скачать книгу бесплатно
Сегодня я конечно думаю, что тогда это был для меня огромный урок самостоятельности, который учил меня быть терпеливым и делать то что мне нужно, не смотря ни на что, только ведь я был совсем ребенком, это могло быть не так сурово как случилось потом. Пусть бы лучше все продолжалось так как было.
Через эти два месяца о которых я пишу, я как всегда вернулся домой после школы и дверь как обычно была заперта.
На улице уже было достаточно холодно, поэтому мой выбор был очевиден я встал у подоконника, в лестничном пролете и начал выводить буквы, которые нам задали.
Вдруг в замке нашей квартиры кто-то начал ковыряться.
Меня это немного насторожило, и я обернулся, потому что мать точно знала, как открывается дверь нашей квартиры, а с другой стороны, внутри прибывали все возможные варианты.
Наконец дверь поддалась, и из квартиры выбежал мужчина с широко открытыми глазами.
Он спустился по лестнице словно вообще не заметил моего присутствия в подъезде и пролетев мимо меня с выпученными глазами, в полу скрюченном состоянии, так же сбежал и следующий лестничный пролет.
Я был удивлен потому что мать не вышла его проводить, и поэтому, когда хлопнула подъездная деревянная дверь с силой, я встал на носочки и посмотрел, как этот полусогнутый мужчина ускорено шел по нашему двору, оглядываясь на наши окна.
Музыка, которая играла из открытой квартиры с распахнутой дверью, вернула меня мысленно в подъезд где я стоял.
Собрав все школьные принадлежности в свой старый портфель, я отправился домой.
Мне было немного не комфортно, потому что я не знал, что ждет меня там, внутри. Аккуратно, я приоткрыл дверь чуть шире и заглянул на кухню, которая находилась прямо напротив входной двери.
Там никого не было, тогда я сделала еще пару шагов уже в прихожую, музыка так и продолжала играть, а меня никто не встречал.
Когда я заглянул в комнату я увидел сидевшую на полу бездвижно облокотившуюся на диван мать.
Я позвал ее, но она не отреагировала. Бросив в прихожей свой портфель, я снял обувь и пошел посмотреть почему, она молчит.
Ее белое словно напудренное лицо и темные круги под глазами, дали мне понять, что с ней что-то произошло.
Я начал трясти ее, крича и стараясь разбудить, но вместо этого она просто повалилась на бок.
Меня охватил страх, все вокруг меня замерло. Неужели это конец? – подумал я.
Я на знал, что мне делать и поэтому побежал на лестничную площадку и начал стучаться к нашим соседям.
Мое сердце билось потому что я хотел ей чем-то помочь, но не знал, как.
Пока я стучался к одному из соседей, открылась дверь соседа, к которому я еще не успел постучать.
Я молча повел его к себе в квартиру потому что не мог говорить, так как меня сковали эмоции и ком подходящих слез стоял прямо в горле.
Увидев мою мать, лежащую в том виде в котором я ее застал, дядя Ваня испуганно бросился к выходу сказав что нужно вызвать скорую, у нас в квартире не было домашнего телефона.
Я присел рядом с лежащей матерью, и взял ее за руку, мои слезы полились без какого либо, звука.
В подъезде поднялся шум соседей, котором дядя Ваня рассказал о произошедшем, а я молча сидел и смотрел на мать, слыша как из колонок магнитофона до меня доносятся фразы «Следи за собой, будь осторожен».
Этого пел Виктор Цой из группы «Кино», словно предупреждая и рассказывая мне о том какова может быть в жизни.
Тогда конечно я не понимал этого, уже позже в более осознанном возрасте я, встретившись с этой песней и вспомнив в очередной раз всю эту историю, произошедшую с матерью, совершенно по-другому воспринимал смыслы.
Мать умерла еще за долго до того, как я вернулся после школы в тот день.
Ее мужчине, который выбежал из квартиры с ошалевшими глазами повезло, потому что я никогда его после этого не видел. Надеюсь, что его жизнь закончилась еще хуже чем я могу себе это представить.
Уже потом, с возрастом я понимал, что после смерти отца, и нового срока дяди Гены, тот мужик, который приходил к ней ненадолго, каждый день, склонил ее к наркотикам и тогда дома присматривая за мной, она занималась своей «ночной работой», чуть ближе ко мне.
Сейчас я конечно ни у кого не узнаю правды, да и вряд ли бы кто-то мне ее рассказал даже будь родители живы. С этими объяснениями, до которых я самостоятельно дошел, мне были объяснимы некоторые вещи нашей совместной жизни, когда мы жили еще полной семьей, и все настроения отца.
На похороны матери я уже не попал.
Меня определили в приют, где участковый, который приходил к нам рассказывать о смерти моего отца и социальный работник из школы, попытались мне помочь, найти хоть каких-то из родственников по линии родителей, но все это оказалось безуспешным.
У меня не было никаких не бабушек ни дедушек, ни теть и ни дядь, и вновь все мои мысли, о которых я когда-то думал, сидя на железной «гусенице» в нашем дворе воплотились в реальность.
Теперь я остался точно, совершенно один.
Мои документы какое-то время назад принесенные в школу, теперь были перенаправлены в детский дом.
Когда через неделю я с сотрудником этого детского дома собрал необходимые вещи и вышел из родительской квартиры на улицу, чтобы поехать в то место которое должно было быть моим новым домом, я увидел своих пацанов, с которыми нам все-таки со временем удалось сдружиться.
Они подбежали и начали спрашивать у меня куда я уезжаю, но мне в этот момент нечего было им ответить, потому что я даже сам не представлял куда я отправляюсь.
Сопровождающая меня женщина ответила им что я уезжаю в детский дом, и что если они будут плохо себя вести, то и их тоже туда заберут от родителей.
Я думаю, что для ребят это не было угрозой. Они наоборот надеялись на это, но ни они, ни я, не знали тогда, что бывает, когда ты покидаешь свой родимый дом.
– А когда он вернется? – спрашивал один из ребят у этой суровой женщины.
– Еще не скоро… – улыбаясь отвечала она.
Мы все подошли к машине, тетенька открыла мне дверь, и садясь сама на переднее сидение сказала попрощаться с друзьями, потому что нам пора ехать.
Я сказал ребятам номер детского дома, в который я направляюсь, чтобы они когда-нибудь смогли меня навестить, нелепо на прощание мы обменились рукопожатием друг с другу, как взрослые и я сел в машину, отправился в свое первое путешествие.
Наверное, через полчаса мы приехали к детскому дому. На встречу к нам вышла одна из воспитательниц этого учреждения.
Она была очень красивая с черными вьющимися волосами и блестящими зелеными глазами, как у кошки, которые подарили мне в тот момент, какой-то успокаивающий душу гипноз.
Женщина, что привезла меня, отдала ей документы и посмотрев на меня сказала.
– Ну вот, знакомьтесь тут, а мне пора! Знакомься, это твоя воспитательница – проговорила она и посмотрела на черноволосую девушку.
Не знаю, как это объяснить, но, когда она улыбнулась и протянула мне руку, сказав
– Здравствуй, меня зовут Алена. – я не смело протянул ей руку и так же стесняюсь представился, хотя думал, что после смерти матери не с кем не буду разговаривать.
Да это была именно та Алена, про которую ты можешь подумать.
С этим первым прикосновением я почувствовал от Алены такую доброту и заботу, которую не чувствовал прежде даже от матери.
Девушка держала меня за руку, а я чувствовал тепло ее ладони, от которой мне вроде стало спокойней, но в тоже самое время я был полностью растерян, потому что еще не совсем осознавал зачем и куда меня привезли.
Они обмолвились парой фраз друг с другом и воспитательница, повела меня на территорию детского дома.
Пока мы шли она поинтересовалась чем я люблю заниматься?
Но как я мог это знать?
Ведь я и не особо много попробовал, в той жизни что была у меня до приезда, в детский дом, поэтому я ответил первое, что было у меня из последнего, я ответил ей что люблю учиться.
Она по-доброму улыбнулась мне, и сказала, что найдет для меня еще какое-нибудь интересное занятие.
После того как она провела меня по всей территории и поговорила со мной, мы отправились в комнату где я должен был жить.
Зайдя в четырехэтажное здание на этой территории и идя до своего будущего места проживания, я осматривал внутреннюю обстановку и с каждым новым шагом мне становилось более понятно, что это место на самом деле сильно отличается от первого моего впечатления про Алену.
Я даже боюсь представить, как бы все это воспринял, если бы рядом со мной шла одна из воспитательниц, которых я встретил чуть позже.
Мы поднялись на третий этаж и пока мы шли по длинному коридору на меня из общих комнат глядели уставшие и в тоже время ищущие чего-то глаза детей, которые так же как и я попали сюда лишившись родителей, а может даже встретившись с тем, что я и представить себе не мог на тот момент.
Пару раз пока мы шли по коридору мимо нас промелькнули и более взрослые лица подростков, которые поздоровались с воспитательницей Аленой.
Это были старшие воспитанники, которые помогали воспитателям заботиться о младших.
Все, кто были старше десяти лет жили двумя этажами ниже, дети возрастом до шести лет жили на четвертом этаже, над нами.
Я честно даже не представляю сколько по цифрам в этом четырехэтажном учреждении было всего детей, которые так же как и я по какой-то причине остались без родительского попечения и попали сюда в надежде обрести свою новую семью или просто получили возможность остаться живыми, до своего совершеннолетия, не погибнув где-нибудь на улице словно никому не нужная затравленная собака.
Очень жаль, что мнимая забота о чужом ребенке, которая была у многих из наших воспитателей, какое-то время пока мы этого не понимали, держала на плаву у каждого из нас мысль, что мы еще кому-то в этом мире нужны, кроме самих себя.
Уж лучше бы раньше они прямо сказали об этом, что было бы правильней, с их стороны.
Наконец, мы с воспитательницей Аленой, дошли и оказались около общей комнаты с десятью панцирными кроватями, стоящими по пять штук, с каждой стороны.
Войдя во внутрь, я увидел мальчика, который сидя на корточках за дверцей своей тумбочки что-то в ней искал.
Он, услышал, что кто-то вошел по деревянному скрипучему полу и повернул свою голову с тревожным взглядом.
– Вадим, ты чего здесь делаешь? – спросила его Алена.
– Я вчера кое-что рисовал, и убрал к себе в тумбочку, а сейчас заберу и пойду дальше рисовать – ответил ей Вадим. – Ты теперь будешь жить с нами? – поинтересовался он, переводя на меня свой уже более спокойный взгляд.
Я посмотрел на Алену потому что не знал, как устроена их система и что меня ждет дальше.
– Ну, смелей же, он тебя не обидит. – улыбнувшись мне, проговорила она.
Я повернул голову обратно к нему и только покачал головой вверх и вниз, в ответ на его вопрос.
– Это моя кровать. – сказал довольный Вадим, хлопая по своей кровати. – А вот эта свободная. – указал он пальцем на ту которая стояла рядом с тумбочкой в которой он искал свой рисунок. – И вон та, тоже. – так же ткнул пальцем Вадим на кровать что стояла напротив входа в эту общую комнату.
Мой первый выбор в жизни был сделан, я решил, что буду спать на кровати стоящей рядом со своим новым собеседником, который любит рисовать.
Да и выглядел он как-то дружелюбно, а по словам Алены не обидел бы меня.
– Так, мальчики, вы пока познакомьтесь. Вадим, если у него будут какие-то вопросы, на которые ты не сможешь ответить покажи ему где комната воспитателей, а я пока пойду документы положу, и заполню там все. – сказала Алена и подмигнув мне, вышла из комнаты, а мы остались с Вадимом вдвоем.
– А почему ты здесь? – спросил у меня Вадим, достав листочек из тумбочки и сев на свою кровать.
Я коротко рассказал ему свою историю, которая произошла у меня с моими родителями, а в ответ он рассказал мне свою.
Он решился своих родителей, когда ему было пять лет. Его отец был директором фирмы, которая занималась продажей электроники в те годы. В один злополучный день, когда родители сидели на кухне, а он играл с машинками в своей комнате в дверь квартиры кто-то постучал.
Его отец, предвидя что-то неладное. Спрятал его в шкафчике под мойкой на кухне сказав, что они сейчас будут играть в прятки вместе с мамой, и ему было велено не выходить оттуда пока мама сама его не найдет.
Через пару секунды он услышал, как дверь в квартиру открылась и начались крики неизвестных ему людей.
Кто-то из незнакомых голосов спрашивал,
– Кто еще в квартире?
Кто-то из неизвестных голосов кричал ложиться на пол.
Еще через пару секунд из его комнаты послышался новый вопрос.
– Где ребенок? Мать дрожащим голосом ответила, что он у друга из садика.
Послышался глухой удар.
Он слышал, как заплакала его мать и как кричал отец чтобы ее не трогали, но он слушаясь отца и веря в то что мать обязательно его отыщет в страхе сидел под раковинной на кухне закрыв лицо руками, за дверью, которая скорей всего спасла его от смерти.
Кто-то из наподдавших спросил у отца про сейф и отец, не задумываясь покорно сказал, что отведет и все покажет, только чтобы они не трогали жену.
Отец Вадима явно понимал, что, если они начнут искать сейф сами, чтобы забрать все содержимое из него, они смогут случайно найти и его сына.
После того как люди пришедшие к ним в квартиру по-видимому, получили все что им было нужно, Вадим услышал три громких хлопка, от которых закрыл уши, тут же слышал крик в пересмешку со слезами матери, еще два хлопка и топот выбегающих ног. В квартире повисла гробовая тишина.
Через какое-то время он услышал визг соседки, которая вошла в квартиру и начал кричать, есть ли кто-нибудь живой.
Вадим сидел под раковиной и молча вытирал слезы, которые без остановки текли с его глаз.
Я думаю Вадим вряд ли рассказывал вам свою историю из детства, когда вы с ним познакомились, ну теперь его уже нет и ты тоже должна знать об этом кусочке его жизненной трагедии и его не слишком радужной судьбы.
Мне очень жаль, что он столкнулся с такими обстоятельствами, которые повлияли на его жизнь.
За это время пока он жил с нами в детском доме, ему удалось пронести свою доброту до самого последнего момента, пока его не забрала приемная семья.
33