Смертельный соблазн вампира

Вампир опять заупрямился.

– Как это не умеешь лезгинку? – я подошла к бедолаге ближе и ухватила двухметрового детину за подбородок. – Ты вообще с какого года вылез?

– С позапрошлого… – пролепетал тот.

Я уже говорила, вампиры не знают слова «стыд», зато древн… то есть старшие могут этому понятию научить… Заново!

– И что, кроме тык-тык в телефон, ничего не умеешь?

Детина кивнул, наверное, надеялся, что это поможет ему слинять! Вот откуда такие наивные клыкастики берутся?

– Ну-ка повторяй. И оп, оп! Опа! Активнее шевелись, руки выше, движение резче! Клыкастый ты там спишь, что ли? Подпрыгнуть! И улыбка на лице, а пятки должны выбивать пыль! Давай, старайся!

Музыку тоже притащили. Всего через каких-то десять минут. Только мои клыкастые очаровашки теперь выглядели слегка потрепанными – плечи и волосы покрывал ровный слой штукатурки. Похоже, колонки они добывали с боем и выносили сквозь стены, потому как оборудование украшали вмятины и царапины.

Впрочем, дом не мой, клан тоже, потому какая разница? И вообще, должна же я отыграться за все, что представители Тенебрис сегодня устроили!

Клыкастые помощники водрузили трофеи прямо посреди двора и врубили! Затрещало, а потом визгнуло так, что танцоры попадали и мое наваждение слетело!

Кого пинком, кого недобрым словом заставляю подняться и обратно в строй.

– Танцы никто не отменял! Вставайте живо! Что ж вы за задохлики?

Вампиры стонали, пытались прикинуться мертвыми, уползти или даже в землю закопаться, но у меня упрямства хватит еще на два десятка клыкастиков. К тому же душа хотела праздника, правда исключительно за чужой счет, но ведь душе нельзя отказывать.

– Так, разношерстные танцы откладываются, сейчас будет чик-чиги-бум! – объявила и бедром оттолкнула того, кто шаманил над музыкой.

Заиграло что-то латинское, зажигательное, и мои глаза снова сверкнули, а силушка повадилась безобразничать, в том смысле, что все клыкастики бросились в пляс. И ведь как стараются – любо-дорого смотреть. Чувствую себя властной демоницей, только плетки для полноты образа не хватает!

Отдаться пляскам со всем стараниям мы не успели – прибежали другие вампиры. Целых пять клыкастых и очень недовольных рож. Да и насчет «других» я, пожалуй, погорячилась. Они из того же клана, только рангом повыше. А еще глазки сверкают синим цветом – видимый показатель, что вампиры перешагнули столетний рубеж. Душа возликовала, следом в голову закралась мысль – интересно, а этих подчинить получится?

– Что здесь происходит? – рыкнул один из новоприбывших и начальственную позу принял, руки в пояс упираются, морда кирпича просит, а взор придумывает, к чему прикопаться. Зря он так…

Ловлю своего любимчика, поворачиваю лицом к сердитому вампиру.

– Персик, ты своего босса уважаешь?

– За что? Он же злой, как неотгулянный цербер!

– Ага, раз авторитета у него нет, то и терять нечего… Что он вам сделал?

– Он у нас кровь отбирает! Мы неделями сидим впроголодь! – сдал начальство другой вампиренок.

– А меня заставляет летать… А я мышей боюсь… особенно летучих!

– Мыши – полбеды, я высоты боюсь! – вторил ему один из тех, кто до сих пор танцевал кан-кан.

Эти вампиреныши меня просто умиляют! Где клан только таких находит?

– Вот вам повезло! А меня он заставлял охотиться на старуху, а у той в сумке кол и святая вода, так еще и чеснок во всех карманах. Штын такой, что не подступиться! Я три раза сознание терял на подходе.

– Раз у вас к начальству столько претензий! Предлагаю стрясти с него компенсацию за моральный ущерб. Ну-ка все смотрим на меня! И слушаем! Вы сильные, умные и ловкие вампиры! А ваш босс – хиляк и тряпка! Разрешаю догнать его и цапнуть разок клыками для острастки! – естественно, слова я прикрепила силушкой и гипнозом высшего уровня.

Ох, что тут началось! Мои танцоры оскалили клыки и зашипели! Да так слаженно, как целый террариум змей.

Их самоуверенный начальник вдруг попятился, а потом и вовсе бросился бежать, за ним ринулись остальные! А ведь как бегут славно! Маленький вампирский переворот.

Главное, я своего добилась – проникла на территорию враждебного клана, не пролив ни капли крови. Значит, и претензий ко мне нет! А если кто-то кого-то и покусал, так то не моя вина. Нечего подчиненных на кровь прижимать.

Сейчас как пойду, как стребую с Луки компенсацию, сам не рад будет, что Франца ко мне подослал!

Мурлычу под нос веселый мотивчик и топаю к разбитому автомобилю, где виновники в багажнике валяются… Хотя правильнее бы сказать – улизнуть пытаются!

Ерзают, шипят, сквозь зубы ругаются, а вылезти никак не выходит. Благословенные путы отрабатывают молитву по полной программе.

Опираюсь бедром на машину и любуюсь поверженным врагом. До чего ж роскошное зрелище.

– Франц, и как поездочка? – спрашиваю и тяну белобрысого за шкирку…

Разорванная рубашка такого надругательства не вынесла – разлезлась по швам, обнажая широкие плечи, да в целом весьма недурственную мужскую фигуру. Только вот спина подпорчена шрамами. Вампирские раны заживают бесследно… Выходит, это отметины еще с человеческой жизни? А я думала, у меня жизнь выдалась тяжкой, а у Франца, оказывается, не лучше. Не удивительно, что он предпочитал передо мной не раздеваться.

– Чего пялишься, голого мужика не видела? – голос капера сочился ядом, а взгляд обещал мне все кары небесные.

– Такого потасканного не видела, – парировала и заметила, как на дне его глаз на крохотную долю секунды полыхнули малиновые отсветы. – Сам вылезешь или за ухо вытащить?

– Руками меня не трогай, противно! – выдал он в ответ и резким движением поднялся. На миг наши глаза оказались на одном уровне. Франц прищурился и выдал: – ты как будто пьяная.

– Скорее я в восторге, наконец-то ты получишь по заслугам!

Франц хмыкнул, затем поднялся и спрыгнул на землю. Окинул взглядом окружающую обстановку и обмелевший фонтан – присвистнул.

– Вот это ты порезвилась? Лука тебе такого с рук не спустит!

– Посмотри внимательно, чья машина так удачно вписалась в фонтан? Твоя! Кто своим нелепым нападением прогневал главу клана Дамион? Ты!

– Стерва! – протянул Франц, а мне почудилась улыбка за нарочито мрачным тоном. Не поняла, с чего такое добродушие, я что с пощечинами перестаралась и у него мозги на место встали?

– Ясмина, последний раз повторяю, сегодня к аварии я никакого отношения не имею!

– Врешь как дышишь!

– Вампиры не дышат! – напомнил мерзавец.

– А-а-а! Не трогайте меня! Отцепитесь! Ты вообще клыки мыл? А-а-а! – вопли из кустов раздались в самый неподходящий момент и прервали обмен любезностями.

– Хорошо развлекаются! – заулыбалась я и подтолкнула Франца к входу в особняк. – Давай, топай к Луке, жду не дождусь, когда заполучу компенсацию за твои выходки!

Франц наклонился, так чтобы наши глаза снова оказались на одном уровне. Ухмыльнулся самым мерзким образом, в наглющих глазах чистая безнаказанность вперемешку с дерзостью.

– Ты сама этого захотела, потом не реви!

Глава 6. Причина его ненависти

Знаете, чем славится клан Тенебрис? Они редкостные прохиндеи, потому могут достать даже то, чего не существует. Здесь под одним знаменем собрались проходимцы всех мастей, шулера и ловкачи, а еще искатели удачи…

Взгляд упирается в шрамы на спине Франца, следом язык вопрос колет. Да, такой надоедливый, никак не удается от него отмахнуться.

Тут следует пояснить – в кругах бессмертных не принято расспрашивать о человеческой жизни. Это грубейшее нарушение вампирского этикета, но любопытство жжет изнутри, чуть ли не за душу кусает. Раскаленным гвоздем в нее тыкает.

– Откуда шрамы? Ты же был пиратом, а не рабом, – терпением я никогда не отличалась.

Франц остановился, обернулся, ледяные глаза прошили меня насквозь, будто током по нервам жахнуло. Помнится, в прошлом он тоже резко реагировал на «пирата».

– Капером, – поправил он.

– Те же клыки, только в профиль, – я фыркнула и попыталась обойти мужчину, ага, так Франц и позволил. Сместился на пару шагов и всем своим грозным широкоплечим видом заслонил путь.

– Не те же! У меня была лицензия… Потому констебли не цеплялись в каждом порту… А вот на морских просторах царили другие законы… Жестокие… Ты либо с нами, либо против нас!

Я поморщилась и покачала головой.

– Как ты с таким характером умудрился стать вампиром? Не представляю, у кого хватило дурости тебя обратить…

Франц оскалился, ядовито, но с превосходством, хотя руки были до сих пор связаны за спиной.

– Повстречалась мне как-то одна психованная девка… – глаза на миг стали малиновыми, лицо застыло словно маска. – Представляешь, она была белобрысая и хрупкая, как ты…

Я что, ему создательницу напоминаю? Или он что-то вспомнил? Да ну, быть не может.

Франц качнулся и приблизился на полшага в мою сторону. Теперь мне пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его глаза.

– Она напросилась на мой корабль… Умоляла спасти… Драгоценности с себя сняла в качестве платы… Я обещал вывезти ее из Гамбурга! И свое слово сдержал! Хотя видит бог – не стоило.

От его взгляда по коже ползут мурашки. Кажется, будто Франц заново вычерчивает на моем лбу мишень. Еще шаг… Медленный.

– Когда мы оказались в нейтральных водах, пассажирка напала! Перебила всех, – теперь его глаза натурально полыхали, будто та пассажирка – это я!

Кривая ухмылка разнесла в клочья маску спокойствия. Теперь стало отчетливо видно – за четыре столетия гнев Франца ни на градус не остыл. Нет, капер его старательно подпитывал день за днем.

– Потом я очнулся вот таким…

«Нет, не таким…» – произношу про себя, и меня аж передергивает от воспоминаний.

Задумалась на мгновенье – это же не могла быть я. Даже копнула ворох воспоминаний и ничего! Я никогда бы не учинила резню на корабле. Четыреста лет назад я вообще боялась крови.

– А она? Куда делась?

Франц развел руками.

– Не знаю, будто в морской пучине сгинула…

Замечательно – выходит, Франц совсем не помнит создателя! – мысленно скривилась я, но через секунду меня бросило в холодный пот. Поднимаю голову и смотрю на здоровяка. – А вдруг это мое вмешательство сказывается…

Кусаю губы, нет, не должно… Хотя, кто знает… Теперь хотя бы понятны истоки его ненависти!

Вздыхаю… Чтобы я сейчас не сказала, он не поверит, но почему бы в ответ не поделиться историей из своего прошлого. Баш на баш, так сказать…

– Долгое время я жила в Валахии, пока туда не ворвались османы. Дикие и грязные варвары! Они хотели только убивать, грабить и насиловать, – меня передернуло от воспоминаний. – С десятком я бы как-то справилась, хотя воительница из меня так себе. Потому я схватила пожитки и бежала.

Перевожу дыхание, а сама вспоминаю тот липкий страх, который гнал меня без устали днями и ночами напролет. Ужасное столетие.

– В конце концов я добралась до порта и тайком пробралась на корабль. Спряталась в трюме и позволила наконец выдохнуть и насладиться мечтам о мирной и сытой жизни в Шотландии. А ночью начался шторм… Ненавижу море! – призналась в сердцах и глянула на Франца.

Капер слушал… Молча и взгляда не отводил. Будто ждал признания.

– Меня сутки болтало по всему трюму. Я даже пожалела о собственном бессмертии! Потом стихия наконец стихла, но не успела я перевести дух, как на судно напали пираты!

– И ты всех порешила? – предположил Франц.

Улыбаюсь, стало ясно – ни шиша он не помнит.

– Ты забыл важный момент, – говорю и стараюсь не реагировать на подначки. В конце концов, это наш первый разговор за… почти два столетия. – На то время я могла одолеть от силы с десяток мужиков. Пришлось действовать – хитростью! Замотавшись в балахон, выскочила на палубу, выискала капитана пиратов и приставила нож к его горлу.

Улыбаюсь во весь рот, кажется, это произошло вчера, хотя прошло уже… Так, не будем о возрасте.

– Сталь у горла – лучший мотив мгновенно научиться искусству переговоров? Тот пират был испанцем и ни слова не понимал из того, что я говорила. И все же мы нашли общий язык, его шакалы вернулись на судно, а наш корабль в целости и сохранности поплыл дальше.

Воспоминания, как теплый плед, окутали душу, на сердце стало тепло и спокойно. Не помню, когда в последний раз испытывала нечто подобное… Приятно…

– Тогда я превратилась из безбилетницы в почетную гостью. Меня даже ромом напоили… Трофейным… Ну и гадость…

Франц на долю секунды чуть не улыбнулся, а я продолжила рассказ.

– И все бы ничего, но через двое суток шторм повторился, да такой страшный, что сломал две мачты. Я думала, до берега придется добираться вплавь, но Андрее, наш капитан, вышел из пляски стихии победителем. Меня его храбрость на веки вечные впечатлила, и я зареклась кусать моряков. У них, итак, жизнь не сахар.

Капер прищурился.

– И что ни разу не кусала?

– В новом свете подвернулся один мерзавец… Вот его – да, цапнула в воспитательных целях… Но там в крови оказалось столько рома, я потом двое суток как пьяная ходила... Так, все минутка ностальгии закончилась. Ну-ка пойдем! На ковер к Луке, а то компенсация сама ко мне не прибежит! – толкаю мужчину в грудь, а потом хватаю за локоть, пытаюсь тянуть вперед.

Франц упирается. Затем слышу странный скрип, пока соображаю, что это… Капер рвет заговоренные цепи.

– Силен! – не похвала, исключительно констатация факта.

– Я же – капер, – ухмыляется нахал и надвигается на меня, такой огромный, как скала. – Среди нас слабаков не бывает! А ты вторглась на территорию чужого клана… Сейчас я тебя задержу и выставлю перед лицом Луки – нарушительницей.

– Только тронь – и без клыков останешься! – предупредила.

Дело в том, что эйфория от выпитой крови постепенно сходила на нет. Возле разбитого авто я поняла одну неприятную вещь – Франц сильнее, чем показывает, потому ввязываться с ним в драку – глупая затея. Уж лучше сразу гипнозом накрыть…

Франц, будто мои мысли подслушал. Молниеносно вытянул руку, схватил меня за локоть и впечатал в себя.

Я оказалась к врагу настолько близко, что могла бы клыками впиться в шею, но вместо этого зависла, опять уловив аромат соли и моря. Капер же действовал так, будто нарушителей по сорок раз за час скручивает.

Не прошло и минуты, а я упиралась лбом в стену, а Франц крепко удерживал обе мои руки за спиной.

– Ясмина, тебе явно недостает опыта кабацких драк! – хохотнул нахал прямо мне на ухо. – Вот теперь пойдем к Луке… И посмотрим, кто кому будет компенсацию выплачивать…

– Думаешь, победил? – мои глаза полыхнули алым, а сила вырвалась на волю, как стая голодных волков. Сейчас я подчиню его! Он у меня шелковым станет.

А в следующий миг Франц уткнулся носом в мою шею. Резко! Неожиданно… Ужас прошиб нутро. Я будто в свой самый страшный кошмар провалилась. Один на один с хищником – и даже не могу пошевелиться.

Концентрация сошла на нет, вампирские силы растаяли.

– Ты так сладко пахнешь! – неожиданно прошептал Франц. От его голоса меня бросило в дрожь, вампир же еще крепче стиснул мои запястья. – Интересно… Какая у тебя кровь на вкус… Мою ты уже пробовала…

Я вампир! Я старше, я сильнее… Но дурацкое оцепенение, родом из самых мрачных страниц прошлого, держит в тисках. Надо отстраниться! Надо защититься… Если я этого не сделаю… Никто не сделает!

Вдох, потом задавить эту проклятую слабость. Я могучий вампир! Я бессмертная… А еще у меня есть козырь.

Закрываю глаза и сосредотачиваюсь.

Мало кто из вампиров помнит, но наши способности – это не проклятье, как пишут в книгах смертных. Нет, все куда интереснее – мы другие, потому что в нас есть адамант.

Некое вещество, что делает нашу кровь черной и продлевает жизнь чуть ли не до бесконечности… И аналогов этой материи не существует.

Мои походы в театр – не вампирская блажь. Музыка помогает войти в особое состояние, когда я ощущаю кристаллы адаманта в крови. Иногда получается ими управлять. А дальше срабатывает всем известный закон – чем чаще практикуешься, тем лучше выходит.

Глубокий вдох, а потом черные кристаллики устремились к ладоням, легко, почти играючи. Я чуть напрягла мышцы, и Франц больше не мог меня удерживать.

Моя сила всегда при мне! Разворачиваюсь и хрясь по охамевшей клыкастой роже. Результат не заставил себя ждать – капер полетел, как сбитая шаром кегля.

– Сейчас я тебе покажу небо в алмазах, хрен с лицензией! – мои глаза полыхнули алым.

Франц поднялся, ухмыльнулся во весь рот и предложил:

– Ну попробуй!

Я ринулась к нему, но вцепиться нахалу в горло не успела. Между нами мелькнула тень, и нас обоих раскидало по разным углам коридора, словно котят.

Раздраженно поднимаюсь и смотрю, кто это тут такой наглый выискался.

Посреди коридора стоял пацан в светлой толстовке. Худой и щуплый, ноги как спички, весь нескладный, как бывает исключительно у подростков. Зато светлые лохмы по-современному прихвачены гелем и лаком, потому торчат не абы как, а красиво обрамляют скуластое лицо. На одежде красуется надпись – мне тысяча лет!

Ну, вот совсем беспалевно, и пафосом не тянет. Кстати, надпись не врет – этому пацану реально тысяча лет. Он один из старейшин. Вопрос в том, какого рожна он тут делает – это ж клан Тенебрис?

– Малькольм, чего в чужой мордобой пальцы сунешь?

Пацан повернулся ко мне лицом, и я узрела вторую часть надписи: «И я до сих пор не выспался».

– Ясмина?! А ты чего в чужом доме колобродишь? – Малькольм сверкнул на меня фиолетовыми глазами. – И что ты охране внушила, чего они бегают и другую часть охраны кусают?

Ишь какой любопытный? Возьми ему все и запросто так выложи!

Малькольм – самый нейтральный из старейших вампиров. Его присутствие скорее мне на руку.

Улыбаюсь и сверкаю в ответ алыми глазками. Нет, это не попытка воздействовать на древнего вампира силой – все равно не подействует, просто характер показываю и всю глубину огорчения.

У него вон глаза какие красивые – фиолетовые. Вот я, когда разменяю первую тысячу, мои тоже изменятся.

Поднялась с колен и широко ухмыльнулась.

– Тут такое дело… Франц из Тенебриса устроил на меня покушение… А потом еще и явился меня добить… Только ничего у него не вышло! Я приехала в Тенебрис бросить нарушителя в ноги главе клана. Договориться о сумме компенсации и заодно получить самые искренние извинения!

Пацан вздохнул и поглядел на второго участника драки.

– Каждое ее слово – ложь! – заявил капер. – И наглый поклеп!

Вот тут моя разлюбезная крыша опять малость подгорать начала! Миг, и я очутилась подле капера, ухватила кровопийцу за горло и приподняла над землей.

– ТЫ мне угрожал! ТЫ использовал чары крови на водителе, чтобы устроить аварию! А когда машина перевернулась – ты первым прибежал на место происшествия! Еще и отпираться смеешь?

– Серьезные обвинения, – спокойно протянул за спиной тысячелетний пацан. – Ты когда такой сильной стала, Ясмин? Или это опять какие-то разработки клана?

– Сейчас речь не о том! Франц напал на главу клана Дамион! И на этот раз я подобное с рук не спущу!

Малькольм сунул руки в карман и принял скучающий вид.

– Вам обоим за четыреста лет собачиться не надоело, а?

– Нет! – рявкнула я и услыхала со стороны Франца не менее яростное возражение. Мы замерли и уставились друг на друга. Как же хотелось закрыть с ним вопрос раз и навсегда… Я не могу его убить, рука не поднимается. Но постоянные нападения… Вроде сегодняшнего, это уже слишком… Капера нужно поставить на место и наказать!

– Доказательства есть? – полюбопытствовал Франц.

– Кстати, хороший вопрос! – лениво осведомился мелкий древний.

– Что слова главы клана уже недостаточно?

– Ясмина, ты у нас барышня горячая, – протянул Мальком. – Или уже забыла свой разгул в Палермо? Ты же тогда за одну ночь целый синдикат обескровила. А мы после этого всем составом пытались отбрехаться и доказать, что вампиры там и рядом не проползали. А ты хоть спасибо сказала – нет?

Ах, Палермо… Его невозможно забыть… Там жил очаровательный и подающий надежды ученый Энцо Лоретти. Он знал много о свойствах крови и еще больше мог бы узнать. Я надеялась перетянуть гениальный ум в свой клан. Но чертов синдикат напал на его семью и прикончил МОЕГО ученого! Тогда немножечко вспылила и решила нанести ответный визит вежливости…

Нанесла, на свою голову, двести лет прошло, а мне это дело при каждом удобном случае вспоминают.

– Так, мне надоели ваши постоянные разборки! Вы деретесь, а мы потом скандалы со смертными прикрыть стараемся... Наверху отдыхает… Отдыхал… весь совет… Пока вы не явились! Так что сейчас, оба за мной, разберемся наконец-то, кто действительно виноват.

Франц криво ухмыльнулся – Вот теперь ты попала!