Пепел былой любви. Откровенная история

Внутри проснулся вулкан и эмоции, аналогично раскаленной лаве, требовали выхода наружу.

Орать. Кричать. Мне хотелось услышать хруст сломанных костей.

И меня прорвало.

– Сука! Сучка! Дрянь! – не выдержав ядерного коктейля эмоций, ударил несколько раз кулаком по рулю и панели. – Аааа. ПОЧЕМУ? ПОЧЕМУ ОН?

Уже пять лет отсутствие ответов скручивали в бараний рог. Это пазл который не собрался и зияющая пустота разрывала на части.

А сейчас штырило, как озабоченного подростка, поправил рукой пах.

Я ведь, действительно проезжал мимо, ехал от родителей Санька.

И точно не планировал наведываться в семейное гнездышко Севериных.

Для меня это слишком.

Предки друга позвали на ужин – отказ не приемлем, а я не был против.

Родители Санька тепло встретили – вкусная, домашняя еда, уютная обстановка и не поддельная любовь между близкими.

На самом деле, я уже забыл, какого это, собираться за столом и в кругу людей, которые не ждали выгоды.

Полностью расслабившись, непринужденно вести диалог, делиться ощущениями и выключив словесный фильтр, не ожидая подставы – для меня большая роскошь. И потому, не сразу удалось перебороть внутренний барьер – самоконтроль мать его.

После плотного ужина мы перебрались на свежий воздух. На заднем дворе релаксировали у бассейна, распивая виски и обсуждая какие-то нелепости.

О работе не говорили – обсуждений хватало в течение дня.

Так и засиделись до утра, не сомкнув глаз под открытым небом.

А тут сама судьба вмешалась, устраивая проверку – провальную, как оказалось.

Заметил выезжающий автомобиль со двора роскошного особняка.

И меня передернуло.

Кроме Северина в салоне машины, находились малыши и они двинулись в сторону поселочного выезда.

Понятия не имел сколько, просидел в мерсе, опустошая пачку с сигаретами.

Борясь с соблазном поиграть в кошки мышки и увидеть ее перед грядущей бурей – я проиграл самому себе. Изначально.

За каким хером поплелся в проклятый дом, для меня оставалось загадкой, но в чем был уверен наверняка – меня бы остановила только смерть.