Притворись моим мужем

Мира Митрофанова

Притворись моим мужем

1

Катя

– Да что ж такое… – в сотый раз услышав длинные гудки, я раздражённо сбросила вызов.

Игорь опять забыл включить звук. Уже и позвонила, и во все мессенджеры написала, что сегодня дежурство отменяется – ноль эмоций. Я с тоской покосилась на забитый продуктами багажник. Вечно так. Заходила за бутылочкой вина отметить Сочельник, а в итоге скупила половину магазина. И как теперь всё это нести одной? Смирившись, что придётся спускаться ещё раз, я вздохнула, взяла два пакета и захлопнула багажник.

– Здрасьте, тёть Кать! – Рядом остановился сынишка соседей по лестничной клетке, очевидно, заинтересовавшийся моими безуспешными попытками найти в карманах куртки ключи от машины. – Помочь?

– Привет, Сереж. Да, подержи, пожалуйста. – Отдала мальчишке пакет полегче. – Да где же они…

– Может, внутри? – предположил Серёжа.

Я заглянула в салон и мысленно стукнула себя по лбу. Точно! На сиденье оставила. Включив сигнализацию, я перекинула всю свою ношу в одну руку и потянулась забрать у Серёжи остальное.

– Спасибо тебе большое.

Ребёнок замотал головой.

– Я помогу донести до подъезда.

– Ладно. – Я с улыбкой поправила его смешную сползшую на глаза шапку. – Как дела в школе?

В ответ Серёжа недовольно засопел.

– Да ну её! – выпалил в сердцах. – Хорошо, что сейчас каникулы.

Я грустно усмехнулась. Чудесный был мальчишка – добрый, любознательный, – но с небольшими проблемами социализации. Как раз по моей части. Я пыталась намекнуть его матери, что сами собой они не рассосутся, но та лишь отмахнулась.

– А у вас сегодня гости, да? – неожиданно спросил мой любопытный помощник.

– Нет, с чего ты взял? – удивилась я, не сразу почувствовав подвох.

Зря. Очень зря.

– Я видел, как к вам тётя незнакомая зашла. Красивая такая, рыжая. Подружка ваша, да? – непосредственно выдал Серёжа, и я, как вкопанная, замерла с поднесённым к домофону ключом. – Вы и продуктов столько накупили…

– Эм, – слова колючим комом застряли в горле. – Да, точно. Забыла, заработалась совсем, – через силу нервно засмеялась я. – Спасибо за помощь, Серёженька, я дальше сама…

Я выхватила у растерянного ребёнка пакет, влетела в подъезд и судорожно вздохнула, в отчаянной попытке себя убедить, что это было не то, о чём я подумала… Наверняка к Игорёше пришли по работе. Праздники, форс-мажоры. Всякое бывает. Поднимаясь на наш этаж, я старательно гнала прочь параноидальные мысли, но в груди поселилось дурное предчувствие. На секунду замерев перед дверью, открыла её своим ключом и шагнула в квартиру.

Первым в глаза бросилось валявшееся у самого порога женское пальто. Затем вульгарно красное платье и джемпер Игоря, который я подарила ему на Новый год. Дальше, в общем-то, можно было не идти, но тело больше мне не принадлежало, и я, ведомая каким-то болезненным интересом двинулась в сторону спальни. Именно туда вёл след из доказательств измены.

Что обычно видит женщина, заставшая своего мужа с любовницей? На ум сразу приходят лепестки роз, клубника с шампанским и прочие шаблонные атрибуты предшествовавшего соитию романтического вечера. Но нет. Перед моим взором были лишь смятые простыни некогда супружеской постели и разгорячённые, тесно сплетённые тела, а включённый свет не оставлял ни малейшего шанса для полёта фантазии.

– Вау, – с губ сорвался чей-то чужой, совсем не похожий на мой голос. В груди разрасталась огромная чёрная дыра. – Не знала, что ты так умеешь.

Мгновение, и их словно оторвало друг от друга.

– Катя? – соскочив с кровати, Игорь прикрыл стратегически важные места уголком одеяла, в котором куталась испуганная девушка. Серёжа был прав – действительно красивая. А ещё очень молоденькая. – Ты почему не на дежурстве?!

Я изумлённо приподняла бровь. То есть я была виновата?

– Ааа… – подала голос Рыжая. – А вы кто?

– Жена, – хмыкнула я, наблюдая за реакцией.

Судя по выражению лица, в её головушке сейчас шла бурная мыслительная деятельность. Растерянно посмотрев на тяжело дышавшего Игоря, она снова перевела взгляд на меня и удивлённо округлила губы. Те, что бантиком, разумеется.

– Извините, пожалуйста! – словно случайно наступила мне на ногу в автобусе, пискнула девчонка, пулей слетела с кровати и, на ходу подбирая вещи, понеслась вон. – Я сейчас уйду!

Оскользнувшись на пушистом ковре, она едва не пропахала носом пол и скрылась в коридоре, а спустя несколько секунд хлопнула входная дверь. Голая, что ли, выбежала, дурёха?

– Катюш, я тебе сейчас всё…

Начал было Игорь, но вовремя заткнулся. Видимо, решил не позорить нас всех ещё больше.

– Ей хоть восемнадцать есть? – отстранённо поинтересовалась я.

Не знаю, откуда у меня взялись силы спокойно говорить и говорить вообще. Наверное, я просто умерла. Сгорела изнутри, а в спальне сейчас стояла лишь пустая оболочка. Опустившись на край кровати, Игорь кивнул в ответ на мой вопрос и зарылся пятернёй в растрёпанные волосы.

– Это ничего не значит… – вновь попытался оправдаться он.

Я догадалась. Но от этого было лишь гаже. Лучше бы значило. Лучше бы Игорь признался, что по уши влюбился в юную девочку и не смог устоять… А на деле выходило, что мой муж – обычный кобель, которого потянуло на свежее мясо. Подлец, обманщик и предатель. По телу пробежал холодок омерзения. Сколько их побывало в нашей постели за шесть лет брака?

– Я тебе звонила, кстати, – с трудом выдавила из себя слова и распахнула дверцы шкафа.

Игорь в ту же секунду бросился к лежавшему на комоде телефону и глухо ругнулся. Да, глупо вышло. Включи он звук, успел бы до моего прихода замести следы, а я продолжила жить, окружённая иллюзией счастливого брака.

– Что ты делаешь?

Муж, наконец, соизволил натянуть штаны и теперь ошарашенно смотрел, как я скидывала в чемодан свою одежду.

– Собираю вещи, – сил не осталось даже на колкость. Свалив в кучу всё, что попалось под руку, я кое-как застегнула трещавший по швам чемодан и положила ключи от квартиры на прикроватную тумбочку. Тело сотрясала мелкая дрожь, а дышать с каждой секундой становилось всё труднее. – Заявление на развод подам сама. Делить нам нечего, так что это не займёт много времени.

– Какой развод, ты о чём? – В мгновение ока оказавшись рядом, Игорь схватил меня за плечо. – Я тебя не никуда не пущу!

– Не трогай меня! – голос всё же сорвался на крик. Я попыталась высвободить руку из мужской хватки, но та стала лишь сильнее. – Отпусти!

– Катенька, любимая моя… – прошептал Игорь и грубовато притянул меня к себе, но я не желала ничего слушать. – Давай успокоимся и поговорим…

Воздух разрезал звук пощёчины, и муж растерянно замер. Всего на мгновение, однако этого хватило, чтобы избавиться от ненавистных объятий. Ладонь жгло от удара, но эта боль была совершенно ничтожной, по сравнению с той, что сейчас сдавливала внутренности. Как смел он говорить о любви? Как смел прикасаться ко мне, хотя ещё несколько минут назад был в другой?

– Катя, пожалуйста, – тихо, точно умалишённую, уговаривал Игорь. Он выглядел так, словно действительно боялся, что я уйду. Вполне возможно. Кто же захочет лишиться удобной жены, которая всегда под рукой? И друг, и домработница, и шлюха. А когда станет совсем скучно, можно сходить налево. – Прости меня. Знаю, я оступился. Но больше такого не повторится! Мы все решим…

Он продолжал сыпать нелепыми и гроша не стоившими оправданиями и обещаниями, а я больше не видела перед собой человека, за которого выходила замуж. Осталась лишь красивая картинка, под которой скрывалось гнилое нутро.

– Мне не о чём с тобой разговаривать.

Сорвав с пальца обручальное кольцо, я швырнула его под ноги теперь уже бывшему мужу и поспешила убраться прочь. Волнами накатывала подступающая истерика, и я очень не хотела, чтобы Игорь видел мои слёзы. Достаточно на сегодня унижений.

– Катя! – послышался за спиной резкий окрик. – Катя, стой! Вернись немедленно!

От былой нежности в голосе Игоря не осталось и следа. Похоже, она, как и всё остальное, оказалась ложью.

– Тебе некуда идти!

Да, он был прав. Но лучше ночевать на скамейке в парке, чем остаться здесь ещё хоть на секунду. Захлопнувшаяся дверь заглушила поток посыпавшейся вслед ругани, и я, едва не слетев с лестницы вместе с чемоданом, выбежала из подъезда и, наконец, дала волю слезам.

2

Катя

Всё было словно в тумане. Я не видела, шёл ли за мной Игорь, просто села в машину и на автомате вырулила со двора. Кажется, несколько раз пролетела на красный и не пропустила пешехода. В себя пришла, лишь когда на меня обрушился шквал автомобильных гудков, и, включив аварийку, остановилась на ближайшей парковке. Руки дрожали и не слушались. Несколько секунд я боролась с ремнём безопасности, от которого никак не получалось избавиться, и, в конце концов, обессиленно уткнулась лбом в руль и разревелась.

Жалость к себе – отвратительное чувство. Но своим поступком Игорь меня уничтожил. В голове не укладывалось, что мой понимающий заботливый муж и тот, кого я застала в постели с другой – один человек. Как он мог?! Игорь ведь знал, что больше всего в этой жизни я боялась измены. Знал и всё равно сделал это.

Мой перемежавшийся со всхлипами вой ещё долго оглушал салон машины, но постепенно слёзы иссякли. Осталась только зияющая дыра там, где ещё сегодня утром было сердце. Я утёрла мокрые щёки и вышла на улицу. Морозный ветер мгновенно пробрался под распахнутые полы лёгкой куртки, но я почему-то совсем не ощущала холода. Стояла, смотрела на ясное звёздное небо и не знала, как теперь быть, ведь моя размеренная жизнь осыпалась у ног миллиардом сияющих осколков. Куда ни ступи – напорешься на острые края.

Оглядевшись, я поняла, что находилась недалеко от работы. Наверное, стоило поехать в какую-нибудь гостиницу, но соображалось туго, да и за руль в таком состоянии садиться было опасно, потому ноги сами понесли в сторону клиники. Судьба – воистину коварна. У меня было несколько постоянных клиентов, но большую часть времени я работала с детками, которые просто проходили лечение в нашей клинике. Иногда выручала медсестёр. Сегодня как раз должна была дежурить за одну из них, но в последний момент моя помощь не понадобилась… Такой вот подарок к празднику! Или же само Рождественское чудо избавило меня от мужа-лжеца?

Игорь появился в моей жизни, когда и жить не хотелось, не то, что строить отношения. Он добивался меня почти год. Красиво ухаживал, терпеливо приручал, всегда оказывался рядом, когда был нужен, и я сдалась. Доверилась. За что он так со мной поступил? Мы ведь планировали будущее, пытались завести ребёнка… Глаза снова запекло от подступивших слёз.

– Ой, Катеринушка Вячеславовна, вы чего? Забыли что-то?

Раздавшийся рядом голос старшей медсестры заставил вздрогнуть от неожиданности – я даже не заметила, как дошла до клиники.

– Да, – поспешно кивнула, уцепившись за предложенную причину. – Забыла.

И быстро прошмыгнула мимо регистратуры, пока не привлекла ещё больше внимания. Но у кабинета меня снова догнал вопрос Валентины Степановны.

– У вас всё в порядке?

Ничего от неё не утаишь!

– Да-да, всё отлично, – ответила я и поспешила скрыться за дверью своего личного убежища.

Хорошо, что клиника работала круглосуточно – всегда можно было сослаться на срочные дела. Скинув куртку на диванчик, я включила настольную лампу и подошла к зеркалу, с поверхности которого на меня смотрела зарёванная и растрёпанная светловолосая девушка. Не старая, не тупая, не уродина… Напоследок криво ухмыльнувшись своему отражению, я перевела взгляд на шкаф. Шампанское, шампанское, конфеты и снова шампанское… К Новому году только ленивый не одарил меня стандартным женским праздничным набором. Дурацкие стереотипы. Сейчас я бы с куда большим удовольствием выпила чего-нибудь покрепче. Схватив первую попавшуюся бутылку с пометкой брют и коробку шоколадных трюфелей, я скинула насквозь промокшую обувь и устроилась на диване. Внезапно поняла, что не помню, закрыла ли машину, но сил возвращаться и проверять уже не нашлось.

Первый шок прошёл, и теперь вместе с поселившейся в теле тянущей болью меня одолевали навязчивые мысли. Была ли моя вина в том, что произошло? Может, я недостаточно его любила? Впрочем, что бы я ни делала, этого всегда оказывалось недостаточно. Недостаточно серьёзна, умна, ответственна… Но, видит бог, я так старалась быть хорошей женой!

Рот наполнился отвратительной горечью, которую отчаянно захотелось смыть. Зло разодрав фольгу на бутылке и открутив мюзле, я вздрогнула от прорезавшего тишину кабинета громкого хлопка. Оставалось надеяться, что никто не услышал. Будет непросто объяснить, почему психолог в одиночестве напивается ночью в клинике…

Где-то за окном взорвалась петарда, послышались улюлюканья, свист и грохот фейерверков, и кабинет озарили яркие цветные вспышки. Отсалютовав невидимым отмечающим, я прямо с горла отпила шампанское. Рядом от звонков и сообщений на беззвучном разрывался телефон, но я запретила себе смотреть. Всё равно больше не поверю ни единому слову Игоря. Или чьему-нибудь ещё, ведь третьего предательства я точно не вынесу. Видимо, пришло время, наконец, признать: мужчины не моё.

3

Катя

Я проснулась от холода. Шея ныла, голова трещала по швам, и почему-то саднило горло. С трудом разлепив глаза, я не сразу поняла, где нахожусь, но спустя несколько мгновений в памяти одно за другим всплыли события вчерашнего вечера. С губ сорвался протяжный стон. Ну почему всё это не могло оказаться дурным сном? Растерев ладонями лицо, я с трудом заставила затёкшее тело принять вертикальное положение. Плохая всё же была идея – спать на крохотном диванчике. По полу со звоном покатилась задетая пустая бутылка, но моё внимание устремилось к распахнутому окну. Когда и зачем я его открыла?

Избавившись от источника холода, я первым делом настроила температуру на климат-контроле. Настенные часы показывали половину седьмого, а значит, ещё оставалось время, чтобы привести себя в чувство. Личные проблемы не повод отлынивать от обязанностей. Всё равно, кроме работы, у меня больше ничего не осталось… Быстро намешав в стакане аспирин, я подняла валявшийся возле ножки дивана мобильный, на экране которого светилось сто с лишним пропущенных – последний раз Игорь звонил в четыре утра. Снова захотелось разреветься. Неужели после этой ночи там ещё что-то осталось? В сердцах отшвырнув телефон, я отправилась в уборную.

Смотреть в зеркало было откровенно страшно. Красные, опухшие от слёз глаза, синяки на пол лица, до крови искусанные губы, воронье гнездо на голове… А на груди красовалось размазанное шоколадное пятно. Память тут же услужливо подкинула воспоминание, как я пыталась отмыть трюфельную крошку шампанским. Жалкое зрелище! И сама я тоже жалкая.

Плеснув в лицо холодной воды, я на несколько секунд прикрыла глаза, чтобы взять себя в руки. Пострадала, и хватит. Впереди было много дел. Подать на развод, решить вопрос с жильём… Стараясь не думать об Игоре и нашем разрушенном браке, я кое-как привела себя в божеский вид, сменила испорченное платье на запасной медицинский костюм и сгребла в пакет мусор. Из клиники выбиралась, как настоящий шпион – через один из запасных выходов.

Выкинув свидетельства ночного грехопадения в урну за пределами территории клиники, я побежала за машиной. Времени оставалось мало, а ещё было очень холодно. Тридцать первого, как обычно, лил дождь, но, похоже, к Рождеству зима всё же решила вспомнить о своём назначении, и моя рабочая форма вместе с предназначенным для поездок на машине тоненьким пуховиком совершенно не располагали к прогулкам. А я ведь вчера даже верхнюю одежду не забрала, просто покидала в чемодан первое, что попалось под руку. Ну и чёрт с ним! Возвращаться я не собиралась.

На работу я всё же опоздала. Сначала пришлось чистить лобовое стекло от инея, потом отогревать себя и заледеневшие пальцы. Припарковавшись на стоянке для персонала, я рванула было в клинику, но на руке вдруг сомкнулись мужские пальцы.

– Ты где, чёрт тебя дери, шлялась?! – прорычал мне в лицо Игорь.

Он был в бешенстве. Короткие тёмные волосы растрепались, на скулах играли желваки, на лбу вздулась венка, а глаза пылали ненавистью. Я попыталась высвободиться, но сил не хватило.

– Ты делаешь мне больно, – поморщилась.

Ещё немного, и останутся синяки.

– Да я тебя сейчас вообще прибью! Ты соображаешь, что творишь?! Я всю ночь тебя искал! Все отели, больницы и морги обзвонил! – Игорь меня тряхнул. Ещё ни разу за шесть лет брака он не позволял себе подобного. – Отвечай на вопрос! Где ты была? И с кем?! Подруг у тебя здесь нет!

Моё удивление было настолько искренним, что брови сами поползли к волосам. Лучшая защита – нападение?

– Не твоё дело, где и с кем я была, – ответила я и сама удивилась тому, как ровно прозвучал голос. – Тебя это не касается.

Меня неожиданно отпустило. Я вдруг поняла, что больше ничего к нему не испытываю, даже отвращения. Он превратился в пустое место. А в голове крутился только один вопрос: где были мои глаза?

– Я твой муж! – взревел Игорь.

На нас стали оборачиваться люди. Отличный концерт мы устроили – местным сплетницам будет, что обсудить за чашкой утреннего кофе.

– Это легко решается, – хмыкнула я.

Глаза Игоря потемнели от ярости, а хватка на плече сделалась ещё сильнее.

– Отпусти. – Я беспомощно огляделась. – Не понимаю, чего ты от меня хочешь. Иди к своим шлюшкам, а меня оставь в покое! – Снова бесполезная попытка вырваться. – Я на работу опаздываю, не позорь меня перед коллегами!

– Что ты сказала?

Спина больно впечаталась в машину, и стало по-настоящему страшно. Игорь словно обезумел. И вот с этим человеком я прожила столько лет? Оказывается, надо было всего лишь стать неудобной, чтобы всё прекрасное в нём полезло наружу. Не знаю, чем закончилась бы наша перепалка, не раздайся неподалёку суровый голос моего начальника.

– Екатерина Вячеславовна!

Спустя несколько мгновений тело, наконец, получило долгожданную свободу. Но, прежде чем круто развернуться и уйти, Игорь наклонился к моему уху и процедил:

– Не придёшь вечером домой, пожалеешь.

4

Катя

Минуту я ошарашенно пялилась вслед Игорю в попытке понять, что сейчас произошло. Невольно потёрла занывшее плечо и посмотрела на окликнувшего меня владельца нашей клиники и по совместительству главврача. Одетый в свои безупречно выглаженные брендовые шмотки с накинутым поверх белоснежным халатом, Вадим стоял на нижней ступени лестницы и буравил меня недовольным взглядом. Вот надо было ему именно сейчас выползти из своего кабинета?

С боссом нас связывала давняя, некрасивая, но до оскомины банальная история. Молодой привлекательный врач соблазнил и лишил невинности студентку медицинского, а потом бросил, потому что та оказалась для него недостаточно хороша… Уже на следующий день она увидела его с другой.

Я была уверена, что давно это пережила, но измена Игоря словно откинула меня на семь лет назад. В день, когда юная влюблённая девочка вот так же стояла на морозе с ног до головы облитая дерьмом и не представляла, как дышать дальше. Потому было особенно неприятно, что именно Вадим стал свидетелем этой отвратительной сцены.

– Ваш рабочий день начался двадцать минут назад, – отчитал меня Краснов, как только мы поравнялись. – Решайте личные вопросы в свободное время и за пределами клиники.

Сегодня что, день бывших козлов?

– Прошу прощения, Вадим Алексеевич, больше не повторится, – сцепив зубы, на ходу извинилась я.

Вот ведь знала, что ничем хорошим это не закончится. Краснов, точно всадник Апокалипсиса! Когда он появлялся рядом, моя жизнь летела к чертям. Впрочем, в прошлый раз это даже пошло на пользу. Тогда я, наконец, решилась сказать моему горячо любимому отцу, что не хочу быть врачом, собрала скромные пожитки и уехала в другой город – подальше от этого бесконечного опостылевшего «недостаточно».

Но полгода назад Игорю предложили повышение, к тому же здесь у него была доставшаяся в наследство квартира, и мы вернулись. Работу пришлось искать новую – дети не взрослые, с ними не позанимаешься онлайн. Никогда, будучи в здравом уме, я бы не стала устраиваться к Краснову, но должность детского психолога в МедЛюксе предложил мой куратор, а от таких возможностей не отказываются. Вадим на моё появление отреагировал усталым равнодушием. Только спросил, не повлияет ли «личное» на совместную работу. Разумеется, нет. Каким бы я в противном случае была специалистом? Однако сейчас до зуда в кончиках замёрзших пальцев хотелось непрофессионально вцепиться в его лощёную надменную морду, поэтому я поспешила скрыться за дверями клиники.

Добравшись до своего кабинета, первым делом заварила чай. Тело била крупная дрожь. Правда, я уже не понимала, отчего именно – холода, стресса или всего сразу. Закутавшись в тёплую шаль, я подошла к окну и слепо уставилась на постепенно заполнявшуюся машинами парковку. Слова Игоря никак не шли из головы. Честно говоря, его угроза была просто смешной. Ну что мог мне сделать руководитель средней руки? Оставить без жилья? Квартира и так принадлежала ему. Машину мне ещё на восемнадцатилетие подарили родители. Детей, которых можно отобрать, у нас тоже не было. Подпортить репутацию? Вряд ли рискнёт – мне было чем ему ответить. И всё же я не могла избавиться от плохого предчувствия. По привычке пыталась проанализировать поведение Игоря, но потом одёрнула себя. К чему это теперь? Лучше заняться чем-нибудь действительно полезным.

Однако настроиться на работу не получилось. С каждым часом самочувствие ухудшалось, и уже к полудню стало понятно, что причиной моей головной боли было не только выпитое накануне шампанское. Пришлось отменять все записи и идти сдаваться нашему терапевту. Вернувшись от неё с километровым списком назначений, я наткнулась на стоявшую возле моего кабинета старшую медсестру.

– Катюшенька Вячеславовна, а я вас ищу. – Всплеснула руками Валентина Степановна, и я невольно усмехнулась. Моё имя из её уст всегда звучало исключительно в уменьшительно-ласкательной форме. – Вадим Алексеевич просил зайти, как будет возможность.

Улыбка медленно сползла с лица. А вот это уже было плохо. Краснов никогда раньше меня не вызывал. Решил продолжить воспитательные беседы? А вдруг кто-то видел, как я провела ночь, и доложил ему? Чёрт, вот где были мои мозги?! С другой стороны, на ковёр ведь зовут срочно, а не в свободное время…

– Хорошо. Спасибо, – поблагодарила я Валентину Степановну и двинулась дальше, но та снова меня остановила.

– Катенька Вячеславовна, вы извините, – обеспокоенно вздохнула старшая медсестра. – Я вот сначала сделала, а теперь думаю, правильно ли… – Её слова заставили меня не на шутку напрячься. – Вас вчера вечером муж искал, и я ему сказала, что вы не приходили…

Несколько мгновений понадобилось, чтобы осознать услышанное. Рассмеявшись, я благодарно коснулась сухонького плеча. Ну до чего золотая женщина!

– Все правильно сделали, Валентина Степановна. Спасибо большое.

– Ох, – с облегчением выдохнула она. – Поругались, да?

Золотая и любопытная. Настоящая старшая медсестра – ни одна бактерия мимо не проскочит. Для таких вещей у меня был супервизор, однако почему-то захотелось поделиться своим горем именно с этой мудрой женщиной. Послушать, что она скажет. Хотела пригласить Валентину Степановну к себе на чашку чая, но в этот момент её вызвали в регистратуру, и я, ощутив укол разочарования, вернулась в кабинет.

Прежде чем идти к Вадиму, решила свести дебет с кредитом, чтобы знать, бить челом прямо с порога или всё-таки подождать, пока прикажут. Результат меня не порадовал, а цены на жильё и вовсе привели в ужас. Но хуже всего было то, что я ни до кого не могла дозвониться. Ну а чего я, собственно, ждала седьмого января? Все отели и хостелы тоже оказались заняты на праздники, а те, что были свободны, позволить я себе не могла. И, как верно заметил Игорь, ни подруг, ни родственников здесь тоже не осталось… Хотя вряд ли последние были бы мне рады. По всему выходило – ночевать придётся в машине.

Раздражённо сдвинув в сторону клавиатуру, я уложила разрывавшуюся от боли голову на холодную столешницу. Последние сутки выжали из меня все соки. И дурацкая таблетка никак не хотела действовать! Прикрыв слезившиеся глаза, я решила дать себе пять минут, чтобы собраться с силами, и не заметила, как отключилась. Снилась какая-то чушь. Я то проваливалась в ледяную темноту, то сгорала под палящим солнцем, задыхаясь от невыносимой духоты. А ещё меня настойчиво звал смутно знакомый, словно пробравшийся откуда-то из прошлого голос: