Капли времени

– Пошли быстрей! – Фина вцепилась в локоть Криса, пытаясь оттащить его от прилавка. Мужчина тяжело дышал, его плечи под курткой ходили ходуном, а взгляд был прикован к старухе, словно он ждал удара в спину.

– Со мной все в порядке, Крис. Идем!

Он резко развернулся к выбитой двери, едва не задев Фину плечом.

– Что она тебе сказала? Что она тебе дала?

– Ничего такого, – Фина инстинктивно сжала амулет в кармане, чувствуя, как он пульсирует, согревая ладонь. – Предлагала всякую нелепицу. Заговоренные гребни и браслеты. Пойдем отсюда, пока стража не пришла на шум.

Она почти бегом уводила его прочь. Крис шел рвано, то и дело оборачиваясь на лавку, которая в свете красных фонарей теперь казалась просто темным провалом в стене. Он не видел, как Фина, спрятав глаза, коснулась черного камня на своей груди.

Она не знала, что ждёт её впереди, но теперь у нее появилась надежда. Впервые за долгое время она не чувствовала себя жертвой.

Глава 7

Примерно час им понадобилось, чтобы выбраться из Района Стеклянных Стен. То и дело к ним подбегали торговцы, норовя втюхать неведомые вещи: странные механизмы, машины для перекачки капель, пестрые флаконы. Девушке было безумно интересно просто разглядывать эти диковинки, но Крис прорезал толпу, словно масло, увлекая её за собой и не давая торговцам даже близко подойти.

– Скажи, – спросила Фина, стараясь выровнять дыхание, – а в районе Стеклянных Стен какие временные ограничения? Я не заметила ни давления, ни быстрого течения времени на браслете.

Мужчина остановился и медленно обернулся.

– О, практически никаких, кроме одной детали. Как ты думаешь сколько прошло времени, пока ты была в лавке?

– Не знаю, минут пятнадцать – двадцать? – неуверенно ответила девушка.

–– Нет, тебя не было два часа. Два часа, Фина, пролетели как пятнадцать минут. В этих лавках платят не столько за товары, сколько за просмотр. Хотя там есть действительно полезные предметы. – задумчиво протянул он.

Фина открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Ей казалось, что прошло совсем немного времени, что они довольно быстро идут, а оказывается… Она посмотрела на свои ладони, потом на заплечный мешок.

Девушка обернулась. Солнце, которые было в зените, когда они проходили ворота, уже явно давало вечернюю тень. Несколько часов её жизни просто растворились в созерцании ярких флаконов и шестеренок.

–– Не может быть… но как, браслет же не нагревался? Откуда уходило время?– девушка с ужасом прижала рюкзак со своим сосудом уже развязывая его.

– Позже проверишь! – жестко отрезал Крис, сжимая её запястье. – Сейчас не время и не место. Любая заминка здесь – это еще десять минут, которых у тебя нет.

Он не дал ей заглянуть в мешок. Быстро увлекая её за собой вдоль серых домов, он ввел её во владения Улицы Пустых Дней.

Когда они вошли на Улицу Пустых Дней, Крис был сосредоточен, но напряжение читалось в каждом его движении. Иногда он резко оглядывался, словно что-то искал, и в эти мгновения исчезала вся его прежняя уверенность.

Здесь не было яркого солнца. Всё вокруг застыло в серой дымке, словно в легком тумане. Люди спокойно двигались между домами, и их движения казались даже медленными в сравнении с теми, кого Фина встречала раньше. Они не экономили каждую секунду, не замирали в попытках сберечь миг – они просто шли.

Это было так странно, что девушка невольно замедлила шаг. Она подошла к одной женщине, которая сидела на ступеньках возле дома и перебирала шерсть, просто перекладывая её из одной корзины в другую. Взгляд её был пуст и направлен будто сквозь корзину, сквозь дом, сквозь весь этот мир. Фина замерла перед ней, но та не обратила на неё ни малейшего внимания.

– Она нас не видит? – Фина обернулась на Криса – Все они нас не видят?

– Видят, но не замечают, – Крис подошел ближе, и его фигура в этом тумане казалась единственным четким пятном. – Они живут в собственных мирах и видят только то, что хотят.

Девушка посмотрела на других людей на улице. Мужчина читал газету, но она была перевернута вверх ногами; мальчик играл в жмурки сам с собой; девочка расчесывала костяным гребнем игрушечного зайца. Их лица не были грустными – некоторые даже улыбались, причем так искренне, что Фине становилось страшно.

«Как же плохо им было в жизни, если они решили отказаться от реальности, лишь бы жить вот так!» – Фина гневно тряхнула головой. Ей даже начало казаться, что это убаюкивающее спокойствие наползает на неё саму, и ей уже хочется просто присесть рядом и смотреть, как растут цветы в пыли.

– Это страшно, но это их выбор, – Крис произнес это так точно, будто прочитал её мысли. Он взял её за руку и повел дальше по улице, не оборачиваясь. – Многие, кому пришлось слишком тяжело, выбирают путь пустоты. Так не болит.

Он говорил это таким спокойным голосом, словно уже не раз просчитывал и для себя подобный вариант. Это было пугающе. Очень.

– Ты тоже хотел уйти… сюда? – с омерзением спросила Фина. – Никогда не поверю, что такой человек, как ты, мог бы так струсить.

– И ты, и я в той или иной степени живем в своих мирах, и ты, и я – трусы, – выплюнул Крис. – Да, хотел. И не стоит осуждать того, без кого ты пропадешь в этом проклятом городе.

Он не замедлил шага, но его хватка на её запястье стала почти болезненной. Синие шрамы под его рукавом вспыхнули ярче, отражаясь в мутных окнах серых домов.

– Здесь многие выбирают забыться, – глухо сказал он, не смотря на нее. – Иногда это кажется единственным выходом. – Он замолчал, но тут же выпрямился, снова став прежним. – Нам в трактир. Не тормози.

Он говорил коротко, иногда слишком резко, но именно так – не жалуясь, а лишь ненадолго открываясь, прежде чем снова надеть привычную маску.

Он зло рассмеялся, но тут же осекся, одернул руку и пошел еще быстрее.

Девушка закусила губу и побежала за ним. Ей было неловко, что она надавила на больную мозоль, но любопытство разрывало её изнутри. «Что же могло подтолкнуть его к Улице Пустых Дней?»

Бросив взгляд на его упрямую спину, она решила: лучше спросить позже. Иначе на одну глупость в этом городе станет меньше.

Она молча шла позади него, осматривая улицу. Здесь тоже было много серости и людей, проживающих свои «лучшие» дни, но атмосфера уже не казалась такой ужасающей, как вначале. Наверное, потому что иногда, кроме сумасшедшего счастья, в глазах жителей читались страх, грусть и отчаяние.

Фина никогда не думала, что эти простые человеческие эмоции смогут её обрадовать. Ей безумно хотелось успеть дойти скорее до трактира и смыть с себя этот жуткий район.

Темнота обрушилась моментально. Фина вздрогнула от неожиданности. Ни единого фонаря на улице не зажглось, не было ни намека на свет в окнах.

Фина вцепилась в локоть Криса, словно кошка, боясь остаться одна в этой липкой, непроглядной тьме.

Тьма была такой плотной, что Фина видела только слабое синее мерцание шрамов на руке Криса. Это был их единственный маяк. Внезапно Крис остановился, и девушка едва не врезалась в него.

– Мы на месте.

Прямо перед ними, словно из ниоткуда, проступило слабое желтое пятно. Это был старый фонарь над тяжелой дверью. Внутри него билась одинокая серебристая искра – крошечный запас времени, оставленный хозяйкой специально для тех, кто еще способен идти.

Крис толкнул дверь.

Глава 8

Фина громко выдохнула.

Трактир пах счастливым домом и теплом. Запах свежего хлеба и мяты держался в воздухе и забивался в щели, будто не хотел уходить. Людей было немного, но зал жил: кто-то говорил вполголоса, кто-то смеялся, менестрель наигрывал мелодию и ему иногда подпевали.

Это место, такое же серое снаружи, как и всё на этой улице, внутри было прекрасным.

Но главным украшением трактира была его хозяйка. Обычная, ничем не примечательная женщина, на вид лет тридцати. Но как она двигалась! Плавно, тягуче. Руки были постоянно чем-то заняты: вот она принимает плату за утку, вот подает постояльцам ключи. Она улыбалась, но глаза были серьёзные, цепкие… словно само застывшее время.