
Полная версия:
ПАМЯТЬ, КОТОРАЯ ЖДАЛА
Он не помнил, когда был сделан снимок.
Но хорошо помнил, как родители рассказывали ему о детстве.
Они говорили, что он был непростым ребёнком, часто просыпался по ночам и боялся оставаться один. Потом всё постепенно наладилось.
Себастьян знал, что его усыновили. Приёмные родители никогда не скрывали этого. Они рассказывали, что его первые родители погибли в автомобильной катастрофе, когда он был совсем маленьким.
Он не помнил их.
И никогда особенно не задумывался о том, что было до появления в новой семье.
Только сны никуда не исчезли.
***
Вечером он заехал к родителям.
Мать встретила его в дверях.
— Наконец-то! Я уже думала, что ты опять отменишь ужин.
— Я обещал.
— Ты много чего обещаешь.
Она обняла его и повела на кухню.
Отец сидел в гостиной, просматривая новости.
— Ну, путешественник, когда отправляешься?
— Через две недели. Бостон.
— Надолго?
— Пока на пять дней. Может быть, останусь ещё.
Мать выглянула из кухни.
— В Америку? Опять? Ты совсем забыл, что у тебя есть родители в Цюрихе?
— Я помню. Особенно когда получаю напоминания о пирогах.
Она рассмеялась.
За ужином говорили о работе, погоде, планах на отпуск.
Потом мать заметила, что сын задумчив.
— Сиба, что случилось?
Он посмотрел на неё.
— Опять снилась женщина.
Улыбка исчезла с её лица.
— Та самая?
— Да.
Отец отложил приборы.
— Ты помнишь, что она говорила?
Себастьян помедлил.
— Она назвала меня Митей.
Мать опустила глаза.
— Ты ведь рассказывал об этом раньше.
— Да. Но сегодня всё было иначе. Я хорошо видел её лицо.
— Может быть, стоит снова поговорить со специалистом? — осторожно предложила она.
— Я уже думаю об этом.
— Ты давно не обращался к доктору Келлер.
— Знаю.
— Не нужно ждать, пока совсем перестанешь спать.
Себастьян посмотрел на мать.
Она говорила спокойно, без тревожных интонаций, но он видел, что эти сны напоминают ей о его детстве.
— Мам, а в детстве мне часто снилась эта женщина?
Мать на мгновение задумалась.
— Ты рассказывал о какой-то женщине. Иногда говорил, что она зовёт тебя. Но я не помню подробностей.
— А девочка?
Мать посмотрела на него внимательнее.
— Какая девочка?
— Маленькая. Она тоже появляется во сне.
— Нет, Сиба. Этого я не помню.
Отец вмешался:
— Ты тогда был очень маленьким. Врачи говорили, что после пережитого тебе нужно время. Главное, что лечение помогло.
Себастьян кивнул.
Он не стал расспрашивать дальше.
Но впервые за много лет ему захотелось узнать, что именно происходило с ним в раннем детстве.
***
Вернувшись домой, Себастьян долго не мог уснуть.
Он открыл электронный блокнот, в котором уже несколько лет записывал повторяющиеся сновидения.
Нашёл последнюю запись.
«Женщина. Мужчина. Девочка. Парк. Медведь».
Добавил:
«Женщина снова назвала меня Митей. На этот раз я отчётливо видел её лицо».
Он перечитал написанное.
Затем открыл поисковую систему и ввёл имя «Митя».
Перед ним появились миллионы результатов.
Среди первых ссылок он прочитал пояснение: Митя — уменьшительная форма русского имени Дмитрий.
— Дмитрий… Митя… — тихо произнёс Себастьян.
Он закрыл страницу.
Какое отношение это имя могло иметь к нему?
Себастьян выключил свет.
Но перед тем как заснуть, неожиданно вспомнил ещё одну деталь.
Женщина из сна смотрела на него так, словно искала много лет.
И в её глазах была такая боль, что ему самому захотелось заплакать.
Он впервые за долгое время подумал:
А что, если это не просто сон?
Глава 3. Второй сигнал
Бостон. 2071 год.
— Андрюша, я видела нашего Митю. Он жив.
Последние слова Елены ещё звучали в лаборатории, когда изображение на главном экране резко изменилось.
— Контакт прерывается! — произнёс Виктор.
Алиса быстро повернулась к панели управления.
— Не отключайте регистрацию данных! Сохраните всё, что поступает!
Виктор коснулся сенсорной панели. Несколько индикаторов погасли. Голос исчез.
В лаборатории воцарилась тишина.
Андрей стоял неподвижно. Он словно боялся пошевелиться, чтобы не разрушить то, что только что произошло.
— Папа, — тихо позвала Алиса.
Он не ответил.
— Папа, контакт завершён.
Андрей медленно повернулся к дочери.
— Ты слышала её?
— Да.
— Это была мама.
Алиса не стала спорить.
Она сама не знала, что именно услышала. Но голос, который произносил слова через синтезатор, не был похож на обычную запись. Ответы появлялись в ходе разговора, с паузами, неожиданными реакциями.
Всё это требовало проверки.
— Виктор, — сказала она, — сохраните полный исходный массив. Ничего не обрезайте, не фильтруйте и не запускайте повторную обработку.
— Уже сохраняю.
— И журнал всех операций. Мне нужны данные до начала контакта, во время него и после отключения.
— Понял.
Андрей подошёл к экрану.
— Алиса, ты ведь тоже понимаешь, что это была она?
Дочь посмотрела на отца.
— Я понимаю, что мы получили ответы, которых раньше не получали. Но хочу проверить, как именно они сформировались.
— Ты мне не веришь?
— Я хочу быть уверенной, папа. Не только ради науки. Ради нас всех.
Андрей отвернулся.
Он слишком хорошо знал, как опасно принимать желаемое за действительное.
Но сегодня ему впервые за двенадцать лет показалось, что Елена снова рядом.
Через час остальные сотрудники покинули лабораторию.
Виктор остался вместе с Алисой. Они сидели перед большим экраном, на котором разворачивалась запись эксперимента.
— Начнём с самого начала, — сказала Алиса.
Виктор запустил воспроизведение.
На экране появились первые показатели. Система вышла на рабочий режим. Затем возникли колебания, которые раньше считались случайными.
— Вот здесь начинается отклик, — пояснил Виктор.
— Увеличь участок.
Он выполнил команду.
Алиса внимательно рассматривала график.
— А это что?
— Пока не знаю.
— Почему ты раньше не обратил на это внимания?
— Потому что в тот момент мы следили за основным сигналом. Сейчас я вижу, что здесь происходит ещё одно изменение.
На экране появилась дополнительная линия.
Она возникала одновременно с основным сигналом, но имела другую структуру.
— Это помеха? — спросила Алиса.
— Возможно. Но обычной технической помехой я бы её пока не назвал.
— Проверь все подключённые каналы.
Виктор открыл журнал оборудования.
Они проверили внешние соединения, внутренние контуры, работу датчиков и программное обеспечение.
Никаких отклонений, которые могли бы объяснить появление второй линии, не обнаружилось.
— Странно, — произнёс Виктор.
— Что именно?
— Второй сигнал появляется не постоянно. Он возникает только в определённые моменты контакта.
— В какие?
Виктор отметил несколько временных участков.
Алиса приблизилась к экрану.
Один из них совпадал с моментом, когда прозвучали слова о Мите.
— Повтори этот фрагмент.
Виктор запустил повторное воспроизведение.
Вторая линия усилилась, затем резко исчезла.
— Что это может означать? — спросила Алиса.
— Пока ничего определённого. Мы не знаем природы этого явления.
— Но второй сигнал отличается от основного отклика?
— Да, отличается.
Алиса задумалась.
— Сохрани отдельную копию. И не делай никаких предположений в отчёте.
Виктор улыбнулся.
— Ты всегда была осторожнее отца.
— Он тоже был осторожным. Просто сегодня у него слишком много причин надеяться.
Андрей ждал дочь в небольшом кабинете рядом с лабораторией.
Перед ним стояла чашка давно остывшего чая.
— Что удалось выяснить? — спросил он.
Алиса села напротив.
— Основной сигнал зафиксирован. Но есть ещё один.
— Какой?
— Мы обнаружили вторую последовательность изменений. Она появляется одновременно с основным откликом, но не совпадает с ним.
Андрей нахмурился.
— То есть?
— Пока не знаю. Это может быть неизвестное физическое явление. Возможно, особенность самого процесса взаимодействия с энергетическим полем. Но обычной помехой мы его пока объяснить не можем.
— И что теперь?
— Будем исследовать.
Андрей посмотрел на дочь.
— Алиса, а если это действительно она?
— Тогда мы должны понять, как работает этот контакт. И почему он прервался.
— Я хочу снова с ней поговорить.
— Я понимаю.
— Не через неделю. Не через месяц. Как можно скорее.
Алиса не стала обещать.
— Сначала мы должны проверить сегодняшние результаты. Повторный эксперимент без понимания причин нестабильности может оказаться бесполезным.
Андрей опустил глаза.
— Я столько лет ждал.
— Знаю, папа.
Она пересела ближе.
— Но теперь мы не должны торопиться. Если это действительно то открытие, над которым мы работаем, оно может изменить не только нашу жизнь.
Андрей посмотрел на дочь.
— Ты думаешь, мы сможем услышать других?
— Пока рано говорить.
Он кивнул.
— А я хочу услышать только одного человека.
Поздно вечером Алиса вернулась в лабораторию.
Виктор уже ушёл, но оставил на рабочем столе результаты первичного анализа.
Она открыла файл с исходными данными.
Вторая линия снова привлекла её внимание.
Алиса сравнила её с несколькими предыдущими экспериментами, проведёнными на других образцах.
Ничего похожего не было.
Она проверила время появления сигнала, его продолжительность и последовательность изменений.
Потом открыла запись разговора с Еленой.
Система воспроизводила фрагмент за фрагментом.
Алиса остановилась на последних словах матери.
«Я видела нашего Митю. Он жив».
Именно в этот момент второй сигнал достиг максимальной интенсивности.
Она увеличила изображение.
На графике отчётливо просматривались две разные последовательности.
Одна соответствовала основному отклику.
Вторая возникла почти одновременно, но имела собственный ритм.
Алиса ещё раз проверила журнал оборудования.
Все внешние подключения были отключены.
Она откинулась на спинку кресла.
Что-то происходило, но пока она не могла понять что.
Может быть, приборы зарегистрировали неизвестное взаимодействие. Может быть, причина заключалась в самом энергетическом поле.
Но одна мысль не давала ей покоя.
Почему второй сигнал появился именно тогда, когда Елена заговорила о Мите?
Алиса сохранила файл под отдельным номером.
На экране появилось сообщение:
НОВЫЙ ОБЪЕКТ НАБЛЮДЕНИЯ
Источник не установлен
Она выключила экран, но через несколько секунд снова включила его.
Ей хотелось ещё раз посмотреть на две линии.
И вдруг Алиса заметила деталь, которую пропустила раньше.
Второй сигнал появился не после слов Елены о сыне.
Он возник за несколько секунд до них.
Получалось, что установка зарегистрировала второй отклик ещё до того, как Елена произнесла имя Мити.
Алиса медленно приблизилась к экрану.
Кто или что откликнулось в тот момент?
И почему это произошло именно во время контакта с её матерью?
Глава 4. Незнакомка
Цюрих. 2071 год.
Себастьян шёл по знакомой парковой дорожке.
Он уже бывал здесь во сне. Те же деревья, та же скамейка, та же узкая тропинка, уходящая к старому фонтану.
Но сегодня всё было иначе.
В нескольких шагах от него стояла женщина в светлом пальто. Та самая, которая появлялась в его снах последние шесть недель.
Она смотрела на него с такой нежностью, что Себастьян невольно остановился.
— Вы опять здесь, — произнёс он. — Кто вы? Почему называете меня Митей?
Женщина сделала шаг навстречу.
— Мой мальчик…
Себастьян хотел что-то ответить, но заметил, что возле скамейки стоит ещё одна женщина.
Молодая, лет сорока. Тёмные волосы, внимательный взгляд. Она не была похожа на женщину в светлом пальто, но смотрела на Себастьяна с такой же тревогой.
— Митя! — позвала она.
Он резко повернулся.
— Кто вы?
— Ты меня не узнаёшь?
— Нет.
Женщина приблизилась.
— Меня зовут Алиса.
Это имя почему-то показалось ему знакомым.
— Алиса… — повторил он. — Мы знакомы?
Она покачала головой.
— Ты меня не помнишь?
— Нет. Я вас никогда не видел.
Женщина с трудом сдерживала слёзы.
— Я твоя сестра, Митя.
Себастьян отступил.
— У меня нет сестры.
— Есть. Я столько лет тебя искала.
Он хотел спросить, что всё это значит, но женщина в светлом пальто протянула к нему руки.
— Сынок…
Себастьян повернулся к ней.
На мгновение ему показалось, что он узнал её глаза.
Но откуда?
Он сделал шаг вперёд.
И в этот момент парк исчез.
***
Себастьян проснулся.
В комнате было темно. Он резко сел, пытаясь восстановить в памяти последние слова незнакомки.
Алиса.
Я твоя сестра.
Он включил ночной свет и посмотрел на часы.
Четыре двадцать три.
Сон был настолько отчётливым, что ему казалось, будто он действительно разговаривал с двумя женщинами.
Он провёл ладонями по лицу.
Последние шесть недель превращались в настоящее испытание. Почти каждую ночь он просыпался от кошмаров. Иногда мог снова заснуть, иногда лежал до утра, прислушиваясь к тишине.
Утром приходилось заставлять себя вставать и идти на работу.
Себастьян не привык жаловаться. Но теперь усталость начинала сказываться на его повседневной жизни.
Он несколько раз перечитал сообщение, которое собирался отправить доктору Келлер.
«Доброе утро. Мне необходимо записаться на консультацию. Состояние ухудшилось. Кошмары участились, почти не сплю. Появились новые образы и имена, которые вызывают сильную тревогу. Буду благодарен, если найдёте время для встречи».
Отправлять сообщение в четыре утра Себастьян не стал. Сохранил его в черновиках, положил телефон на тумбочку и больше так и не смог заснуть.
Утром он отправил сообщение.
Ответ пришёл через несколько минут.
«Себастьян, добрый день. У меня есть свободное время завтра в 16:00. Записала вас».
***
Встреча с доктором Келлер состоялась на следующий день.
Она работала с Себастьяном несколько лет. Когда-то помогла ему справиться с тревогой и нарушениями сна, которые возникали в особенно напряжённые периоды жизни.
Последняя консультация состоялась больше года назад.
— Вы выглядите уставшим, — заметила она, когда он вошёл.
— Так и чувствую себя.
— Расскажите, что происходит.
Себастьян сел в кресло.
— Помните, я рассказывал о повторяющихся снах?
— Конечно.
— За последние шесть недель всё стало гораздо хуже. Теперь они снятся почти каждую ночь.
— Что именно изменилось?
— Раньше я видел какие-то обрывки. Женщину, иногда маленькую девочку, мужчину. Лица были размытыми. Теперь я вижу их отчётливо. Они разговаривают со мной.
— Что говорят?
Себастьян помолчал.
— Женщина называет меня Митей.
Доктор Келлер сделала пометку.
— А ещё?
— Появилась другая женщина. Она назвалась Алисой. Сказала, что она моя сестра.
Психолог подняла глаза.
— Вы знаете кого-нибудь с таким именем?
— Нет.
— Никогда не встречали?
— Насколько я помню, нет.
— А имя Митя?
— Тоже не понимаю, откуда оно взялось.
— Но вы испытываете какие-то чувства, когда слышите эти имена?
Себастьян задумался.
— Да. Странное ощущение. Будто я должен их знать. Они одновременно кажутся чужими и очень близкими.
— Это вас пугает?
— Не сами имена. Меня пугает то, что происходит. Иногда после пробуждения я несколько минут не могу понять, где нахожусь. А потом весь день думаю о сне.
— Как вы спите сейчас?
— Плохо. Засыпаю поздно, просыпаюсь среди ночи. Иногда вообще не удаётся заснуть повторно.
— Это уже влияет на вашу работу?
— Да. На прошлой неделе я дважды переносил встречи, потому что не мог сосредоточиться.
Доктор Келлер отложила планшет.
— Себастьян, я хочу, чтобы вы не пытались самостоятельно искать в каждом сне скрытое послание. Сновидения могут соединять переживания, воспоминания и воображение. Иногда образы возвращаются после длительного периода, когда человек о них почти не думал.
— Но почему именно сейчас?
— Возможно, на вас влияет накопившееся напряжение. Вы готовитесь к поездке, у вас ответственная работа. Но я не хочу объяснять всё только стрессом. Нам нужно посмотреть на ситуацию внимательнее.
— Вы считаете, что у меня проблемы с психикой?
— Частые кошмары и бессонница сами по себе не означают, что у вас серьёзное психическое расстройство. Но ваше состояние требует внимания. Мы займёмся восстановлением сна, а если нарушения продолжатся, я рекомендую дополнительно обратиться к специалисту по медицине сна.
Себастьян кивнул.
— Есть ещё кое-что, — продолжила доктор Келлер. — Вы рассказывали, что в детстве проходили лечение из-за повторяющихся кошмаров. Вы помните, что именно тогда происходило?
— Только со слов родителей. Мне говорили, что я тяжело переживал гибель первых родителей. Мне было четыре года.
— А сами события помните?
— Нет. Только какие-то обрывочные картинки.
— Возможно, стоит изучить медицинские записи того периода. Не для того, чтобы подтвердить ваши сновидения, а чтобы понять, какие симптомы наблюдались в детстве и какое лечение вы получали.
— Думаете, это поможет?
— Это даст нам дополнительные сведения. Пока не нужно делать никаких выводов.
Себастьян поблагодарил её.
На выходе доктор Келлер попросила его продолжать вести дневник сна и записывать не только содержание сновидений, но и то, как он чувствует себя после пробуждения.
Он согласился.
Впервые за последние недели у него появилось ощущение, что происходящее можно хотя бы попытаться контролировать.
Но два имени продолжали звучать в голове.
Митя.
Алиса.
***
Вечером Себастьян вернулся домой.
Он открыл рабочий календарь. Через двенадцать дней предстояла поездка в Бостон.
На экране высветились билеты, подтверждение гостиницы и расписание деловых встреч.
Он должен был провести в Америке пять дней. После переговоров собирался посетить несколько научных и культурных центров.
Обычная командировка.
Ничего особенного.
Но теперь при виде названия города у него возникало странное чувство.
Словно Бостон был связан с чем-то, что он давно забыл.
Себастьян открыл электронный блокнот и записал сон, который видел накануне.
Женщина в светлом пальто. Молодая женщина. Назвала себя Алисой. Сказала, что она моя сестра. Женщина в светлом пальто назвала меня сыном.
Он остановился.
Затем добавил:
Не понимаю, почему эти имена кажутся мне знакомыми.
Себастьян сохранил запись.
Он не хотел больше думать об этом сегодня.
***
Бостон. В тот же вечер.
Алиса Коренева сидела в рабочем кабинете института.
Перед ней были открыты материалы исчезновения брата, старые семейные фотографии и результаты последних проверок.
После разговора с отцом она решила, что больше не будет ограничиваться обработкой фотографий и ожиданием новых сообщений.
Она хотела разобраться во всём самостоятельно.
Алиса создала отдельный архив, в котором собрала известные сведения о Мите: дату исчезновения, возраст, внешность, особенности характера, семейные фотографии и материалы прежних поисков.
Рядом лежал файл с записями экспериментов её матери.
Алиса пока не знала, связаны ли эти два направления работы. Но второй сигнал, возникший во время разговора с Еленой, не давал ей покоя.
Алиса не знала, что происходит с братом в его снах. Не могла представить, что её собственный образ уже появился в сознании человека, которого она ищет.
Она открыла фотографию Мити.
— Где же ты, братик? — тихо произнесла она.
На экране был четырёхлетний мальчик.
А далеко, в Цюрихе, взрослый мужчина уже записал в блокнот имя женщины, которая назвалась его сестрой.
И пока ни один из них не знал, насколько близко находятся к встрече.
Глава 5. След на бумаге
Бостон. 2071 год.
Детектив Сара Миллер внимательно изучала фотографию, которую Алиса положила перед ней.
Четырёхлетний мальчик с плюшевым медведем. Светлые волосы, большие глаза, немного серьёзное выражение лица.
— Это последняя семейная фотография перед исчезновением? — спросила она.
— Одна из последних. Она сделана за несколько недель до того дня.
— Ваш отец рассказывал мне об этой фотографии. Он много лет использует её для возрастных реконструкций.
— Да. Сейчас у нас есть несколько вариантов внешности Мити в тридцать семь лет. Но я хочу проверить не только фотографии.
Алиса открыла планшет.
— Меня интересуют обстоятельства исчезновения. Особенно мужчина, который заговорил с моей матерью в парке.
— Его личность так и не установлена, — ответила Миллер. — Мы располагаем описанием, которое дала ваша мать, и свидетельствами, собранными после исчезновения.
— А материалы её исследований памяти?
— Ваш отец передавал часть записей. Но восстановленные воспоминания нельзя считать доказательством личности человека.
— Я понимаю. Я хочу использовать их только как дополнительный источник информации.
Детектив кивнула.
— Это разумно. Но не забывайте, что прошло тридцать три года. Некоторые свидетели уже умерли, другие могут почти ничего не помнить.
— Я понимаю.
— Что вы собираетесь делать дальше?
— Систематизировать все материалы. Отдельно проверить прежние сообщения о похожих детях и сопоставить их с тем, что известно следствию.
Миллер закрыла фотографию.
— Я подготовлю вам перечень материалов, доступных родственникам, и отмечу, какие сведения можно дополнительно проверить через наше подразделение.
— Спасибо.
Алиса поднялась.
Она не получила новой зацепки. Но теперь у неё был конкретный план действий.

