«И никто из них не вернулся обратно», – скорбно отмечают современные историки.

Думается, скорбь неуместна. Люди не вернулись, так как с самого начала уходили на новые земли насовсем. С семьями и скарбом, но практически без оружия. Так сказать: «Едут новоселы по земле целинной… Молодой хозяйкой сразу в новый дом».

В учебниках истории отмечается также, что помимо крупномасштабных воинских соединений, регулярно отправлявшихся в Святую землю, состоялся еще так называемый «Крестовый поход детей». То есть неявно, как бы предполагается, что религиозная пропаганда настолько задурила людям головы, что они побросали все свои повседневные дела и разом, прямо кто в чем был, отправились за тридевять земель освобождать Гроб Господень. И первыми пошли едва ли не малолетние дети, которых почему-то легко, и практически без куска хлеба в дорогу отпустили родители.

«Все они также сгинули в неведомой Палестине, и никто не вернулся домой», – печалятся историки.

В свете нашего предположения, что это тоже были переселенцы, невозвращение становится понятным. В поход действительно ушли дети. Но не малолетние, а вполне половозрелые парни и девушки. Ушли на новые земли, потому как на малой родине создавать новые семьи было просто негде.

И то, что организовала эти походы-переселения церковь, означает, что людей не просто призвали куда-то идти и бросили на произвол судьбы… Нет, силами тамплиеров по всему пути следования были установлены ориентиры и оборудованы места отдыха.

В фильме ВВС «Тайны ордена тамплиеров» об этом сказано прямо:

– «Задачей рыцарей тамплиеров стало строительство укрепленных путевых лагерей и снабжение путников транспортом и продовольствием. Исполнение святого обета по защите пилигримов наглядно показало основные преимущества рыцарей ордена храма».

– «Хозяйственная сеть ордена обеспечивала безопасность проживания и передвижения по главным торговым маршрутам Европы и по Святой земле. Под контролем рыцарей находились и многие морские порты».

Помимо чисто хозяйственной деятельности по обеспечению нормальных условий для переселенцев, рыцари храма занимались еще и тем, что гасили конфликты и всячески поддерживали мир и порядок. Историк Малкольм Барбер (University of Reading), например, сообщает:

– Встречи между рыцарями и жителями Востока становились все чаще. Некоторые из них были даже описаны хронистом из Дамаска Усамой ибн Мункызом в «Книге назиданий».

В одной из записанных историй рассказывается:

«Однажды я вошел в маленькую мечеть, возле которой франки устроили церковь, произнес: «Господь велик» и начал молиться. Один франк ворвался ко мне, схватил меня, повернул лицом к востоку и крикнул: «Молись так!»

К нему бросились несколько (!) человек храмовников-тамплиеров и оттащили его от меня, и я снова вернулся к молитве. Однако этот самый франк ускользнул от них и снова бросился на меня. Он повернул меня лицом к востоку и крикнул: «Молись так!» Храмовники опять вбежали в мечеть и оттащили франка. Они извинились передо мной и сказали: «Это чужестранец, он приехал на этих днях из франкских земель и не знает здешних обычаев».

Не правда ли, история эта трактуется однозначно – рыцари храма наблюдали за порядком и в случае возникновения каких-либо обострений немедленно вмешивались, восстанавливая мир и порядок.

Но давайте посмотрим главное – к чему привела вся эта многотрудная деятельность? Каких успехов достигли рыцари храма в своей работе по переселению граждан на новые земли? Историки утверждают, что эпоха крестовых походов длилась аж двести лет – срок немалый. Так каков же результат?

Считается твердо доказанным (настолько твердо, что это даже включено в школьные учебники), что по итогам всех крестовых походов войска рыцарей основали на новых землях три государства: Латинскую империю, Никейскую империю и Трапезундскую империю.

Историки утверждают, что ввиду ожесточенного сопротивления мусульман, которые как бы жили в этих землях раньше (откуда они там взялись непонятно), все три государства были микроскопическими и просуществовали недолго. Словом, по их мнению «гора родила мышь» – двухсотлетние усилия фактически пропали даром.