Бабушка в законе

— И то и другое. Но вначале проверьте номер подрядчика. Не звоните на номер с нового письма, если у вас есть прежний договор.

Ремонтник стоял в стороне с чемоданчиком инструментов. Он уже перестал ругаться и теперь наблюдал, как взрослые люди учатся договариваться без тайного прохода через забор.

Через пять минут сервисная компания подтвердила его фамилию и замену заболевшего коллеги. Начальник эксплуатации нашёлся: разговаривал в подземной стоянке, где не ловила связь. Разовый пропуск оформили, сопровождение назначили. Мастер ушёл к холодильникам и через сорок минут сообщил, что проблема в датчике, а не в самом агрегате. Температура не успела превысить допустимый диапазон.

— Ну что? — спросил Степан, когда Антонина Павловна возвращалась к машине. — Правильно я его не пустил?

— Правильно, что не пустили без проверки. Неправильно, что по правилам проверять было некому. И ещё неправильно, что вы втроём собирались отключить сигнализацию, чтобы она вам не мешала.

— Это не я предлагал.

— Знаю. Вы предложили позвать Шатова. После истории с холодильником мне особенно приятно, что ему вы не доверили термометр.

Степан хмыкнул, но потом неожиданно спросил:

— А если бы товар испортился? Кто виноват?

Антонина Павловна посмотрела на выстроенные в ряд ключи. Ей хотелось дать короткий и строгий ответ. Но короткого честного ответа не было.

— Разбирались бы, кто и что должен был сделать, — сказала она. — Не искали бы самого маленького по должности. И на будущее у аварийной заявки должен быть такой порядок, чтобы никто не выбирал между безопасностью и сохранностью товара.

На следующий день Дорохов утвердил список ответственных за экстренный допуск и их замещающих. Ирина повесила возле проходной одну страницу с телефонами. Степан читал её минут десять и остался доволен: наконец появилась бумага, которую он мог использовать без совета всей компании.

Позже Дорохов доложил, что часть старых пропусков уже аннулировали. Но перед этим выгрузили сведения о посещениях и сохранили исходные журналы. Эта аккуратность нравилась Антонине Павловне. Она сама однажды устроила в магазине скандал из-за украденных шоколадок, а потом выяснила, что коробку переложили за холодильник. С тех пор старалась не начинать с приговора. Обычно удавалось.

Дома она переписала в блокнот четыре фамилии и рядом нарисовала маленький знак вопроса. Затем взяла ручку другого цвета и подчеркнула отдельно: «Нельзя путать подозрение с доказательством».

Эту мысль она, кажется, впервые за много лет решила направить не против сотрудников, а против самой себя.

Глава 10. Цена спокойствия

Предложение Шатова принесли не курьером, а через адвоката. Тот заранее позвонил Павлу, назначил встречу в кафе рядом с юридической конторой и, едва сев, положил на стол запечатанный конверт.

— Это окончательные условия, — сообщил он.

— Само слово «окончательные» я слышал уже дважды, — ответил Павел.

— Теперь действительно окончательные.

Внутри лежал проект сделки на сорок миллионов рублей и сопроводительное письмо. Шатов предлагал оплатить покупку быстро, но требовал подписать соглашение о конфиденциальности, отказаться от требований к прежнему руководству и прекратить аудит «в целях сохранения деловой репутации общества». Срок для ответа — сорок восемь часов.

— Иначе? — спросил Павел.

Адвокат сложил руки на столе.

— Иначе мой доверитель не сможет гарантировать благоприятную обстановку для переговоров.

Павел медленно убрал письмо обратно в конверт.

— Я правильно понимаю, что это ваша формулировка?

— Это предупреждение о рисках.

— Тогда запишите, что мы услышали его именно так. И в дальнейшем любые предложения направляйте письменно.

Он переслал Антонине Павловне фотографии документов, не дожидаясь конца встречи. Та была у Валентины, где помогала перевешивать кухонную полку.

— Сорок миллионов, — произнесла Валентина, увидев сумму. — Тоня, это же целая жизнь.

— У меня она уже есть. Не вся, конечно, но своя.

— Может, возьмёшь? Раз уж предлагают. Сколько можно переживать?

Антонина Павловна затянула последний шуруп и осторожно отпустила полку.

— У Ильи тоже была жизнь. Её вот никто выкупить не предложил.

Валентина поставила чайник. Несколько минут они работали молча: одна убирала инструмент, другая протирала пыль там, где раньше висела полка.

— Ты ведь понимаешь, что у них денег больше, чем у тебя? — спросила Валентина.

— Понимаю.

— И людей своих наверняка хватает.

— Наверняка.

— Тогда почему ты такая упёртая?

Антонина Павловна села.

— Потому что я ему когда-то сказала, что он связался не с теми. Потом три года ждала, когда первый придёт мириться. Теперь думаю: может, он и сам ждал. Я не знаю, Валя. Не знаю, что там у них случилось. Но если я сейчас подпишу их бумажку, то никогда не узнаю.

Подруга пододвинула ей чашку.

— А может, знать и не надо?

— Может. Только я всю жизнь учила людей отвечать за недостачи. Неправильно на старости лет делать исключение для самой большой.

Ответ Шатову она подготовила вместе с Павлом: от продажи доли отказывается, аудит продолжится, любые спорные вопросы должны решаться законными способами. Дорохову она отдельно поручила подготовить сведения о финансовых операциях для обращения в компетентные органы после проверки их достоверности.

На следующий день в компании произошло сразу три события, которые по отдельности могли показаться обычными. Один крупный клиент неожиданно приостановил поставки. Подрядчик по ремонту техники отказался выходить на объект без полной предоплаты. Банк запросил дополнительные пояснения по некоторым операциям.

Дорохов считал, что события связаны с конфликтом участников. Павел просил не делать поспешных выводов. Антонина Павловна нашла в этой ситуации один очевидный недостаток:

— Если все разом заболели, значит, у нас плохая профилактика.

Она настояла на прямых переговорах с клиентом. Без угроз, без закулисных звонков. Дорохов показал текущие отгрузки, объяснил изменения в управлении и подтвердил готовность выполнить договор. Выяснилось, что клиенту накануне звонил неизвестный человек, представившийся «старшим партнёром», и посоветовал искать другого перевозчика.

— У нас таких партнёров по документам нет, — сказал Дорохов.

— Значит, у кого-то очень разрослась должность, — ответила Антонина Павловна.

Клиента удалось удержать. С подрядчиком договорились о поэтапной оплате после проверки выполненных работ. Банку предоставили документы. Вечером Антонина Павловна впервые за месяц почувствовала удовлетворение: не потому, что кого-то перехитрила, а потому, что оказалось можно решать проблемы без крика.

После переговоров с клиентом она зашла в складскую столовую. Здесь пахло супом, жареным луком и свежим хлебом. За дальним столом сидели механики, а за ближним две женщины из отдела логистики обсуждали детские оценки. Разговоры смолкли, когда Антонина Павловна появилась в дверях.

— Что за тишина? — спросила она. — Раньше здесь по четвергам хор репетировал?

Повариха по имени Нина предложила ей котлету и картофельное пюре. Антонина Павловна приняла предложение, заплатила как обычный посетитель и уселась возле окна. Через несколько минут механик осмелился пожаловаться на задержку поставки деталей.

— Я слышала, — сказала она. — Дорохов сейчас этим занимается.

— А если опять не привезут?

— Тогда будем искать другого поставщика. Но денег за непривезённое не заплатим.

— Раньше платили, — заметил механик и тут же испугался своей откровенности.

— Вот потому и будем искать другого.

Ели молча. Затем повариха принесла компот, хотя Антонина Павловна его не заказывала.

— За счёт столовой, — сказала Нина.

— Нельзя за счёт столовой. У столовой тоже бухгалтерия есть. Запишите мне в чек.

— Да там двадцать рублей всего.

— А если каждый день по двадцать, к Новому году сами удивитесь.

За соседним столом рассмеялись. Нина покачала головой, но внесла компот в чек.

Смех за соседним столом закончился, но механик, который обмолвился о непривезённых запчастях, так и не вернулся к еде. Он аккуратно сложил ломтик хлеба пополам и смотрел в тарелку. Антонина Павловна заметила это сразу.

— Вы ведь хотели что-то сказать, — обратилась она к нему.

— Я уже сказал лишнее.

— Лишнее — это когда человек рассказывает, как ему не понравился чужой отпуск. А вы про запчасти. На предприятии без них обычно мало удовольствия.

Механика звали Евгением, и он, немного поколебавшись, показал список неисправных машин. В нём было семь позиций. По двум уже имелись оплаченные счета, но в мастерскую ничего не приходило. По третьей товар доставили, только деталь оказалась неподходящей. Евгений отправлял заявку на возврат и получил распоряжение «не осложнять взаимоотношения с поставщиком».