Военные хроники лейтенанта Артёма К.

– Ни х ты не знаешь! – перебил его Авиатор. – А всех, кто тебя здесь учил эти дни, них не делали и их надо наказать. Всё, свободен!

Вернувшись в расположение роты, расстроенный Артём встретился с Востоком:

– Ты чё, в натуре ничё не знаешь, не учили что ли тебя ничему в твоём училище?!

Он уже был в курсе о печальных результатах экзамена по телефону. Артём парировал, что Авиатор задал вопрос не по теме, которой его здесь учили и он использовал свои училищные знания.

– А что был за вопрос и как ты ответил?

– Виды связи, – ещё раз перечислил все виды связи Артём.

– Ну ты долбоёб! – расстроился Восток.

– А какой тогда правильный ответ? Авиатор сказал, что правильный ответ – прямая и через ретранслятор. Но это виды радиосвязи, а не связи в целом. Он специально задал вопрос так, чтобы я его понял неправильно и ответил соответствующе.

– Ну понятно! Получается, запутал он тебя, что на него похоже.

После недолгого молчания Восток отправил Артёма отдыхать и готовиться к выезду на задачу, ведь, уже завтра вечером он должен был отправляться туда с группой новичков.

Чувства были смешанные. Вроде, Артём и хотел поехать на задачу, ведь его друг Лёха там был уже пятый день, но ему было страшно. Он пришёл в блиндаж, пообщался с Садыком, покормил кошку и лёг спать, утро вечера мудренее.

Глава 4. Первый выезд на задачу

Подготовка

Артём проснулся с мыслью, что сегодня ночью он уедет на войну. На самую, что ни на есть, настоящую войну. Он проверил готовность экипировки и пошёл умываться. Позавтракал – чай с печеньем и яблочным повидлом из сухпая, всё вполне себе, вкусно.

К нему подошёл Томогавк и дал ещё несколько советов по выживанию, но самое важное, что он ему посоветовал – завернуть в непромокаемый пакетик на зип-застежке свои документы и носить их собой. Этот простой совет впоследствии имел для Артёма огромное значение. Именно это помогло ему в критической ситуации сохранить документы в хорошем состоянии.

Также Томагавк напомнил Артёму, что на войне всем всё равно, кто ты, офицер или боец, работают все, и если нужно взять лопату и копать, то надо это делать и не прикрываться офицерством. Здесь так не работало. Часто бойцы со своими командирами взводов вообще общались на «ты», ведь взводные ходили на задачи вместе с ними. Впрочем, если задача была слишком опасной, командиры рот частенько берегли своих взводных и бойцов отправляли без них.

День прошёл незаметно. Вечером группу Артёма экипировали и выдали им всё необходимое. Старшина приготовил очень вкусный плов и все хорошо поужинали. Артём зашёл в блиндаж вздремнуть.

***

Он написал Кире, сообщил, что сегодня едет на задачу. Она ответила:

«Пообещай, что вернёшься, ты мне очень нужен»

Артём почувствовал невероятный прилив тепла и сил. И он дал ей это обещание и пожелал спокойной ночи. Какое там… как потом выяснилось, она вообще не спала в эту ночь и очень сильно за него переживала.

***

Время двадцать три сорок.

Артёма разбудили и он пошёл к машине. Рюкзак на сорок литров был забит всем, что им выдали. Машина была точно такая же, что его сюда привезла. Восток пожелал всей группе удачи, а Артёму сказал, чтобы тот не вздумал погибнуть. Они загрузились и водитель сообщил:

– Так, ребятишки, если вы вздумали немного поспать по дороге, спешу вас расстроить, не получится! Дорога, как после бомбёжки, что, в принципе, так и есть, но мы всё равно поедем с ветерком. А вам советую держаться покрепче за что найдёте!

Он захлопнул дверь и машина поехала.

Артём достал свой рабочий телефон из специального нагрудного подсумка под телефон и открыл карту. Ещё раз прошёлся по основным маршрутам и точкам, примерно наметил их путь. Ведь Воробей сказал, что есть вероятность того, что их не довезут до той деревни, где они должны расположиться и придётся какую-то часть пути идти пешком.

Ехали они около четырёх часов. Артём пытался заснуть, но не получилось, водитель не соврал. Тряска была такой, что они то и дело подлетали в воздух и им приходилось заново усаживаться на свои места. Пришёл какой-то мандраж и азарт. Артём не боялся. Ну почти… Это скорее всего было волнение, а не страх.

И вот наконец-то они куда-то приехали. Это был небольшой и сильно потрёпанный городок. Они разгрузили для тамошних гражданских обитателей передачку – различные припасы. Затем их посадили в «багги» – обычный УАЗ-таблетка, но с обрезанной крышей, и водитель этой чудо-машины сказал:

– Так, парни, здесь начинается опасная территория. Ехать будем очень быстро, смотрите за небом и по сторонам, там бывает «грязно». Сразу орите, если что, птички очень любят машины.

Они тронулись, Артём надел противоосколочные очки и дослал патрон в патронник. Было немного страшновато, он смотрел во все стороны, его бойцы тоже. Но потом он распределил сектора наблюдения и посадил всех спинами друг к другу. Так получилось организовать грамотное наблюдение.

В этот момент он понял: шутки закончены, учёба тоже, пора брать инициативу в свои руки, ведь он – командир, а эти бойцы, хоть и старше его, но ничего не понимали в военном деле и порой вели себя как испуганные дети. Теперь он тут самый старший и только он мог правильно оценить обстановку и принять нужное решение. Своя и их жизни теперь были в его руках.

Да, теперь он был командиром, который заботился и переживал за своих бойцов. Но если будучи командиром штурмового подразделения – группы, взвода, роты, батальона, будешь переживать за каждого погибшего солдата и беречь их слишком сильно, то и с ума сойдёшь и задачу не выполнишь. Это война! Как говорится, кто на что учился.

«Джамбо»

Ехали они через поле по накатанной грунтовой дороге вдоль лесополос. По дороге им встречались как те, кто заезжал, так и те, кто откатывался с задачи. И все всегда друг друга приветствовали, показывая так называемый «Джамбо» или «Шака» – жест, при котором большой палец и мизинец оттопырены, остальные пальцы прижаты к ладони, а кисть обращена пальцами вверх и тыльной стороной к объекту приветствия.

Это реально создавало ощущение единства и братства. Незнакомые друг другу военные уважали себя и тебя, приветствовали и считали братом по оружию. И они, видев тебя впервые в жизни, были готовы тебе помочь и поделиться с тобой последним. Впрочем, как и ты им.

И это была совсем не гражданка, где этот жест означал – предложение выпить (с характерным опрокидыванием), разговор по телефону (с прикладыванием к уху) или молодёжный мем «обоюдно».

Селидово

Так они доехали до Селидово, что в часе езды от Донецка, города, название которого было известно многим и который был уже в зоне досягаемости вражеских дронов. На некоторых участках поверх дороги были натянуты рыболовные сети: как ни странно, это нехитрое изобретение неплохо защищало.

В Селидово их встретил один из медиков их батальона с позывным Шмель. Он спросил, кто командир и попросил Артёма подойти – показал куда идти и какая машина их повезёт дальше.

Ещё он удивился, что Артём так молод. Они пообщались и Артём немного рассказал ему о себе. На нужной точке за ними приехала красная Нива.

«Отличный цвет для того, чтобы не выделяться…» – с сарказмом подумал Артём.

Водитель Нивы был уже довольно пожилым мужчиной. Он тоже удивился молодости Артёма, а тот, в свою очередь, удивился, какой он пожилой. И опять Артём без всякого приказа почувствовал единение разных поколений, отстаивающих общие интересы. Это необычное и очень приятное чувство, которое, очевидно, сближало людей на войне.

Водитель теперь уже этой машины сказал почти то же самое, что и предыдущий:

– Мужики, дальше ещё опаснее, птички летают, практически, постоянно, смотрите в оба и будьте готовы выпрыгивать из машины по моей команде.

Артём положил рюкзак себе на колени, а автомат поставил стволом вверх возле ноги. Он спросил у водителя:

– Обычно как проходит поездка?

– Ну обычно я всегда доезжаю, Слава Богу, – усмехнулся водитель и перекрестился.

***

И они поехали в другую деревню, ближе к передку, но не на сам передок, рядом. Дорога была напряжённой. Они всё так же ехали по наезженной дороге вдоль лесополос, но чем ближе к передку, тем больше сгоревшей техники им попадалось. В какой-то момент они выехали на асфальтированную дорогу, где по обочине стояла сгоревшая техника. Повсюду. Вот Нива, вот БМП, вот, вообще, танк.

Первые 200

Они подъехали к той деревне, куда должны были в случае чего идти пешком. Артём посмотрел налево и увидел… Словно край земли. Это было чистое поле, которое шло довольно сильно вверх, но это не был холм, а именно возвышение. Создавалось впечатление, что там край и пропасть. Красиво!

На дороге Артём увидел недавно сгоревшую багги, а рядом с ней два тела. Это были первые погибшие, которых он видел в жизни. Но никакого испуга или ужаса он не испытал. А потому что, ещё давно решил для себя воспринимать всех погибших, просто, как элемент окружающей среды, ну лежат себе и лежат. Он выкинул из головы то, что это были чьи-то сыновья и отцы. Он уже перестроил свои мозги на войну.

Не нужно, проходя мимо каждого тела, думать о том, что это когда-то был человек со своей жизнью, близкими, которые никогда его уже не дождутся и неизвестно, дождутся ли хотя бы тело. Современная война не давала группам эвакуации выносить тела погибших с поля боя, потому что дроны специально охотились на них, они были хорошей целью.

Поэтому тела подолгу и не выносили, пока фронт не сдвигался и дроны уже не могли доставать до этого места.

Они заехали в какой-то амбар. Ура, они наконец-то добрались до пункта назначения!

Амбар

В амбаре пахло золой из печки. Дымилась какая-то куча пепла, видимо, жгли мусор. Их встретил боец с позывным Некромант. Он был худощавым парнем, ростом чуть ниже Артёма, по повадкам, явно, из заключённых. Одет он был в Softshell Multicam, чёрную шапку и вёл себя очень агрессивно – орал, чтобы все быстрее выходили из машины и строились в одну шеренгу.

Группа Артёма состояла из пяти бойцов: Булка, Садык, Рига и ещё двое. Кроме Риги, все они были, мягко говоря, не слишком годные для военной службы – толстые, старые, а у двоих на лбу было написано «алкаш». Рига же был низеньким мужичком тридцати трёх лет, до этого прошедшим несколько задач в другом подразделении.

Некромант заставил показать ему свои «радейки» – рации, чтобы он проверил правильность вбитой в них частоты. Артём открыл подсумок с рацией, он висел у него на правой стороне груди, чтобы тот её взял. Некромант выдернул рацию и прошипел:

– Чё, салабон, сам достать не можешь?

Артём было собрался втащить ему за салабона, да так, чтобы он на жопу сел, но не стал. Мало ли к чему это могло привести. И просто, злобно зыркнул на него. Некромант проверил рации у всех и спросил:

– Кто из вас офицер?

– Я! – ответил Артём.

Он удивился, видимо, не ожидал. Но стыдно за свою грубость ему не стало и он добавил:

– Ты идешь к Фанату, остальные за мной. А тебя Сворог отведёт.

Так и сказал, Сворóг, а не Сварог. Это был высокий картавый парень, рыжий и с веснушками. Он был из группы эвакуации – «эвака», вытаскивал раненных и погибших с поля боя.

Они пошли через амбар в его глубь, чтобы выйти с другой стороны. В одном из помещений амбара их встретили агрессивно и попросили с использованием обсценной лексики, чтобы они тут больше не ходили, потому что палят их «норку». Так называли любое безопасное место, отсюда и слово «занориться». Они мирно разошлись с местными обитателями и пошли дальше.

В другом помещении был морг. Эваки привозили сюда тела погибших. Один из них попросил Сворога помочь спустить мешки с тележки. Тот помог и они пошли дальше:

– Птички тут летают двадцать четыре на семь, а ночью вообще песец – бабки бомбят тээмками всё что движется и откуда исходит тепло.

Артём спросил:

– А куда мы идём?

– Сначала к комбату, к Ирбису.

Глава 5. Командир роты Фанат

Точка ноль

Они шли через разрушенную деревню. Мирных жителей здесь не было, только наши бойцы из разных бригад. Эта была точка ноль, откуда уже попадали в KillZone – «серую» зону, зону смерти. Все дома были разрушены, везде валялся мусор, но тел погибших уже видно не было.

Все здесь двигались быстрым шагом или бегом. Те, кто поопытнее, ходили в тапочках, шортиках и футболках, как дома. Артём сначала их не понимал, но потом, со временем, стал одним из них и тоже ходил без брони и шлема, только с автоматом. И это он ещё держал себя в руках.

Пока они шли, успели пару раз попасть под дальние разрывы мин, а позже Сворог сказал:

– Тихо! Слышишь?!

Вдалеке послышался противный высокий звук «Ж-Ж-Ж".

– Это камик(дрон-камикадзе)! Быстрее сюда!

Они забежали в какой-то гараж и прикрыли железную дверь, оставив маленькую щёлку. Дрон приближался. Артём снял автомат с предохранителя.

– И не пытайся, всё равно не попадешь.

– Ты меня ещё не знаешь, боец.

Тем временем дрон приближался. В кровь выплеснулся адреналин. Артём был готов к стычке, сжал автомат покрепче, приготовился к быстрому прицеливанию… но дрон пролетел мимо.

– Может это был наш?

– Нет, что ты! Запомни, камики всегда летят в один конец и никогда не возвращаются. Они ищут технику и скопления людей. Если идешь один, он может тебя и не тронуть, но если он не находит желаемую добычу, то он нападает на одиночек или ползущих раненных, а если же и их не находит, то может врезаться в любой целый дом или даже в тело погибшего, чтобы его было потом тяжелее собрать и опознать. Противник старается выжать максимальный КПД из каждой своей птички. Мы воюем с пидорами, не забывай.

Артёма всегда забавляло слово «пидор». Что наши, что противник, активно применяли его друг против друга. Война пидоров какая-то, получалась. Действительно, война братских народов, как во время смертоубийств в древней Руси. Просто, сегодня наши «братья» немного заблудились в мировозрении и понимании того, кто им друг, а кто нет. Промытый пропагандой мозг, к сожалению, тяжело избавить от глупостей.

Шли они ещё километра полтора и, наконец, дошли до нужного дома. Их встретили часовые. Артёма проводили внутрь дома и велели разрядить оружие, снять его и экипировку. Он так и сделал.

Его проводили к погребу. Он спустился по вертикальной лестнице вниз, прошёл по длинному подземному коридору, раздвинул ковры, висевшие на проходе и спросил:

– Разрешите войти?

Через пять секунд ему ответили расслабленным голосом:

– Да!

Экзамен под землёй

Артём вошёл и увидел: было четыре человека; все сидели в майках и тапочках; было много планшетов и монитор: стоял старый разложенный диван; двое сидели с планшетами, один сидел на диване, а другой на нём лежал, видимо, спал.

Тот, что сидел на диване, велел Артему проходить и присаживаться на табуретку. Это был Авиатор, тот самый человек, который их опрашивал по телефону. Он оказался молодым майором, с плотным телосложением, черными глазами и волосами. Он сказал Артёму, что Ирбис сейчас отдыхает, но скоро проснётся.

Тот образ командира роты, который представлял Артём, оказался комбатом. Это был молодой человек с голубыми глазами и светло русыми волосами. Ирбис и Авиатор были выпускниками училищ до 2020 года.

– Ну что, удивишь нас своими знаниями? – спросил Авиатор.

– Только в хорошем смысле, а не как тот твой дружок, – добавил проснувшийся Ирбис.

Это он сказал про Ахмеда. Вообще Ахмед парень больше рукастый, чем умный, в училище он отвечал за ротный подвал.

Ирбис встал с дивана и посмотрел на Артёма с нескрываемой предвзятостью и ехидной улыбкой. Артёму стало не по себе, ведь этот человек мог кардинально распорядиться его судьбой.

– Ну давай начнём с простого. Доложи мне ТТХ АК-74 и АК-12 и чем они отличаются.

На этот вопрос Артём ответил без проблем.

– Хм-м, ладно, а скажи-ка мне все формулы поправок при стрельбе из автомата.

Это Артём тоже ответил ему уверенно.

– Какую формулу должен знать каждый военный?

– Дуй в тысячу.

Авиатор одобрительно покивал и сказал:

– А ты не такой тупой, как я думал, возможно, я ошибался.

– Подожди ка, это ещё не всё, – пробурчал Ирбис. – Какова прицельная дальность стрельбы из пулемёта ПКП?

Артём ответил.

– Калибр пистолета Макарова?

– 9×18.

– Уверен? Не 9×19?

– Уверен, 9×19 это Ярыгин.

– Ладно, а ну скажи, что ты ещё знаешь?!

Это был хороший трюк, позволить самому определить свой объем знаний и потом выбрать из этого объема тему посложнее и начать её потрошить подробно. Попадался Артём в училище на зачётах на такую уловку преподавателей, научен был. Поэтому он тщательно назвал только то, в чем реально разбирался.

Но Ирбис понял, что Артём выкупил его трюк и после своего «Хм-м» спросил, какая у него была тема дипломной работы. Артём ответил. Тема у него была про организацию связи в лесистой местности.

И тут Артём понял… Понял и испугался, что вот сейчас-то Ирбис и потопит его на этой теме через реалии СВО. Ведь он писал свою дипломную работу по уставам и использовал в ней лишь начальный опыт СВО. А ведь в дипломе нужно было ещё и выдвинуть свои предложения по улучшению качества связи, но что он мог тогда? Выдвинул, конечно, но теперь испугался, что за такие выдвижения, боевой офицер СВО его засмеёт.

Но делать было нечего, и Артём чётко рассказал про свою дипломную работу и свои предложения в ней. После чего его, действительно, начали расспрашивать: а как бы он это всё организовал здесь и сейчас, а почему именно так и ещё множество вопросов. Артём как мог отвечал и в некоторых деталях даже был уверен. Так они плавно перешли к ТТХ радиостанций различных типов.

И вот это было слабым местом Артёма. Он мало знал про радиостанции, только «Азарт» и «Р-168». «Азарт» – редкая вещь в реалиях СВО, но знать её всё равно было нужно. Эта радиостанция как бы не для всех. Для обычных бойцов она слишком сложная, впрочем, как и для большинства командиров. С ней хорошо могли управляться только сами связисты.

– А стошестьдесятвосьмые мы не используем, старье громоздкое, – сказал Авиатор.

Ирбис спросил Артема ТТХ радеек. Тот отвечал неуверенно и медленно. Тогда Ирбис сказал:

– Честно, я и сам их не знаю. Расскажи, мне интересно, вижу, что знаешь.

После этих слов Артём почувствовал какую-то свободу и начал, попросту, брать из головы предполагаемые им цифры.

– Ладно, хватит, вижу, не дурак, но и учиться тебе ещё… Вопросы есть ко мне?

Артём не очень любил этот вопрос. Ведь вопросы были всегда, но, как назло, быстро их вспомнить никогда не получалось.

– Вопросов нет.

– Всё, иди к Фанату, до встречи!

Артём встал, подошёл к лестнице, поднялся по ней, экипировался и нашёл Сворога. Встреча с комбатом ему вроде как понравилась и он, очевидно, оставил о себе хорошее впечатление. Но дальше ему предстояла встреча с командиром роты. И Артём подумал, что дальше будет проще, ведь комбат остался им доволен, значит и с ротным проблем не будет. Как же он ошибался! Фанат оказался гораздо страшнее, чем он предполагал.

Командир роты Фанат

Они шли со Сворогом по деревне в сторону её западной окраины. Рядом были слышны миномётные прилёты, свист: «ВЖЫ-Ы-УХ» и взрывы: «БАХ».

В первый же день Артём научился понимать, когда мина упадёт далеко, а когда близко. Если этот свист: «ВЖЫ-Ы-УХ», был медленный, глухой и протяжный, значит мина упадёт далеко. А вот если свист был быстро нарастающий и отчётливый, значит нужно было, мгновенно, падать на землю. Ну а мину, которая летит прямо в тебя, наверное, услышать и не получится.

Но уже были мины и пострашнее… так называемые «Польки». Они не свистели и о них узнавали только после их взрыва. И это было ужасно и страшно. И если обычную мину можно было услышать ещё на подлёте и что-то сделать, то Полька такого шанса не давала.