Шепот Тритона

Джейс напрягся, готовясь встать. Инстинкт инженера подсказывал: оценивай риски. Определяй угрозу. Но ноги не слушались. Страх парализовал.

Лина схватила его за руку.

— Не надо, — прошептала она. — Это не наш бой. Беги.

Но Кайл уже заметил их. Или, возможно, он чувствовал присутствие Джейса на каком-то иррациональном уровне. Через ту самую связь, которую установил значок шестиугольника.

Он повернулся. Его взгляд упал на пару у стойки. Холодный. Пустой. Оценивающий.

Наконец-то. Ты тот, кто должен услышать.

Слова не были произнесены вслух. Но Джейс их услышал. Не ушами. Где-то глубже. Как будто кто-то вложил мысль прямо в череп.

— Ты, — сказал Кайл. Не крича. Тихо. Так тихо, что слова долетели до ушей Джейса сквозь общий гул страха. — Грузовик. Фильтры. Ты думаешь, ты можешь возить воздух, пока вокруг задыхаются правдой?

Наступила пауза. Секунда. Вторая.

Затем кто-то из посетителей, крупный мужик в рабочей одежде шахтёра, решил вмешаться. Видимо, посчитав пьяного дебошира лёгкой добычей для самоутверждения.

— Эй, приятель, успокойся. Выпей воды. Или уходи.

Кайл развернулся к нему. Улыбка на его лице стала широкой, ненормальной, обнажив зубы, которые казались слишком острыми.

— Вода? Нет. Мне нужна кровь. Ваша ложная, безопасная кровь.

Шахтёр толкнул Кайла. Лёгкий пинок, призванный отогнать пьяного.

Но Кайл не качнулся. Он принял удар всем телом, как скала. А затем ответил. Быстро. Жестоко. Эффективно.

Удар кулаком в челюсть раздался с хрустом, эхом отдавшись во всём зале. Шахтёр рухнул, потеряв сознание мгновенно. Его тело ударилось о пол с глухим стуком.

Хаос вспыхнул, как искра в бензине. Люди закричали. Столы опрокидывались. Посуда звенела, падая на пол. Кайл двигался среди толпы не как человек, а как машина. Каждый его шаг был рассчитан, каждое движение оптимально. Он не дрался ради удовольствия. Он расчищал путь. К выходу? К Джейсу?

Полицейские дроны, зависшие под потолком, активировали сирены. Красные лучи сканировали помещение, фиксируя лица.

— Гражданская служба охраны! Всем лечь на пол! Немедленно!

Голос из динамиков был автоматическим, бесстрастным. Но в треске сирен, в статике помех, на долю секунды прорезалось что-то другое. Хриплое. Ти̷х̷о̷е̷.

...они слышат нас даже сквозь вакуум...

Джейс вздрогнул. Он услышал. Отчётливо. Но никто вокруг не реагировал. Никто не обернулся. Только он.

Кайл остановился посреди зала, тяжело дыша. Кровь стекала по его руке — чья-то чужая. Он посмотрел на Джейса. Прямо в глаза. И в его взгляде не было ненависти. Было узнавание. И жалость.

Затем полицейский патруль ворвался внутрь. Тяжёлые сапоги, бронещиты, электрошокеры. Они окружили Кайла. Тот не сопротивлялся. Он просто опустил руки, позволяя надеть на запястья магнитные кандалы.

Но внимание офицеров было разделено. Один из них, детектив в гражданском костюме, пробрался сквозь толпу к стойке, где сидели Джейс и Лина. Варга.

Его лицо было таким же уставшим, как в комнате B-12, но теперь в глазах читалась триумфальная скука.

— Кортес, Джейс Александрович? — спросил детектив, сверяясь с планшетом.

Джейс кивнул, чувствуя, как холодок бежит по спине. Лина побледнела, вцепившись в его рукав.

— Что происходит? Я ничего не делал! — воскликнула она.

— Вы оба, — сухо ответил Варга. — Ваше биометрическое совпадение с базой данных инцидента на станции «Селена-4». Код доступа: 2235-Химера.

Джейс моргнул.

— Какой код? Я вёз фильтры! Обычные воздушные фильтры!

— Именно поэтому вы и будете проходить процедуру идентификации личности в изоляторе службы безопасности Торговой Федерации, — сказал Варга, доставая наручники. — Пока груз находится под арестом, все участники цепочки доставки считаются подозреваемыми. Особенно те, кого система пометила как «ресурс».

Варга посмотрел на запястье Джейса. Там, под кожей, едва заметно пульсировала точка. След трекера.

Лина проследила за его взглядом. И её лицо изменилось. Что-то щёлкнуло. Что-то, чего Джейс никогда раньше не видел в её глазах. Она схватила его запястье. Сжала. Крепко. Так, будто пыталась стереть точку пальцами. Или закрыть её. Спрятать.

— Нет, — сказала она. Не Варге. Не Джейсу. Никому конкретно. — Нет, нет, нет.

Она знала. Она знала, что это за метка. Она знала, что это значит. И она знала, что это нельзя исправить.

Варга посмотрел на неё. Без интереса. Как на ещё одну единицу данных.

— Отойдите, мисс. Это не ваше дело.

— Она не... — начала Лина. Но Варга уже оттеснил её.

Двое конвоиров взяли Джейса под руки. Он не сопротивлялся. Сопротивление означало бы применение силы, а ему нужно было сохранить ясность ума. Он посмотрел на Лину. Её глаза были полны ужаса.

— Всё будет хорошо, — сказал он, хотя сам в это не верил. — Я вернусь.

Его вели прочь из бара, мимо лежащих на полу раненых, мимо осколков стекла и разлитого алкоголя. Воздух здесь снова стал холодным, стерильным, пахнущим озоном и страхом.

За спиной захлопнулась дверь «Гравитационного колодца», отсекая тепло, свет и мечту о Марсе.

Впереди была серая комната, вопросы, ответы, которых у него не было, и правда, которую он не хотел знать.

Шёпот Тритона наконец достиг его ушей.

Конец третьей главы.

Глава 4. «Допрос без протокола»

Комната B-12 не изменилась. Она была такой же серой, такой же пыльной и такой же пропитанной запахом чужого отчаяния, как в прошлый раз. Но теперь этот запах смешался с новым — резким ароматом дорогого табака, который Варга курил с маниакальным упорством, словно пытаясь заглушить им собственный страх или скуку.

Джейс сидел на том же металлическом стуле. Наручники звякнули, когда он попытался пошевелить затекшими запястьями. Точка под кожей пульсировала в такт сердцу. Трекер. Он чувствовал его присутствие физически, как инородное тело, которое медленно разъедает нервы.

Варга молчал. Долгие минуты тянулись вязкой смолой. Детектив смотрел в потолок, где конденсат собирался в капли и падал на стол перед ними. Кап. Кап. Кап. Звук был громче любого крика.

Наконец Варга затушил сигарету о край стола, оставив чёрный след на белом пластике. Он не извинился. Просто включил голографический проектор.

Свет мигнул, и над столом возникла трёхмерная запись. Это было видео из бара «Гравитационный колодец». Качество изображения было идеальным — камеры службы безопасности ТФ имели разрешение, недостижимое для гражданских устройств.

На экране Джейс видел себя. Уставшего, бледного, держащего стакан пива. Рядом — Лину. Её лицо было искажено ужасом, но руки её двигались быстро, уверенно. И вот момент ареста. Конвоиры берут его за руки. Лина хватает его запястье. Сжимает. Пытается стереть метку.

— Интересная реакция, — сказал Варга, не глядя на Джейса. Его голос звучал глухо, будто он говорил сквозь маску. — Обычно люди плачут. Или кричат. Или пытаются ударить офицера. Ваша девушка... она действовала профессионально. Как хирург, удаляющий опухоль. Или как сапёр, обезвреживающий мину.

Джейс поднял глаза. В горле пересохло.

— Она просто испугалась.

— Не лгите мне, Кортес. Я не судья. Я сборщик данных. И данные говорят, что ваша биометрия совпадает со списком контактов объекта розыска «Кайл Реннер» задолго до того, как вы вошли в бар. Вы были помечены системой ещё на таможне. Шестиугольник. Код доступа к архиву программы «Химера».

Имя ударило по сознанию, как током. Химера. Слово, которое он слышал от пьяных ветеранов. Легенда. Миф. А теперь — юридический факт, вписанный в его судьбу.

— Что это такое? — спросил Джейс тихо.

— Программа модификации человека, — ответил Варга, наконец посмотрев ему в глаза. В его взгляде не было злобы. Только бесконечная усталость человека, который видел слишком много правды. — Рождение новой армии. Солдаты, которые не боятся боли. Которые не знают страха. Которые могут выживать в условиях, убивающих обычного человека за минуты. Кайл Реннер — один из них. Последний выживший оригинал. Остальные — копии. Брак. Отходы производства.

Варга перемотал запись назад. На экране появился Кайл. Тот самый момент, когда он смотрел на Джейса через толпу. Взгляд хищника. Взгляд инженера.

— Почему он выбрал вас? — спросил детектив. — Из тысяч пассажиров, из миллионов жителей станции. Почему именно дальнобойщик с ржавым «Мулом» и кредитами выше головы?

— Я не знаю, — честно ответил Джейс. — Я просто возил груз. Фильтры. Воздух.

— Воздух, — повторил Варга с горькой усмешкой. — Да. Фильтры класса А, партия 409. Они нужны не для колонии Европа-Юг. Они нужны для вентиляции криокамер на Тритоне. Чтобы поддерживать жизнь тем, кого Ромеро выращивает в пробирках. Ваш груз — часть цепи поставок для фабрики монстров.

Джейс почувствовал, как пол уходит из-под ног. Он вспомнил запах озона в кабине «Мула». Странные вибрации. Голос в радио. Всё это время он был не просто перевозчиком. Он был курьером ада. Доставляющим кислород для тех, кто будет убивать человечество во имя его спасения.

— Я ничего не знал, — прошептал он. — Если бы я знал...

— Если бы вы знали, вы бы уже были мертвы, — оборвал его Варга. — Система не оставляет свидетелей. Она оставляет ресурсы. Вы — ресурс, Кортес. Ваш геном чист. Ваши навыки механика уникальны для гражданского сектора. И главное — вы связаны с Кайлом эмоциональной нитью. Любимая женщина. Долги. Страх. Идеальные рычаги давления.

Варга выключил проектор. Темнота комнаты стала ещё плотнее. Но перед тем как экран погас, Джейс заметил в углу кадра, на заднем плане, короткую строку текста. Архивная ссылка. Мелкий шрифт, но он успел прочитать: «Д-р Э. Ромеро. Руководитель проекта „Химера“. Награждён за вклад в развитие технологий выживания в экстремальных условиях. 2228 г.»

Награждён. За вклад. В развитие. Джейс смотрел на эти слова, и его сознание отказывалось их принимать. Он не знал, кто такой Ромеро. Пока не знал. Но что-то в этом имени было неправильное. Как будто оно было ключом, который ещё не повернулся в замке.

— Зачем вам меня отпускать? — спросил Джейс.

— Потому что мне нужно, чтобы вы привели его ко мне. Живым. Целым. Ромеро хочет вернуть своего лучшего образца. ТФ хочет получить технологии. Правительство хочет забыть обо всём этом. А я... я хочу закрыть дело и уйти на пенсию. Пока моя печень ещё держится.

Он встал. Подошёл к двери. Нажал кнопку домофона.

— Освободить подозреваемого. Под подписку о невыезде. Полный мониторинг биоактивности. Трекер активен. Любой выход за пределы разрешённого сектора вызовет автоматическую нейтрализацию.

Щелчок. Дверь открылась.

Варга обернулся. Его лицо было скрыто тенью, но голос звучал почти по-человечески.

— Слушай внимательно, Кортес. Ты думаешь, что ты жертва обстоятельств. Но обстоятельства выбирают сильных. Кайл увидел в тебе силу. Не мышечную. Ту, которая заставляет людей рисковать всем ради любви или справедливости. Используй её. Найди его. Приведи сюда. Или умри в своей постели, пока система решает, что делать с твоими органами.

Джейс вышел в коридор. Свет здесь был ярким, режущим глаза. Люди шли мимо, не замечая его. Никто не знал, что он только что узнал тайну, способную разрушить мир. Никто не знал, что он стал пешкой в игре богов.

Он шёл к лифту. Ноги еле слушались. Голова гудела. Слова Варга крутились в мозгу, как заевшая пластинка. Ресурс. Рычаги. Игра. И где-то в глубине, под этими словами, пульсировало другое. Шестиугольник. Приглашение. Ромеро.

Когда двери лифта закрылись, Джейс посмотрел на своё отражение в зеркальной стене. Бледное лицо. Тёмные круги под глазами. И точка на запястье, едва заметная, но пульсирующая красным светом.

Он достал телефон. Набрал номер Лины.

Абонент недоступен.

Сердце сжалось. Она была права. Она знала. Она пыталась спасти его. И теперь, возможно, расплачивалась за это.

Лифт пополз вниз. Гравитация давила на плечи, на грудь, на душу.

И тут он услышал.

Не голос. Не шёпот. Ритм. Тихий. Ровный. Как пульс. Он шёл отовсюду. От стен. От пола. От потолка. Джейс замер. Прислушался. Звук был не хаотичным. В нём была структура. Последовательность. Повторяющаяся. Как азбука Морзе. Как сигнал.

Он достал телефон. Открыл приложение для записи. Нажал. Записал десять секунд. Потом ещё десять. Посмотрел на волновую форму. Ритм. Структура. Слова.

Джейс не знал, что это значит. Но он знал, что это не галлюцинация. Это было реально. Это было в системе. Это было везде.

Он сохранил запись. Убрал телефон.

Марс больше не существовал. Есть только Плутон. Есть только Тритон. И есть только шёпот, который становится всё громче.

Он должен найти Кайла. Не потому что Варга приказал. А потому что Кайл знал. Кайл понимал. Кайл мог объяснить, что происходит.

Но сначала нужно было избавиться от трекера. Два часа. Может, три. Потом система обнаружит пропажу сигнала.

Джейс знал одно место. Технический отсек на нижнем уровне. Там работал старый техник по имени Моз. Подпольный гений. Человек, который мог взломать почти всё. За деньги. За большие деньги.

Джейс вышел из лифта на нижнем уровне. Гравитация здесь была слабее — всего одна десятая. Тело стало легче. Шаги превратились в прыжки. Как будто станция пыталась выплюнуть его в космос.

Он пошёл к техническому отсеку. К Мозу.

Ответ ждал в темноте космоса. Но сначала — техник.

Конец четвёртой главы.

Глава 5. Прощание с тенью

Технический отсек нижнего уровня пах жжёной изоляцией, старым жиром и озоном — тем самым запахом, который Джейс ненавидел больше всего на свете, но теперь он казался ему ароматом свободы. Здесь не было стерильной белизны корпоративных зон. Стены были покрыты слоем копоти, провода свисали с потолка, как лианы в джунглях, а свет исходил от самодельных ламп, питаемых от аварийных генераторов.

Моз сидел за заваленным деталями столом, окружённый облаком сигаретного дыма. Он был маленьким, сухим человеком с глазами, которые казались слишком большими для его лица. В руках он держал паяльник, которым аккуратно вскрывал корпус какого-то военного дрона.

— Ты опоздал, Кортес, — сказал Моз, не поднимая головы. Голос его был хриплым, будто он давно не разговаривал. Или кричал.

— Варга меня долго допрашивал, — ответил Джейс, подходя ближе. Он положил на стол стопку кредитных чипов. Последних денег. Всех, что у него остались после оплаты штрафа за «потерянный» груз. — Мне нужно снять трекер. Быстро. У нас два часа, может три, пока система не заметит пропажу сигнала.

Моз наконец поднял глаза. В них мелькнуло что-то похожее на интерес. Или страх.

— Трекер ТФ? Тот самый, что имплантирован в шейный позвонок? — переспросил он. — Это не просто устройство слежения, Джейс. Это нейронный интерфейс. Если я выдерну его неправильно, ты станешь овощем. Или умрёшь от болевого шока.

— Я знаю риски, — твёрдо сказал Джейс. — Но если я останусь здесь, они убьют Лину. И меня тоже. Так что давай работать.

Моз вздохнул, затушил сигарету и жестом позвал Джейса к стоматологическому креслу, которое стояло в углу отсека. Оно было обито потёртой кожей и выглядело так, будто видело вещи пострашнее любой войны.

Процедура была адской. Моз использовал старый лазерный скальпель и набор инструментов, которые Джейс видел только в музейных экспозициях. Боль была острой, пронизывающей, словно раскалённый гвоздь вбивали в основание черепа. Джейс стиснул зубы так сильно, что почувствовал привкус крови. Он считал секунды. Раз. Два. Три. Каждый удар сердца отдавался в висках болью.

— Почти... — шептал Моз, работая с ювелирной точностью. — Не двигайся. Кабель подключён к спинному мозгу. Одно неверное движение, и ты парализован до конца дней.

Джейс закрыл глаза. Перед ним всплыло лицо Лины. Её улыбка. Её руки, пытающиеся стереть метку. Она знала. Этот факт бил сильнее боли. Почему она молчала? Почему не предупредила его раньше? Может быть, она сама была частью этой игры? Агентом Земли? Или просто жертвой обстоятельств, которая пыталась защитить последнего человека, которого любила?

Щелчок.

Боль внезапно прекратилась. Осталось только странное ощущение пустоты в шее. Холодное. Чужое.

— Готово, — сказал Моз, отбрасывая окровавленный инструмент в лоток. На столе лежал маленький чёрный цилиндр размером с горошину. Трекер. Живой. Мерцающий красным светом. — Выключи его. Сейчас же. Пока батарея не исчерпала ресурс синхронизации.

Джейс схватил цилиндр. Пальцы дрожали. Он надавил на кнопку сброса, предусмотренную конструкцией — или, скорее всего, найденную Мозом в документации. Свет погас. Цилиндр стал мёртвым куском пластика.

— Сколько времени у меня есть? — спросил Джейс, вставая с кресла. Голова кружилась.

— Система обновляет статус каждые девяносто минут. Следующая проверка будет через час десять. После этого они поймут, что сигнал пропал. И начнут искать источник помех. А найдут его быстро.

Джейс кивнул. Он забрал свой рюкзак, который оставил у входа, и направился к выходу.

— Спасибо, Моз.

— Не благодари меня, дальнобойщик. Благодари свою удачу. Или её отсутствие. Потому что теперь ты официально вне закона. ТФ объявит тебя террористом. Марсиане будут считать тебя шпионом Земли. А пираты Плутона... ну, они просто хотят твою кровь.

Джейс вышел в коридор. Воздух здесь был тяжёлым, но свободным. Он бежал к жилому модулю. К Лине. Сердце колотилось в ритме шагов. Лина. Лина. Лина.

Он должен был увидеть её. Должен был объяснить. Должен был забрать её с собой.

Но когда он добрался до её квартиры, дверь была открыта. Не взломана. Просто приоткрыта. Как приглашение. Или как ловушка.

Внутри царил хаос. Шкафы опрокинуты. Ящики выдвинуты. Одежда разбросана по полу. Но никаких следов борьбы. Никакой крови. Только запах духов, смешанный с острым ароматом дезинфектанта.

На столе лежала записка. Рукописная. Чернила ещё не высохли полностью.

«Уходи. Они идут за мной, чтобы добраться до тебя. Я не хочу быть приманкой. Люблю. Л.»

Джейс смял бумагу в кулаке. Ярость ударила в голову горячей волной. Она ушла. Добровольно. Чтобы спасти его. Чтобы дать ему фору.

Но это не помогало. Это делало всё хуже. Теперь каждый шаг, который он сделает, будет шагом прочь от неё. Каждое решение — предательством её доверия.

Он обвёл взглядом комнату. Всё разбросано. Всё чужое. И тут он увидел. На полу, у ножки опрокинутого стула, лежал маленький брелок. Металлический. Потёртый. Кругляш с выгравированной надписью: «Марс, 2236». Она купила его на станции год назад. В шутку. Сказала: «Когда-нибудь мы там будем». Он тогда засмеялся. Она — нет.

Джейс поднял брелок. Сжал в кулаке. Металл был холодным. Как её пальцы в тот вечер, когда она пыталась стереть метку с его запястья. Он сунул брелок в карман. Не как талисман. Как напоминание. Как обещание.

Он выбежал из квартиры. Толпа пассажиров текла мимо, равнодушная к его боли. Кто-то толкнул его плечом. Джейс даже не обернулся.

Ангар D-9. Его «Мул».

Корабль стоял на посадочной площадке, окружённый сервисными дронами, которые лениво облетали корпус. Джейс подошёл к трапу, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Что-то было не так. Атмосфера вокруг «Мула» была слишком тихой. Дроны не пищали. Индикаторы на корпусе не мигали.

Он поднялся по трапу. Герметичная дверь кабины была чуть приоткрыта.

Джейс замер. Рука потянулась к ножу, который он всегда носил на поясе. Старая привычка выживальщика.

Он толкнул дверь.

Внутри кабины ничего не изменилось. Кресло пилота. Панель управления. Иллюминатор. Но воздух был другим. Свежим. Очищенным. И пах он не маслом и потом, а чем-то химическим. Анестетиком? Или дезодорантом высокого класса?

Джейс медленно обошёл кабину. Его взгляд упал на приборную панель. Там, рядом с основным дисплеем навигации, мигал маленький индикатор. Зелёный. Стабильный.

Он подошёл ближе. Наклонился. И увидел.

На задней стенке панели, там, где обычно скрывались сервисные порты, был установлен новый модуль. Маленький, чёрный, незаметный. Но Джейс узнал его форму. Это был перехватчик сигнала. Военный образец. Такой же, какой стоял у Ромеро на Тритоне.

Кто-то был здесь. Кто-то взломал его систему связи. Кто-то подготовил почву.

И этот кто-то знал, куда лететь.

Джейс отступил назад. Его руки дрожали. Не от страха. От понимания. Он больше не был один. Он был пешкой, которую поставили на доску заранее. И ход уже сделан.

Он сел в кресло пилота. Пристегнулся. Положил руки на пульт. Навигационный компьютер уже предлагал маршрут. Не на Европу. Не на Землю. На Плутон. Курс проложен автоматически. Время прибытия: шесть недель.

Джейс смотрел на экран. На кнопку «Отмена». Она была маленькой. Красной. Он знал: если нажмёт, система мгновенно найдёт его. Сигнал трекера уже мёртв. Но корабль — это тоже маяк. Двигатели, тепло, металл. Его найдут. Через час. Может, два.

Он не нажал. Просто смотрел. Секунду. Две. Три.

Это было не бегство. Это было принятие. Он не просто убегал от ТФ. Он шёл туда, куда его вели. Потому что там была Лина. Потому что там была правда. Потому что там был Кайл.

Он включил тягу.

«Мул» загудел. Двигатели ожили. Вибрация прошла через корпус, через кресло, через позвоночник. Знакомая. Домашняя. Но теперь она звучала иначе.

И тут Джейс услышал.

Шёпот. Тот самый. Тихий. Ровный. Он был в голове. Но теперь он не был хаотичным. Он синхронизировался. С ритмом двигателей. С вибрацией корпуса. С частотой навигационных маяков, которые «Мул» автоматически сканировал на своём пути.

Джейс замер. Прислушался. Пульс. Ритм. Структура. Шёпот не просто звучал. Он совпадал. С частотами. С сигналами. С маршрутом.

Он понял. Шёпот — это не помеха. Это часть системы. Это компас. Кто-то — или что-то — ведёт его. Не ТФ. Не Варга. Не Моз. Что-то древнее. Что-то, что было здесь задолго до людей. Задолго до станций. Задолго до войны.

«Мул» оторвался от площадки. Мягко скользнул в черноту космоса. Позади осталась «Селена-4». Осталась Лина. Осталась жизнь, которой он хотел жить.

Впереди был Плутон. Крокодил. И правда, которую никто не хотел знать.

Шёпот в голове стал громче. Теперь он звучал не как помеха. А как компас. И Джейс следовал за ним. Потому что выбора не было. Потому что выбора никогда не было.

Он сунул руку в карман. Нащупал брелок. «Марс, 2236». Холодный металл. Он сжал его. Крепко. Как будто это могло что-то изменить.

Не могло. Но он сжал.

Конец пятой главы.

Глава 6. Зверь в клетке (отредактированная версия)

Первые три дня полёта были похожи на медленное умирание от бессонницы.

«Мул» шёл по автопилоту, проложенному невидимой рукой. Курс на Плутон. Джейс не пытался его менять. Он сидел в кресле пилота, подперев подбородок кулаком, и смотрел, как звёзды превращаются в длинные белые полосы. В голове пульсировал ритм. Тот самый шёпот. Теперь он был громче, отчётливее. Он совпадал с частотой вращения центрифуги, с гулом вентиляторов системы жизнеобеспечения, с низким гудением реактора. Это была не просто помеха. Это была колыбельная для машины, которая решила жить своей жизнью.

Джейс чувствовал себя чужим в собственном теле. Трекер вырван, но фантомная боль в шее не отпускала. Каждый раз, когда он поворачивал голову, ему казалось, что кто-то держит его за затылок холодной металлической хваткой.

На четвёртый день случилось то, чего он ждал, но к чему не мог подготовиться.

Сначала мигнул индикатор давления в грузовом отсеке. Потом — звук. Не скрежет металла. Не хлопок разгерметизации. А тихий, размеренный пшшш. Как будто кто-то выпускал воздух из шины. Или открывал герметичную дверь.