Пепел свободы

– Вы мерзкие и двуличные идиоты!

– Алехандро, что происходит?!

Мы одновременно обернулись на стальной голос, доносящийся с лестницы. Аарон стоял на нижних ступенях со сжатыми кулаками и метался взглядом между мной и Алехандро.

– Почему ты так говоришь? Тебя кто-то обидел? – недоумённо уточнил Алехандро, приподняв бровь.

Браво! Несите оскар за великолепную игру! Стиснув зубы, я развернулась и быстро пошла в сторону выхода. Меня буквально разрывало на кусочки от пожирающей ярости. Ну как можно быть такими подонками? Оставив за собой шум толпы и раздражающую музыку, я вылетела на улицу. По телу побежали маленькие мурашки, приветствуя ночной холодный ветер. В это время суток страшно ездить одной, поэтому мы с Рози всегда рассчитывали только на себя. Переминаясь с ноги на ногу, я достала телефон, чтобы вызвать такси. Колени болезненно щипало. Я осмотрела маленькую рану, из которой сочилась кровь. Отлично! Теперь главное – незаметно пробраться мимо отца. Увидя мой внешний вид, у него наверняка возникнет масса вопросов. Ожидая машину, я стала поглядывать по сторонам. Трусихой меня было сложно назвать, но почему-то сейчас всем нутром чувствовала жуткое ощущение, что за мной следят.

Недалеко от входа в дом, прислонившись к дереву, стоял мужской силуэт. Его рука медленно поднималась и опускалась. Увидев яркий огонёк, я поняла, что он курит. Мозг захлестнула волна адреналина: «Уходи!». Я уже потянулась к телефону, чтобы отменить заказ, но в этот момент на территорию въехало жёлтое такси. Входная дверь особняка с грохотом распахнулась. Музыка, смех и гул голосов вырвались наружу. На пороге возник Аарон. Цепким взглядом он обвёл двор и наткнулся на меня. Челюсти сжались, а брови сдвинулись к переносице. Он начал спускаться по лестнице, но вдруг замер. Его глаза сузились, фокусируясь на мужчине у дерева. Я проследила за его взглядом. Незнакомец не шевелился, но выглядел весьма напряжённо. Аарон сжал кулаки, и я поняла: они знакомы. Только врагу или близкому человеку можно посылать такие уничтожающие взгляды, полные ненависти.

– Стой, где стоишь, Ортего.

Я выгнула бровь и цокнув языком, обернулась:

– Приблизишься, и я расцарапаю тебе лицо.

Он равнодушно фыркнул, сделал ещё один шаг ко мне и достал ключи от машины:

– Я отвезу тебя.

От наглости мерзавца на моём лице растянулась обескураженная улыбка:

– Мне ещё рано ехать в ад, а ты ведь туда и направляешься?

Рейес выгнул бровь:

– У тебя есть вариант поехать со мной или с незнакомым мужиком. Время ночное, и бог его знает, какие мысли у этого таксиста.

Нагло ухмыльнувшись, он проследовал к своей машине.

Самовлюбленный болван!

– Я поеду даже с маньяком, лишь бы не с тобой! – язвительно выплюнула я и скользнула на заднее сиденье жёлтого автомобиля.

– Доброй ночи, сеньорита! – приветливо улыбнулся водитель.

– Я бы так не сказала. Прошу Вас, уедем отсюда скорее.

Аарон стоял с напряжёнными кулаками и хмуро смотрел на отъезжающее такси. Никогда, Рейес, я не позволю со мной так обращаться!

Глава 3

Ничего не будет, как прежде

– Доброе утро, пап! – я распахнула дверь кухни, и в лицо ударил тёплый аромат свежезаваренного кофе и чего‑то жареного.

– Привет! – отец обернулся от плиты, шагнул ко мне, и щёлкнул по носу.

Я присела на высокий барный стул и прикрыла зевающий рот ладонью.

– Итак, у нас на завтрак не только кофе, но и тортилья. Ты весь светишься, и, судя по всему, у тебя отличное настроение. В чём подвох? – я приподняла бровь, разглядывая его.

Его бархатистый смех заполнил кухню. Покручивая вилку в руке, я почувствовала тот самый невообразимый аромат с нотками корицы. Его я узнаю из тысячи.

– Ты приготовил горячий шоколад?! – я изумлённо вытаращила глаза.

Он лишь загадочно улыбнулся и приступил к завтраку. Седые пряди на его висках переливались в утренних лучах солнца.

– Может, всё-таки расскажешь, в чём дело? – я не выдержала паузы.

Он не спеша начал класть себе кусочки тортильи в рот, чем сильно меня выводил.

– Я получил приглашение на парижский аукцион, где представят моё оружие, – с гордостью произнёс отец и его глаза вспыхнули.

Кусок еды застрял у меня в горле.

– Это же потрясающе! – я кинулась обнимать его. – Не представляю, какие деньги крутятся на этих аукционах! Расскажешь подробнее?

– Обязательно. Немного позже мы обо всём поговорим, а теперь… – он на секунду замолчал и ехидно улыбнулся, – Кто последний выбежит из кухни, тот моет всю посуду! – и рванул к лестнице, громко смеясь.

– Ах, ты…! – сузив глаза, я крикнула ему в след, – Так нечестно, сеньор Ортего!

Оказалось, что всю прошлую ночь мой мобильник был выключен. Чёртова зарядка! Экран загорелся, и на меня обрушились десятки сообщений и пропущенные звонки. Поёжившись от мысли, что меня сейчас ждёт, я набрала номер подруги.

– Я скоро кину тебя в «чёрный список» своей жизни! – раздался её гневный голос.

– Мне нет пощады, согласна с тобой.

– Ты ещё и язвишь? Серьёзно? – голос становился всё громче, – Я вчера подняла на уши всех, кого могла.

Я рассмеялась, но поспешила реабилитироваться:

– Рози…

– О, нет! Ты считаешь, я закончила свою гневную тираду? Подумала, что так легко отделалась? Хорошо, что додумалась подойти к Креспо, и узнать, может быть, он видел тебя.

– Ты разговаривала с Алексом? – я невольно напряглась.

– Да, я разговаривала с Алексом, – язвительно передразнила она, – Он рассказал, что ты была не в себе. Погоди-ка, а с каких пор ты называешь его «Алекс»?

– Мне надо многое тебе рассказать, – я глубоко вдохнула, готовясь к потоку вопросов.

На удивление за последние десять минут Рози ни разу не перебила мой монолог, лишь изредка вздыхала в трубку.

– Вот кретин! – подытожила подруга, когда я закончила.

– Никому не позволю так обходиться со мной, – от злости, я стукнула кулаком по столу. – Мы ещё посмотрим кто кого, Аарон Рейес.

***

Двенадцать часов назад…

Аарон

В темноте вспыхнул ярко-оранжевый огонёк. Комнату наполнил терпкий табачный дым, завиваясь кольцами вокруг меня. Я наблюдал в окно за танцующими телами во дворе особняка. Они извивались, смеялись, для них это развлечение – прожигать жизнь на таких вечеринках. Меня раздражали парочки, жадно целующиеся в тени колонн, будто им не хватало денег на отель. Их торопливые ласки выглядели дешёвой пародией на страсть. Мои интересы сильно отличались от собравшихся здесь людей. Всё это веселье я бы с удовольствием променял на несколько дней одиночества. Выпустив серый дым, я устало потёр лицо. В очередной раз Алекс подослал ко мне студентку – знает, что я принципиально не сплю с ними. Меньше всего мне хочется стать главным героем университетских сплетен. Ради веселья, друг раз за разом даёт деньги студенткам, а те радостно бегут раздвигать передо мной ноги. Идиотки. Поэтому каждый раз, я сую им деньги – причём в два раза больше, чем Алекс, – и велю свалить в закат. Забавно что друг об этом знает. До сих пор не могу понять нахрен он это делает. Но сегодня одна светловолосая фурия решила разыграть сцену. Хм… Почему бы не подыграть? Обычно девушки всем своим видом показывают готовность сдаться, а эта решила пойти по иному пути. Ну что ж, игра началась.

И вот, спустя время я стою и смотрю, как болван на отъезжающее такси. Маленькая дрянь! Но надо признать – она смогла меня удивить.

Выруливаю на центральную дорогу. Ночной воздух струится в приоткрытое окно, принося запах моря и разогретого асфальта. В салоне раздаётся резкий звук входящего вызова.

– Слушаю.

– Рэй, что ты сделал с ней? Какого хера ты вообще забыл в доме?! Ты же презираешь эти вечеринки! – голос Алекса прогремел на весь салон авто.

Я усмехнулся, глядя на пустую дорогу:

– Алекс, я повторю последний раз. Если попытаешься снова подослать кого-нибудь из университета, я отрежу тебе пальцы и скормлю своему псу. Ясно?

– О чём ты? Я перестал это делать, с тех пор как та брюнетка убежала в истерике. Признаться, я тогда неплохо от неё получил, – друг глухо засмеялся.

– Алехандро, я, по-твоему, идиот? Думаешь поверю, что Ортего сама поднялась ко мне в комнату?

– Подожди, подожди, – он тяжело вздохнул, – Только не говори, что всучил ей деньги и вышвырнул за дверь?

– Она не взяла их. Само собой.

– Ты идиот! Ну полный кретин!

– Она сказала примерно то же самое.

Сбросив звонок, я откинул телефон на сиденье. Надо признать, с девицей вышло погано. Развернув машину, я поехал туда, где, наконец, могу быть собой. Огни города, быстро сменяли друг друга. Машина плавно неслась по ночным улицам Барселоны, тело расслаблялось, а руки крепче сжимали руль. Всё было идеально и правильно. Припарковав машину около дома, я бросил взгляд на часы. Надеюсь, мать уже спит. Достав из кобуры пистолет, я переложил его в бардачок. Смотря на небольшое здание, покрытое зеленью, я каждый раз вспоминаю, как перевёз сюда мать. Мой отец был богатым и скромным человеком, и как мог, участвовал в моём воспитании. Мы не были счастливой, дружной семьёй. Уже в то время у нас были слишком разные взгляды на жизнь. Он часто изменял матери, прикрывая свои похождения – бизнесом. Но в какой-то момент он посчитал не делать даже этого. И уже открыто предпочитал матери более молодых пигалиц. Всё чаще и чаще, я замечал выходящую из его кабинета маму в слезах. Постоянно видя её в таком состоянии, мои нервы сдали. Помню тот день, когда решил откровенно поговорить с отцом. Но зайдя в кабинет и увидев сцену, представшую передо мной, все рычаги слетели к чёрту. Отец держал мать за горло, прижимая к стене, а её ноги еле касались пола. Она сдавленно хрипела и умоляла отпустить. Вот здесь, наверное, и перевернулся мой и без того обезумевший мир. Прирезать, убить, расчленить. Я жаждал его крови. Заметив меня, он отошёл от мамы и спрятал лицо в ладони. Ни черта не соображая, я подлетел к ней и велел собирать вещи. Она двигалась медленно, смотря в одну точку, крепко прижимая свои пальцы к шее. Как только дверь захлопнулась я рванул к отцу и схватил его за ворот рубашки. Беспрерывные удары сыпались на отцовское лицо, в то время как его тело распласталось на ковре. Не позволю! Никому не позволю трогать самое святое в своей жизни! Когда ярость и демоны взяли верх, я посчитал, что лица для этого ублюдка будет мало. Он не сопротивлялся, не пытался встать. Будто принимал всё, что я с ним делаю. Он принимал свою плату. Я закончил, когда его тело и глаза совершенно не проявляли жизни. Смотря на окровавленную одежду, я почувствовал, что плачу. Молча. В одиночестве. С пустотой в душе и сердце. Помню, как собрал все свои вещи и помог матери перетащить чемодан в машину. Она сидела тихо, не издавая ни звука. Ни слёз, ни истерики, ни-че-го. Я ехал по ночной дороге, то и дело поглядывая на её лицо, которое, кажется, стало ещё более мрачным от света уличных фонарей. В то время я уже не зависел финансово от отца, поэтому спустя несколько дней я арендовал этот дом. Видел, как в глазах родительницы вспыхнул огонёк радости, когда она впервые увидела его. С тех пор это единственное место, где я могу позволить снять с себя все маски.

Потушив сигарету и повернув ключ в замке, я вошёл в дом.

***

– В смысле вы отменяете заказ? – кричу я, стоя в тёмном проулке.

Стены старых домов возвышались надо мной, словно каменные статуи. Редкие фонари тонули в сумраке, отбрасывая пугающие тени. Сердце гулко забилось, когда я окинула взглядом район.

– Простите, сеньорита, колесо спустило, придётся ехать в мастерскую, – ворчит в трубке таксист.

– Просто восхитительно! – сбрасываю звонок и пытаюсь вызвать другое такси.

Но кажется в этот район они вовсе не приезжают, потому как прошло уже минут пятнадцать, а на мой вызов никто не реагирует. Ладно, чёрт с ними, пройду пару улиц и выйду к центру, там наверняка есть свободные машины. А всё из-за грёбанного экзамена! Ради редких материалов мне пришлось ехать в самую дальнюю и старинную библиотеку города. В окнах домов уже загорелся свет, солнце давно опустилось за горизонт, а на небе появились первые звёзды. Плотнее сжав ремешок сумки, я на всякий случай несколько раз обернулась. Район здесь так себе. Свернув на тихую улицу, где стояли лишь частные дома с покосившимися заборами, я заметила впереди мужской силуэт. За ним – ещё один. Тошнотворное предчувствие скрутило желудок. Я замедлила шаг, наблюдая. Мы шли втроём по пустынной дороге – два незнакомца впереди, а я в десятке метров позади. Вдруг в руке одного из них что‑то блеснуло. Прежде чем я успела осознать, мужчина замахнулся на идущего впереди парня.

– Эй! Сзади! – кричу во всё горло, бросаясь вперёд.

Парень резко оборачивается. В этот момент из кустов вылетает огромное, чёрное нечто. Останавливаюсь, громко дышу, упираясь руками в колени. Доберман – огромный, мускулистый, с блестящей шерстью и горящими глазами – накидывается на мужчину с ножом, вцепляясь в руку. Парень стоит неподвижно, наблюдая за схваткой с холодным спокойствием.

– Держать, Кай, – раздаётся его чёткий приказ.

Нормальный человек на моём месте уже бежал бы без оглядки. Но я застыла, будто прикованная к месту. Адреналин пульсировал в висках.

– Вы в порядке? – тревожно озираюсь по сторонам в надежде позвать кого-нибудь на помощь.

Но парень будто не слышит меня. Его прищуренный, цепкий взгляд прикован к извивающемуся мужчине. А я всё ещё пребываю в шоке от здоровенного, разъярённого пса.

– Хороший мальчик, – с ледяным спокойствием цедит хозяин собаки.

Я подхожу ближе и наконец вижу лицо парня, когда с его головы спадает капюшон.

– Ты?! – глаза округляются.

Наконец он замечает меня, поворачивается и склоняет голову:

– Ортего? – полсекунды он удивлённо смотрит в глаза, а затем возвращает взгляд на мужика, – Пусти, Кай.

Доберман мгновенно разжимает пасть и занимает место у левой ноги Аарона. Я очень люблю собак, правда, но сейчас глядя на эту здоровую псину со сверкающими глазами мне стало не по себе. Аарон склоняется к мужчине, сжимает в кулаке его куртку и со злостью бьёт по лицу.

– Ты что делаешь?! – бросаюсь к нему.

– Кто тебя прислал? – пророкотал Рейес, продолжая наносить удары. – Говори, тварь!

– Святые небеса, ты что больной?! – истерично кричу, хватая его за плечо. – Давай полицию вызовем?

– Отойди. От меня.

Его низкий, хриплый голос пробирает до костей. Аарон медленно, хищно переводит на меня прищуренный взгляд. Я чувствую, как под моими пальцами напрягаются его мышцы.

– Отойди, – сквозь зубы цедит он.

Поймав ещё один гневный взгляд, я машинально отступаю. Изо рта мужика летел отборный мат вместе с проклятьями, пока он пытался содрать со своей руки собачью пасть. Аарон переводит взгляд с меня на нож, лежащий на земле. Подняв его, он с интересом начинает рассматривать рукоятку.

– Заткнись, – прошипел он, надавливая ножом на горло мужика. – Ты ведь арагонец?

Но в ответ мужик лишь осклабился, показывая кровавые зубы:

– Мы пришли за вами. Мы намного ближе, чем ты думаешь.

Мужик сипло заржал, давясь от кашля, а я ошарашенно отпрянула от них. Рейес перехватывает его руки и придавливает горло коленом.

– Тебе стоит уйти, – похоже эта фраза предназначена мне.

– Что всё это значит? Что происходит?! – трясущимися пальцами открываю сумочку, чтобы достать телефон. – Чёрт, хватит, я вызываю полицию!

– Кай, – одно слово, а у меня мороз по коже, когда пёс поворачивает голову в мою сторону, обнажая клыки. – Ортего, убирайся отсюда. Прошу тебя.

Губы Аарона дёргаются, но он продолжает хмуро смотреть на ненормально хохочущего мужика. Грудную клетку сдавило от нехватки воздуха, я вцепилась пальцами в ремень сумки и сделала шаг назад. Самым правильным решением для меня было бежать, поэтому в следующую секунду я так и поступаю, сорвавшись с места. Не припомню, когда мне доводилось так быстро бегать, наверно только в детстве. Минуя улицу за улицей, я остановилась на перекрёстке и поняла, что от страха пропустила нужный поворот.

– Ортего! – вздрагиваю и резко оборачиваюсь на мужской голос.

Всматриваюсь в темноту и вижу силуэт Аарона, а рядом с ним пса.

– Что за… Как ты нашёл меня?

Чёрт, как назло, вокруг никого нет. Не понимаю, все барселонцы вымерли что ли?!

– Тебя почуял Кай, – он улыбнулся и с грубой лаской потрепал пса за ухом.

Надо же, хоть с кем-то этот придурок бывает добрым.

– Где мужик? Что ты с ним сделал?

– Притормози с вопросами, красавица, – идиот усмехается, опуская взгляд на добермана, бродящего по газону. – На будущее: не стоит гулять одной в такое позднее время.

Аарон выходит из темноты, гипнотизируя меня оливковым взглядом. Тусклый свет от фонаря падает на его смуглое лицо. Красивое лицо, чтоб его.

– Я не боюсь тебя, – а сама глупо пячусь к дороге. – Так ты ответишь на вопросы?

Его губы слегка подрагивают в улыбке, едва заметной, но от этого ещё более пугающей.

– Ночь не обнажает души – она сдирает маски. Сомневаюсь, что ты готова увидеть тех чудовищ, что живут в ней.

– И что это значит? – бормочу я.

Он что, накурился какой-то дряни? Аарон поднимает руку и щёлкает пальцами. Пёс тут же возвращается к нему, а я замечаю кровь на мужских костяшках. Опустив взгляд, разглядываю его одежду, и вижу рукоятку ножа, торчащую из-за пояса джинсов. Липкий страх сжимает горло.

– Ты… – ещё шаг назад, – Ты что убил его? – последние слова проговариваю шёпотом.

Аарон заметно удивляется. Его брови взлетают вверх, а губы искажаются в гримасе.

– Я, конечно, бываю кретином, но я не убийца, Ортего.

Скривился так, будто ему действительно неприятна сама мысль, что я могла такое подумать. Он замечает мой подозрительный взгляд, направленный на нож.

– Я его обезоружил, Алексия. Не более.

Пауза между нами затянулась. Только гуляющий ветер между домами, будто понимал наш немой диалог.

– Всё это очень странно. И ты… – сглатываю, – Странный.

– Если хочешь, мы проводим тебя до дома, – предлагает он, оставив мою фразу без внимания.

– Вот уж обойдусь. Тем более меня ждёт такси, – лгу я, – А тебе было бы неплохо обработать руку.

Не дожидаясь ответа, я обхожу парня и быстрыми шагами направляюсь к нужному повороту.

Глава 4

Сказка только начинается

Во сне чувствую, как крепкие мужские руки водят по талии. Он стоит сзади, и я не вижу его лица. Незнакомец делает глубокий вдох около шеи, перекидывая мои волосы на другое плечо. Я слегка наклоняю голову, дав возможность ближе припасть ко мне. Томная усмешка раскалывает тишину. Электрический разряд вспыхивает между нами. Другой рукой он медленно проводит по предплечью, клеймя кожу мягким поцелуем. Крупные импульсы бьют тело, и наглец чувствует это. Его тяжёлое дыхание обжигает, а руки развязно блуждают по талии и бёдрам.

– Отдайся мне, Ортего.

Знакомый, хриплый голос вплетается в шум волн. Закрыв глаза и вдыхая аромат его присутствия, я бесстыдно наслаждаюсь каждой лаской и поцелуем. Но повернув голову, сталкиваюсь с чёрным, горящим взглядом. В секунду ярость затмевает похоть. С силой отталкиваю мужчину и делаю шаг назад.

– Никогда!

Но он ничего не отвечает, лишь беззвучно ступает за край темноты, растворяясь в ней, словно тень.

…Кофейня за углом университета привычно моргнула вывеской. В такой дождливый день народу в заведении было предостаточно: студенты с ноутбуками, пары под зонтами и офисные работники в промокших пиджаках. Мы прошли за единственный свободный столик на веранде под навесом. Я сделала заказ и стала разглядывать кофейню. Бедный бариста Люсио еле успевал отдавать заказы приходящим клиентам, параллельно делая напитки для сидящих внутри посетителей. Встретившись с ним глазами, я улыбнулась и помахала рукой. Сегодня мы с Рози обе были не в духе, поэтому молча наслаждались своими напитками. Капли дождя быстро стекали с навеса, ударяясь о деревянные поручни. Жители спешили покинуть холодную улицу и найти укрытие.

– Алексия, Розетта, рад вас видеть!

Ну отлично! Я повернула голову и кивнула Алексу в знак приветствия. После его поступка неприязнь немного утихла, но куда больше меня раздражал его напарник, стоящий рядом как истукан. По тёмным волосам стекают капли воды, чёрная кожанка добавляет мрачности в его образ. Глаз не сводит с меня, а у самого на щеках желваки ходуном ходят. Интересно, он вообще когда-нибудь улыбается, придурок.

– Здравствуй, Алехандро! – нервно выпалила Рози, опуская лицо и пряча раскрасневшиеся щёки.

Что это с ней?

– Алексия, я хотел бы принести тебе извинения за ту вечеринку, – он склонился, выдав сожалеющий взгляд. – Пожалуйста, поверь, вышло недоразумение. Мы не совершали того, о чём ты думаешь.

Я смотрела на парня, пытаясь распознать в его словах хотя бы каплю лжи. Но почему-то он внушал доверие. Не пойму, что сработало лучше: его открытая, обезоруживающая улыбка, или искренность в голосе. Кинув взгляд на Аарона, я поёжилась, потирая плечи – то ли от холода, то ли от его пронзительного взгляда. А он, похоже, чувствует моё напряжение. Глупо усмехается, погружая руки в карманы брюк. Нахал!

– Алекс, я не держу на тебя зла, – выделяя слово, я слегка подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Заметив, что в кофейне не осталось свободных столиков, я перевела испуганный взгляд на подругу. Чёрт, надеюсь, они не захотят присесть к нам.

– Спасибо, Алексия, – парень протянул мне руку в знак примирения.

– Просто Лекси.

Всё это время Аарон не отрывал от нас взгляда. И только когда наши ладони с Алексом соприкоснулись, я услышала, как Рейес глубоко вдохнул, смотря куда-то в сторону. Я иронично изогнула бровь, посылая придурку вопросительный взгляд.

– Был рад встречи, девушки. До скорого! – Алекс махнул на прощание и подмигнул Розетте, отчего та стала глупо улыбаться.

Каждая клеточка моего тела почувствовала долгий, сканирующий взгляд Аарона. Когда же я решилась поднять глаза и посмотреть на парня, его образ уже растворился в толпе.

Рози молча допивала кофе, нервно стуча пальцами по кружке. Её глаза блестели, а на губах играла смущённая улыбка.

– Ну и что это было?

– О чём ты? – нервно хохотнула она.

– Дорогая, мне ли не знать тебя, – я откинулась на спинку стула, – От одного его «Привет», ты растаяла, как лёд на солнце.

– Он очень милый, не находишь? – подруга поправила вьющийся локон, избегая моего взгляда.

– Странно, что ты в нём нашла? Он же не твой типаж.

Достав кошелёк из сумки, я положила несколько купюр на стол и махнула официанту.

– Пошли, сердцеедка. Мне ещё на работу сегодня нужно забежать.

– Я думала, ты сейчас не ходишь туда, экзамены ведь идут!

– Знаю, но у меня была записана молодая пара, ещё полгода назад, у них свадьба через месяц. Я не могу их подвести!

– Хорошо, позвони, как доберёшься домой.

Рози чмокнула меня в щеку и упорхнула в подъехавшее такси.

До танцевальной студии был один квартал, и дождь перестал моросить, так что пешком я доберусь быстрее. Я занималась танцами, сколько себя помню. Отец в 4 года отдал меня в детскую студию хореографии, где учили будущих балерин. Но с возрастом, мои предпочтения стали меняться. Классику я знала безупречно, и по-особому её любила, но также в моём сердце поселилась любовь к латиноамериканскому стилю. Я с ума сходила по пламенному, свободному, пульсирующему ритму. Как отец запирался в своей мастерской, также и я сбегала в студию, чтобы полностью отдаться танцу.

Проведя несколько занятий, я посмотрела на часы. Ого! Сегодня я сильно задержалась. Сняв с себя балетки, я безумно уставшая и счастливая, поплелась к выходу. Разблокировав телефон, увидела двадцать один пропущенный звонок от Розетты. Написав ей сообщение, что направляюсь домой, я вызвала такси.