Неудобный богатый психолог

Профессия психолога – помогающая, и в ней много ценного как для отдельно взятых людей, обращающихся за помощью, так и для общества в целом. И основная проблема специалистов – это некий бессознательный конфликт, который в принципе отражает вечную дилемму: что важнее – духовное или материальное? Этот конфликт долго жил и внутри меня. Я не понимала: ну как же мне продолжать помогать людям и при этом зарабатывать? В поисках решения я посещала личную терапию. И в конце концов пришла вот к какой мысли: «А что, если не рассматривать вопрос с позиции – что из этого важнее? Что, если признать, что и то и другое одинаково важно?»

Именно исходя из этой позиции, я стала смотреть на свою профессию с целью «подружить» внутри себя свои профессиональные компетенции и этические принципы с желанием жить хорошо, а не просто как-нибудь выживать.

Мне по-прежнему важно помогать людям, но мне также не менее важно заботиться о себе и своей семье. Я не хочу приносить себя в жертву ради других людей просто потому, что не вижу в этой жертвенной позиции ценности ни для себя, ни для своих клиентов. Чем я смогу помочь другим людям, если буду жить в нужде и страхе за завтрашний день? Как же я смогу контейнировать и заботиться о других, если не умею делать это для себя?

Стремясь организовать свою профессиональную деятельность, я стала вести социальные сети, несмотря на то что до своего кризиса была категорически против работы в онлайн-формате. «Это всё от лукавого», – говорила я тогда.

Но вот я стала проводить онлайн-вебинары на тему родительско-детских отношений. Это было для меня большим шагом, ведь страх и стыд до сих пор удерживали меня от проявления на публике. Когда коллеги, которые тоже вели онлайн-деятельность, но гораздо быстрее теряли к ней интерес, спрашивали, что заставляет меня вести свою группу на протяжении длительного времени, я отвечала: «Стыд и любопытство». Мне было интересно, сколько времени мне понадобится для того, чтобы перестать испытывать такой сильный стыд, вещая на публику. Сейчас я знаю, что это два с половиной года и 84 вебинара. Этот опыт помог мне создать свой первый онлайн-курс «Воспитание любовью» (позже он был переименован в «Разрешение на жизнь»). Он пользуется популярностью до сих пор.

Несмотря на то что у меня были разные форматы работ и я даже ездила с тренингами в Москву, управлять доходом мне не удавалось. Частная практика оставалась нестабильной: люди, конечно, приходили, но я все равно не могла спрогнозировать, сколько клиентов будет на следующей неделе, в следующем месяце. Тогда я уже выбрала для себя долгосрочный подход, но клиенты всё время переносили встречи и отменяли их, и в моей работе не было стабильности. У меня было крайне неудобное расписание: я работала тогда, когда хотели клиенты.

Когда вопрос дохода встал остро, я поняла, что больше не могу себе позволить жить в таком хаосе. И я решила, что буду озвучивать клиентам, которые ко мне приходят, правила работы с собой, а если никто не согласится, я просто пойду и устроюсь на работу в найм, потому что отсутствие правил мне надоело.

На мое удивление, когда я стала разговаривать с клиентами, знакомить их с моей профессиональной позицией и условиями работы с собой, я не встретилась с отказом. Наоборот, я увидела, что клиенты заинтересованы в обсуждении правил, и им необходима ясность для того, чтобы принять решение. Так у меня родился формат контракта, который я заключаю по сей день. И это дает устойчивость и опору моей частной практике, потому что в работу приходят только те, кому это действительно подходит.

Когда я пришла к выстроенной регулярной частной практике в долгосрочном подходе, то поняла, что успех – это, оказывается, очень скучно и непривычно. Скучны не клиенты и не работа, а стабильность. В борьбе было очень много энергии и смысла, там можно было разместить свою тревогу. А когда у тебя каждую неделю клиенты, которые не собираются уходить, и это не вызывает напряжения, и больше не надо бороться, доказывать, выживать, удерживать и уговаривать, в какой-то момент чувствуешь большую растерянность: «А что, так можно было?» Я как-то по-другому представляла себе успех: думала, что буду каждый день испытывать радость от этого результата. Но яркой радости я не обнаружила, а обнаружила удовлетворенность от того, что наконец-то чувствую себя востребованным специалистом.

Дальше был период, когда я приняла решение сосредоточиться только на частной практике и насладиться заслуженным успехом, просто работая с клиентами. Этот период длился около пяти лет. Мои друзья-коллеги, которые видели мой рост и были свидетелями моего успеха, стали обращаться ко мне за помощью. И оказалось, что созданная мной система и мои знания можно адаптировать под самых разных специалистов, и везде есть закономерный результат – стабильная практика и рост в доходе. Когда весь ближний круг я «опылила», ко мне стали приходить по сарафанному радио. И так появилась необходимость создать отдельное пространство, в котором я начала говорить о разных аспектах, связанных с выстраиванием частной практики. По рекомендациям и просьбам знакомых психологов я создала telegram-канал «Заметки вредного психолога», который позже был переименован в «Мария Шидловская | Методология частной практики». Я получила большой отклик, в канал стало приходить все больше специалистов, люди начали рекомендовать меня друг другу, и незаметно для меня самой у меня развилась новая профессиональная идентичность – ментор. Я занимаюсь менторством уже четыре года и горжусь тем, что ко мне в работу приходят как начинающие специалисты, которые только получили образование или находятся в стадии завершения такового и хотят сразу научиться выстраивать осознанно частную практику, так и очень опытные коллеги, которые в профессии и 10, и 15 лет, и желающие навести порядок в своей практике, получить навык управления доходом, рассмотреть варианты дополнительного заработка. За четыре года работы с коллегами, помимо разработанной программы «Система управления частной практикой», я также создала большое количество курсов, решающих практические задачи специалистов, желающих чувствовать себя более уверенно в профессии.

Поскольку проект рос и развивался, в какой-то момент я поняла, что мне сложно совмещать развитие проекта и частную практику в том объеме, в котором она была на то время, – 24 клиента в регулярной терапии (от 2 до 5 лет). Я была вынуждена сократить частную практику сначала до 15 человек, а затем – до 10. Я была в шоке от того, что являюсь инициатором завершения терапевтических отношений – это было непривычно, ведь я много лет стремилась к этому результату. Как в той поговорке: «Хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах». Это было очень непростое для меня решение, в котором я выбрала себя и свой дальнейший рост в направлении работы с коллегами. Я понимала, как важно мне развить проект, потому что огромное количество психологов, которые приходят на рынок, не умеют выстраивать частную практику, у них не получается выйти на регулярный доход, и, к сожалению, многие выгорают в профессии и уходят в первые три года после получения образования. Но даже и те, кто остается, находятся в постоянном напряжении от бесконечного поиска клиентов и неуверенности в завтрашнем дне.

Сейчас мой богатый опыт служит руководством другим. Я учу психологов тому, что умею сама, и объясняю, как создать регулярную частную практику и иметь в ней успех.

Я уже многое сделала для реализации этой задачи:

● 

разработала обучающую программу «Система управления частной практикой», в которой развиваю у коллег предпринимательские навыки в формате группового и индивидуального менторства;

● 

веду регулярные поддерживающие встречи, в которых делаю разборы частной практики и обучаю коллег заключать контракт;

● 

создала курс для психологов «Профессиональная идентичность специалиста», в котором рассказываю о том, как коллегам почувствовать ценность себя и терапевтических отношений в профессии;

● 

разработала два практических интенсива «Как психологам вести социальные сети так, чтобы клиенты захотели к вам прийти» и «Если ты такой умный, то почему такой бедный?», в которых рассказываю о том, как выстроить отношения с подписчиками и как устроены продажи с учетом специфики психологической услуги;

● 

создала два воркшопа «Как психологу набирать клиентов и продавать групповую работу» и «Как психологу научиться заключать контракт на работу с клиентом»;

● 

провожу индивидуальные чек-апы частной практики, на которые может прийти любой специалист – задать вопросы по своей ситуации и получить от меня рекомендации.

Помимо прочего, я провожу регулярные прямые эфиры для коллег, активно веду несколько социальных сетей, являюсь экспертом издания «КоммерсантЪ Кубань-Черноморье» и принимаю участие в конференциях в качестве спикера.

В эту книгу я постаралась вложить свои самые интересные наблюдения из работы с коллегами. Надеюсь, что это станет для вас полезным и поможет почувствовать себя в нашей профессии более комфортно, стабильно и уверенно.

Глава 2. Выстраивание частной практики и профессиональные компетенции

Выбирая успех, мы также выбираем препятствия и ошибки на пути к нему.

Наличие частной практики подразумевает, что специалист получил образование и у него достаточно компетенций, чтобы оказывать услуги в области психологии. Однако образование и профессиональные компетенции не гарантируют стабильную и прибыльную частную практику.

Часто даже те специалисты, которые уже долгое время находятся «в свободном плавании», не имеют представления, как выстроить практику так, чтобы она приносила регулярный доход. Общаясь со многими коллегами, я обнаружила, что большинство ставит главной задачей поиск как можно большего количества людей, имеющих психологические проблемы.

– Окей, а когда ты найдешь достаточное количество клиентов, что будет? – интересовалась я.

– Я буду рад, буду просто работать, – таков был ответ.

Но идея частнопрактикующего психолога о том, что когда-нибудь у него окажется достаточное количество клиентов и можно будет «просто заниматься психологией, а не вот это вот всё» – иллюзия. Необходимость нести ответственность за организационный компонент своей практики будет всегда.

Проблема организации собственной профессиональной деятельности имеется не только у психологов. Но у данной профессии есть своя специфика, и именно это побудило меня написать книгу – чтобы показать коллегам, что частная практика подразумевает предпринимательство. Если вы решили самостоятельно продавать свои услуги, то, значит, отказались от найма. Вы не устроились на работу в какую-нибудь организацию, вы выбрали иное. Вместе с этим выбором вы дали согласие (сознательно или бессознательно) на последствия и риски, с которыми придется столкнуться.

Только благодаря этому осознанию многие мои коллеги уже изменили подход к своей профессиональной деятельности, так как заняли более проактивную позицию. Но есть и те, кто испугался понятия «предпринимательство», так как имеет некие искажения и заблуждения на этот счет. В случаях, когда развитие предпринимательских навыков не представляет интереса, возможно, лучше отказаться от выстраивания частной практики и устроиться в найм. Благо рабочих мест для психологов на рынке появляется все больше. Правда, их все еще недостаточно для того, чтобы каждый специалист нашел себе работу, соответствующую своим ожиданиям.

Часто психологи совмещают частную практику с наймом в какой-либо организации. Но по своему опыту могу сказать, что одна из деятельностей всегда будет являться ведущей. И, скорее всего, этой деятельностью будет не практика. В силу малой управляемости и непредсказуемости она будет существовать по остаточному принципу: «Пришел клиент – поработали, не пришел – не поработали». О регулярном доходе с этой деятельности в таком случае и речи быть не может. А значит, это будет подработкой или просто хобби. И популяризировать свою работу для потенциальных клиентов специалист будет в искаженном виде, так как полноценным представителем этой профессии не является, ведь до конца ее так и не выбрал.

Вы можете представить себе менеджера по продажам, который в свободное время работает врачом и принимает пациентов? Или, например, бухгалтера, который по выходным оказывает косметологические услуги? Представить-то, конечно, можно. Но хотели бы вы обратиться к такому специалисту? Я лично не хотела бы. Мне хочется, чтобы каждый занимался своим делом, и чтобы это было его профессиональной реальностью.

Почему-то стало нормальным и даже модным, что профессия психолога – это не что-то отдельное и серьезное, а нечто, что можно совмещать с любой другой профессиональной деятельностью. Я так не считаю, но понимаю, почему так происходит. В том числе потому, что многие специалисты приходят в эту профессию во взрослом возрасте и получают образование, уже имея за плечами опыт в другой деятельности. Они не знают и не понимают, как перейти в частную практику; не видят до конца, что этот выбор имеет определенные последствия, и что это сильно отличается от работы в найме. Так что же такое предпринимательство в данном контексте?

Предпринимательство – это осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от оказания услуг. Многих моих коллег коробит такая формулировка, так как они пришли в профессию не ради денег, а затем, чтобы помогать другим людям. И я разделяю эту ценность, но совсем не думать о деньгах во взрослом мире могут позволить себе только дети или люди, которых кто-то содержит и их это устраивает. Также роль играют и отголоски советских времен, в которых предпринимательство воспринималось как «хапужничество» или даже вымогательство, что не бьется с этическими принципами работы психолога.

Если бы человек работал в найме, его бы, скорее всего, совсем не беспокоила этическая сторона заработка. Но в контексте выстраивания частной практики это приводит к тому, что большую часть своей профессиональной деятельности специалист видеть не хочет. Однако он ощущает, что ему чего-то не хватает, и находит ответ на поверхности: «Мне нужно больше клиентов и компетенций» или «Со мной что-то не так, надо идти в терапию».

Далее специалист ищет возможность исправить ситуацию и может пытаться решить эту проблему годами просто потому, что он все равно решает ее на уровне сознания человека в найме. Специалист, который никогда в жизни не организовывал свою работу самостоятельно, не может взять и начать думать и действовать по-другому.

Предпринимательство требует умения анализировать разные аспекты своей профессиональной деятельности и за счет этого управлять ею. Именно этого не хватает психологам, жаждущим обрести стабильность в работе, и именно это увидеть сложнее всего, потому что ответ не лежит на поверхности, а говорить об этом в профессиональной среде не принято.

Но мы все-таки поговорим.

Этапы выстраивания частной практики

Для того чтобы у вас появилось более целостное представление о системе управления частной практикой, рассмотрим все этапы для самостоятельной организации данной деятельности (рис. 1).

Рисунок 1. Этапы выстраивания частной практики:

Этап 1 – Профессиональные компетенции;

Этап 2 – Профессиональная идентичность;

Этап 3 – Профессиональная позиция;

Этап 4 – Маркетинг (проявленность и позиционирование на рынке);

Этап 5 – Продажи.

Первый этап в выстраивании частной практики – это обретение профессиональных компетенций, к которым принято относить:

● 

профессиональное образование и дополнительные курсы повышения квалификации,

● 

супервизии – групповые или личные,

● 

личную терапию,

● 

включенность в профессиональное коллегиальное сообщество.

Это та база, которая, на мой взгляд, необходима каждому специалисту и без которой будет невозможно развиваться в профессии. Несмотря на то что практически каждый психолог знает о необходимости этих составляющих профессии, повсеместно можно наблюдать либо отсутствие какого-либо из этих элементов у специалиста, либо ожидания, что эти элементы сами по себе дадут достаточное количество клиентов и устойчивую частную практику.

Предлагаю рассмотреть каждый элемент, относящийся к профессиональным компетенциям, детальнее, чтобы понять, что это дает психологу и почему эти способы не связаны с доходом от профессиональной деятельности напрямую.

Базовое и дополнительное образование, дающее право оказывать психологические услуги

Каждый специалист на начальном этапе должен обрести навыки работы с клиентами, овладеть основами консультирования, изучить то или иное направление работы для того, чтобы иметь возможность официально оказывать услуги в сфере психологии. Психологу необязательно работать в какой-то конкретной модальности, можно и нужно знакомиться с разными направлениями, собирать их внутри себя и разрабатывать собственный уникальный инструментарий. Именно так постепенно у специалиста формируется видение профессии и себя в ней.

Хорошо, когда специалист видит разницу между разовым консультированием, краткосрочной и долгосрочной терапией – понимает, чем эти направления отличаются, какие у них есть возможности и ограничения; понимает, что такое «психотерапевтические методы», и знаком с разными приемами и техниками, которые может подбирать под запрос клиента. Также специалисту хорошо бы знать, что такое «психотерапевтические отношения» и что подразумевается под словами «специалист работает личностью». Это особенно важно, если психолог собирается работать в рамках долгосрочной терапии. Именно исходя из знаний формируется профессиональная позиция специалиста, и он делает выбор – какую именно услугу будет предлагать клиенту. Навыки работы с клиентом также являются фундаментальной базой, без которых невозможно начать работать самостоятельно.

Знания и навыки – это то, что принято называть компетенциями. Когда их достаточно, у специалиста появляется выбор: идти устраиваться на работу или начать организовывать частную практику. Если специалист выбирает найм, то здесь, как правило, проблем не возникает, за исключением того, что рабочих мест не очень много и критерии отбора достаточно высоки. А для организации самостоятельной деятельности одних лишь психологических компетенций точно недостаточно. Потому что здесь, как мы уже знаем, нужны навыки из другой области – предпринимательства.

Супервизия / Супервизия частной практики

На супервизии более опытный коллега уделяет много внимания вашим эмоциональным переживаниям, связанным с профессиональной деятельностью, и показывает какие-либо моменты из вашего взаимодействия с клиентами. На супервизию стоит идти с конкретными клиентскими случаями; описывать, что происходит; делиться сложностями для того, чтобы супервизор мог обратить ваше внимание на те моменты, которые могут быть пока не видны вам в силу недостатка опыта, а также в силу того, что все мы имеем некие ограничения в восприятии. Супервизии помогают повысить профессионализм, расширить видение относительно конкретного клиентского случая, получить поддержку и новые знания от старшего коллеги, что в целом повышает эффективность оказываемых вами услуг.

Но супервизор не может давать конкретных рекомендаций по выстраиванию практики. А если и дает их, то делает это из собственного опыта, не имея полного объема знаний в области маркетинга и продаж. Значит, он не сможет подобрать для вас подходящий алгоритм комплексного продвижения на рынке. Работа данного формата ценна в психологическом контексте, но не решает практических вопросов, связанных с управлением, так как основной акцент делается на ваших отношениях с клиентами. Если говорить простыми словами – на супервизии вам не расскажут, где найти клиентов, как выстроить продажи услуги и сделать так, чтобы доход от практики был стабильным и регулярным. У супервизоров нет ответа на эти вопросы и компетенций в данной области. Но это очень хороший способ наращивания внутренней опоры и профессиональных компетенций практического характера.

Личная терапия

Вход в новую деятельность часто сопровождается большим количеством переживаний про себя и отношения с потенциальными и уже существующими клиентами. Работа, связанная с людьми, может поднимать в человеке самые разные чувства. Для того чтобы минимизировать риск травматизации специалиста и клиента в поле терапевтических отношений, рекомендуется личная терапия. К сожалению, далеко не каждый специалист, оказывающий психологические услуги, готов сам исследовать свою реальность и формировать более здоровые реакции в области межличностных отношений.

Существует такое мнение, что психолог должен ходить на личную терапию, чтобы быть «проработанным». По моему мнению, на личной терапии ничего не «прорабатывается». Вместо так называемой проработки происходит знакомство с собственными травмами и не всегда адекватными реакциями, с последующей возможностью сформировать другие паттерны поведения. Это необходимо делать каждому человеку, а тем более – психологу. Ведь, когда человек не признает свои травмы, осознанно или неосознанно делая вид, что их нет, он не может быть настоящим и искренним в контакте с другим человеком и не имеет полного представления о себе и собственных особенностях, которые будут давать и некоторые ограничения в работе. Личные травмы и их актуализация в работе с клиентами создают напряжение у специалиста и часто ограничивают в вопросе выстраивания практики. Когда внутри много переживаний про себя и про то, что могут подумать другие люди (клиенты в том числе), то внутри просто не остается места для выстраивания реальных отношений.

Хотя надо отметить, что часть внутренних переживаний специалистов связана не только с личной травматикой, но и с не сформированной профессиональной идентичностью – это когда специалист пришел в профессию, но не видит до конца, как устроена работа, из чего она состоит и какой он сам как психолог. На этом аспекте мы остановимся чуть подробнее позже, потому что проблема формирования профессиональной идентичности не решается одной лишь терапией. Поскольку личная терапия не предполагает целенаправленного формирования представлений о своей профессиональной деятельности у специалиста.

Сейчас же важно отметить, что специалист посещает личную терапию не для того, чтобы быть лучше всех. На мой взгляд, психолог не должен казаться успешным или идеальным, он должен быть живым, настоящим и аутентичным. Ему должна нравиться его собственная жизнь.

Личная терапия – это возможность познакомиться со своей болью и не строить иллюзий на свой счет, это про умение опираться на реальность и повышать качество жизни. Психолог – не Бог, а самый обычный человек. И чем лучше он себя знает, тем более адаптивны его реакции. И тем больше возможностей для клиентов инициироваться о такого специалиста, опираться на его устойчивость и сформировать альянс для эффективной работы.

Профессиональное сообщество

По моему мнению, в нашей профессии категорически нельзя оставаться в одиночестве. Потому что профессия настолько вариативна, что специалист, не имеющий вокруг себя единомышленников (адептов этой профессии), лишается возможности увидеть все многообразие и расширить свои представления о взаимодействии с клиентом. Да, компетенции важны, но не менее важны и коллегиальные связи, обмен опытом и общая атмосфера профессии, которую можно почувствовать, просто общаясь с коллегами. Это дает ощущение сопричастности и формирует внутреннюю опору специалиста. Он понимает, что не одинок в своей деятельности, и что он среди своих, что все делают общее важное дело. Быть частью коллегиального сообщества – это отличная возможность быть принятым в «стае» себе подобных. В профессии психолога есть сообщества в рамках определенной модальности, укрепляющие связи специалистов, работающих в рамках определенного подхода. Также есть полимодальные сообщества, которые способствуют расширению видения на взаимодействие с клиентами. В какое бы сообщество вы ни пришли, оно кем-то организовано, и там существуют определенные правила взаимодействия и определенные ценности. Возможно, вы их разделяете или же они вам не подходят, но вы остаетесь там просто потому, что не нашли альтернативного предложения.

В моем понимании сообщество должно быть направлено на то, чтобы помочь специалисту интегрироваться в профессию. Но, к сожалению, на практике это не всегда так. Увы, но само словосочетание «психологическое сообщество» не дает гарантии, что вы попадете в доброжелательную атмосферу принятия и что вам будут помогать расти.