Пуля для президента. Джон Ф. Кеннеди

До проекта MK-Ultra уже существовал проект Bluebird. Bluebird — это кодовое название программы ЦРУ, запущенной в начале 1950-х годов (официально 1950 год), с целью изучения методов воздействия на психику человека. Цель была та же — создание технологий, позволяющих контролировать поведение человека, получать признания и сведения от субъектов без их ведома. Превращать человека в «спящего агента» или управляемого исполнителя. Проект так же был засекречен, и о нём стало известно только в 1970-х годах, после утечек и расследований. Bluebird включал в себя широкий спектр практик, многие из которых впоследствии стали основой MK-Ultra. Целью было создание «идеального агента» — человека, который мог бы выполнять приказы без сознательного осознания и против собственной воли. В середине 1950-х проект Bluebird был преобразован в Artichoke — программу с более широким спектром исследований и жестким бюджетом. Artichoke стала более агрессивной и включала изучение влияние психотропных веществ на военных. Проводились эксперименты с допросами, «промывания мозгов» и создания «зомби». Bluebird/Artichoke показывают, что эксперименты по контролю сознания у ЦРУ существовали задолго до MK-Ultra.

В контексте убийства Кеннеди MK-Ultra порождает очень опасные вопросы: могли ли спецслужбы создать «агента-убийцу»? Мог ли Джек Руби быть «запрограммирован» на выполнение определённого действия? И мог ли звонок Карен Карлин служить триггером, активирующим скрытую установку?

Когда мы говорим об убийстве Ли Харви Освальда, Джек Руби всегда стоит особняком. Его поступок — убийство самого убийцы президента в прямом эфире — до сих пор остаётся загадкой. Он был человеком с криминальным прошлым, но его действия казались слишком спонтанными, слишком искусственно спровоцированными, чтобы быть просто импульсом.

Джек Руби — человек, погружённый в мир подпольных развлечений, знакомый с криминальным миром и с полицией. Он умел обращаться с оружием, был решительным, но его поступок в полицейском участке выглядел как шаг «без подготовки». Официально мотивом называлась месть за президента, но многие исследователи считают — мотив мог быть искусственно вложен. Программа MK-Ultra, как мы уже знаем, включала методы гипноза и психотропного воздействия. Одной из её задач было создание «спящих агентов» — людей, которые действовали бы по заранее заложенной установке, активируемой определённым сигналом. Руби мог быть таким агентом. Это объяснило бы его необычную решимость и отсутствие логичной подготовки к убийству Освальда. Сторонники теорий заговора предполагают, что звонок от Карен мог быть триггером для Руби — стимулом, активирующим заложенную установку. В условиях MK-Ultra это возможно. В документах программы есть описания случаев, когда определённое слово, фраза или сигнал приводили к выполнению действий человеком, который в обычном состоянии на это бы не решился. Руби был арестован и признан виновным в убийстве Освальда. Но остаются вопросы: почему его действия выглядели так резко и нелогично? Если верить теории MK-Ultra — ответ прост: он не контролировал своё поведение. Он был «зомби» с заложенной установкой, а звонок Карен Карлин мог быть тем самым ключом, который её активировал.

«Руби — это вопрос, на который нет ответа. Но вопрос этот сам по себе очень опасен», — писал прокурор Джим Гаррисон.

Он убил Ли Харви Освальда в прямом эфире, но мотивация его поступка до сих пор остаётся загадкой. Многие исследователи называют его поведение странным, непоследовательным и противоречивым. И в этом контексте версия о том, что Руби мог быть объектом психологического эксперимента, приобретает пугающий смысл. После убийства Освальда, Руби действительно вел себя так, как будто находился в состоянии эмоционального и психического шока. Свидетели отмечали: внезапную вспышку агрессии, сменяющуюся плаксивостью. Паранойю и чувство тревоги, глубокую депрессию. Руби просил о встрече со своей собакой в камере, и когда ему отказали — он расплакался. Казалось, для него это было важнее всего на свете. Это странно для человека, который совершил осознанное убийство в прямом эфире, зная что назад дороги не будет. Руби шёл на рискованное, спонтанное действие, которое моментально лишило его всего. Такое поведение совпадает с описаниями людей, прошедших психотропную обработку. Если Руби действительно был объектом такого эксперимента, его поступок мог быть результатом внешней установки — как если бы его сознание было «переключено» на выполнение задания.

После ареста Руби менялся. Он перестал быть уверенным, жёстким человеком, каким он был раньше. Его поведение стало тревожным и неуверенным. Его бессвязные заявления, слёзы, паранойя, агрессия в отношениях с окружающими. Это похоже на состояние человека, который вдруг осознал, что потерял контроль над своей жизнью. Но если учитывать возможности MK-Ultra — это не обязательно осознание. Это может быть «дезактивация» установки. Триггер, который привёл его к убийству, сработал, и после этого он оказался в состоянии глубокого психологического кризиса. Есть косвенные признаки того, что Руби мог быть под влиянием психотропных препаратов: странная внезапность действий, эмоциональная нестабильность, отсутствие чёткой подготовки и мотивации. В рамках MK-Ultra такие эффекты описаны многократно. Жертва получает задание, выполняет его, а потом испытывает глубокий кризис, потерю смысла, депрессию. Это полностью совпадает с тем, что наблюдали у Руби. Если допустить, что Руби действительно был объектом программы контроля сознания, то звонок Карен мог стать триггером и активировать скрытую установку. Вызвать эмоциональное состояние, необходимое для выполнения задания и «запустить» его к убийству Освальда. Это объясняло бы, почему действия Руби были столь внезапными и кажущимися спонтанными. А если звонок Карен Карлин действительно был триггером, то убийство Освальда перестаёт быть просто делом личной мести или случайного импульса. Оно превращается в тщательно спланированную операцию с участием ЦРУ.

Роджер Смит (Roger Smith) — сотрудник Департамента условно-досрочного надзора Калифорнии, выпускник психологии UCLA (Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе). В 1965—1970 годах он курировал ряд программ по «реабилитации» заключённых, получавших финансирование через Национальный институт психического здоровья (NIMH) и частные фонды, связанные с ЦРУ. Согласно внутренним протоколам UCLA, Смит был назначен куратором исследовательского проекта, формально названного «Исследования поведенческой адаптации». Фактически эти проекты включали наблюдение за людьми, находящимися на свободе после тюремного заключения, и анализ их поведения в новых социальных условиях. В документах есть упоминания о том, что Смит получал указания от группы, в которую входили представители UCLA, Министерства обороны США и, вероятно, ЦРУ. Эти указания касались выбора «испытуемых» для наблюдения, методологии сбора данных, форм отчетности, которые никогда не публиковались. В 1967 году Роджер Смит становится куратором Чарльза Мэнсона после его условно-досрочного освобождения из тюрьмы Термэйл.

Мэнсон был известен как преступник с длинным досье. До 1967 года он находился в тюрьмах Калифорнии за разные преступления: кражи, мошенничество, незаконное проникновение. По стандартной практике система надзора в Калифорнии обычно требовала строгого контроля и документирования поведения освобожденных заключённых. Но с Мэнсоном произошло нечто необычное: несмотря на постоянные нарушения условий освобождения и многочисленные правонарушения, его регулярно отпускают, что указывает на некий покровительственный контроль. По данным архивов Департамента условно-досрочного надзора, решения о продлении свободы принимались с участием Роджера Смита, который делал письменные рекомендации, и эти рекомендации всегда удовлетворялись.

В своей книге «ХАОС: Чарльз Мэнсон, ЦРУ и тайная история шестидесятых» (2019) Том О'Нил выдвигает и документально подкрепляет серьёзную гипотезу о связи Мэнсона, его «Семьи» и программы MKUltra — через конкретных врачей, учреждения и документы. Том О’Нил не утверждает прямо, что Мэнсон был официальным участником программы MKUltra, но он показывает цепочку фактов и персонажей, указывающих, что он находился под наблюдением психиатров и наркологов, связанных с проектом. Женщины из его «Семьи» участвуют в экспериментах с психоактивными веществами, в частности ЛСД, иногда под контролем врачей. Том приводит множество фактов, что в клинике «Бесплатная медицинская клиника Хейт-Эшбери» (San Francisco), основанная доктором Дэвидом Смитом проводились исследования влияния ЛСД и других психоделиков на «уязвимые группы» — хиппи, бездомных, девушек зависимых от Мэнсона. Врачи этой клиники имели связи с учёными, ранее работавшими в рамках MK-Ultra или в смежных субпроектах по изучению контроля сознания. Мэнсон часто приводил туда своих девушек, где им «помогали» врачи — и после этого их поведение становилось всё более нестабильным. О’Нил приводит свидетельства очевидцев (в том числе бывших участниц «Семьи»), что Мэнсон регулировал дозы, заставляя девушек принимать больше, чем он сам, использовал техники вербовки, внушения и деперсонализации, схожие с психиатрическими экспериментами. Моделировал среду, где участники теряли чувство времени, реальности и воли — классическая структура экспериментов MK-Ultra. О’Нил цитирует реальные отчёты ФБР, ЦРУ и тюремных ведомств, где видно, что Мэнсон был под наблюдением психиатров, связанных с исследовательскими институтами, фигурирующими в документах MK-Ultra, а его освобождения из тюрьмы часто происходили по указанию «высших инстанций», несмотря на многочисленные нарушения.

Том О’Нил в книге Chaos отмечает:

«Мэнсон стал исключением из правил. Он не просто выходил на свободу — он выходил на свободу под контролем людей, которые явно интересовались им не как преступником, а как объектом наблюдения.»

«Я нашёл служебные записки, из которых следовало, что кто-то его защищал — или изучал.»

Свидетельства, собранные журналистами в конце 1970-х, показывают, что Роджер Смит видел в Мэнсоне особый интерес: возможность наблюдать процесс формирования «групповой динамики» и подчинения лидеру. Документы, рассекреченные в 1977 году, показывают, что клиника была одновременно центром наблюдения, где фиксировали реакции подопечных на психоактивные вещества. Внутренние записи клиники содержат упоминания: «наблюдение за изменением поведения в условиях изменённого сознания, сбор данных о социальной интеграции». Роджер Смит организовывал систематические визиты Мэнсона и его девушек — Сьюзан Аткинс, Патрисии Кренвинкель, Лесли Ван Хаутен, Мэри Браннер — в клинику. Врачебные записи фиксировали: физиологические данные (пульс, давление, эмоциональное состояние), сведения о применении психотропных веществ, описания поведения в социальной группе. По показаниям свидетелей, эти визиты не были случайными. Они были частью методического наблюдения и документирования того, как психотропные препараты и изоляция создают состояние подчинения лидеру.

Из книги Тома О’Нила «CHAOS: Charles Manson, the CIA, and the Secret History of the Sixties» (2019)

«Dr. David Smith founded the Haight-Ashbury Free Medical Clinic in 1967. It was one of the first places in San Francisco where addicts and street kids could get treatment without being arrested. But what was less known is that Smith and his colleagues were conducting behavioral studies funded by the NIMH and linked to earlier MK-Ultra projects on LSD.»

(«Доктор Дэвид Смит основал бесплатную клинику Хейт-Эшбери в 1967 году. Это было одно из первых мест в Сан-Франциско, где наркоманы и уличные подростки могли получить лечение, не опасаясь ареста. Но менее известно, что Смит и его коллеги проводили поведенческие исследования, финансируемые Национальным институтом психического здоровья (NIMH) и связанные с ранними проектами MKUltra, посвящёнными ЛСД.»)

Он далее уточняет, что финансирование NIMH было прикрытием ЦРУ, использовавшим институт как канал для оплаты экспериментов над гражданскими лицами.

«Manson brought his girls to the clinic frequently. They thought they were getting help; in reality, they were being watched, dosed, and recorded. Manson, according to several witnesses, rarely took LSD himself. He’d pretend to swallow, then observe his followers tripping.»

(«Мэнсон часто приводил своих девушек в эту клинику. Они думали, что получают помощь; на деле за ними наблюдали, дозировали препараты и вели записи. По словам нескольких свидетелей, сам Мэнсон редко принимал ЛСД. Он делал вид, что проглатывает таблетку, а затем наблюдал за своими последователями, когда те „отправлялись в путешествие“.»)

Том также приводит свидетельства Сэнди Гуд и Дайаны Лейк — они говорили, что Мэнсон «loved to control the trip» («любил управлять трипом»).

«He’d control every variable: the lighting, the music, the dosage, and the language. Then he’d guide their experiences, programming them, breaking them down. It was textbook MK-Ultra conditioning.»

(«Он контролировал каждую деталь: свет, музыку, дозу и даже слова. Затем направлял их переживания, программируя их, ломая личность. Это была классическая схема программирования в стиле MK-Ultra.»)

Том О’Нил подробно описывает профессора Дж. Уэстона («Jolly» West) — психиатра, реально участвовавшего в программе MK-Ultra и встречавшегося с Мэнсоном вскоре после убийств в доме Шэрон Тейт. Что странно, после убийства Ли Харви Освальда, Джек Руби уже будучи в тюрьме также требовал чтобы его лечил и наблюдал именно Луис Джоллион Уэст.

Том О’Нил пишет :

«Louis Jolyon West — «Jolly’ to his friends — was a psychiatrist with deep ties to MK-Ultra. He’d once killed an elephant with LSD in a CIA-funded experiment. In 1969, just after the Tate-LaBianca murders, he shows up in Haight-Ashbury, offering to evaluate Manson.»

(«Луис Джоллион Уэст — „Джолли“ для друзей — психиатр с глубокими связями с MK-Ultra. Когда-то он убил слона с помощью ЛСД в эксперименте, финансируемом ЦРУ. В 1969 году, сразу после убийств Тейт-ЛаБьянка, он появляется в Хейт-Эшбери и предлагает оценить психическое состояние Мэнсона.»)

Луис Джоллион Уэст (Louis Jolyon West, 1924—1999) — фигура одновременно выдающаяся и крайне спорная. Он был психиатром, профессором Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе (UCLA), консультантом ВВС США, ЦРУ и ФБР. Но его имя часто связывают не с наукой, а с самыми тёмными экспериментами холодной войны — программой MK-Ultra, контролем сознания и насильственными психиатрическими практиками. Родился он в Чикаго в 1924 году, сын эмигрантов из России. Получил медицинское образование в Университете Миннесоты. Служил в ВВС, где занимался «психиатрией военных травм». После войны участвовал в ряде проектов, финансируемых ЦРУ и Министерством обороны США. Участвовал в Subproject 43 MK-Ultra (документально подтверждено ЦРУ). Он также работал в Психоневрологическом институте Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, где проводились исследования «социальный контроль с помощью наркотиков». Был директором Центра по изучению насилия. На первый взгляд — типичный академический путь. Но его настоящая деятельность вызывала всё больше вопросов. Уэст фигурирует в документах как один из исследователей в рамках программы MK-Ultra — проекта ЦРУ по изучению контроля сознания через наркотики, гипноз, изоляцию и электрошок. Именно он курировал эксперименты с ЛСД, проводил допросы с применением психоактивных веществ, участвовал в так называемых behavior modification studies («исследованиях изменения поведения»). В некоторых рассекреченных материалах ЦРУ упоминается «Jolly West» как консультант, проводивший эксперименты на людях и животных. Его лаборатория в Лексингтоне (Кентукки) проводила опыты над заключёнными-наркоманами, часто без их полного информированного согласия. Один из самых мрачных эпизодов — эксперимент 1962 года, когда Уэст ввёл слону по имени Туско дозу ЛСД в 297 миллиграммов — примерно в 3000 раз больше человеческой дозы. Животное начало биться в конвульсиях и умерло через несколько часов. Официально эксперимент был «попыткой изучить психоз у животных». На деле — это выглядело как варварская демонстрация воздействия психоделиков. В 1970-х Уэст предложил создать в Лос-Анджелесе центр для изучения и предотвращения насилия, который фактически представлял собой лабораторию для контроля над поведением. Он хотел использовать мозговые импланты, медикаменты и психиатрические методы, чтобы «исправлять агрессивных людей». Общественность назвала это «проектом Орвелла», а сенаторы обвинили его в намерении превратить университет в инструмент слежки и подавления. Уэст консультировал по делу Патти Херст, «перепрограммированной» террористкой SLA. Во всех случаях его участие сопровождалось обвинениями в психиатрических манипуляциях, а не лечении.

Том цитирует документы из Управление тюрем и Федерального управление пробации, подтверждающие, что Мэнсон имел «unusual leniency» («необычную мягкость обращения») — что совпадает с образом «подопытного».

«If you overlay Manson’s world with the map of MK-Ultra activities, you’ll see the same names, the same labs, the same psychiatrists. It’s not a conspiracy theory — it’s a convergence.»

(«Если наложить мир Мэнсона на карту деятельности MK-Ultra, вы увидите те же имена, те же лаборатории, тех же психиатров. Это не теория заговора — это совпадение закономерностей.»)

Был ли Мэнсон завербован? Возможно. Мэнсон имел необычно мягкое обращение со стороны пробации и полиции. Его выпускали при явных нарушениях. Он был в тесном контакте с людьми и учреждениями, связанными с исследованиями ЦРУ (Смит, Уэст, NIMH). Он использовал техники психологического контроля, схожие с теми, что отрабатывались в проектах по контролю сознания.

Лето 1967 года. Чарльз Мэнсон всё больше концентрирует вокруг себя группу молодых женщин — его будущую «Семью». По данным расследования Тома О’Нила, Роджер Смит уже тогда видит в этом «социальный феномен» — уникальную возможность для наблюдения. В отчётах по надзору упоминается, что одна из задач заключалась в «мониторинге формирования культа и изучении механизма внушения в замкнутой группе». Документы клиники Хейт-Эшбери фиксируют:

«Пациенты проявляют признаки устойчивой зависимости от лидера, особенно после курсов применения психоделиков. Требуется дальнейшее наблюдение в условиях социальной изоляции.»

Осень 1968 года. Мэнсон и его «Семья» полностью уходят в изоляцию на Spahn Ranch. Ранчо становится закрытой территорией, где контроль со стороны внешнего мира минимален. Для наблюдателей это — идеальная «полевая лаборатория»: группа живёт в условиях полного подчинения лидеру, отрезана от внешней информации, а контакт с внешним миром проходит через посредников. Внутренние записи Хейт-Эшбери фиксируют:

«Создана среда, где можно наблюдать механизм перехода от индивидуальной воли к коллективной зависимости. Требуется продолжение наблюдений.»

Массовое убийство 8—9 августа 1969.

Следствие и прокуратура (под руководством Винсента Буглиози) на процессе заявляют: Мэнсон не был на месте убийств, но дал «духовное распоряжение» («Helter Skelter») а убийства — это его собственная идея, чтобы спровоцировать расовую войну. Буглиози утверждает что девушки и парни («Семья») были «зомбированы» им и убивали по его указанию. По этой версии, никаких внешних заказчиков не было, всё — инициативы Мэнсона и его «Семьи». Но мотив «Helter Skelter» выглядит надуманным, да и сам Мэнсон долго не говорил о нём, это озвучили уже после. Вскоре некоторые полицейские материалы исчезли или были засекречены. Удивительно только одно: Чарльз Мэнсон и его окружение были под наблюдением ФБР, шерифа, наркоконтроля и даже психиатров, но никто не остановил их — будто «покровительственная тень» мешала это сделать. Сами убийства выглядели как наркотические или криминальные разборки, (один из убитых в доме Тейт имел отношение к наркотрафику и был посредником) а не как «ритуал ради Helter Skelter». Возможно Чарльз Мэнсон был лишь инструментом: его «Семья» — удобный инструмент для устранения кого-то, все действия «Семьи» потом можно списать на «сектанта-психопата». Сам факт того, что их не задержали сразу (несмотря на очевидные улики), и что следствие строилось странно, до сих пор используют как аргумент, что Мэнсон и «Семья» могли быть чьим-то инструментом.

Документов об официальном заказе или доказательств связи с ЦРУ нет, есть только цепочка совпадений, «покровительство» и среда, где действовали структуры, связанные с MK-Ultra. После убийств, общество резко отвернулось от всей субкультуры и ассоциировавшегося с хиппи. Это совпало с интересами ФБР и ЦРУ, которые в то время проводили операции COINTELPRO (против радикалов, антивоенных движений и активистов).

Цитата О’Нила:

«When you pull the thread of Helter Skelter, it unravels into something much darker — not madness, but manipulation.»

(«Когда тянешь за нить «Helter Skelter’, она расплетается во что-то гораздо более тёмное — не безумие, а очевидную манипуляцию.»)

После ареста Джек Руби требовал только одного: чтобы его лечил доктор Уэст. Это было странно: откуда ночной клубный воротила из Далласа знал университетского психиатра из Калифорнии? Но в марте 1964 года Уэст действительно прибыл в тюрьму Далласа. Его допустили к Руби наедине и через час после сеанса Руби кричал, что «всё вокруг тает», что «воздух живой» и что он «чувствует людей из телевизора». Позже он заявлял, что «вокруг все евреи» и «мозги у него под контролем». По данным расследования комиссии Фрэнка Черча, Уэст применил к Руби «психотропную инъекцию, предположительно ЛСД или его производное», чтобы «оценить состояние и внушаемость». То есть, по сути, продолжил эксперименты MK-Ultra уже на ключевом свидетеле по делу убийства президента. Уэст заявил, что у Руби «острая паранойя», но другие врачи это не подтвердили. Позже исследователи утверждали, что Уэст воздействовал на Руби через медикаменты или гипноз, чтобы сделать его показания недействительными. После инцидента с Руби, доктор Уэст покинул военные структуры и возглавил кафедру психиатрии в UCLA. На вид — безупречная карьера. Но как мы уже знаем, через несколько лет тот же доктор Уэст появляется уже в Сан-Франциско — в психиатрическом центре Хейт-Ашбери, в самом эпицентре контркультурной революции. Там он ведёт лабораторию по исследованию ЛСД, куда странным образом часто попадают молодые люди, бывшие заключённые, уличные девушки — и среди них… девушки из «Семьи» Чарльза Мэнсона. Совпадение? Едва ли. Когда в 1977 году Конгресс США начал расследование программы MK-Ultra, имя Луиса Джоллиона Уэста появилось в 14 разных досье. Он отрицал всё, заявив:

«Я всегда действовал только ради науки и человечества».

Но в архивах остались письма, где он благодарит ЦРУ за «поддержку исследований по изучению социальных последствий использования психоактивных веществ».

Мэнсон умер в тюрьме. Руби — в камере, жалуясь, что «мозги горят». Оба — разные ветви одной программы. Оба — продукты доктора Уэста. И когда сегодня говорят о Мэнсоне, о Джеке Руби, о ЛСД и ЦРУ — это кажется теорией заговора. Но стоит сопоставить даты, документы и имена — становится ясно: это не безумие, а системная работа. MK-Ultra не создавала монстров — она тестировала послушание. Доктор Уэст доказал, что человек может быть превращён в орудие. А Мэнсон и Руби — лишь два имени в длинном списке тех, кто стал доказательством этой гипотезы.

«Не бойтесь монстров, которых создаёт правительство. Бойтесь тех, кто называет это экспериментом», — (из интервью бывшего агента ЦРУ, 1978).

В частных записях, найденных после его смерти, Уэст писал уже откровеннее. Один из документов датирован 1968 годом и хранится в архиве UCLA под кодом LW-23b:

«Человек не свободен, если можно вызывать у него нужное чувство нажатием на кнопку или уколом. Но именно это делает его управляемым и это замечательно. Демократия невозможна без контроля».