Вспомнить Марию

Глава 3. В ожидании выписки

До выписки оставалось два дня. Дмитрий не мог дождаться этого момента. Теперь, зная, кто такая Мария, ему было тяжело переносить её присутствие в палате и её заботу. Но договор есть договор — надо терпеть! Главное — не привязываться и не давать девушке шанса отговорить его от расставания. Нужно держать дистанцию и стараться поменьше разговаривать. Это придавало ему мотивацию быстрее восстановиться. Он уже почти всё мог делать сам.

После процедур и обеда Дима прилёг на кровать. Он достал телефон и стал искать любую зацепку, которая помогла бы восстановить воспоминания. Первым делом он проверил список контактов и журнал звонков. Из новых номеров там была только Маша, подписанная как «Просто Мария». «Ах, вот почему мне эта фраза показалась такой знакомой!» — осенило его. В журнале вызовов значилось несколько созвонов с ней, но все разговоры длились не более пары минут. Затем он заглянул в галерею. Фотографий Маши там не оказалось. На самом свежем снимке, сделанном более двух месяцев назад, был запечатлён прайс закусочной. Дмитрия это не удивило: он никогда не был фанатом селфи и снимал только то, что действительно нужно было запомнить.

В истории банковских операций ему в глаза бросилась астрономическая сумма, оставленная в ювелирном магазине. На фоне привычных ежедневных трат она выглядела чужеродно.

— Ни хрена себе… — пробормотал он вслух.

«Я спустил в ювелирном целое состояние! Это же два моих месячных оклада, — мысленно подсчитал он. — Я что, с ума сошёл? Неужели я и правда купил ей это кольцо?»

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Маша.

— Ничего. Я просто играю на телефоне в симулятор свиданий, и меня там сейчас разорили, — Дмитрий пристально посмотрел на Машу.

— Может, сыграем в какую-нибудь настольную игру?

— Был бы у тебя смартфон, сыграли бы вместе. А с твоим кнопочным…

— Играть можно не только на телефоне, — улыбнулась она. — Одну минутку, я скоро вернусь.

Через пару минут Маша вернулась, таща в руках огромную коробку.

— Смотри, богатство какое! — улыбнулась она. — Тут и домино, и шашки, нарды, шахматы, «Монополия»… Ещё кубики какие-то, куча пазлов и карты.

— Ого. И откуда ты откопала этот клад? — Дима удивлённо приподнял бровь.

— Одолжила у старшей медсестры, — Маша бережно опустила коробку на тумбочку. — У них там целый склад: и книжки, и журналы. Всё это бывшие пациенты оставили.

— Во что хочешь сыграть?

— Во всё! — Маша радостно обняла коробку с сокровищами. — У нас с тобой есть целых два дня. Как думаешь, успеем?

— Давай попробуем. Только не плачь, если будешь проигрывать.

— Ты меня недооцениваешь! — фыркнула она. — Да ни за что! Сам смотри не зареви. Начнём с домино.

Время полетело незаметно. Они сыграли несколько партий в домино, затем в нарды, а потом разложили «Монополию». Маша радовалась как ребёнок каждой победе, а когда проигрывала — корчила смешные рожицы, задорно смеялась и искренне поздравляла соперника. Её шутливые комментарии и звонкий, заразительный смех заставили Дмитрия потерять бдительность. Сам того не замечая, он полностью расслабился и совсем забыл, что планировал держать дистанцию и поменьше разговаривать.

— Смотрю, а ты любительница настольных игр, — усмехнулся Дима — Часто играла в детстве?

— Нет, отчим мне запрещал, — Маша подняла вверх указательный палец, скорчила серьёзную рожицу и надменным тоном продекларировала, изображая своего воспитателя: — «Мария Ильинична, игры и общение с несовершеннолетними — это напрасная трата драгоценного времени, приводящая к инфантилизму и деградации. Свободное время надо направлять на изучение наук и освоение полезных навыков».

— А твоя мама и родной отец?

— Мама умерла, когда мне было шесть лет. А родного отца я никогда не видела — он погиб еще до моего рождения. Так что с шести лет меня воспитывал отчим.

— Маш, а сколько тебе лет? Напомни, а то я как-то подзабыл.

— Мне двадцать восемь, — удивлённо ответила она. — А почему ты спрашиваешь?

— Да ничего. Я был уверен, что тебе от силы восемнадцать. Серьёзно, выглядишь гораздо моложе.

— Так, это сейчас был намёк на то, что я маленькая и глупая? — Маша притворно нахмурилась. — Не зли меня, а то ведь я докажу обратное! А ну-ка, давай сыграем в шахматы. Это единственная игра, которую признавал отчим. Он называл её прекрасным тренажёром для мозга, развивающим память, логику и стратегию. Я долго тренировалась, пока не научилась его обыгрывать. Так что тебе я уж точно не проиграю!

— Ну, рискни, — усмехнулся Дмитрий — Я, вообще-то, тоже не пальцем делан. Если выиграю, то ты…

Он лихорадочно пытался придумать наказание для этой дерзкой девчонки, но на ум лезла одна пошлость.

— Даже не мечтай, не дождёшься! — Маша азартно блеснула глазами. — Давай так: с тебя победа — с меня любое твоё желание. Идёт?

— А если выиграешь ты, то желание загадываешь мне? Ну уж нет, ставка слишком высока. Я на такое не подпишусь, — Дима мгновенно напрягся, заподозрив подвох. Он был уверен, что Маша хитростью заставит его аннулировать их расставание.

— Ладно, так и быть, сделаю слабаку скидку! — Маша окончательно развеселилась. — Если продуешь, просто встанешь и скажешь: «О Мария, ты моя великая шахматная богиня!» — а потом эпично поклонишься.

Условия идеальны. Дмитрй расслабился, так как шуточное наказание никак не угрожало его свободе и решению расстаться. Он принял вызов.

— Погнали! — Дима азартно потер ладони, разложил доску и расставил фигуры.

Не прошло и трёх минут, как Маша поставила ему шах и мат.

— «Like taking candy from a baby!» Как конфетку у ребёнка отобрать! — засмеялась Маша. — Это было слишком легко. Ты попался на одну из самых примитивных ловушек…

Она не успела договорить, как Дмитрий пулей вскочил с кровати, отвесил шутовской поклон и продекламировал:

— О Мария, ты моя великая шахматная богиня!

После этого он сразу же плюхнулся обратно на койку. Всё это он сделал настолько быстро и неожиданно, что Маша даже не успела сполна насладиться победой.

— Ах ты жук! — Маша шутливо надула губы. — В следующий раз я придумаю наказание пооригинальнее.

— Реванш? — предложила Маша, расставляя фигуры.

— Нет, — Дима вовремя понял, что победить Машу в шахматы у него не выйдет. — Давай сыграем во что-нибудь другое.

— Может, тогда в карты? — она выудила из недр коробки потертую колоду.

— В карты я играю по своим правилам, — Дмитрий цинично усмехнулся. — С парнями — на бабки, с девчонками — на раздевание. Рискнёшь? Хотя тебе будет неинтересно, ты меня уже видела раздетым, пока я тут валялся.

— Ты меня тоже, только не помнишь, — тихо обронила она.

Дмитрий замер. Он попытался представить, что скрывается под строгим, пуританским нарядом Маши, и мгновенно возбудился. Пришлось незаметно сжать ноги. «Будет очень неудобно, если она заметит мой стояк, — лихорадочно подумал он. — Надо срочно переключиться на что-то отвлекающее. Думай о работе. О налогах. О чём угодно! Скорей бы уже выписаться из этой чёртовой больницы...»

Он попытался вызвать в голове какую-нибудь отвратительную картину, отчаянно стараясь представить себе что-то мерзкое, но ничего не выходило. Фантазия подсовывала Машу, и сексуальное желание только нарастало.

Дмитрий сообразил, что единственный способ спастись от позора — это под благовидным предлогом выпроводить Машу из палаты и срочно самоудовлетвориться.

— Маш, сходи разузнай, что там сегодня на ужин дают.

— Гречка с рыбой и компот, — тут же отозвалась она.

— Откуда ты знаешь?

— Я наизусть выучила местное меню. Оно стабильно унылое.

Дима судорожно натянул одеяло до самого пояса, пытаясь замаскировать предательски выпирающую из штанов эрекцию, которая становилась просто невыносимой.

— Тебе холодно? — забеспокоилась Маша. — Перевернуть подушку? Хочешь прилечь?

— Маша, сходи, пожалуйста, в буфет и купи мне бутылочку кока-колы. Жизнь не мила без неё.

— Буфет уже закрыт, — мягко обломала его она.

— Чёрт… — Дима едва не взвыл от досады. — Ладно. Тогда дойди до торгового автомата, возьми любого лимонада или хотя бы минералки. Они же где-то здесь стоят?

— Есть на первом этаже. Сейчас принесу, — Маша поднялась со стула и вышла из палаты.

Едва за Машей закрылась дверь, Дмитрий сорвался с места, пулей влетел в санузел и закрылся изнутри. Спустив штаны, он лихорадочно принялся доводить себя до разрядки, мысленно прокручивая в голове образ Маши в том самом строгом платье. Казенные стены и страх быть застигнутым врасплох только подстегивали — из-за долгого воздержания он кончил почти мгновенно.

Наскоро приведя себя в порядок и вымыв руки, Дима выскочил обратно в палату, запрыгнул под одеяло и, переводя дыхание, принял невозмутимый вид. Буквально через минуту дверь палаты открылась, и на пороге появилась Маша с бутылкой лимонада.

— Держи свой лимонад, — улыбнулась она, ставя бутылку на тумбочку. — Там на этаже сказали, что ужин уже развозят, скоро будут у нас.

На ужин действительно принесли гречку с рыбой и компот.

— А ты ужинать не собираешься? Где ты перекусываешь? — спросил Дима, принимаясь за еду.

— Обычно хожу в буфет.

— Так он же закрыт уже.

— Ничего страшного. Я ем всего раз в день, в обеденное время.

— Это ещё зачем? На диете, что ли? — Дмитрий окинул её взглядом. — Да у тебя и лишнего веса-то нет.

— Однократное питание разгружает организм и помогает сэкономить время на более важные дела.

— Погоди, это тоже цитата твоего отчима? — догадался Дима.

— Ага, — кивнула Маша.

— Слушай, ну он у тебя и тиран. Шаг влево, шаг вправо — расстрел. Столько дурацких правил... Маш, у тебя вообще было нормальное детство?

— А что значит — «нормальное»? — Маша искренне пожала плечами.

Дмитрий на секунду перестал жевать.

— Тебя отчим воспитывал один? Прямо с шести лет?

— Да, один.

— И какие еще безумные правила у него были?

— Правил было много, на каждый случай — свое, — спокойно ответила она.

— А если ты их нарушала? Как он тебя наказывал? Ругал? В угол ставил?

— Ну… меня не за что было наказывать, — Маша удивленно моргнула. — Я всегда четко выполняла свои обязанности.

— Он тебя хотя бы не бил? — Дима внимательно вгляделся в ее лицо.

— Нет. Он ко мне не прикасался... до восемнадцати лет. Слушай, хочешь, я схожу за книжкой и после ужина тебе почитаю? — Маша заговорила чуть быстрее, явно стремясь соскочить со скользкой темы. — Какой жанр ты любишь?

Дмитрий мысленно выдохнул, радуясь этой смене курса:

— Предпочитаю фантастику или хорошие приключения. А ты сама что читаешь?

— О, я всеядна, мне жанр вообще не важен, — Маша улыбнулась и поднялась со стула. — Ладно, я скоро вернусь, поищу что-нибудь интересное.

Маша вернулась, держа в руках сборник фантастических рассказов.

— Нашла! — улыбнулась она. — Так, я сейчас унесу посуду, а ты давай марш в ванную: чисти зубы, умывайся и в кровать. Вернусь и почитаю тебе перед сном. Обещаю, заснешь через полчаса. Тебе нужно хорошенько отдохнуть, чтобы быстрее восстановиться.

Покончив с вечерними делами, Маша устроилась на своей скромной раскладушке, служившей ей постелью все эти дни. Она раскрыла сборник и начала читать. Её голос звучал с безупречной дикцией и мягкой, живой интонацией. Этот ровный, убаюкивающий тембр действовал магнетически — Дмитрий сам не заметил, как его глаза закрылись, и он погрузился в глубокий сон.