Фальшивая истинная. Охота за драконьими сокровищами

Видимо, Рейнар решил, что жительнице трущоб и так сойдет. Или намеренно указывал мне мое место, словно недостаточно ясно сделал это в зале. Вот ведь гад! Будь я его настоящей истинной, я бы, пожалуй, вправду развернулась и ушла, презрев все эту показное великолепие. Хорошо, что я фальшивая. Мне не придется проводить с таким типом всю жизнь. Только столько, сколько нужно для дела.

Все складывается не так уж плохо. Для проникновения в замок нужен был предлог, так у Грейсона и родился план с меткой истинности. И вот я в замке. План сработал. Остальное – детали. А я всегда умела ориентироваться по обстоятельствам.

Едва я приоткрыла балкон, впустив в комнату прохладный вечерний воздух, как в комнату постучали. Не дожидаясь ответа, вошел Атмунд Бревик. Он держал в руках пергаментный свиток и выглядел так, будто собирался провести инвентаризацию.

– Покои вас устраивают? – спросил он, и в его тоне не было ни капли искреннего интереса.

– Вполне.

– Прекрасно. Одежда, украшения и дамские вещи – все будет доставлено в ближайший час. Я здесь, чтобы уточнить: что еще вам потребуется?

О! Это шанс.

– Мне нужно съездить домой. Собрать кое-что… личное.

Бревик даже не поморщился. Просто покачал головой.

– Ваш отъезд невозможен.

– Почему?..

Это серьезное отклонение от плана! У меня нет при себе ничего из специального инструментария. Ни отмычек тонкой работы, ни пакетиков с усыпляющими порошками, ни компаса, чувствительного к сильным скоплениям магии, который мог бы указать на сокровищницу. Все это лежало в потайном отделении моего комода в лавке.

– Распоряжение лорда Скайрена. Вы остаетесь в замке. Для вашей же безопасности и… чтобы избежать ненужных пересудов.

Ясно. Придется выкручиваться. В конце концов, главный инструмент – моя собственная магия – всегда при мне. Ее не отнимешь, не спрячешь в шкаф. Но без вспомогательных средств задача усложнялась в разы. Я поостереглась прихватить с собой необходимое сразу, а зря. По приезде-то не обыскали.

– Могу я хотя бы отправить письмо брату? – спросила я, меняя тактику. – Чтобы он знал, что со мной все в порядке.

Бревик на секунду задумался, затем кивнул.

– Конверты, бумага, перо и чернила лежат в столе. Готовое письмо передайте служанке.

Я выдохнула с облегчением. Маленькая, но победа. Не хватало еще, чтобы Дастин, не дождавшись вестей, решил, что меня разоблачили, и рванул в бега или, того хуже, затеял самоубийственную попытку меня спасти.

– Благодарю вас, господин Бревик.

– Атмунд, – поправил он. – Зовите меня по имени.

В его тоне не было ни дружелюбия, ни расположения – лишь профессиональная сдержанность. Но все же это хороший знак. Возможно, маленькая лазейка в будущем. Я решила рискнуть.

– Атмунд, – повторила я, пробуя имя на вкус. – Скажите… есть ли у меня шанс… ну, не знаю… поладить с лордом? Может, вы дадите совет?

Он посмотрел на меня так, словно я спросила, как научиться летать, махая руками.

– Я не даю советов, госпожа Кловер. Я исполняю поручения. Всего доброго.

С этими словами Атмунд ушел. Облом. Надеюсь, он не донесет, что я выпытываю информацию о лорде? Хотя, что тут такого? Нормальный вопрос от девушки, жаждущей добиться расположения своего жениха. Ни разу не подозрительный.

Я устроилась за столом. Бумага была плотной, дорогой, перо отточенным, чернила – необыкновенно яркими и насыщенными. Роскошь даже в мелочах. Писать нужно было осмотрительно – послание почти наверняка прочитают перед отправкой.

«Дорогой брат, – вывела я стройным неброским почерком. – Лорд Скайрен принял меня в качестве своей избранницы. Я остаюсь с ним в замке. Со мной все в порядке, не беспокойся. Береги себя и лавку. Твоя сестра, Кловер».

Коротко, сухо, без эмоций. Идеально для постороннего глаза. Но между строк для Дастина должен был читаться совсем другой смысл: «Все по плану. Я внутри. Но меня не выпускают, встретиться не сможем. Метку не обновлю». Это было проблемой. Дастин вложил в татуировку мощный, но не вечный заряд. Магия начнет рассеиваться недели через две, а через месяц любому станет очевидно, что знак – подделка. Но я и не собираюсь задерживаться здесь так долго.

Я не стала запечатывать письмо сургучом, мол, мне нечего скрывать. Просто написала на конверте адрес лавки и имя Дастина Ригза. Только закончила, как снова постучали. Вошли служанки, неся целые ворохи тканей, ящички и шкатулки. Они разложили все это по местам: платья в чехлах, нижнее белье из шелка, теплые халаты, туфли на невысоких каблуках, туалетные принадлежности в хрустальных флаконах. Одна из служанок, помоложе, робко спросила:

– Помочь будущей госпоже помыться и одеться?

– М-м-м… Я сама умею мыться и одеваться. Спасибо.

Девушка опустила глаза, но украдкой продолжила меня разглядывать. Видимо, ей было интересно изучить диковинку из Нижнего города поближе. Я решила этим воспользоваться и свести знакомство.

– Как тебя зовут?

– Элиза, госпожа.

– Скажи, Элиза, лорд… какой он человек? Хоть и дракон…

– Господин Рейнар… – Она смущенно захлопала ресницами. – Его светлость очень добр и справедлив!

Другие служанки согласно закивали, хоть их и не спрашивали. Вот же подлизы. Боятся ответить честно? Доброту их светлости я сегодня лицезрела во всей красе!

Элиза, поймав мой скептический взгляд, поспешила удалиться вместе с напарницами.

Когда дверь за ними закрылась, я первым делом я отправилась в ванную. Вода из крана оказалась была идеально горячей, будто ее подогревали где-то в недрах замка самой магией. Я наполнила ванну до краев, капнула из флакона ароматного масла с запахом лаванды и погрузилась в воду с наслаждением, на которое у меня в обычной жизни никогда не было ни времени, ни средств. Вся накопленная за день усталость, все напряжение – они словно растворялись в этой блаженной теплоте.

Но расслабляться было нельзя. И меня таким не купишь! Вот закончу дело с Грейсоном, получу деньги, и у нас с Дастином появится свой дом на юге. Ванна там будет ничуть не хуже. А может, и лучше. Потому что своя.

Выбравшись из воды и обернувшись в огромное пушистое полотенце, я подошла к груде платьев. Меня ждало суровое испытание… То, что казалось элегантным и простым, на деле оказалось хитросплетением шнуровок, крючков, пуговиц и завязок, расположенных в самых неудобных местах. Я покрутила в руках одно платье цвета морской волны, пытаясь понять, где у него перед, а где зад, и как это все на себя надеть без посторонней помощи. В итоге, методом проб и ошибок, я справилась, выбрав самое незатейливое платье кремового цвета, с минимальным количеством оборок. Оно было из чистого шелка, и ткань струилась по телу, облегая, как вторая кожа.

Туфли пришлись впору. Я высушила волосы перед камином, расчесала их гребнем из слоновой кости. Мои длинные густые волосы, моя гордость, после дорогих шампуня и бальзамов стали невероятно мягкими и послушными. Я убрала их с лица драгоценными заколками из шкатулки – золото с крошечными топазами. Надела серьги-капли, легкое колье и браслет, ориентируясь на собственный вкус. Составлять гармоничные композиции я умела – букеты-то собирала не один год.

Зеркальное отражение смотрело на меня глазами знакомой девушки, но одетой в наряд принцессы из чужой сказки. Платье сидело идеально, украшения подчеркивали бледную кожу шеи и запястий. Я выглядела… хорошо. Даже очень. Но это была все та же я. Во что ни рядись, суть не меняется.

Тем временем за окном окончательно стемнело. Посетила прозаичная мысль: а меня вообще собираются кормить? Обед я пропустила, на завтрак перехватила пару бутербродов… Желудок начинал требовательно урчать.

Я вышла из комнаты. В коридоре, прямо напротив моей двери, караулила Элиза. Интересно, зачем?..

– Госпожа желает ужинать? – поклонилась она.

– Да. Где у вас обычно ужинают? – поинтересовалась я, надеясь на разведданные.

– Можно в ваших покоях, можно в малой столовой. Как прикажете?

– В столовой.

Сидеть в четырех стенах – не лучший способ изучить местность.

Меня повели обратно по знакомому коридору, но свернули мы в другом месте, спустившись по узкой винтовой лестнице. По пути я старалась запомнить все: здесь дверь, похожая на кладовую, там решетчатое окно с видом на внутренний сад. Меня поселили в гостевом крыле, причем, судя по «скромности» обстановки и удаленности, – для не самых желанных и уважаемых визитеров.

Малая столовая оказалась совсем не малой. Это был просторный зал с длинным дубовым столом, способным разместить целый банкет. На стенах висели портреты суровых мужчин и женщин – явно предки Рейнара. Огромный камин занимал всю дальнюю стену, но его пламя было не единственным источником света, имелись несколько свечей в тяжелых канделябрах на столе.

Меня усадили во главе стола – странное и неудобное место, словно подчеркивающее мое одиночество. Явился дворецкий с вопросом:

– Чем госпожа изволит ужинать?

Вопрос поставил в тупик. В голову лезли названия блюд, которые мы готовили себе с Дастином: тушеная капуста с колбасой, похлебка с мясом, жареная картошка. Я смутно осознавала, что здесь такое вряд ли подадут. Но рисоваться, придумывая изысканные яства, которых я никогда не пробовала, было глупо.

– Что-нибудь… мясное, – неуверенно произнесла я. – И хлеб. И чай.

В глазах дворецкого отразилось затаенное веселье. Он кивнул и ретировался. Я осталась сидеть, чувствуя себя полной дурой. Но что поделать? Я и есть дура, раз влезла в эту авантюру. Любопытно, а чем тут питается сам дракон? Девственницами? Рыцарями? Отбившимися от стада овечками? Догадки были настолько абсурдными, что я хихикнула в кулак. М-да. Главное, самой не стать блюдом в его меню.

– Скажите, – окликнула я Элизу, скромно стоявшую у двери. – А лорд… он придет ужинать?

– Его светлость ужинает позже, в своих покоях или главной столовой, – степенно ответила она.

Значит, сегодня мне не грозит снова выдерживать его присутствие. Замечательно!

Вскоре слуги начали приносить еду. И приносить, и приносить. Тарелки с ломтиками запеченного мяса в ягодном соусе, пышный пирог с грибами, салаты из незнакомых мне листьев с орехами и черносливом, нарезанный кубиками сыр, овощи, тушеные в сливках, несколько видов хлеба и изысканные десерты в виде цветов. Стол быстро заполнился. Еды было явно не на одного человека. Какая расточительность… Все недоеденное, наверное, потом выбросят. У нас в Нижнем городе за такой пиршественный стол убили бы.

Я попробовала всего понемногу. Было невероятно вкусно, но от этой вкусности становилось горько во рту. Страшно представить, сколько все это стоит… Десять лет назад мы с Дастином не смогли собрать денег на лекарство для его родителей – людей, которые приютили меня, чужую девочку, и относились как к родной. Они умерли от той самой хвори. А здесь, в Верхнем городе, наверное, даже не знали, что внизу люди умирают из-за недоступности каких-то трав и снадобий. Или знали, но им было все равно. Дастину тогда было шестнадцать, мне – девять. Он мог сдать меня в приют, но не сдал. Теперь моя очередь о нем заботиться.

Неожиданно дверь в столовую распахнулась.

Вошел Рейнар Скайрен.

Без плаща, в темно-зеленом камзоле, который подчеркивал ширину плеч. Волосы были слегка растрепаны, на лице застыло привычное выражение скучающего превосходства.

Я чуть не подавилась кусочком сыра. Что он тут забыл, если ужинает позже и в другом месте?

Рейнар неспешно прошел к столу, остановился напротив меня и одарил меня тем же оценивающим взглядом, что и днем. Но на этот раз в его глазах промелькнуло что-то новое. Не одобрение, нет. Скорее… признание факта. Будто он увидел, что грязную монетку почистили, и она засверкала, но от этого не перестала быть жалкой медяшкой.

– Выглядишь куда более сносно, – наконец сказал Рейнар.

Его голос в полумраке зала звучал глубже и бархатистей. Внутри у меня все сжалось в тугой яростный комок. О боги, дайте мне терпения вынести этого надменного ящера и не запороть дело!

Глава 4

Я заставила себя выдержать взгляд лорда и даже слегка склонила голову.

– Старалась принарядиться, – сказала я нейтрально. – Чтобы не позорить ваш замок.

Он хмыкнул, уловив скрытую язвительность в моих словах, и вальяжно опустился на стул рядом со мной с таким видом, будто делал одолжение и дереву, и полу.

Инстинктивно я сжала в руке вилку – не как оружие, а как якорь в этом внезапно сузившемся пространстве. В памяти всплыли его слова из приемного зала: «Продолжим разговор, когда тебя приведут в приличный вид». Ну вот, привели. Теперь он сидел на соседнем стуле, и тишина между нами натягивалась, как струна перед разрывом.

Рейнар молчал. Просто смотрел. Его взгляд скользил по прическе, по лицу, по складкам платья на плечах, задерживался на украшениях. Это был не взгляд мужчины на женщину. Это была инспекция. Проверка качества выполненной работы.

– Что-то не так? – не стерпела я.

Он перевел взгляд с моей шеи на ладонь.

– Эта вилка не для сыра, – обронил Рейнар ровным тоном, в котором не было ни насмешки, ни поучения. Просто озвучил факт. Как если бы он заметил, что дождь идет косо.

Я посмотрела на столовый прибор в своей руке, потом на кусочки сыра на тарелке. Да вилка как вилка! Первую попавшуюся взяла…

– Я не знаю всех этих тонкостей, – призналась я, опуская ее. – Мне бы не помешал учитель этикета.

– Это лишнее, – отмахнулся Рейнар.

– А вдруг я посрамлю вас перед гостями? – настаивала я, пытаясь понять границы предстоящего фарса. – Или во время выхода в свет.

– Не посрамишь. – Уголок его рта дернулся – не в улыбке, а в какой-то судороге отвращения. – Нет выхода в свет – нет и проблем.

В смысле?!

– У нас что, не будет помолвки? Официального объявления?

– Конечно, не будет. Я не потащу на светские рауты цветочницу из трущоб.

В висках застучало – яростно и пронзительно.

– Я не стану вашей невестой? – вырвалось у меня возмущенно. – Вы решили сделать меня матерью своих детей без… вступления в брак?

Неважно, что никакого брака и детей в реальности не предвиделось. Как он смеет?! Так обращаться с той, что, по легенде, является его судьбой, его единственной, той самой, которую ищут и ждут десятилетиями?

– Естественно, я на тебе женюсь. Незаконнорожденные отпрыски в драконьем роду непозволительны. – Рейнар прищурился, словно разглядывал неожиданно зашипевшего котенка. – Но обойдемся без светского цирка. Свадьба будет закрытой церемонией. Через месяц. О чем будут извещены все необходимые лица. Остальным это не нужно.

– А наших детей вы тоже будете скрывать? Или отберете у меня, едва они родятся?..

Он усмехнулся и придвинулся ко мне вместе со стулом. Не быстро, не резко, но неотвратимо. Так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло, уловила запах чуждой магии – дым, камень и что-то острое, пряное. Рейнар наклонился ко мне еще ближе.

– Уже о детях думаешь? – спросил он вкрадчивым шепотом, который прозвучал как поглаживание против шерсти.

Его взгляд упал на мои губы, потом медленно поднялся обратно к глазам. Меня бросило в жар. Не от страха, не от гнева. От чего-то иного, необузданного и незнакомого, что заставляло кровь приливать к щекам. Мне не понравилось. Ни это ощущение, ни драконьи льдистые глаза, полные хищного любопытства. Границы. Срочно нужно обозначить границы!

– Никакой близости у нас до свадьбы не будет, – сказала я, отчеканивая каждое слово, стараясь вложить в них всю возможную твердость.

– Конечно-конечно. – Рейнар откинулся на спинку стула, и странное выражение с его лица исчезло, сменившись привычной насмешкой. – Как же иначе. Добродетель – наше все.

Можно подумать, ему известно, что это такое!

– Ты кому-то, кроме брата, говорила о метке?

– Нет…

– Хорошо.

Хорошо, что по Нижнему городу не поползут слухи о неподобающей драконьей невесте? А то же и до Верхнего дойдет. Такой урон репутации рода!

Я отодвинула от себя тарелку, встала. Стул с громким скрипом отъехал по полу.

– Наелась? – спросил лорд, глядя на почти полные тарелки.

– Аппетит пропал.

Это была чистая правда. Нет никакого толку от самой вкусной еды, когда каждый кусок встает в горле!

Рейнар покачал головой, и в этом жесте было что-то собственническое, что взбесило еще сильнее.

– Тебе надо хорошо питаться. Как никак, от твоего здоровья зависит благополучие будущего поколения Скайренов. Кстати, завтра к тебе заглянет доктор. Проведет осмотр.

Ощутила себя лошадью на торгах. Пусть не чистокровной, но проверить ее все равно хотят досконально. Все для здорового приплода.

– Понятно, – покорно кивнула я. – Могу я идти?

– Ты сначала встала, а потом спросила.

Я стиснула зубы. К счастью, не до скрипа.

– Иди, – милостиво разрешил он.

Будто разрешал уйти скучному докладчику. Будто не сам пришел сюда, испортив мне ужин!

Я покинула столовую, не оглядываясь, чувствуя, как его взгляд жжет мне спину.

В коридоре меня начало потряхивать от злости. Мелкая и противная дрожь в коленях и пальцах рук. Я шла быстро, почти бежала, ничего не видя, пока не налетела Атмунда Бревика. Он стоял неподвижно, заложив руки за спину, словно поджидал.

– Госпожа Кловер. Вашему брату доставили письмо. Он передал вам кое-что.

Атмунд протянул мне маленькую деревянную коробку. Сердце на мгновение замерло, затем заколотилось с новой силой. Надеюсь, Дастин не передал что-то подозрительное! Какую-нибудь безделушку с магическим следом, отмычку, часть реагента… Ну нет, не идиот же он. Хоть у него и хватило глупости задолжать Грейсону.

Взяв себя в руки, я забрала коробку. Она была легкой, практически невесомой.

– Благодарю, – молвила я как ни в чем не бывало.

– Не стоит благодарности. Это моя работа.

В свои «покои» я ворвалась, прижимая к груди коробку. Поставила ее на стол, откинула незамысловатую крышку.

Внутри лежал туго завязанный холщовый мешочек и сложенный вчетверо листок бумаги. Сначала я развернула записку. Почерк Дастина, торопливый и угловатый: «Сестренка! Очень рад за тебя и твою новую, прекрасную жизнь! Передаю тебе семена любимых цветов. Посади их у себя в новом доме, пусть напоминают о старом. Люблю тебя. Твой Дастин».

Я развязала шнурок мешочка. В нем вправду были семена. Крошечные, темные, неприметные. Но не простые. Я знала их. Растения с выраженными магическими свойствами, которые в опытных руках способны стать основой для усыпляющих благовоний, малых взрывных смесей или кислоты, способной разъесть металл. И что самое главное – с моей магией ускоренного роста они дадут всходы и достигнут нужной зрелости за считаные часы, а не недели. Дастин не подвел… Молодец. Сообразил!

Рейнар явно недооценивает нас обоих. Отсутствие драконьего интереса к Дастину мне на руку. Хоть официально тот не начертатель, а мелкий ремесленник, делающий из цветов магические порошки, все равно интерес к его деятельности мог выйти нам боком.

Я убрала мешочек в ящик стола и невольно зевнула. Этот долгий нервный день выставлял мне счет. Пожалуй, утро вечера действительно мудренее…

Раздевшись, я облачилась в одну из ночных рубашек – тончайшую, вышитую причудливыми серебряными узорами. Легла в постель. Шелк простыней был прохладным и чужим, но усталость взяла свое, и я провалилась в сон.

Мне снился пожар. Бушующая, живая стена пламени, пожирала все вокруг. Яростная всепоглощающая мощь, треск, едкий дым… Чей-то крик. Мой?..

Я проснулась с резким вздохом, не сразу поняв, где нахожусь. Потом до меня дошло: замок дракона. Гостевая комната.

Такой сон можно было бы счесть дурным предзнаменованием для моей авантюры. Но этот кошмар снился мне часто. Почему? Понятия не имею. Я не помнила своего раннего детства. Вообще. Первые воспоминания начинались лет с пяти: голод, холод, побег из казенного приюта со злыми тетками-воспитательницами, бродяжничество по улицам Нижнего города. Потом – двор Ригзов, где меня, грязную и испуганную, приютили, отмыли, накормили. Они не испугались, когда я проявила магию, нечаянно заставив расцвести засохший букет.

Эти люди воспитали меня как родную. Приемная мать учила тонкостям цветоводства, отец, чей дед был магом-целителем, – основам теории колдовства. Из меня, возможно, и выросла бы примерная горожанка, занимающаяся легальной флористикой… Если бы не их смерть. Если бы мы не остались с Дастином вдвоем. Увы! Были вынуждены выживать, как могли.

Я умылась ледяной водой, стараясь смыть остатки сна и тяжелых мыслей, и вызвала служанку. Элиза явилась расторопно.

– Подайте завтрак сюда, пожалуйста, – попросила я.

После вчерашнего вечера столовая казалась исключительно ужасным местом.

– Слушаюсь, госпожа.

Когда Элиза вернулась с подносом, на котором дымился чайник, лежали теплые булочки, масло, джем и пара вареных яиц, то сообщила мне новости:

– Доктор прибудет для осмотра через час, госпожа. А его светлость лорд Рейнар отбыл по делам и вернется только к вечеру.

Напрасно я испугалась столовой! Если бы знала, что его не будет, могла бы спокойно поесть там и начать разведку. Но ладно… Отсутствие «жениха» – это настоящий подарок. Целый день, свободный от его уничижительных взглядов и ядовитых комментариев. Целый день на то, чтобы исследовать замок, не оглядываясь через плечо в страхе наткнуться на хозяина.

Отпустив Элизу, я позавтракала, строя планы. Сначала – визит доктора. Нужно будет выдержать его, не вызвав подозрений. Потом я найду способ прогуляться по замку. Под предлогом ознакомления с новым домом, конечно. Нужно найти сокровищницу. Или хотя бы понять, где она может находиться. Обычно такие помещения располагаются либо в самой защищенной, центральной части замка, либо в подземельях. Нужно искать усиленную охрану, скрытые двери, ощущение сильной, сконцентрированной магии.

Остатки утренней сонливости рассеялись, проснулся профессиональный азарт. Игра началась!

Глава 5

Доктором оказалась строгая подтянутая дама в возрасте, одетая в серое платье без единого украшения, если не считать серебряной пряжки на поясе. После моего неуверенного приветствия она сразу же распахнула на столе кожаную аптечку, похожую на футляр для инструментов. Но внутри лежали не скальпели и пинцеты, а странные предметы: хрустальные линзы в медной оправе, тонкие серебряные спицы и несколько гладких черных камней, пульсирующих магией.

– Я – Марина Фаль. Целительница высшей категории, – представилась она, и ее голос звучал сухо и отстраненно, как шелест страниц в архивной тиши. – Лорд Скайрен распорядился провести обследование. Прошу вас, сядьте.

Не лекарь, а целительница. Маг, чувствительный к тончайшим энергетическим потокам! А моя метка – это сплошной энергетический поток, причем искусственный, свежий, нанесенный менее недели назад. Если она сосредоточится на ней, подозрения неизбежны. Я опустилась на стул у камина, ощущая, как под платьем выступает холодный пот.

Однако госпожа Фаль совершенно не интересовалась моим плечом. Ее внимание было приковано ко мне целиком, но чисто в медицинском ключе. Она начала с того, что заставила меня посмотреть в одну из хрустальных линз, затем провела холодными пальцами по вискам и шее, прикладывая к коже то один, то другой из черных камней. Камни при этом меняли свечение с темно-синего на бледно-зеленое. Она попросила меня глубоко подышать, положив одну руку на грудь, другую на живот, и сама приложила ладонь к моему лбу. От ее прикосновения веяло не теплом, а легким, щекочущим вибрационным потоком, будто внутри черепа звенел тонкий колокольчик.

– Откройте рот, – скомандовала целительница, и я покорно подчинилась, чувствуя себя нелепо.

Осмотр длился около получаса. Она была тщательна, молчалива и абсолютно безэмоциональна. Наконец, собрав инструменты, госпожа Фаль отступила на шаг.

– Соматически вы здоровы, – объявила она тем же ровным тоном. – Имеются признаки хронического недоедания в прошлом, но ваш организм это компенсировал. Есть недостаток некоторых веществ – железа, витаминов… Нужно скорректировать рацион. Больше спать. Меньше нервничать.

Меньше нервничать? Да что вы говорите, уважаемая целительница, жительнице Нижнего города, которая втерлась в доверие к дракону под ложным предлогом и теперь вынуждена разыгрывать из себя невесту. Отличный совет. Возьму на заметку.

– С магической составляющей тоже полный порядок, – продолжила она, и я насторожилась. – Энергетические каналы чисты, узлы стабильны. Специализация – стихия земли, с уклоном в растительные аспекты. Дар довольно силен для… вашего происхождения.

Вставила же! «Для вашего происхождения». Я кивнула, стараясь выглядеть скромно. Ну да, маг я не слабый. В том числе поэтому меня и выбрали для этой авантюры – моя собственная, достаточно мощная магическая структура должна была, по задумке Грейсона, маскировать эманации поддельной метки, впитывать их, как почва впитывает дождь.