
Полная версия:
Дьявольская сделка
Дергаю металлическую цепь и звук эхом разносится по всему пространству.
Закрываю глаза и думаю: «Почему бы не остаться здесь? Почему бы не перестать цепляться?»
***
Вхожу в маятниковую дверь, едва не придавив ей тканевую сумку, давящую на плечо. Плюхаюсь в потрепанное кресло напротив стола, поморщившись от пульсации в копчике.
— Стесси, вы как всегда вовремя, — заключает полицейский, бросая брелок от машины на стол. — Вижу вы подготовили для меня новую информацию.
Киваю, стараясь не морщиться от яркого света лампы и запаха пыли.
Протягиваю увесистую папку со скриншотами переписки и компрометирующими фотографиями Ноа Ричардсона, — зашифрованная папка на его компьютере оказалась ничем иным, как мерзким фетишем. Последний клиент обратился за помощью в продвижении его фотостудии, но как оказалось — интересовался совсем юными клиентами. Мне удалось вычислить его за три дня, хотя обычно уходит куда больше времени.
Новые коды на флешках, которые мне предоставляют для этого дела — просто находка.
— У вас новое дело, мистер Пак, — ко всему добавляю флешку с камер видеонаблюдения. — Признаюсь, что кадры не для слабонервных, и мне пришлось воспользоваться мусорным ведром, чтобы не запачкать все вокруг. Компания «Стэнфорд-лэнд» занимается далеко не самыми обычными съемками.
Он вставляет флешку в ноутбук и просматривает пару записей без звука, пока прокручиваю резинку для волос на руке и скучающе смотрю в пыльное окно, которое медленно покрывается разводами.
На улице моросит дождь, смывая загрязнения с асфальта.
— Как вам все удается?
— Секрет фирмы, — бросаю достаточно беспечно, подмигиваю и поднимаюсь со стула. — Я больше вам не понадоблюсь?
Пак прокашливается и прижимает папку к груди.
— Будьте осторожны, — глухо предупреждает он. — То, чем вы занимаетесь заслуживает уважения, но очень опасно. Иногда вы копаете слишком глубоко.
— Не беспокойтесь. Я могу за себя постоять.
Выхожу из участка, и улыбка сползает с моего лица, когда замечаю припаркованную в тени тонированную машину.
Дождь усиливается и я открываю зонт, чтобы добежать до своей машины. Завожу двигатель, осматриваю салон и выезжаю с парковки. В окно заднего вида замечаю, как на расстоянии движется спрятанная до этого машина.
Кажется, меня вычислили. Надеюсь, успею добежать до квартиры, потому что перцовый баллончик остался в другой сумке.
***
Возвращаюсь в реальность, когда слышу легкое шарканье шагов за дверью. С каждой секундой звук шагов становится все громче и увереннее, вырывая меня из небытия. В голове все еще звучит стук дождя, капающего по крыше машины, но в него врезаются громкие шаги. С каждой секундой становясь все громче и увереннее.
Едва поднимаю голову в сторону двери и вижу приближающийся крупных размеров силуэт.
Мгновенно сжимаюсь, забиваясь в угол, инстинктивно подтягивая колени к груди. Руки прикрывают оголенные участки тела, но все это — бесполезно. Чтобы спрятать все, что необходимо нужно еще пару рук, поэтому останавливаюсь на полупрозрачном бюстгальтере.
Включается тусклый свет единственной на потолке лампы, и вижу мужчину около тридцати лет с пересекающим бровь шрамом. Его лицо идеально выбрито и можно заметить свежие порезы от бритвы. В одной руке ведро с водой, в другой — чистая белая ткань.
Хлопаю глазами с недоумением и плечи слегка расслабляются от исходящей от него теплой ауры.
— Тс-с-с… — он прижимает указательный палец ко рту. — Не шуми. Я ничего с тобой не сделаю, но если кто-то узнает, что я пришел, чтобы помочь, то сделают со мной. Поняла?
Часто киваю не веря своим ушам. В горле пересохло так, что не могу вымолвить ни слова.
«Он меня освободит?» — проносится в голове, но понимаю, что сейчас он пришел не за этим.
Мужчина в их отличающей форме, присаживается на корточки рядом и смачивает тряпку в ведре. Отжимает грубыми, крупными ладонями и протягивает руку с вопросительным выражением лица.
Протягиваю ладонь и он принимается аккуратными движениями водить влажной теплой тряпкой по саднящей коже.
— Ты освободишь меня? — шепчу, оглядываясь по сторонам, чтобы понять не слишком ли громко спросила.
Он молча тянет руку за спину и достает небольшую бутылку с водой, но раньше, чем он это сделает — снова отползаю к стене, крепко зажмурив глаза.
«Сейчас он достанет пистолет и убьет меня», — возникает мысль, но он спешит меня успокоить.
— Меня зовут Джон Уолкер. Я лично знаком с Грегори Шэном, — мы работали вместе. Я устроился к Дереку по просьбе друга Грегори еще задолго до того, как мы совершили нападение в больнице. Я не могу рассказать больше, но ты можешь мне доверять. Только мне, — уточняет Джон.
Как только слышу имя ангела — сердце начинает колотиться с бешеной скоростью. Оно бьет с такой силой, что слышу удары в ушах.
— Он попросил… — начинаю с надеждой в голосе, но он зажимает рот ладонью прежде, чем успеваю закончить.
— Молчи. Грегори сейчас не в более легкой ситуации, чем ты и как только появится возможность — свяжусь с ним.
— Объясни, что происходит. Пожалуйста, — голос едва слышен, похожий на шелест сухих листьев.
— Повторяю: я ничего не могу рассказать, потому что у нас мало времени, которое ты сейчас тратишь.
— Прости…
— Пей и обтирайся. Я отвернусь. У тебя три минуты.
В голове царит хаос из мыслей, но я не в силах озвучить ни одну из них. Понимая, что время идет: жадно хватаю бутылку и выпиваю одним глотком, не думая о том, что внутри мог бы быть яд.
Во рту пересохло так, что казалось, будто туда воткнули сотни иголок, но теперь чувствую облегчение. Через несколько секунд в животе начинает сводить, но это куда предпочтительнее, чем умереть от жажды.
Быстро насколько это возможно протираю влажной тканью интимные зоны, испытывая дискомфорт от зрелища в ведре, которое вот-вот увидит Джон.
«Сейчас это не должно меня волновать», — отгоняю бессмысленные мысли.
Отмыться от всего этого полностью — сложно, но после протирания тело наполняется легкостью, и ощущаю себя лучше.
— Быстрее, — шепотом торопит меня.
— Милая Стесси, я иду к тебе, — издалека доносится скрипучий голос, эхом разносящийся по пространству и все тело сковывает страх.
Дикий, животный ужас.
Джон подбегает ко мне, выхватывает тряпку с ведром и быстро шепчет:
— Что бы с тобой случилось — ты не должна рассказывать о нашем разговоре. Я не могу тебе сейчас помочь, но свяжусь с Грегори, как только смогу. Ты…
— Какого… ты тут делаешь?! — рявкает Дерек. Он переводит взгляд с меня на Джона и обратно, хищно ухмыляясь.
Джон мечется, быстро придумывая оправдание, которое не повлечет за собой пулю в его голове, но быстро собирается:
— Тина сказала принести ей тряпку с ведром. Сказала: «она нужна чистой», — уверенно врет новообретенный союзник и ублюдок одобрительно кивает.
Дерек медленными, хищными шагами направляется в нашу сторону, не обращая внимания на Джона. Он подходит и поднимает мое лицо, чтобы посмотреть в глаза, будто пытается прочесть правдивый ответ. Вплотную прижимается к щеке и проводит по ней языком, слизывая стекающую слезу.
Ощущаю его тошнотворное дыхание — запах водки и табака.
— Не волнуйся. Чуть позже я сделаю тебя еще грязнее, чем ты была до этого, — хрипло выдыхает он.
Отчаяние скручивает изнутри, но после того, как Джон дал крупицу надежды — заталкиваю это чувство обратно внутрь, как делала всю жизнь.
Вздергиваю подбородок и с вызовом смотрю в полные отвратительной похоти глаза.
— Только попробуй ко мне притронуться, урод, — он лишь издает тихий смешок.
Я больше не позволю видеть мой страх.
— Получается, что мне не придется отмывать от нее дерьмо самому. Ты уменьшил мне неприятных проблем, Зейд, — Дерек прищуривается и бросает быстрый взгляд на Джона. — Спасибо.
Он представился другим именем? Мне или Дереку? В общем-то это не должно меня волновать, потому что не доверяю ни одному из них.
Джон продолжает стоять, смотря на эту картину. В глазах нарастает смесь злости и отвращения. Он сжимает и разжимает кулаки, сдерживая себя.
— И какого черта ты еще стоишь? Пошел нахер отсюда, пока я не передумал и не достал пушку. Мне нужно закончить начатое.
Дерек хватает меня за горло. Мне тяжело дышать и я не знаю, как избежать того, что сейчас произойдет.
Если он это сделает, то как после этого смогу смотреть моему ангелу в глаза? Как смогу объяснить то, что не смогла защитить то, что принадлежит лишь ему?
— Сэр… — Джон делает шаг вперед.
— Третьего предупреждения не будет, — холодно бросает он.
Джон колеблется: смотрит полным сожаления взглядом, а после разворачивается и покидает комнату, ставшей моей клеткой.
Громким хлопком закрывает дверь, которая все время была открытой и понимаю, что попала в ловушку из которой больше не смогу выбраться.
Глава 5. Джон
Спустя час.
Заваливаюсь домой и не могу избавиться от преследующего желания нахерачиться в стельку, отключиться и не думать о том, что могли сделать с этой девушкой.
Пошатываясь от усталости иду в сторону кухни, открываю холодильник и он оказывается пустым, если не считать пары соусов на полке и покрывшегося плесенью сливочного масла. Еще немного и обнаружу ту самую повесившуюся мышь.
Бережно беру со стойки фотографию моих малышек: Мелисса стоит у рождественской елки, которую украшали все вместе. На ее лице улыбка до ушей, взгляд опущен к десятку коробок с подарками, которые я для нее подготовил; Менди крепко обнимает ее за плечи, посылая воздушный поцелуй в камеру.
Широко улыбаюсь, разглядывая каждую деталь их внешности и понимаю, что сам все это потерял.
Мелисса так похожа на мать — те же светлые локоны, милый прищур, когда она смеется. А глаза у нее мои: словно омуты — темные и глубокие.
Я часто думал, что если бы не работа, если бы не постоянные заказы, то мог бы быть рядом с ними каждый день. Забирать из школы, помогать с уроками, ругать за разбросанные игрушки. Проводил бы время с женой, как положено и водил их по магазинам. Но вместо этого я выбирал алкоголь и деньги.
Всегда выбирал то, что не стоило, оправдывая тем, что это ради них. Прижимаюсь губами к стеклу, бросаю последний взгляд и ставлю рамку на место.
Я мало знаком с Грегори, но что-то подсказывает, что если он узнает, что я был в доме Дерека и ничем не помог его женщине, — убьет меня куда изощренней, чем временный босс. Заодно и Барри за то, что тот не сообщил о том, что напрямую слежу за Моретти.
Дерек и его отец начали выискивать информацию на Барри после нападения в больнице. Узнали где учится его дочь и подкараулили после школы, чтобы она передала сообщение отцу от старого друга: «Если он не принесет свои извинения и не искупит вину перед Дереком лично, то они с его дочерью приготовят для него подарок на день рождения». Малышку пришлось перевести на домашнее обучение и отправить пару наших парней для охраны, пока Барри будет работать. Она искренне не понимала почему папа против подарков.
Дерек играет слишком грязно, и я это понял до того, как начал на него работать.
Черт.
Да я даже не додумался дать Стесси нож, но смогла бы она им воспользоваться. Мне хотелось помочь и ненависть к Дереку заполняла каждую часть моей души, но что бы я мог сделать, если бы мне вышибли мозги?
Но ведь теперь она может погибнуть по мой вине…
А если бы на ее месте была моя дочь…
Блядь. Я ничтожен.
Опрокидываю пустую вазу, принадлежащую бывшей жене и мысленно проклинаю себя за неуклюжесть. В голове проскакивает воспоминание, как она сравнивала меня с медведем за то, что вечно все роняю из рук или сношу все, что попадается на пути.
Спускаюсь в подвал с алкоголем и беру сразу целый ящик пива.
Не хочу потом идти за добавкой и свалиться где-нибудь на лестнице. Вообще не люблю бухать, потому что из-за алкоголя лишился возможности быть рядом с моими двумя любимыми девочками, но сейчас необходимо заглушить вину, засевшую в голове.
Набираю Барри с запасного телефона, но слышу длинные гудки, вместо ответа.
— Ну давай же. Ну… — шепчу в динамик, будто это поможет. — Ну старый дурак, если ты поставил телефон на беззвучный…
Он говорил, что поедет в отпуск с женой и детьми. Кажется, что до этого еще целая неделя.
Может решил отдохнуть пораньше?
Телефон в руке продолжает издавать монотонный гудок. Кривлюсь от раздражения и бросаю бесполезный кусок пластика в сторону. Он попадает четко в щель между подушками, падая внутрь дивана.
На секунду кажется, что слышу шаги наверху, но наверняка это — всего лишь соседи. Старые стены, скрипучие половицы. Я живу здесь уже три года, но так и не привык к этим звукам. Каждый раз, когда что-то щелкает или скрипит, рука сама тянется к пистолету. Паранойя — профессиональная болезнь. Но лучше так, чем пуля в затылке.
Стоило выбрать баскетбол, а не это все…с моим ростом может что и получилось бы. Да и в школе играл неплохо.
Быстро отгоняю возникшую перед глазами картину: стою в центре баскетбольной площадки среди сокомандников, табло на стене предвещает о нашей победе и толпа на трибунах разражается криками одобрения и поддержки.
Нет. Слишком нереалистично, чтобы быть правдой. В школе я был слишком скрытным и слабым, чтобы заниматься контактными видами спорта.
Барри сказал, что нужно втереться в доверие к Дереку Моретти, также потому что его боссу, — Грегори, нужно следить за ним и узнавать информацию из первых уст. Когда узнал, что нужно будет припугнуть подонка, то не думал, что после этого буду обязан вернуться к своим «обязанностям» охранника сына известного наркоторговца.
Да этот сукин сын считает себя бессмертным и его не волнуют законы. Думаю, что у его отца даже правительство на коротком поводке. Иначе непонятно, как можно настолько далеко распространить такой грязный бизнес.
Будь моя воля — каждый день бы пристреливал по одному такому уроду.
Стягиваю ботинки и издаю облегченный стон. Открываю первую бутылку и растягиваюсь на мягких подушках, закидывая свободную руку за голову.
Включаю телевизор и даже новостной канал хочет, чтобы почувствовал себя совестно: «Грегори Шэн, известный юрист и глава юридической фирмы Titan Legal Group, числится пропавшим без вести уже трое суток. Правоохранительные органы отказываются от официальных комментариев, однако, по информации нашего корреспондента, у полиции сложилось мнение, что обстоятельства исчезновения могут быть связаны с его профессиональным родом деятельности. Родители мистера Шэна подали заявление о пропаже. Позже выяснилось: еще одна фигура из деловых кругов — Стесси Фикс, владелица маркетингового агентства, известная своей скандальной репутацией, — исчезла спустя сутки после того, как информация о Шэне попала в СМИ. Заявление о ее пропаже подала подруга — Кенди Браун. Та утверждает, что Стесси Фикс пропала намного раньше. Родители Фикс от комментариев отказываются. На данный момент известно, что между мистером Шэном и мисс Фикс был заключен контракт на юридическое сопровождение. Не является ли это ключом к разгадке их исчезновения?»
— Прямо в точку, блядь, — заключаю вслух и залпом осушаю первую бутылку. Откидываю в сторону и тянусь за новой. — Кажется, сегодня кто-то будет в говно, — смеюсь сам над собой, ощущая легкое головокружение.
Допиваю вторую и чувствую, как алкоголь разливается в желудке, притупляя мысли. Но вина не уходит. Я видел ее полные надежды глаза, но ничего не смог сделать.
Просто ушел, как последний трус.
Смотрю это новостное дерьмо и корю себя за то, что девчонка может быть уже мертва или изнасилована, а я даже не смог связаться с Барри.
Едва не застреваю между диваном в попытке достать телефон. Отправляю короткое сообщение.
Джон: Б. Это Д. Пишу, чтобы сообщить о проблеме в решении которой нуждаюсь я и еще кое-кто. Ты знаешь о чем я. Перезвони.
Переключаю канал, но на экране всплывает заставка канала New Black с красной надписью «СРОЧНО», в кадре появляется новая ведущая, поправляет наушник и подается вперед:
— Мы только что вышли на связь с Камиллой Шэн — матерью пропавшего Грегори Шэна. Она на связи. Миссис Шэн, здравствуйте.
— Добрый вечер!
— Скажите, вы допускаете, что полиция может быть причастна к исчезновению вашего сына или скрывает обстоятельства дела? Были ли у него проблемы с законом? — Спрашивает ведущая, держа трубку телефона у микрофона.
— Мой сын — известный юрист. Он никогда не нарушал закон. Никогда. Я не могу даже представить, чтобы он был замешан в чем-то криминальном. Об этом не может быть и речи, — отвечает Камилла, каждое слово дается ей с трудом.
Она делает небольшую паузу и ведущая проверяет не сбросила ли она вызов. Постукивает по динамику.
— Вы с нами?
— Да. Прошу прощения. У Грегори есть определенные проблемы… со здоровьем — но они никогда не влияли на его работу или решения. Он — хороший человек и законопослушный гражданин. И я прошу всех, кто может помочь добраться до правды — помогите нам. Пожалуйста.
— Может быть он перешел дорогу кому-то, кто обращался за помощью в его фирму?
— Все может быть, — миссис Шэн тихо всхлипывает. — Надеюсь на помощь людей и правительства, ведь мой сын редко отказывал в помощи нуждающимся.
— Миссис Шэн, спасибо, что нашли время поговорить с нами. Надеемся, Грегори найдется живым и…
У уха раздается вибрация и тянусь за телефоном, думая, что Барри ответил на сообщение — даже не дошло. Провожу ладонью по лицу, стирая пот со лба.
Резко подскакиваю за пультом и нажимаю кнопку отключения телевизора, когда слышу скрип половицы в коридоре. Просовываю руку между подушками, чтобы достать припрятанный FN Herstal FNP-9, проверяю обойму.
Заряжена.
Внимательно прислушиваюсь, но не слышу ничего, кроме тикающих на стене часов. Медленным шагом двигаюсь вдоль стены, снимаю оружие с предохранителя, но как только хочу сделать еще шаг к затылку прижимается ледяной металл и сердце уходит в пятки.
Щелчок, — оружие снимается с предохранителя.
Если бы Барри узнал, что его друг и один из лучших наемников — не услышал убийцу в собственном доме, то он бы разочаровался.
Не говорю ни слова. Вспоминаю о своей пятилетней дочери и бывшей жене. Меня разрывает от страха за них: как моя малышка и ее мама справятся с этим миром, если меня не будет рядом?
Я обещал дочке, что приеду на выпускной в детском саду. Обещал, что пойдем в зоопарк или парк аттракционов, как только будет выходной, которого так и не было. Обещал, что научу кататься на велосипеде.
Столько обещаний, и ни одно из них я не смогу сдержать, если сейчас умру. Я всегда думал, что у меня будет время. Что успею. Но время — это роскошь, которой у меня никогда не было и не будет.
— Джон… — шепчет за спиной до боли знакомый голос друга. — Не двигайся. Дерек все узнал. Блядь, прости меня брат, — голос Барри надрывается.
Медленно кладу пистолет на пол и толкаю ногой в сторону. Поднимаю руки вверх с раскрытыми ладонями, показывая, что безоружен. Хочу его остановить, но не могу заставить себя обернуться. Меня просто трясет от ужаса.
Я ведь не мог ошибиться в том, что это он?
— Барри? — спрашиваю, но в ответ получаю молчание.
Холодно. Как же холодно.
Я знал, что рано или поздно подохну в перестрелке, но не от рук близкого друга.
— Не делай этого, Барри. Мы что-нибудь придумаем.
— Замолчи! — он ударяет кулаком о стену позади.
— У меня ведь жена с дочерью живут на алименты. Помнишь мою дочку Мелиссу? Они прекрасно ладили с твоей малышкой прошлым летом.
— Хватит! — рявкает он.
Закрываю глаза и улыбаюсь: в памяти все еще звучит звонкий смех и топот маленьких туфелек по гостиной в прошлое Рождество, когда я подарил новые наряды принцессы, которые она так любит.
— Если я этого не сделаю, то они убьют твою и мою семью. Не стоило тебя в это ввязывать, — запинается он.
— Хорошо, — это все на что я сейчас способен. — Делай, что должен.
— Это все?! Все что ты можешь сказать, засранец?! — Барри срывается на крик от моего повиновения.
Мы слишком часто спорим по любому поводу и без, и именно поэтому сейчас он в недоумении. Через многое прошли и я бы никогда не поверил, что он захотел убить меня не будь на то весомой причины.
Единственной причины — наши малышки.
Он успокаивается и шумно сглатывает слюну:
— Прости меня, — шепчет дрожащим голосом.
Плечи и шея напрягаются до боли и понимаю, что другого выхода нет. Все что я делал на протяжении долгих лет — убивал людей. Порой невинных людей. Целые семьи. И все это было ради того, чтобы у моих двух любимых женщин было все о чем они мечтают.
Если они умрут, то все будет бессмысленно.
— Делай, что должен, — с усилием повторяю. — Рад был служить… и … спасибо за то, что ты был моим другом.
— Я тоже рад, брат. Встретимся наверху. Ладно? — уверенно говорит и я не понимаю, что он имеет ввиду.
— Что ты имеешь… — в ушах раздается звук, будто кто-то уронил стеклянный бокал на мягкий ковер.
Это была чека и этот старый дурак хочет взорвать нас обоих…
Какого черта?
— Беги, — выкрикиваю слишком поздно.
Взрывная волна с силой швырнула нас в разные стороны. Стены, пол и потолок мгновенно окрасились алым и это последнее, что мне удалось увидеть.
Тело пронзила невыносимая, всепоглощающая боль, а зрение заволокло багровой пеленой.
«Боже, я ослеп...» — пронеслось в голове. — «Надеюсь, они справятся и Менди не будет винить себя, как делала раньше».
Мелисса… Менди… Простите меня. За все. За то, что не был рядом. За то, что выбрал работу вместо вас, заглушая напряжение и проблемы алкоголем и барами. За то, что не смог уберечь. Я люблю вас. Люблю больше жизни. И если есть хоть какой-то шанс, что вы будете счастливы без меня — я готов принять это. Господи, только пусть с ними все будет хорошо.
В этот миг сознание затопил калейдоскоп воспоминаний, а затем — реальность навсегда поглотила неизвестность, будто попадаешь в неосвещенную пещеру.
Глава 6. Стесси
Два года назад.
Кенди активно жестикулирует, рассказывая о вчерашней пробежке без меня. Я звонила ей после того, как она отправила сообщение: SOS с кучей восклицательных знаков и плачущих смайликов, но она не ответила.
В тот момент готова была сорваться с работы и рвануть к ней. Куда? Я сама не знала, где она находится, потому что на территории университета, где она находилась в тот момент нет связи.
Абсолютно.
— Впервые в жизни я пошла побегать на стадионе на территории Стэнфорда, и этот парень не сводил с меня глаз, — ее передергивает. — Он очень жуткий, Стесси.
— Ты преувеличиваешь.
— Клянусь тебе. Я больше туда ни ногой.
Я смеюсь, помешивая напиток в стакане трубочкой. Ее лицо выглядит до боли смешно: сначала — воодушевленное, затем — испуганное и все по новой.
На самом деле когда еще училась на менеджменте, до того, как пришлось все бросить — ни раз замечала, что парни занимающиеся американским футболом самые извращенные и криповые. Прошлый квотербек пытался пригласить меня на свидание, когда еще встречалась с Логаном и была в популярной компании. Все закончилось небольшой потасовкой, видео которой разлетелось по школе. Мой бывший парень совершенно не умел драться и заслужил неприятное клеймо среди наших сверстников, а после — расстался со мной на какое-то время из-за слухов.
Как всегда.
Однажды во время вечеринки пару парней со сборной команды решили, что не будет ничего лучше, как устроить оргию посреди футбольного поля на самом видном месте. Они были пьяны, а возможно даже под кайфом, потому что ни один адекватный человек до додумался бы до такого. Естественно сначала их отчислили из команды, а после — внесли в черный список университета, но у всех кто увидел этот ужас — осталась психическая травма.

