banner banner banner
Падший. Вопреки
Падший. Вопреки
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Падший. Вопреки

скачать книгу бесплатно

Падший. Вопреки
Екатерина Маркмирова

Падший Ангел #2
Дерзкий побег от нежеланного брака полностью меняет мой привычный мир. Теперь я не слабая магиня с низким потенциалом силы, а незаконнорожденная дочь короля, от которого унаследовала мощную грозовую магию. Благодаря этой силе и играм богов у меня появился фамильяр – настоящий дракон, который должен уничтожить моего любимого. И несмотря на то, что он – Падший Ангел и предал меня, я всё равно не могу прекратить любить его. Мне предстоит снова обрести себя и найти место в нашем мире.Дилогия. Книга вторая.

Екатерина Маркмирова

Падший. Вопреки

Пролог

Ступая на носочках, словно кошка, босыми ногами по холодному каменистому берегу и вдыхая запах жизненного обыкновения, она размышляла о том, что люди напрасно усложняют своё и без того серое существование. Почему они настолько неправильные, неидеальные, несовершенные? Чем сильнее любят, тем сложнее прощают. Любимых обижают, а врагам улыбаются и недоброжелателям уподобляются. Человеческий срок не предполагает расточительства, но они разбрасываются им впустую, будто будут жить столько же, сколько расы Алиандра. Богиня завидует своему оппоненту, ведь и она могла создать что-то более интересное, чем обычных людей.

Каллистрата не видит, но слышит звучание ветерка, который образует из пространства её соперника.

– Это ещё не победа, Алиандр, не радуйся, – проговорила она, не поворачиваясь к нему лицом.

Он подошёл к ней ближе, со спины, и положил руки на её нежные оголённые плечи.

– Мы можем сделать вид, что спора не было, – прошептал он рядом с её ухом, – забыть всё.

– Ты можешь просто сдаться? – спросила она вкрадчиво, сбрасывая его руки и поворачиваясь к нему лицом.

– Что ты задумала, Каллистрата, ответь. Падший ведь здесь не потому, что ты его пожалела или тебе стало скучно?

– Откуда в тебе столько любви к ним, Алиандр? – бросила она ему, отворачиваясь.

– Я не позволю тебе разрушить наш мир! – прорычал он ей в спину.

Глава 1 Попытка первая

Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь.

Тургенев И.С.

Джордан

Малышка моей так и не стала: сбежала, истекая кровью, как раненая птица. Тысячи ножей вонзились в мою спину, но я заслужил их, ведь я принимал её за свою вещь, а она, вопреки всему, продолжала любить чудовище. Я вспомнил себя. Вспомнил, кем являюсь, но моя зависимость от её любви не исчезла, она выросла стократ и стала неподъёмной для моих плеч, она давит и мешает дышать.

Уже несколько недель Рейни со Штормом кочуют с острова на остров в поисках убежища. Моё кромешное Альтер-эго всегда находило их, слышало её жалобные ночные всхлипы, которые упорно не выходят из головы, словно прибиты там гвоздями. Невыносимо больно видеть её боль. Все попытки поговорить оказываются бесполезны. Шторм, подобно цепному псу, и на метр не подпускает к своей хозяйке, видя во мне абсолютное зло.

Вызывает ли это желание уничтожить Карстак? Да! Я хочу весь мир обрушить на головы Халлса и Сары, Каллистраты и Алиандра за то, что посмели вмешаться в мою жизнь. Но больше всего я ненавижу самого себя. Нужно быть честным с собой – в случившемся виноват только я и никто больше. Жестокая угроза Каллистраты убить Рейни, если я оступлюсь, посадила меня на незримую цепь, а Рейнхара стала моим ошейником, удавкой. Но эта удавка не на шее, а на сердце. Разве так бывает? Одна когтями выдрала мою бьющуюся плоть, другая – заставила мёртвое сердце биться, чувствовать, пылать и страдать. И только сейчас я смог осознать – к Мариангеле я и близко не испытывал столь незнакомых ярких и нежных чувств. Считая Мари своей собственностью, решил, что только я имею право владеть ею, мне было плевать на её желания, мне нужно было просто посадить её в свою клетку. Сейчас я сам оказался в клетке из-за девчонки с синими, как безмятежное море, глазами.

Я буду ждать. Я умею ждать. Придет время – и агония спадёт с её души.

Рейнхара

«С Днём рождения меня», – с грустью поздравила саму себя.

Сидя вместе со Штормом на вершине крутого утёса, на другом конце Карстака, среди неизведанных и необитаемых земель, я просто смотрела на безмолвную гладь океана и наслаждалась запахом природной чистоты. Мне не хочется покидать это место, потому что мой внутренний мир разрушен, но именно здесь я хочу восстановиться и построить себя заново. В своих размышлениях не сразу обратила внимание на то, как золотистые искорки начали слетаться из пространства, нарушая моё уединение. Божество снова решило навязать свои услуги?

– Рейнхара, я ещё могу уничтожить твои чувства к чудовищу, – предложил Алиандр.

– Нет, Рейнхара, не слушай его! – вмешался женский голос.

Наконец-то и богиня решила показать себя. И если бы эта встреча произошла хотя бы пару дней назад, то, скорее всего, моя реакция была иной, нежели сейчас.

– Я не позволю вам вмешиваться в мою жизнь! – дерзко ответила я двоим демиургам Карстака.

Алиандр с довольной улыбкой лишь развёл руками и исчез, словно его предложение – провокация для богини.

– Как ты смеешь? – зашипела Каллистрата, наверное, думая, что сейчас я способна чего-то испугаться.

– Смею! Люди не игрушки! Что ты мне можешь сделать? Убить меня? Так убей! Возьми и убей! К такой любви ты меня привела? Разве об этом я просила тебя? – в сердцах выкрикнула я ей.

– Во всём виновен Алиандр! Это он вмешался, – ответила она, поправляя длинные черные волосы и разглядывая Шторма.

– Ты оправдываешься? – меня удивили её слова, ведь ни на что другое, кроме как на оправдание, это не было похоже.

– Дерзкая девчонка, ты пожалеешь, если не будешь делать так, как нужно мне, – пообещала Каллистрата и так же растворилась в пространстве, оставляя после себя след из серебристых искр.

– Рейнхара, – начал Шторм, – это было слишком.

– Пусть! Мне плевать! – Может быть, во мне говорит юношеский максимализм, но мне и впрямь безразлично, словно у меня болевой шок.

Несколько дней мы со Штормом скитались по свободным от жизни островам Карстака. Дракон ловил для себя рыбу, резко ныряя в воду, словно чайка. Правда, добычей его обычно были акулы и аллигаторы. Туша дракона – это не маленькая птичка, ныряющая в воду, и поэтому океан обрушивал на остров огромную, словно цунами, волну, оставляя на берегу шикарный улов и для меня. Мне оставалось лишь поджаривать рыбу и прочих морских жителей молниями, не забывая подкармливать электричеством и дракона. Меня до сих пор удивляет его природа. Шторм сам, разинув огромную пасть, может выжечь грозовыми потоками весь остров, но всё равно постоянно требует, чтобы я питала его своими. Наша с драконом связь от этого становилась только сильнее.

Мои дни проходили в познаниях неизведанных земель, а ночи в колыбели чешуйчатого тёплого тела Шторма. Я начала ненавидеть сны. Каждую ночь они приводили меня к НЕМУ. Всё, что днём пряталось и забывалось, во снах выходило наружу. И каждый раз Шторм будил меня, вытягивая из кошмара, в котором я снова и снова слышала записи из ЕГО дневника, озвученные мерзким голосом Сары Пульсиль.

Понимаю, что, скитаясь по островам, я могу убежать очень далеко, но, даже находясь в другой вселенной, от себя не спрятаться. Как бы я ни старалась, у меня не выходит оставить покалеченную часть души где-то далеко, ведь она, подобно скулящему псу на привязи, бежит за мной. В особенно невыносимые моменты я думала, что может стоило принять помощь Алиандра, но потом одёргивала себя, потому что нет, не хочу. Никак не хочу участвовать в их жестоких играх нашими жизнями. Я хочу сама выбирать свой путь и плыть свободно, словно облака по небу.

– Может, в Тарлион? – предложил Шторм, – если не хочешь в Париссандр.

Шторм знает, что Старксис даже не рассматривается. Этот город потерял флёр волшебства и стал для меня хрупким, как стекло.

– Шторм, в Тарлионе нет места для дракона и всё время быть там на виду я не хочу, – в сотый раз повторила ему свои доводы.

В этом мире фамильяр стал для меня самым близким, я уже не представляю свою жизнь без него, и только за это могу сказать Алиандру «спасибо». Я знаю, что Шторм хочет поговорить на неудобные темы, но не станет, пока я сама не решусь. Он чувствует любую перемену моего настроения. Мой дракон, как и я, будто на несколько лет повзрослел. Хорошо это или плохо – не знаю.

– Шторм, ты не спрашивал меня о том, что я услышала из дневника Джордана, – тяжело вздохнув, я решила начать разговор.

– Я тебя ни о чём не спрашивал, – тактично проговорил он.

Да, за эти дни я многое передумала, но, наверное, пора поведать Шторму обо всём, что скрывала в закоулках своей раненой души.

– Спасибо тебе большое за то, что ты позволил моим ранам немного затянуться, не бередя их. Шрамы от потерянных крыльев начали заживать. Наверное, иногда нужно позволить себе не думать ни о чём, чтобы очистить разум от накопившегося мусора. Сейчас я готова обо всём рассказать тебе. Только пообещай, что без моего разрешения никогда не навредишь Джордану.

– Заинтриговала, – хмыкнул фамильяр. – Обещаю.

Поведав дракону об истории его создания, требовании Алиандра и услышанных отрывках из обгоревшего дневника, мне стало немного легче, ведь тяжело одной на своих плечах носить угнетающий груз.

Какое-то время мы просто молча смотрели вдаль на уплывающие облака осеннего неба, ловили взглядом охоту ловкой чайки и вдыхали запах соли и йода. Шторм первым нарушил тишину:

– Если он будет угрожать тебе, ты сама знаешь, ему не выжить, – многозначительным тоном предупредил меня фамильяр.

– Знаю. Шторм, как думаешь, стоит ли говорить Дориану, что он мой брат? – наконец-то у меня получилось собрать свои мысли и начать здраво рассуждать в сложившейся ситуации.

– А Эдриан? Он тоже твой брат, – напомнил дракон.

– Нет, Эдриан плевать хотел на то, что будет со мной, ему нужно лишь, чтобы Халлс его поддерживал, – с обидой проговорила я, – к тому же, неизвестно, где он сейчас. Может быть, готовит ответную атаку.

– Тебе не интересно, что сейчас происходит в Париссандре и как живут твои родители?

– Халлс бежал, Сара дальше преподаёт в Академии, студенты учатся, родители… приёмные родители, занимаются государственными делами, Джей спасает мир от преступников. А Джордан… Он, вероятно, ищет другие способы править миром. Жажда власти в нём неискоренима. Такова его суть. Не помня себя и своего прошлого, он готов идти ради этого по головам. И по сердцам…

– Я ведь чувствую, ты всё равно любишь его…

– Да, люблю, – с тяжёлым вздохом призналась я, – но это второстепенно. Несмотря на обман родителей, их я тоже люблю. Стала понятна причина многих вещей: холодность Миранды, нежная забота Питера. Я ему родная племянница, дочь его родной сестры Клары. Сестры… Моя мама. Родная мама, – повторила я, пробуя на вкус это осознание, – я с детства только слышала о том, что у папы была сестра, но никаких подробностей жизни и смерти они мне не рассказывали. Шторм, как получилось так, что она была любовницей короля?

– Тебе на этот вопрос сможет ответить только Питер, ну или Миранда Штерн.

Восемнадцать лет назад, когда королева ещё была жива, её муж завёл любовницу. Мне интересно, Дарелл любил мою маму или воспользовался ею? Что я – плод любви или ненависти? Мне хочется рассказать Дориану о нашем родстве, но боюсь, что он воспримет меня как угрозу своему правлению. Да и кто захочет знать, что у его отца есть незаконнорождённая дочь.

– Шторм! – вскрикнула я, заставив дракона поморщиться. – Джордан писал о том, что видел историю моего рождения из видения. Понимаешь? Видения! Алиандр тоже показал мне историю прибытия Падшего Ангела в наш мир в видении. А кто показал видение Джордану? Каллистрата? Но зачем? С какой целью? Она хочет, чтобы он правил Париссандром? – я пыталась сформировать свои предположения в какую-нибудь логичную теорию, задавая все эти вопросы вслух.

Душу царапнуло неприятное чувство. Ревность к богине? Встряхнула головой, прогоняя эту чушь. Нет, дело в чём-то другом. В том, что обычному человеку понять не под силу. Забавно, мы топчемся на этой земле, пытаемся из себя что-то представлять, а кто-то властный, своей незримой рукой передвигает наши фигуры, словно по шахматной доске. Они считают, что создали нас и имеют на это право? Размышляя о двух Создателях, всё больше прихожу к поразительным выводам: Алиандр дал мне дракона для того, чтобы уничтожить Джордана. Выходит, он стремится защитить наш мир. А Каллистрата? Богиня, которой я молилась всю свою жизнь, чего она пытается добиться? Какие преследует цели?

– Рейнхара, ты сейчас потеряешь мысль, которую хотела сказать, – Шторм выдернул меня из внутренних рассуждений своим замечанием.

– Да, верно. Скажи, можем ли мы попробовать попасть в закрытый Царкс, минуя Старксис?

– С какой целью? – это вопрос прозвучал от внезапно появившегося гостя.

Я резко обернулась на звук, Шторм приподнялся на лапах. Перед нами стоит мужчина, которого я видела один раз в жизни, но запомнила очень хорошо. Его ни с кем не перепутаешь. Высокий, в светлых просторных рубахе и брюках, босыми ногами идёт в нашу сторону. Его длинные смоляные волосы собраны в низкий хвост, чёрные раскосые глаза с интересом смотрят на нас.

– Царал, что Вы здесь делаете? – спросила я его удивленно. Неожиданное совпадение.

– Выгуливал своего шаркара и увидел вас. Твой дракон великолепен, Рейнхара, – с восхищением проговорил Кратор Малф.

– Благодарю, Царал, – вежливо ответила я, наблюдая за тем, как он внимательно осматривает Шторма, словно экспонат на выставке.

– Так что тебе нужно в моём государстве? – полюбопытствовал Царал.

– Простите. Мне жутко стыдно… – смутилась я и начала переживать о том, сколько он мог услышать из моего рассказа.

Для себя решила, что нужно общаться со Штормом дальше только телепатически, лишние уши могут быть даже в таких пустынных местах.

– Нет-нет, не извиняйся! Я тебе уже говорил, что двери моей страны открыты для тебя и твоего дракона. Более того, я прошу стать гостьей в моём доме.

– Царал… – запнулась я, вновь удивившись.

Оглядывая босого мужчину в свободных светлых одеждах, мысленно советовалась с драконом и с самой собой.

– Я разрешаю тебе обращаться ко мне по имени – просто Кратор. Договорились, Рейнхара? – с такой улыбкой обычно на ярмарках ушлые торговцы разные безделушки втридорога продают.

– Хорошо, Кратор, – тем не менее, согласилась, неуверенно произнося его имя. – Меня интересует лишь один вопрос, который я хочу задать Ульге. Я спрошу, и мы покинем Царкс.

– Старый медведь вряд ли поможет тебе – дух покинул его, – нахмурив брови, с грустью проговорил правитель Царкса.

Мне стало не по себе от осознания чужой смерти, но такова наша жизнь. По сравнению с парисами, оборотни и так живут намного дольше. А Джордан был близок с ведуном, должно быть он переживает из-за этого. Стоп! Я одёрнула себя. Какая мне разница, что он чувствует?!

– В Царксе есть и другие ведуны, – Кратор продолжал настойчиво уговаривать меня, – и не только они. Я сам смогу многому обучить тебя. Ваша связь с драконом может стать ещё более полезной, чём ты думаешь, – Царал вонзил в меня выжидательный взгляд чёрных раскосых глаз.

– Что Вы имеете в виду? – С недавних времён я перестала любить загадки.

– Соглашайся, – оборотень проигнорировал мой вопрос, – я гарантирую твою безопасность.

Поразмыслив, что мне нечего терять, кроме себя и Шторма, а потерять нас не так уж и легко, я решилась рискнуть.

Глава 2 Ответы иногда незримо лежат на поверхности

Рейнхара

Взобравшись по мощным чешуйчатым крыльям на дракона, я села в седло и закрепила себя ремнями. Образ Царала лёгкой дымкой плавно подёрнулся в пространстве и спустя миг землю вминали уже две пары огромных лап. В первую нашу встречу, вид шаркара шокировал меня своими размерами. Сейчас же, когда Шторм вырос и я привыкла к нему, восьмиглавый дракон уже не кажется монстром. Они примерно одного размера со Штормом. Затрудняюсь даже судить, кто из них больше.

Полёты на драконе дарят невероятные ощущения. Я полюбила небеса, их лёгкость и свободу. Запредельная сила ветра выбивает из головы все мысли, это помогает мне отдохнуть от своей боли хотя бы на время. Прорезая облака, мы летели за шаркаром. Вначале был просто спокойный воздушный заплыв, но Царалу, вероятно, это показалось очень скучным. Я не сразу поняла, что его дракон играет. Шаркар сделал резкий поворот в нашу сторону, словно вот-вот врежется в нас. Интуитивно почувствовала, как Шторм напрягся, но в последний момент шаркар отклонился, перевернулся и снова полетел впереди.

– Шторм, и как тебе этот финт? – возмущённо спросила у дракона.

– Не знаю, но хотел бы отомстить, – прорычал он.

– А давай! Покажи, что ты можешь! – дала я волю лапам и крыльям своего дракона.

Шторм сделал рывок вперёд, а я немного пригнулась, потому что от скорости, которую развил дракон, встречный поток ветра начал больно ранить глаза, и они начали слезиться. Шторм догнал шаркара, крылом ударил по его хвосту и резко сбавил скорость. Царал развернулся и ринулся в нашу сторону. Игра драконов стала напоминать кувырки и ныряния, только вместо морских глубин у них было воздушное пространство. Я не сразу обратила внимание на то, что мы сейчас пролетаем над Париссандром, и жители, вероятно, обратили внимание на двух огромных драконов. Я вся сжалась внутри от того, что вскоре наш путь будет пролегать над Старксисом, но опасения не подтвердились. Шаркар резко свернул, и мы полетели по касательной до тех пор, пока восьмиглавый дракон не сбавил немного скорость и не выпустил огненные струи из пасти. Пространство впереди окрасилось голубым сиянием, а потом, подобно стеклу, рассыпалось призрачными осколками, открывая перед нами вдали вид ночного побережья, сияющего голубым светом кристаллов, и скалы, омываемые океаном, верхушки которых местами покрыты белым инеем. Мы влетели внутрь и «стекло» позади снова стало цельным. Выходит, в Царкс можно попасть только с помощью порталов, что сильно экономит время, сокращая внушительное расстояние до этой удивительной страны.

Я поёжилась от холода и обрадовалась, когда Царал начал резко снижаться. Шторм последовал за ним. Чем ближе мы приближались к земле, тем теплее становилось. А ведь у меня с собой нет ни денег, ни одежды. Я привыкла в тёплых краях обходиться стихиями для стирки и чистки одежды. Нужно снова озадачиться поиском работы. Вдруг кому-нибудь из царксов нужен маг с тремя стихиями? Гроза – моя основная магия, Вода от родной мамы и, почему-то, я всё ещё могу управлять Воздухом. Вероятно потому, что я подчинила себе эти десять процентов, хоть они мне и не принадлежали. Это стихия Миранды Штерн. Родители… Я встречусь с ними, только позже, немного попозже. Мне нужно немного времени, чтобы набраться смелости посмотреть им в глаза. Они сделали всё для меня, выполнив просьбу моей мамы. Возможно, Миранда права – я чересчур импульсивна, позволяю эмоциям брать над собой верх, поэтому совершаю необдуманные поступки.

Приземлившись, Царал встречал меня уже в образе мужчины. Он подал мне руку, помогая спрыгнуть с крыла Шторма.

– Благодарю, Кратор. Мне всё ещё неудобно быть Вашей гостьей. Мы точно не обременим Вас своим присутствием? – Не знаю, зачем я опять спрашиваю, все равно мы уже здесь.

– Рейнхара, если ты ещё раз поднимешь эту тему, нанесёшь мне этим огромнейшее оскорбление, – на этой фразе он поднёс тыльную сторону моей руки к губам и поцеловал.

Мне стало немного неловко, а Царал повёл себя так, словно этого поцелуя требует только этикет, и я заставила себя расслабиться. Мы зашли внутрь его дворца. Навстречу к нам вышел немолодой мужчина в светлых одеждах, больше похожих на форму, и плетёных сандалиях на ногах.

– Эвео, нужно подготовить комнату для моей гостьи и подать нам ужин. Снаружи у нас ещё один гость, позаботьтесь о нём, накормите и напоите, – распорядился Кратор, обувая такие же плетёные сандалии, как у Эвео.

– Будет сделано, – прислужник поклонился и удалился выполнять поручения.