Не было бы счастья...

– Свататься? – усмехнулась Фаина, – А меня ты спросить не забыл, хочу я за тебя или нет?

Тарас вопросительно уставился на Фаину.

– В смысле?

– Ты думал, я тебе на шею что ли кинусь? Пришел он, сватов припер. Будто не знаю я, что это дружки твои алкоголики. А ну пошли, – махнула она зрителям. – Вылупились.

– Э нет, дорогая, – угрожающе произнес Тарас, который уже поспорил с каждым мужиком в деревне, что этим же вечером Фаина станет его. – Так дело не пойдет. Спасибо потом мне скажешь, что твой дурной характер переборол, – пристроившись сзади, он одним движением задрал Фаине юбку и всей тушей припер к краю прилавка.

– С ума сбрендил? – орала Фаина. Как бы она не крутила бедрами, никак не могла сбросить с себя бесстыжие руки Тараса. – Ну ты чего, идиот, при всех что ли будешь? – сипела она от напряжения.

– А ну пошли, – рыкнул на собравшихся Тарас, и толпа мгновенно рассовалась. Как и большинство мужчин, Тарас был уверен, что его решение единственно верное, а Фаина? Она со временем все поймет и даже будет ему благодарна.

«Ну офигеть, – пронеслось у Фаины в голове. – Еще лучше».

Вжикнула ширинка, а рука Тараса уже стащила в ее попы трусы, открывая плацдарм для вторжения, но в этот момент дверь магазина открылась, и оба вылупились на вошедшего.

Глава 16

– Да куда ты ломанулся-то? Хер сначала свой прибери, Казанова хренова, – только и успела выкрикнуть Фаина. Но Тарас уже лихо перемахнул через прилавок и под гиканье мужиков, выбежал вслед за Аркадием на улицу.

Фаина скорее по инерции вышла вслед за мужчинами и оказалась вместе с ними на широком пятачке у магазина, окруженном плотным кольцом зевак.

– Фань, ты только скажи, и я этому петуху гамбургскому всю морду под хохлому изукрашу, – красовался Тарас, чувствуя поддержку толпы и азарт предстоящей драки. Аркадий держался уверенно. Он не гарцевал вокруг соперника, но его уверенность похоже сдерживала вошедшего в раж Тараса – Садись в свою колымагу и вали пока ноги целы, – петушился тот. – Мы с Фаиной завтра заявление подавать идем.

– А это мы сейчас у нее самой спросим, – уверенно парировал Аркадий, и оба посмотрели на стоящую на крылечке магазина Фаину.

Этот вызывающе-уверенный тон мужчин выбесил Фаину. Взметнувшаяся было в груди обида, моментально скисла, превратившись в едкую злость.

– Идите как вы оба к черту, – выпалила она и яростно работая локтями, продиралась сквозь толпу к выходу.

Уже закрывшись в доме Фаина вдруг не к месту вспомнила нежные прикосновения Аркадия, в их первую и последнюю ночь там, в номере для молодоженов, и ощущение утраты накрыло ее тяжелой пульсирующей болью в районе солнечного сплетения. Будто душа тяжело повернулась, чтобы вылететь вслед за ним. Фаина поплотнее запахнулась в наброшенный поверх ее любимого платья кардиган, будто не давая ей реально покинуть тело. Удерживая из последних сил. Как совсем недавно Тарас, который хотел насильно сделать ее своей, доказать, что она глупая баба, сама не знает своего счастья.

Как странно, думала Фаня. Аркадий оказался подонком, но несмотря на всю злость, на которую она имела полное право, он незримо продолжал находится рядом с ней. И как бы она не гнала мысли о нем, он никуда не уходил, как жвачка, которая намертво пристала к подошве ботинка.

Его неожиданное появление окончательно выбило ее из колеи. Руки тряслись, сердце нервно заикалось в груди. Хотелось курить. Фаина это дело не одобряла, бросила пару лет назад после десяти лет ожесточенной схватки с дурной привычкой. И вот она снова тянется к светло-голубой пачке, припрятанной именно для такого случая над притолокой.

«Что б тебя, – ворчала Фаина и усевшись на верхнюю ступеньку веранды, прикурила дрожащими руками. Тут же закашлялась и, щуря глаз, смотрела на дымящийся кончик сигареты.

Спустя пару затяжек наконец немного пришла в себя. И с чего она вдруг решила, что этот обормот достоин ее любви? Нет уж, умерла так умерла, – подумала Фаина и со злостью вдавила недокуренную сигарету в крашенную доску пола и уставилась в даль. Фаина старалась гнать от себя мысли об Аркадии или Тарасе, и слушая доносящиеся с улицы крики, фыркала от негодования.

Тем временем Аркадий и Тарас выясняли кому в конечном итоге будет принадлежать сбежавшая невеста. В этот раз они не катались в пыли, как мартовские коты, их поединок был похож скорее дуэль – каждый старался устоять на ногах, под градом точных и сильных ударов. Мощный задира Тарас полагался на вес и силу, легкий и изящный Аркадий на сноровку и ловкость. И в отличии игравшего на публику Тараса, он тщательно продумывал каждый свой выпад. И когда в очередной раз соперник начал рисоваться перед свистящими и кричащими дружками, прописал ему снизу в челюсть. Лицо Тараса застыло в дебильном выражении, он неестественно выпрямился, застыл на мгновение и, как подкошенный, грохнулся под ноги болельщикам. Зеваки замолчали, оценив красивый апперкот отправивший их друга отдохнуть и расступились, пропуская победителя к трофею.

Утирая рукавом окончательно испорченного костюма кровь с лица, Аркадий легкой рысью рванул через улицу к знакомому дому, утопающему в сочной ароматной зелени цветущего жасмина.

Оставив товарища лежать в пыли, сельчане перебрались к участку Фаины, и сейчас их головы торчали поверх деревянного забора, как нанизанные на колья индейцев головы бледнолицых.

Аркадий надавил на ручку, но дверь оказалась закрытой на ключ. Он обогнул дом, но завидев его, Фаина укрылась в доме. Он пару мгновений решал, как ему лучше попасть внутрь, и решил, что лучший способ – окно.

– А ну, пошел отсюда, – выкрикнула Фаина, стоило голове Аркадия показаться в одном из окон гостиной.

– Фань, – только и успел произнести Аркадий, как тут же получил тычок шваброй в переносицу. В голове закололо, а в переносице словно что-то взорвалось и из носа полилась кровь. Он тут же потерял равновесие и выпал из окна прямо в раскидистый куст шиповника.

Фаина выглянула на улицу, убедиться, что не прибила бывшего жениха. Тот сучил руками и ногами, шипел и вскрикивал от боли, пытаясь подняться на ноги. Наконец ему это удалось, он быстро снял с себя истыканный иголками пиджак, вытер им кровь из-под носа и отшвырнул в сторону.

Фаина вздрогнула, когда он снова посмотрел на нее. Она попыталась закрыть створки.

– Подожди, прошу тебя, – умоляюще произнес Аркадий, выставив вперед руку. – Дай мне пару минут.

Фаине безумно хотелось дать ему эти пару минут, но она вспомнила с каким высокомерием он еще недавно бросал ей в лицо оскорбления и быстро закрыла раму.

Аркадий невольно обернулся к зрителям, среди которых заметил улыбающееся лицо Сергея. Это придало ему сил и, обогнув дом, направился к веранде. На любезности времени не было, он попросту выбил дверь ногой.

Фаина вдруг вошла в азарт, увидев Аркадия в разбитым носом, в разодранной рубашке и вспомнила, как хотела швырнуть кольцо в его наглую рожу. Кольца под рукой не оказалось, зато оказалась упаковка яиц, которые немедля полетели в Аркадия, пачкая стены, мебель и самого кавалера. Стекали отвратительными соплями с дверок шкафов и смачными шлепками плюхались на пол.

– Фань, – прикрываясь рукой, на полном серьезе продолжал Аркадий.

– Сказала же, убирайся.

Заметив, что снаряды у Фаины закончились, Аркадий решил просто зажать ее в угол. Так будет надежнее. Ей придется выслушать его. Но Фаня легко для своей комплекции закружила вокруг стола, который разделял их. Аркадий никак не мог ухватить ее, в какую бы сторону не рванул.

– Так, все, – отрезал он и встал как в копаный напротив. – Дай мне две минуты, я все тебе объясню. Если ты сочтешь мои объяснения очередной ложью, можешь меня добить, – он взял в руку ту самую швабру, которой получил по носу.

Фаина, все еще ожидающая от Аркадия какого-нибудь неожиданного маневра, не собиралась сдаваться.

– Я не хочу слушать твои оправдания. Они мне не нужны, понял? Уходи, – она решительно указала ему на дверь. – Подожди, – вдруг опомнилась она и исчезла в полутемном коридоре. Вернулась через минуту и, приблизившись к нему, вложила в руку то обручальное кольцо. – Вот теперь все.

– Фань, – взмолился Аркадий, и мягко поймал кончики ее пальцев. – Прошу…

– Нет, – уверенно закачала головой Фаина. – Хватит, поиграли в любовь и будет.

– Я не играл, – вдруг неожиданно даже для самого себя признался Аркадий.

– Перестань, – оборвала его Фаина. – Не знаю, чего ты добиваешься, но я в этом балагане участвовать не собираюсь. Все! Достал!

– Я действительно играл, притворялся, врал. Но это было в самом начале нашего знакомства. Сейчас с этим покончено. Прошу, выслушай меня. Две минуты, а потом сама решишь верить мне или нет.

Глава 17

– Я знаю, кто твой отец и почему твоя мама так не любила о нем говорить, – начал Аркадий. Он правильно выбрал тактику и с первой же фразу завладел вниманием Фаины. Она больше не пыталась оттолкнуть или чем-то запустить в него. Напротив, вся превратилась в слух и даже подошла ближе. – Он тогда только освободился из тюрьмы, где отсидел пять лет за очередное преступление. Семья его тогда интересовала мало. В девяностые он стал крутым бандосом, а в двухтысячные увидел возможность и перешел на легальное положение. Заимел, так сказать, вполне законный бизнес. Уже будучи в годах, твой отец женился, решив наконец остепениться, но разудалая молодость наложила свой отпечаток. Здоровье ни к черту, а недавно он сильно заболел. И вот тут он задумался о наследниках и об искуплении. Он нанял частного детектива и тот выяснил, что среди его бесконечных женщин, была одна единственная, родившая от него ребенка. Как ты понимаешь, это твоя мама. Так что поздравляю, ты наследница огромного состояния.

– Я не поняла, – неуверенно начала Фаина. – А при чем тут…

– При чем тут я и весь этот спектакль? Видишь ли, твой папа составил очень хитрое завещание – все его состояние переходит его дочери – то есть тебе. Но если он тебя не найдет, то все денежки перейдут в благотворительный фонд, оставив его безутешную, но очень жадную вдову без гроша.

– Так в чем проблема? Поехали.

– Не все так просто, – вздохнул Аркадий, решая, как бы помягче обрисовать ей план Виолы. – Его жена против такого расклада. Она и наняла меня, чтобы я тебя соблазнил и женил на себе. А план ее прост: ты нелепо погибаешь после оглашения завещания, а так как мы бы не заключили брачный договор, все имущество нажитое в браке достается мне.

– И ты женишься на его вдове, – наконец дошло до Фаины.

– Именно.

– Так почему же ты не женился на мне? – тихо спросила Фаина, заглядывая Аркадию в глаза.

Тот подошел очень близко. От него пахло сырыми яйцами и кровью. Он провел рукой по ее щеке, оставляя на ней серый след.

– Я был готов ко всему кроме тебя, – прошептал он, уткнувшись ей в висок. – После всей лжи, я даже не могу поцеловать тебя. Я сам во всем виноват, – горячо выдыхал он. – Но я не позволю им причинить тебе вред, – он отстранился и решительно посмотрел Фаине в глаза. – Теперь ты понимаешь, почему я разорвал наши с тобой отношения? Если мы поженимся, ты станешь уязвима. У нас с тобой два варианта развития событий. Первый – затаиться где-нибудь на неделю, дождаться пока твой отец отойдет в мир иной, и его денежки «уплывут» в какой-нибудь благотворительный фонд. Я вернусь на набережную, портреты рисовать, ты устроишься в круглосуточный супермаркет продавщицей.

– А второй? – перебила его Фаина, явно недовольная озвученным вариантом.

– Мы рискуем жизнью, пытаясь уйти от преследования, проникаем в больницу к твоему отцу, и ты становишься очень богатой наследницей.

– А ты?

– Не важно. Все зависит от того, что выберешь ты. Я знаю, наше знакомство началось со лжи, но, если ты доверишься мне, я сделаю все, чтобы исполнить твое желание. Скажу сразу, это будет очень опасно. Серега – отбитый зек. Виола – безбашенная идиотка. Им нечего терять. Они пойдут на все, чтобы вернуть свои деньги. Так что ты выбираешь?

–