Тыквенный пирог

— Ну конечно, я знаю эти окрестности с детства, — Аманда снова и снова набирала номер, но слышала в трубке только длинные гудки. — Именно это место мы и выбрали для встречи. Ждать бессмысленно, он уже не придет, — захлопнув крышку телефона, она посмотрела на Ким.

— Может, это и к лучшему?

— Видишь парней на скутерах по правую сторону берега? Они то и дело смотрят на нас и переговариваются между собой. Давай с ними погуляем? — заговорщицки подмигнула Аманда, вмиг перестав заморачиваться о новом знакомом.

Кимберли рассмотрела компанию: судя по росту и телосложению, парни были старше их на два-три года.

— Может среди них и твой знакомый? Если он там и до сих пор не подошел, тогда нам тем более не стоит.

Телефон Аманды завибрировал, и она, открыв входящее сообщение, прочитала вслух:

— «Я на срочном собрании по спасению косаток. Мне жаль, но свидание придется отменить».

— Он бы еще на следующий день сообщил. Я выполнила свой долг и могу с чистой совестью идти домой, — Кимберли стряхнула с ног налипший песок и надела босоножки.

— Но я настроилась на прогулку! И вовсе не собираюсь идти домой только потому, что не состоялось свидание, с самого начала обреченное на провал. Подойдем к ним? — Аманда мотнула головой в сторону компании. — Уверена, они хорошие ребята.

— Аманда, я не хочу знакомиться даже с хорошими ребятами. Правда, дорогая, пойдем домой. Как видишь, сегодня не лучший день для свиданий.

— Может быть, там твоя судьба? — Андерсон задорно улыбнулась.

— Намекаешь на то, что твою судьбу упустили, так хоть мою найдем? — Кимми засмеялась, бросив взгляд на парней, что-то оживленно обсуждающих.

— Почему ты смеешься? Между прочим, самые важные встречи происходят случайно и незапланированно, — с жаром выпалила подруга.

Она направилась прочь от берега, к проселочной дороге. Аманда нехотя поплелась сзади.

— Девчонки, вы кого-то ждали? — их окликнул высокий парень; его выгоревшие на солнце вьющиеся волосы торчали в разные стороны, как пружинки.

— Мы ждали друга, но он не смог прийти, и поэтому мы уходим, — добродушно ответила Аманда, а Кимми продолжила путь, игнорируя их разговор.

— Пойдемте с нами! — крикнул парень с мускулистыми загорелыми руками, стоящий у скутера. — Мы запланировали барбекю, составите нам компанию?

— Ваши девушки тоже придут? — Ким остановилась и, прищурившись из-за ослепляющего жарящего солнца, посмотрела на молодых людей.

— Нет, моя девушка живет далеко и сегодня не смогла приехать. У Скотта подруга с родителями на отдыхе, — он показал на парня, стоящего у второго скутера, коренастого, темноволосого и намного ниже ростом своих товарищей. — А Ник без пары, — и указал на друга с волосами-пружинками.

— Спасибо за приглашение, но мы, пожалуй, откажемся. Если у вас запланирован мальчишник, мы не будем вам мешать. Идем, — Кимберли подошла к лучшей подруге и дернула за полы сарафана, но та осталась стоять на месте.

— Да не бойтесь, мы не обидим вас, — улыбнулся Ник. — Наш друг готовит аппетитное мясо и овощи на гриле, уверен, вы вкуснее не ели.

Аманда притянула Кимберли к себе и шепнула на ухо:

— Пожалуйста, давай проведем вечер с ними? Они славные ребята.

— Как ты можешь знать, какие они ребята, если видишь их впервые? Может, они малолетние преступники, которые заманивают наивных дурочек, таких, как мы, а потом расчленяют и прячут останки в нашем озере? А может, твой волонтер вообще с ними заодно? — прошипела Ким.

— Кларк, ты в своем уме? — испуганно и опасливо посмотрела Аманда на подругу. — Ну и фантазии у тебя. — А где живет ваш друг? — крикнула она из-за плеча.

— Здесь, недалеко, — ответил Скотт, заводя скутер. — В районе Белых Лилий. Он сейчас дома один, его родители в командировке.

— Это тот самый район с роскошными домами? — Аманда вытаращила глаза на подругу и принялась еще яростнее уговаривать ее: — Давай же, поехали, я очень хочу посмотреть, как живут люди в этих домах. Я так или иначе поеду, но без тебя мне будет в разы скучнее.

— Мы согласны, но ненадолго. Как стемнеет, уйдем, — сдалась Кимберли.

— Ваше право. Хоть имена свои назовете?

— Меня зовут Аманда, а ее Кимберли, — махнула Андерсон в сторону Ким. Та помахала парням, продолжая находиться в напряжении.

— Меня зовут Скотт, его — Николас, а это Дэвид, — Скотт еще раз представил друзей, и те кивнули в знак знакомства. — А едем мы к нашему четвертому другу — Мартину.

* * *

Вечернее солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в медно-золотые оттенки, будто смешивалось с доброй порцией бурбона. Ветер играл с листьями каштанов, и слабым дуновением приносил с собой запах свежескошенной травы из сада.

Николас провел подруг в столовую и сбросил наплечную сумку на один из стульев.

— Располагайтесь за столом, мы скоро подойдем.

— А где ваш четвертый друг? — спросила весело Аманда, по-хозяйски прогуливаясь по дому.

— На заднем дворе жарит стейки. Не стесняйтесь, наливайте напитки. Это джин, — Николас проводил «экскурсию» по бару, выставленному в центре стола, — свежевыжатый апельсиновый сок, талая вода, тоник, тархун, вино. Пиво в холодильнике на кухне, дальше по коридору, — он вышел из столовой, а Кимберли вскочила с места.

— Аманда, нам нужно бежать. Мы сидим в чужом доме совершенно одни! Куда ушел Николас? Топор точить? И я подозреваю, что этот Мартин вообще мифический! — Кимберли всплеснула руками. — Чей этот дом? Ты посмотри — он же идеален. Здесь нет следов проживания людей! А ты уверена, что этих парней на самом деле так зовут? Что они делали на озере, если друг ждал их на барбекю? У тебя ловит связь? Наверняка здесь повсюду установлены заглушки для телефонов, и мы живо пополним сводки новостей как жертвы изнасилования.

— Отставить истерику! — Аманда стукнула ладонью по столу. — Тебе бы триллеры писать, не было бы равных. Давай выйдем на задний двор, я уверена, что там все ребята, в том числе и мифический Мартин.

— Девчонки, вы не заскучали? — Скотт вошел в столовую, держа в руках блюдо с горячим мясом, окутанное привкусом смеси специй и сладкого маринада. — Почему ничего не едите, столько закусок на столе.

— Мы решили дождаться всех, — выдавила улыбку Кимберли и опустилась на стул, безнадежно посмотрев на Аманду.

— Что будете пить?

— Сок, — кивнула Ким, скрывая тревогу.

— Сок? Может, что покрепче? — подмигнул игриво Скотт.

— Я не пью алкоголь.

— Мне можно джина, — подмигнула в ответ Аманда и слегка ущипнула подругу за бедро.

Скотт поставил на стол большой поднос с жареным мясом и, разлив напитки, ушел, вновь подмигнув подругам.

— Выпей джина, тебе нужно расслабиться, — Аманда взяла свой бокал и протянула Ким.

— Как раз наоборот, расслабляться не стоит.

— Какая ты зануда, Кларк! Ну как можно быть такой скучной! Когда в богатых домах ты пила джин, да еще из бокалов пятнадцатого века?

— Как ты определила, что это пятнадцатый век? — засмеялась Ким, отпив сока.

— Никак, — пожала плечами Аманда, — просто предположила. — Она потянула носом, улыбаясь от наслаждения: — Как же вкусно пахнет мясо на гриле! После такого не грех и умереть, — не поворачивая головы, она посмотрела глазами вправо, на подругу. А Кимберли в ответ стукнула Аманду в плечо.

В столовую вошли парни, но по-прежнему без Мартина.

— Девчонки, пробуйте закуски. Это готовила помощница по хозяйству семьи Милтон. Здесь крабовые котлеты, салат цезарь, хот-доги, вареная кукуруза… — Скотт показывал на блюда и называл их. — Но самое главное яство этого стола вовсе не крылышки гриль, не жаренная во фритюре курятина и не барбекю. А тыквенный пирог! Это знаменитое фирменное…

— В наших кругах, — перебил Скотта Николас.

— …да, знаменитое в наших кругах фирменное блюдо Мартина. Так, как он печет этот пирог, больше не умеет никто.

— Он печет пироги? — Кимберли вскинула брови, но не успела получить ответ, потому что вошел Мартин. Его темно-каштановые волосы были растрепаны и слегка налезли на уши, а майка обнажала упругие мыщцы плеч.

— А вот и хозяин этого дома! — Николас салютовал бутылкой пива, представляя четвертого друга. От Мартина веяло летним парфюмом, дорогими сигаретами и дымком от углей.

— А вот и выдуманный Мартин, — хихикнула Аманда в ухо подруге.

Но Кимберли не улавливала ее слова. Она впервые в жизни очень громко и отчетливо слышала биение своего сердца, будто оно находилось в голове. Глядя на Мартина в упор, она не могла отвезти от него глаз. Мартин тоже смотрел на нее своими зелеными, как дымка над лесом, глазами и широко улыбался.

В тот день, 7 июля, 2007 года, сердце Кимберли Кларк навсегда закружилось в вальсе с сердцем Мартина Милтона.

Глава 3

На следующее утро после юбилея Мартин вошел в столовую. Солнце, цвета топленого масла, мягко проникало сквозь большие окна, играя на полированных деревянных поверхностях. В обеденной зоне благоухали пионы, принесенные из зимнего сада, чувствовался насыщенный запах свежесваренного кофе и сладкий аромат яблочного турновера, лежащего на блюде из костяного фарфора.

— Доброе утро, — поздоровался Милтон-младший, проходя к своему месту за столом.

— Доброе утро, милый, — Молли уже потягивала теплый мокко, а ее взгляд был прикован к новостным сводкам, мерцающим на телевизоре, закрепленном на специальном настенном кронштейне.

Домработница Рут поставила перед Мартином тарелку с дымящейся глазуньей, свежие закуски, овощные и мясные нарезки и стакан минеральной воды с таблеткой аспирина. Поблагодарив помощницу, Мартин проглотил обезболивающее и приступил к завтраку.

— Отец не спустится?

— Он провожает Дайнеку с теткой до их дома. Они уже поели. — Молли отвлеклась от сюжета про повышение налогов и глотнула кофе.

— Что-то они рано уехали. Не хотели стеснять своим присутствием? Или ты их вежливо попросила? — Мартин иронично улыбнулся матери.

— Конечно, нет. Твой отец привезет Дайнеку обратно с вещами. Она погостит у нас несколько дней, — миссис Милтон развернула конфету в красно-золотистой обертке и положила ее на блюдце. — Сейчас рождественские каникулы, и я хочу, чтобы она провела их с нами.

— Я не против того, чтобы она осталась, это же ты ее пригласила. Но надеюсь, ты не пообещала ей, что она встретит Рождество со мной? У меня другие планы, я говорил тебе о них, и, к сожалению, Дайнеке нет в них места.

— Какие планы? Провести все каникулы с той девчонкой?

— Ее зовут Кимберли, — поправил Мартин мать спокойным голосом, жуя яичницу. — И да, я хотел провести все каникулы с той девчонкой.

— Да хоть Кандида, — миссис Милтон теряла терпение. Кларк стояла ей поперек горла, как застрявшая куриная кость. — Планы придется изменить или отменить вовсе. Дайнека — твоя подруга детства, пожалуйста, будь с ней радушен.

— Мама, вы дружили с Доусонами сто лет назад. С Дайнекой же мы просто проводили время вместе: катались на велосипедах, ловили лягушек в местном пруду, строили шалаши на деревьях, качались на качелях в их саду и бегали в заброшенный дом на краю пригорода. Все те же сто лет назад. Теперь мы взрослые люди, и я не нуждаюсь в ее компании. Для этого у меня есть Матильда и Николас.

— Никто не заставляет тебя бросать друзей и идти с Дайнекой ловить лягушек в пруду. К тому же, зимой они спят, — саркастично парировала Молли. — Я прошу тебя всего лишь уделить ей особое внимание и обеспечить комфортом на эти недолгие семь дней. Как мне кажется, у вас найдется много общего, и вы возобновите вашу дружбу.

Мартин с подозрением посмотрел на мать.

— Почему тебя так волнует Дайнека? Не припомню, чтобы ты раньше тревожилась о ней и приглашала на семейные праздники.

— Я никогда не рассказывала тебе, как мы основали фирму с твоим отцом, а ты и не спрашивал, — выкрутилась Молли, а Мартин с повышенным интересом посмотрел на нее. — Мы обязаны бизнесом семье Дайнеки. Когда ее родители погибли, то тетка продала нам их фермы практически задаром. У нас уже была небольшая фирма, но мы с Майклом находились по уши в долгах и кредитных соглашениях. А фермы Доусонов спасли нас от долговой ямы. Все, что ты имеешь сегодня, — в том числе заслуга и их семьи. Конечно, мы с твоим отцом работали денно и нощно, чтобы расширить компанию, и благодаря нашему труду и упорству сегодня мы монополисты в нашей стране, но Доусоны спасли нас тогда.

— И теперь ты чувствуешь за собой обязательства по отношению к их дочери? Приглашая ее на семейные праздники, ты тем самым хочешь отдать моральный долг ее родителям? Но это глупо, ты не находишь? Спустя столько лет, да и для чего? Они погибли не по твоей вине. Тетка так или иначе продала бы фермы другим людям, просто вы с отцом по счастливому стечению обстоятельств тоже занимались растениеводством. И все же мне не понятны твои мотивы.

— Мы хотели удочерить Дайнеку.

Мартин озадаченно посмотрел на мать и отпил воды. Молли тоже глотнула кофе.

— Но единственной родственницей девочки была родная тетка, которая и забрала ее к себе. Мы испытываем к Дайнеке самые теплые чувства и хотим, чтобы она стала в нашем доме желанным гостем.

— Неужели вы так сильно привязаны к ней? Она уже не ребенок, чтобы не чаять в ней души, радоваться ее успехам и сопереживать неудачам, растить ее как родную дочь. Прошло столько времени, разве вы не отвыкли от нее?.. А, я все понял, — Мартин вдруг усмехнулся и встал из-за стола. — Вы хотите нас поженить?

— Мы с твоим отцом были бы счастливы, если бы ты женился на Дайнеке, — без экивоков ответила Молли.

— Вот к чему все шло. Мама, я женюсь на Кики. И проведу Рождество тоже с ней.

— Нет, Мартин Милтон Миллс, ты встретишь Рождество в кругу своей семьи и с Дайнекой. Она умница, красавица, воспитанная, тактичная, в ней течет благородная кровь, — Молли восхваляла Дайнеку как сваха на смотринах. — Она и мухи не обидит. А ту девчонку я не хочу видеть ни в нашем доме, ни в нашей жизни.

— Мама, я уже взрослый человек и сам решаю, с кем проводить праздники. Дайнеку пригласила ты, ты с ней и встречай Рождество, — Мартин направился к выходу.

— Сын, ты поступаешь глупо, расстраивая всех нас. Разве мы тебя так воспитывали? — миссис Милтон в гневе поставила пустую чашку на блюдце. — Разве мы не привили тебе семейные ценности, традиции, почитание родителей? Разве тебе важнее встретить праздник с ней, а не с родителями? Все свободное время ты и так проводишь с этой девчонкой, мы и забыли, когда в последний раз ты находился дома хотя бы два дня подряд! Ты встретишься с Коко, или как ты там ее называешь, после полуночи, и точка! А до того времени я настоятельно прошу тебя остаться дома.

— Хорошо, я встречу Рождество в кругу нашей семьи, — хладнокровно отчеканил Милтон-младший, сдавшись. — Но без надежды на дружбу и тем более на будущий брак, так и передай своей протеже.

* * *

— Кики, — Мартин вышел во двор, в котором мерцали светодиодными огнями инсталляции оленей. Держа у уха телефон, он сообщил: — Мне жаль, но у нас не получится встретить вместе Рождество.

— Почему? Что случилось? — Кимберли расстроенно посмотрела на украшенный свечами и сосновым лапником стол.

— Приехала моя подруга детства, мы не виделись с ней много лет. И мама настояла на семейном рождественском ужине. Я пытался отбиться, но у меня ничего не получилось.

— Конечно, праздники нужно встречать с близкими и родными. Я понимаю, Мартин.

— Я знаю, как ты расстроилась, поверь, я расстроился не меньше. Я закажу тебе такси после полуночи, и мы встретимся уже у Ника. Мне придется взять с собой Дайнеку.

— Она тоже приедет?

— Да, моя мама хочет, чтобы я провел с ней все каникулы до начала учебы.

— И ты должен делать то, что хочет мама?

— Я понимаю твою обиду. Но я не могу отказать матери хотя бы в этой просьбе. Мы с ней и без того ссоримся через день. Потерпи всего несколько дней, я прошу тебя. Когда мы поженимся, то будем приглашать в гости только тех, кого ты сама пожелаешь.

— Хорошо, до встречи, Марти.

— Пожалуйста, не грусти. Я люблю тебя, — улыбнулся Милтон. — С Рождеством, — добавил он.

— С Рождеством.

Кимберли опустилась на диван, подогнув ногу под себя. Мама Кимберли, Кэтлин Кларк, уехала на праздники к лучшей подруге. И теперь Ким придется встретить Рождество в полном одиночестве.

Встав с дивана, она (не дожидаясь праздника) зажгла свечи, и тени от их огоньков радостно затанцевали на стенах. Налив клюквенный пунш в бокал, Ким подошла к большому напольному зеркалу в добротной деревянной раме, стоящему в коридоре:

— Милая моя Кимберли, до праздника осталось несколько часов, и я хочу пожелать тебе: никогда не оставаться одной. Конечно, ты не одна — с тобой Бог. Но пусть тебя окружают любимые и дорогие сердцу люди всегда, во все праздники. С Рождеством, Кимберли Кларк. Ты самое лучшее, что есть в этом мире, — вытерев слезу, она улыбнулась и чокнулась с собственным отражением.

Глава 4

— Всех приветствую! — Мартин с Дайнекой вошли в гостиную в доме Ника. Зала была небольшой, как и сам дом. Николас жил здесь с матерью, сколько себя помнил. В доме стояла старинная мебель с резьбой, отполированная и бережно сохраненная; было чисто и уютно. Придавали дому современность всюду расставленные элементы декора — изящные статуэтки, ароматные палочки, вазы; на стенах висели картины и постеры; на диване и креслах лежали шерстяные пледы и бархатные подушки. Мерцали гирлянды, пахло имбирными пряниками и ванилью с корицей.

Я устроилась на диване, забравшись ногами в вязаных носках с оленьими мордочками — такие же носки я подарила Нику и Ким, и это добавило ощущение единства и праздника. Мы неспешно пили безалкогольный глинтвейн и смотрели веселую рождественскую передачу по телевизору.

— Привет, Милти. Привет, Дайнека, — я помахала им рукой и почувствовала, как напряглась Кимберли, сидевшая рядом.

— Это Дайнека Доусон, моя подруга детства. Мы когда-то жили по соседству. Она была на юбилейном вечере и решила остаться на праздники. — Пока Мартин представлял нам Дайнеку, та искоса рассматривала Кимберли. Миссис Милтон не рассказывала особо о ней, но даже в своем воображении Дайнека не представляла, насколько Кларк красива. Ее волосы, подстриженные под каре, переливались оттенками черного, а густая челка закрывала выразительные брови. Чуть раскосые, миндалевидные глаза были глубокого коричневого цвета. Крупный нос с небольшой горбинкой не портил лицо, наоборот, придавал ему особый шарм, а чувственные, чуть пухлые губы были хорошо очерчены. Дайнека оторвала взгляд и улыбнулась мне уголками губ.

— Точнее, так решила миссис Милтон. Мы с ней очень сблизились, — Дайнека снова бросила взгляд на Кимберли, ожидая реакции. Но та и бровью не повела.

— Дайнека, это Николас Никсон, лучший друг. Матильда Майер — моя лучшая подруга, — показал на меня Мартин. — Вы знакомы шапочно, поэтому я еще раз представлю вас друг другу. Мы с Мати сидели за одной партой в старших классах, и она частенько позволяла мне списывать. А я, в свою очередь, держал ей волосы, когда ее впервые тошнило после вечеринки — она тогда перебрала с алкоголем.

— Засранец, — я бросила в него подушкой, но он ловко увернулся.

— А это Кимберли Кларк, — Мартин повернулся к своей девушке и нежно улыбнулся. — Я называю ее Кики, но ты можешь звать ее Ким.

— Кимберли, — поправила Кики, глотнув из трубочки глинтвейн.

Ник встал с дивана и поставил свою банку с горячим напитком на деревянный кофейный столик.

— Проходи, располагайся. Я принесу глинтвейн. Тебе нужна соломинка? — обратился он к Дайнеке.

— Да, спасибо. Я схожу с тобой, хочу помыть руки, — ответила она и последовала за новым знакомым на кухню.

Мартин сел рядом с Кимберли и обнял за плечи.

— Я тебе потом все расскажу, хорошо? — шепнул ей на ухо.

— Подруга и подруга, что тут еще говорить? — пробормотала она тихо, переводя внимание на передачу.

— Я знаю, ты расстроена из-за того, что мама позвала не тебя, а Дайнеку, с которой мы не виделись с юных лет. Но пойми, Кики, это был мамин праздник, не мой.

— Я не обижаюсь на твою маму, ни в коем случае. Ты же правильно сказал — это был ее праздник, и она вправе приглашать на него кого пожелает. Для меня это не было сюрпризом — я же знаю, как твоя семья относится ко мне. Я в целом расстроена, Мартин. Из-за того, что твои родители меня не любят, что мы не встретили Рождество вместе, как и планировали. И из-за твоей внезапно объявившейся подруги.

— А вот и мы! — Дайнека вплыла в гостиную, держа в руках банку с глинтвейном, за ней вошел Ник. Кимберли, закрыв глаза, тяжело вздохнула. Сев рядом с Мартином, по другую сторону, Доусон отпила напиток из трубочки и повернулась к Кларк.

— Мартин мне рассказал, как вы познакомились. Это так удивительно. Я обожаю истории про знакомства.

— А мне Мартин не рассказывал, как вы познакомились, — сухо откликнулась Кимберли.

— Мы дружим с ним с пеленок, все время проводили вместе. Наши родители хотели поженить нас, — Доусон сдержанно рассмеялась, мягко проведя рукой по волосам.

— А что случилось? Почему не поженили? — съязвила Ким, оставаясь невозмутимой, а Ник подавил смешок.

— Кимми, — Мартин сжал ее талию. Кимберли снова направила взгляд на телевизор, делая вид, что увлечена телепередачей.

— Ты будешь жить у Мартина все каникулы? — спросила Кимми, не поворачивая головы, стараясь скрыть раздражение в голосе.