Петля Пейна

Проклевывающееся сознание парня начало обращать внимание на то, что Райт находится в совершенно незнакомой для себя комнате, а не в пустой квартире, где он изначально начинал свое путешествие.

– Я… Мы… – он пытался своим астральным ртом сказать хоть что-то несмотря на то, что мыслил ясно. – Во… Сне? – спросил, наконец, он у человека, сидящего рядом.

Тот, ничего не сказав, просто повернул свою голову в сторону Райта и кивнул. Казалось, что именно этого подтверждения Леону не хватало, для того чтобы осознать, что в действительности все, что его сейчас окружает – нереально.

– Да! – на этот раз с легкостью закричал он, подрываясь с места, подбрасывая руки вверх, будто его любимая команда по футболу выиграла чемпионат мира. – Получилось!

Успешно выполнив свою миссию, музыкант тут же исчез. Создавалось ощущение, что он и приходил за тем, чтобы помочь своему давнему фанату разобраться в реальности происходящего.

Парень встал посреди комнаты. Он почувствовал прилив сил и безграничность его возможностей в этой ирреальности. Да, все было так, как и описывалось в книге: все было крайне реально. Объекты, которые его окружали, были такими же, как и в реальном мире. Ему казалось, что это и есть реальность, ведь ее практически нельзя было отличить от настоящей. Это было нечто новое, что хотелось тут же изведать.

Это не было похоже на обычный сон, который помнишь урывками, когда просыпаешься. Это было состояние, в котором мозг проснулся именно в ключевой момент и понял, что он может вершить судьбу всего пространства, что его окружает и способен перекроить все, что только тут находится.

Одно лишь присутствие в этом месте давало наслаждение душе. Все. Он уже не там, где был раньше. Он уже и живет иначе. Но это было только начало. Приятные ощущения подбивали Леона двигаться дальше и испробовать все, что только придет ему в голову!

Стоя посреди комнаты, он раскинул руки в стороны, задрал голову к потолку, закрыл глаза и с приятным для него протяжным выдохом рванул с места вверх. Он летел, пробивая собой потолки здания, в котором находился. Снова и снова. При этом, даже не чувствуя боли. Одно лишь наслаждение наполняло его. И он впервые в своей жизни чувствовал себя буквально богом.

От переизбытка эмоций он проснулся. Вскочил. И пытался удержать остатки небывалого величия, которые утекали будто вода сквозь пальцы. Леон осмотрел пустую комнату и решил, что не хочет снова быть тут. Он хочет обратно – в свой новый дом. Райт лег обратно на жесткий пол, чтобы поскорее попытаться уснуть снова и испытать те неописуемые чувства.

Маленькая комната. Кровать. Он уже в сознании и знает за чем пришел.

Леон очень удивился, что не пришлось проделывать всю процедуру вхождения в осознанный сон снова, и она оказался там, откуда все и начал. Комната была той же, но ди-джея не было. Да он уже был и не нужен, так как у него уже было четкое понимание того, где он находится.

На этот раз Райт решил снова испробовать некую способность и поэтому, полностью расслабив свое тело, он начал потихоньку проваливаться сквозь кровать и падать вниз, через все этажи. Только на этот раз он не пробивал пол тяжестью своего могучего тела, а легонько, как призрак, спускался вниз.

– Работает! – он снова выскочил из своего сна. На этот раз он оставался лежать на полу и только дышал так сильно и быстро, будто только пробежал стометровку. Снова закрыл глаза.

Опять комната. Только немного другая. Он сидел на кровати, опираясь спиной о стену. В пространстве царила романтическая обстановка. На столе в углу стояли свечи, везде были разбросаны лепестки роз и на подоконнике он заметил открытую бутылку шампанского.

– Ну что ж, попробуем, – с голосом полным интриги произнес он и вытянул руку по направлению бутылки.

Вдруг она стремительно притянулась к его ладони, как магнитом.

– Хах! Даже телекинез работает! – воскликнул он и отхлебнул глоток сладкого шампанского.

Вдруг в комнату осторожно вошла красивая девушка и прикрыла за собой дверь. Леону казалось, что он ее знает, поэтому не задавал лишних вопросов. Видимо, по сюжету сна, она была одним из участников, из-за чего у Райта не возникло сомнений в адекватности ее присутствия здесь.

– А вот и первый пациент, – сказал Леон, легонько вставая с кровати на пол и приближаясь к красивой ней.

– Ты что-то сказал? – поинтересовалась красотка.

– Нет-нет, я просто удивляюсь твоей привлекательности!

Девушка будто сошла с обложки одного из известных модных журналов: примерный рост около ста восьмидесяти, красиво уложенные длинные волосы иссиня-черного цвета, облегающее красное платье, которое было похоже на шелк, со смущающее короткой длиной, буквально обтягивало ее фигуру «90-60-90». Загорелый оттенок ее кожи так манил Леона в этой темной комнате, освещаемой ее только лишь светом горящих свечей.

Райту не могла не понравится такая роскошная героиня, посетившая его сон. И он уже было продумал, что даже не смог бы позволить себе флиртовать, так как он никогда и не думал даже о том, чтобы завоевать красотку прямиком из «ПлейБоя». Но тут он вспомнил, что это его сон. Что только он тут хозяин и у него есть сила меняющая реальность. Неужели ему нужны какие-то иные способности ради того, чтобы получить желаемое?

Девушка начала тянуться к Леону, чтобы поцеловать его, но он прикрыл ее пышные губы рукой, которой впоследствии подтолкнул девушку книзу, давая понять, что хочет, чтобы она встала на колени. Она так и поступила, потихоньку начиная расстегивать ширинку брюк Райта, игриво полезла в них рукой. Безусловно, Леону хотелось узнать какого это, испытывать плотское наслаждение в осознанном сне, но тут он вдруг вспомнил, чем такие сны чреваты. В его голове промелькнула мысль, что нужно проснуться.

– Нет-нет-нет! – завопил Леон. – Неужели тут любая мысль работает мгновенно и безоговорочно? – ему хотелось продолжить, и он поспешил вернуться обратно.

Но сейчас очнулся в каком-то темном пространстве. Будто в невесомости. Он знал и прекрасно понимал, что той комнаты, в которой он проводил свои незатейливые эксперименты, уже нет. Он находится в каком-то совершенно другом месте.

Картинка резко сменилась. Леон будто упал на землю и осматриваясь понял, что вокруг него начали мгновенно появляться стены, начиная от земли, кирпичик за кирпичиком, стены выстраивались ввысь настолько, что им не было конца. Впоследствии границы скрывались далеко в темноте, которой тоже не было предела. У Райта сложилось впечатление, что он попал в физическое воплощение того лабиринта, который самостоятельно выстраивал себе все эти месяцы. Есть ли вообще отсюда выход?

Райт опешил. Осматриваясь по сторонам, он пытался понять, как выбраться отсюда. Все могущество Леона растворилось вместе с тем, как пришел его страх. Страх остаться в этом месте. И уже так просто было не проснуться. Спереди, сзади парня и по бокам были проходы, которые вели неизвестно куда.

Попытки взлететь ни к чему не приводили. Ведь сила и его возможности исчезли, как и его сила воли исчезла с появлением страха умереть среди этих высоких бетонных и бесконечных стен.

Особенность осознанных снов заключается в том, что ты всегда и безоговорочно должен верить в безграничность своих возможностей и усилием воли творить чудеса, будто это привычное для тебя дело. Прямо как ходить или дышать. Однако осознание этого просто улетучилось.

– Нет! Я не хочу снова этого испытать! – Райт сам того не замечая бросился бежать, почти закрыв глаза, проламывая выросшие стены особой легкостью, будто бежал по лугу летним днем. Вокруг разлетались кирпичные осколки и поднималась пыль.

Постепенно возвращающаяся небывалая сила Райта не помогала избежать лабиринта. Сломанные стены собирались обратно в свой изначальный вид. Каждая пылинка возвращалась на свое место, намекая на постоянность пространства вокруг него. Все, что было перед ним – бесконечный поток кирпичных стен, приходящих из ниоткуда.

Внезапно он просто открыл глаза. Лежа на холодном полу, он почти задыхался от ужаса, и его сердце колотилось так, будто сейчас остановится, не в силах справиться со своим бешеным ритмом. Он сел на свою пятую точку, попятился назад до тех пор, пока не уперся спиной в стену. Не ожидая еще одного препятствия в виде холодного бетона, он скукожился, подтянув ноги к груди, и обхватил их руками. Положил голову на колени и молча закрыл глаза, из которых, не заставляя себя ждать, побежали горькие слезы.

13 января 2019 года. Воскресенье. 12:10.

Всю ночь истязая себя попытками обуздать осознанные сны, Райт проснулся все в той же позе, не помнив, как уснул. Все его тело изнывало от боли, так как парень спал в крайне неудобной позе. Он встал, огляделся, неумело размялся, будто стараясь себе ничего не повредить, и побрел пить воду из-под крана.

– Я не знаю, что это было. Очень странное чувство. Неужели сейчас мне мешают триггеры и страхи? Может об этом и говорил Глист? – думал он, присасываясь губами к крану, стараясь насытиться освежающей холодной водой, с неприятным хлорным привкусом.

– Почему же я теряю контроль? И как справиться с тем, что я видел, если это всплывет в очередной раз? Похоже, только книга сможет мне в этом помочь, – лихорадочно он начал листать страницы и остановился на одной из них.

Капля воды с его губ упала прямо на страницу выделив слово «монахи». Он стер каплю пальцем и слово слегка размазалось.

– Похоже, это та самая история, про исчезающих из реальности монахов! Интересно, посмотрим… Ага, вот! – Леон нашел нужные ему слова.

– «Тибетские монахи практиковали технику осознанных сновидений и доводили ее до совершенства посредством долгих и упорных тренировок. Будучи в состоянии транса, они продумывали все обстоятельства сна, в котором хотели материализоваться, до мельчайших деталей, что и позволяло им полностью проникать в них. Они начинали с продумывания своего образа, как будут выглядеть их тела, их характеристики, способности и преимущества. После же, они начинали создавать мир вокруг себя, создавая его максимально похожим на реальный. И если все удавалось так, как они и задумывали, то личность переносилась в новое, созданное ими пространство, а вслед за ним и тело. Самым важным обстоятельством было…» – не дочитав предложение, Леон кинул книгу на подоконник и бросился ходить по комнате взад-вперед.

– Так, так, так, другая реальность. Ха, смех, – он схватился за голову, остановился у окна и уставился серое небо, затягивающееся зимними тучками. – Но что, если это сработает? – почти не веря произнес вслух – Но ведь попытка – не пытка, верно? Так чего же мы ждем? – Леон лег на спину и принялся проделывать все то, что написано в книге.

– Мир неотличимый от нашего… – он тяжело выдохнул и погрузился в глубины своего разума.

Не мешкая, он начал воображать улицу, на которой живет, свой дом, друзей и родных. Всплывали даже моменты, когда он еще не встретил Анну, был вполне счастлив и доволен собой. Лежа на полу, он даже улыбнулся. Хорошее время для него было. Но терзающие его мысли об Анне заставляли думать, что он мог бы все изменить, если бы вернулся в прошлое и понял, где оступился.

Райт пытался воссоздать все до мельчайших деталей, вплоть до фонарных столбов, количества домов на его улице и их вид, ведь он смотрел на них с самого детства и не мог не запомнить, за такое долгое время. Машины, автобусы, старый рынок рядом с домом. Где-то районном парке недалеко от дома в памяти возникло озеро.

Райта с головой захлестнули воспоминания. Процесс его творения смешался с воспоминаниями о былом и новоиспеченными мечтами о будущем. Альтернативная реальность, возникающая в его сознании, веяла знакомой теплотой прошлого и новыми дразнила возможностями. Приятное чувство ностальгии будто вело его за руку в новый мир. Сознание потихоньку начинало угасать и Леону казалось, что сейчас он уснет.

– Нет! Ничего не получится! Это какой-то бред! – он резко открыл глаза пытаясь прервать эксперимент.

Холодный свет легкоузнаваемого больничного освещения ударил ему в глаза. Леон хотел прикрыться ладонью чтобы свет не слепил, но дернув правой понял, что она прикована металлическими наручниками к больничной койке.

Он тут же закрыл веки, чтобы собраться с мыслями. Ему показалось, что ощущения его физического тела и формы иные, нежели те к которым он привык. Что-то однозначно было не так.

Это испугало Леона, и он, охваченный паникой, тут же хотел сорваться с места, но как только постарался поднять свое туловище с кушетки, в его грудь уперлась рука, которая толкнула его обратно на больничную койку, и он не в силах был противостоять.

– Погоди здоровяк, не так быстро! – послышался неизвестный голос в непосредственной близости.

Райт быстро моргал, но его глаза долго не могли привыкнуть к свету. Обилие светящихся предметов слепили его, стараясь выколоть ему глаза своими фотонами. Он ничего не мог с этим поделать. Он будто открыл глаза впервые.

– Успокойся, я тебе сказал! – повторил тот же голос, и чья-то ладонь иронично похлопала его по щеке.

Райт лег и постарался успокоиться, понимая, что убежать не удастся. Он уложил свою голову на подушку, уставился в потолочную лампу и начал глубоко дышать, чтобы привести свое сердцебиение в норму, в тот момент, как его взору предстал неизвестный силуэт. К его лицу нагнулся неизвестный человек, одетый в строгий костюм коричневого цвета, с шляпой на голове.

– Напугал ты нас, Большой «Т»! Тот грузовик чуть не сделал из тебя кашу. Босс думал, что ты двинешь кони! – неизвестный начал заливаться смехом запрокинув голову. – Хотя, скорее он склонялся к тому, что ты симулируешь. Поэтому мы здесь, Большой «Т»! – послышался звук волочения стальной табуретки по полу, после чего она с грохотом уперлась своими стальными ножками в пол и неизвестный человек в костюме присел на нее. – Но кому же придет в голову играть безмозглого овоща, целых полгода?

_____________________________________________________________________________

Chapter 5. PAIИ

– Большой «Т»? Кто вы? Что тут происходит? – Леон уставился на человека, которого видел впервые. А тот смотрел на него с полной уверенностью, что парень его узнает.

– Да ладно, только не говори, что у тебя амнезия, Большой «Т»! Не разыгрывай комедию. Мы знаем, что в последнее время ты хотел нас покинуть, а тут еще и удобный случай подвернулся, да? – худощавый человек в шляпе ухмыльнулся, после чего растянул свой рот в широкой улыбке оголив свои безупречно белые зубы. – Мы здесь не в игрушки играем, Тобиас! Я хочу, чтобы ты это понимал. Сбежать от нас тебе не удастся, как бы ты этого ни хотел, запомни! – человек в коричневом костюме достал из пиджака золотой портсигар, затем сигарету и закурил, пристально уставившись своими темно-карими глазами прямо на Леона, одаривая его недоверием.

– Что вы делаете? Здесь нельзя курить! – послышался строгий голос только что вошедшего в кабинет врача.

Человек в костюме медленно обернулся на врача, встал с табуретки и выпрямил образовавшиеся складки пиджака, не выпуская сигареты из руки.

– Вы лучше скажите, доктор, – незнакомец указал пальцами, держащими сигарету прямо на Леона, после чего снова затянулся. – Может ли у этого совершенно здорового парня быть амнезия?

Врач стремительно направился к неизвестному и пытался настоять на своем.

– Здесь курить запрещено! – с некоторым волнением прикрикнул доктор, однако заметив, что в палату зашел еще один человек в черном костюме, он поумерил свой напор.

Вошедший выглядел так, как выглядят обычно вышибалы рядом с элитными заведениями. Обладая каменным лицом, плотно прижатыми, словно приклеенными клеем друг другу губами, источая спокойствие. Но в глубине, словно в ящике Пандоры, таилась необузданная агрессия, готовая обрушиться на кого угодно.

– Если учитывать то, что довелось ему пережить, то амнезия вполне возможна. По сделанным снимкам головного мозга, мы обнаружили некоторые отклонения от нормы. Поэтому шанс возникновения ретроградной амнезии вполне возможен! – сквозь зубы выдал врач.

– Ах, вот как?! – с удивленным лицом сказал неизвестный. – Да быть того не может! – он подошел к телу на кушетке и легонько постучал Райту по голове, как обычно по стенке, проверяя скрытые пустоты. – Он же кремень! Что же там может у него пойти не так? Там ведь и не так много винтиков!

Врач с недоумением только раскинул в стороны руки, не зная как ответить на столь глупый вопрос.

– Слышишь, Большой «Т»? Амнезия! – человек в темно-коричневом костюме сделал очередную затяжку и выдохнул густую струю сигаретного дыма с кремовым ароматом в лицо Леону, от чего тот закашлялся. – Ладно, отдыхай пока! – он затушил сигарету о рядом стоящую белую тумбочку воткнув в нее окурок. – Мы за тобой присмотрим! – многозначительно подытожил он. – Райан, сними с него наручники и пойдем отсюда.

Человек «каменное лицо» подошел к койке Леона Райта отстегнул его руку. Райт в этот момент приподнял голову и пристально наблюдал за каждым его действием. Затем непрошенные гости покинули палату, и доктор тут же подбежал к окну, чтобы его открыть и как можно скорее проветрить помещение.

– Где я? Что происходит? – Райт снова решил попытать счастья узнать, как он тут очутился.

– В больнице, очевидно. Вас на большой скорости сбил автомобиль. Судя по записям вашей больничной карты, какое-то дорожно-транспортное происшествие. Вы полгода провели в коме и наконец-то очнулись, чем спасли наше отделение от набегов этих бандитов, Тобиас.

– Но… я не Тобиас! – парню не хотелось верить тому, что сейчас происходит.

– Не волнуйтесь! Амнезия – частое явление при травмах головы, с течением времени память может… – доктор не успел договорить, как Райт его прервал.

– Нет! Вы не понимаете, я действительно не Тобиас. Я даже не знаю о ком сейчас идет речь. Я Леон Райт, я буквально несколько минут назад находился в своей квартире. И я не понимаю, как оказался тут… Бред какой-то! – Леон сел на кушетку держась за голову.

Заметив, что на его руках имеются татуировки, которых у него никогда раньше не было, он начал их пристально разглядывать, а после бросился осматривать самого себя.

– Успокойтесь, у Вас шоковое состояние, я дам Вам успокоительное и Вы сможете как следует отдохнуть.

Странное поведение пациента смутило доктора и тот уже было собирался куда-то идти, но засомневался.

– Нет, доктор, Вы не понимаете, я будто в другом… в другом теле. Оно не мое! – парень уже было собрался бежать к зеркалу, установленному над раковиной в другом углу комнаты, но ноги подвели его и тот упал на пол.

– Тобиас, подождите, я Вам помогу! – доктор подбежал к нему и нагнулся, что забросить руку Райта себе за шею и помочь парню подняться.

– После полугодовой комы, слабость в теле и ногах – меньшее, что может Вас беспокоить. Вам необходим отдых!

Леон Райт был решителен в своей цели добраться до зеркала, чтобы взглянуть в лицо самому себе, поэтому потихоньку продолжал ковылять к раковине, рассчитывая сделать это с помощью доктора или без.

Доктор не смог бросить Райта и помог ему дойти до зеркала.

– Твою мать! – воскликнул Леон.

В маленьком, усыпанном засохшими каплями воды зеркале он увидел чужое, совершенно незнакомое ему лицо. Перед ним предстал человек с широкими и грубыми чертами физиономии, на голове которого совершенно не было волос, только идеально гладкая кожа отражала свет палатных ламп, а морщины на лбу с точностью передавали недоумение парня на данный момент.

Леон внезапно начал бить себя тяжелыми ладонями по лицу, рассчитывая, что все это сон и он вот-вот проснется, но ничего не происходило. Его попытки навредить себе прервал доктор, схватив его за руку.

– Успокойтесь! Успокойтесь! – доктор неспеша повел Леона обратно к кровати.

Взгляд Леона Райта невольно зацепился за пейзаж в окне.

«Стоп, что? Лето?! Быть не может! Когда я закрывал глаза в своей квартире на дворе стояла зима… Нет, тут явно что-то не так. Даже если это сон, которым я не могу управлять, я хотя бы могу попробовать проснуться, надо только… убить себя, чтобы проснуться» – Леон прервал свои размышления решившись на смелый шаг.

Он оттолкнул врача, который повалился на серый больничный линолеум, собрав все свои последние силы, побежал в сторону окна, запрыгнул на подоконник и тут же сиганул в окно с третьего этажа.

Очнулся Леон уже лежа на кушетке, с конечностями пристегнутыми ремнями, в тесной комнате, с маленьким окошком из которого пробивались тусклые солнечные лучи. Окошко было зарешечено и настолько маленькое, что при всем желании выбраться оттуда бы не удалось, даже не будь там решетки. Дверь в комнату тоже была металлической с небольшим иллюминатором, чтобы можно было посмотреть в каком состоянии пациент.

«Не получилось! Неужели не сон? Тогда что это? Боже, как же раскалывается голова…, думай, Леон, думай… Где ты? Что здесь происходит? Все это выглядит словно какой-то абсурд… Давай пораскинем мозгами. Вопросов много: кто я, где я и, главное, когда? – Леон глазами ловил пробирающиеся сквозь окошко лучи и пытался найти хоть какую-то зацепку, хоть что-то, что могло бы прояснить ситуацию. – Так. Импульсивные и необдуманные действия делают только хуже. Я не понимаю, что происходит и именно поэтому нужно понаблюдать за обстановкой, собрать информацию, осмотреться. Выдохни Леон, нет безвыходных ситуаций. Ты что-нибудь обязательно придумаешь, – размышления Райта прервались отворившейся со скрежетом входной двери.

Он зажмурил глаза боясь того, что его может сейчас ожидать. Скованный по рукам и ногам, он больше ничего не мог поделать, кроме того, как напрячься и ожидать худшее. Судя по звукам, в комнату вошли трое.

– Тобиас Гаррисон Тернер, тридцать четыре года. Был доставлен к нам после дорожно-транспортного происшествия, после чего пробыл полгода в коме. После пробуждения стал утверждать, что он не тот, кем является. При попытке совершения суицида был направлен в крыло для душевнобольных, в отделение интенсивной терапии. – до боли знакомый Леону голос прервался шелестом бумажек больничной карты.

Перед ним предстали трое. Двое из которых были одеты в одежду санитаров и были готовы в любую секунду броситься на усмирение буйного пациента. Третьим же, был худощавый врач, одетый в белый халат. Он держал перед собой планшет с записями. Одной рукой он держал его, а другой приподнял листок из-за чего не было видно лица, с которого он что-то читал. Через мгновение доктор опустил листок и тут Леон опешил.

«Твою ж мать! Он то мне и поможет! Какая удача! – у Райта наконец-то появилась надежда, что можно повернуть ситуацию в свое русло и выбраться из плена. – Главное собраться с мыслями и не сказать лишнего! Необходимо его заинтересовать, но вот чем?».

– Меня зовут доктор Алекс…

– Прайс!

– Да, именно, – удивился он. – Откуда Вы знаете меня?

– Читал Ваши работы.

– Тогда Вы скорее всего понимаете, что я от Вас хочу получить. Знаете, у нас тут выходит очень интересный случай. Как раз по моей специальности, – доктор подошел поближе к Райту, чтобы было проще вести диалог. – Учитывая то критическое состояние, в котором Вы находились, а также вызванные в мозге повреждения, вследствие полученной Вами травмы, необходимо провести обследования и понять симптоматику Вашего странного поведения. Оценить ущерб, нанесенный вашему мозгу и понять можно ли это поправить. В общем и целом, Тобиас, я здесь, чтобы помочь Вам. Не волнуйтесь, мы с Вами просто поговорим. Скажите, Вы знаете кто Вы такой? Осознаете ли где сейчас находитесь? Какой сейчас год? Сколько пальцев я сейчас Вам показываю?

– Три.

– Хорошо, – Алекс отвлекся, чтобы сделать запись в планшете – Что-нибудь еще можете сказать?

– Какой сейчас год и число сказать не могу, даже примерно. Где нахожусь тоже не знаю, но вот по поводу того, кем я являюсь… У меня есть для Вас очень интересная информация.

– Вы находитесь в больнице святого Кристофера. На дворе первое июля две тысячи семнадцатого года.

«Перовое июля две тысячи семнадцатого года? Не могу поверить! Выходит, либо Прайс решил меня проверить и сказал неправильное число, либо я переместился назад во времени!» – Леон был ошеломлен подобным заявлением, но учитывая то, что он уже находится в чужом теле, само по себе уже странно и можно допустить шанс того, что парень действительно попал в прошлое.

– Не верю! Этого не может быть!

– Чего не может быть, мистер Тернер?

– Сейчас не может быть семнадцатый год!

– Зачем же мне врать?

– Не знаю! Чтобы проверить меня!

– Не в моих интересах вводить пациента в еще большее заблуждение! – он что-то пометил в своих записях на планшете. – Скажите, Тобиас, кем же Вы себя видите? – заинтригованно спросил доктор.

– Это я смогу Вам сказать только наедине, – Райт швырнул взгляд на санитаров, давая другу понять, что он должен их выпроводить, чтобы тот смог спокойно с ним поговорить.