Грозный зять: Харизматичный Лукас Грей. Книга 3

В этот момент Амелия, прильнувшая к Шайенн, подняла голову и с решительным выражением на нежном личике сказала: — Все, кто обижает Тётю Шарлотту и маму — плохие!

Шайенн не знала, смеяться ей или плакать, и ласково потёрла носик Амелии. — Мы взрослые, а ты ребёнок. Что ты понимаешь?

Амелия надула щёчки. — Я всё понимаю! И я знаю, что Бабушка сегодня утром нас обидела и даже не приготовила нам завтрак.

Шайенн приласкала Амелию. — У Бабушки сегодня просто было плохое настроение. Не держи на неё зла, Амелия. Давай сегодня вечером устроим настоящий пир!

Утренняя истерика матери расстроила Шайенн, поэтому она не хотела сегодня вечером возвращаться домой и сталкиваться с враждебным отношением Карен.

Поэтому они втроём решили поужинать в известном ресторане, прежде чем отправиться домой.

Как только они вошли в дом, Карен встретила их с улыбкой, что показалось неестественным. — Вы наконец-то дома! Тяжёлый был день. Вы все устали, да? Проходите. Я приготовила целый стол ваших любимых блюд! Быстрее мойте руки и садитесь есть!

— Не нужно, спасибо, мы уже поужинали, — равнодушно сказала Шайенн и, говоря это, повела Амелию наверх.

— Что? Почему вы поели не дома? Еда в ресторанах не такая гигиеничная и вкусная, как та, что готовлю я, — поспешно воскликнула Карен.

К несчастью, Шайенн не обратила на неё никакого внимания и сразу прошла в свою комнату, чтобы помочь Амелии принять душ и переодеться в чистое.

Вскоре вернулась Шарлотта.

Карен поспешно окликнула её: — Шарлотта, ты вернулась с работы? Иди ужинать. Я уже приготовила целый стол. Мы ждём только тебя!

Шарлотта холодно взглянула на Карен. — Разве такая непочтительная дочь, как я, достойна есть еду, которую вы приготовили? Ешьте сами.

Сказав это, она тоже сразу прошла в свою комнату.

Видя, что обе дочери проигнорировали её, Карен была вне себя от ярости и так разозлилась, что заскрежетала зубами.

Обычно Шайенн и Шарлотта никогда бы не посмели относиться к ней с такой враждебностью. А если бы и посмели, она бы просто сказала им: «Не нравится — не ешьте!»

Но сейчас больше всего её беспокоило то, что они перестанут есть её стряпню и давать ей деньги. Несмотря на ярость, ей ничего не оставалось, кроме как терпеть.

Карен стояла одна перед столом, заставленным блюдами, понурив голову и выглядя невероятно одинокой.

Лукас мысленно вздохнул. Он подошёл и с улыбкой сказал: — Карен, ваши кулинарные способности просто восхитительны, я почувствовал аромат ещё с улицы. Вы уже ели? Позвольте мне составить вам компанию за ужином.

Лукас уже собирался взять приборы.

Но, к его удивлению, Карен тут же подняла голову и с угрожающим и раздражённым видом заорала: — Ты только и знаешь, что жрать! Ты что, само Чревоугодие? Я не для тебя это готовила! Я лучше собакам скормлю, чем позволю тебе съесть хоть крошку, ничтожество! Проваливай!