Это моя мечта

– Не слишком ли нарядно?.. – пробормотала она, надевая белые балетки.

Сомнение мелькнуло – и тут же исчезло. Сегодня ей хотелось выглядеть именно так. Делли сделала фото в зеркале и отправила Грейс.

Грейс: скажи, как тебе? Я не выгляжу слишком?..

Грейс: ты похожа на зефирку, выглядит очень мило, мне нравится! А что за повод?

Делли улыбнулась и набрала:

Делли: сегодня с Эшем сценка «Ромео и Джульетта» по истории театра, вот и решила так одеться.

В ответ прилетел смайлик с глазами-сердечками. Это почему-то согрело ещё сильнее. Делли закинула в сумку доклад, тетрадь и ручку, перекинула ремень через плечо и выбежала из комнаты.

Она вошла в кафе с лёгкой улыбкой и сразу подошла к стойке.

– Мне большой латте, пожалуйста.

Бармен улыбнулся в ответ, окинув её внимательным взглядом.

– Вы сегодня выглядите иначе.

– Спасибо, – мягко ответила Делли.

Она уже потянулась за телефоном, как вдруг заметила Рэнни. Он сидел за дальним столиком, один, с книгой в руках, сосредоточенный и будто отрезанный от всего мира. Сердце неприятно кольнуло.

Только не сейчас, – подумала она и тут же отвернулась.

Почему-то ей совсем не хотелось с ним встречаться. Их поцелуй когда-то вдруг показался ошибкой – глупой, пьяной, ненужной.

– Ваш кофе, – вернул её к реальности голос бармена.

– Спасибо, – Делли приняла стакан и направилась к выходу.

И в следующую секунду всё произошло слишком быстро. Рэнни резко встал и, проходя мимо, задел её плечом. Стакан выскользнул, горячий кофе плеснулся прямо на юбку и балетки. Делли замерла. Она посмотрела вниз – тёмные пятна расползались по ткани. Потом подняла глаза.

– Извини, – коротко бросил Рэнни, даже не остановившись, и вышел из кафе.

Вот так просто.

Без взгляда.

Без паузы.

Ком подступил к горлу. Делли стояла, глядя ему вслед, и только потом заставила себя вдохнуть.

Она быстро написала Эшу:

Делли: я опоздаю. У меня случился конфуз. Скажи, пожалуйста, чтобы мы были последними в списке.

Ответ пришёл сразу.

Эш: что случилось?

Делли на секунду замялась и напечатала:

Делли: потом расскажу.

И, не дожидаясь больше ничего, выбежала из кафе. В общежитие она влетела, словно за ней кто-то гнался. Захлопнула дверь комнаты и сразу начала снимать испорченную одежду.

– Чёртов Киркан… – прошептала она, сжимая ткань юбки в руках.

Ей хотелось расплакаться, но Делли упрямо сглотнула слёзы.

Нет. Не сегодня.

Она распахнула шкаф, быстро перебирая вещи – и вдруг замерла.

– О… – выдохнула она.

Платье от Lace Made, белое, с мелкими вишенками, которое она не носила. Ткань была лёгкой, но плотной, сзади – аккуратная корсетная утяжка, подчёркивающая талию. Юбка мягко спадала до середины голени, а верх сидел идеально: тканевые чашечки красиво формировали грудь, не делая образ вызывающим – скорее нежным, винтажным, фарфоровым.

– Вот ты где… – улыбнулась Делли.

Она быстро надела платье, переобулась в коричневые балетки – белые были безнадёжно испорчены кофе. Сняла жемчужные заколки и встряхнула волосы, позволяя локонам свободно рассыпаться по плечам. Делли посмотрела на себя в зеркало. В глазах снова появилась уверенность.

– Рэнни не испортит мой день, – сказала она вслух.

И, схватив сумку и доклад, уверенно вышла из комнаты.

Делли тихо постучала и проскользнула в аудиторию – как раз в тот момент, когда другие ребята заканчивали доклад. Эш сидел на её обычном месте слева. Увидев её, он буквально выпучил глаза. Она быстро опустилась рядом.

Эш наклонился и легко чмокнул её в губы.

– Делли… ты потрясающе выглядишь.

К её щекам тут же прилил румянец.

– Спасибо, – прошептала она. – Так… когда мы идём?

Эш обнял её за талию.

– Можем прямо сейчас. Никто не подготовился.

– Правда? – удивлённо прошептала Делли. – А ты реплики выучил?

Эш усмехнулся:

– Конечно. У меня хорошая память, к тому же в школе я уже играл Ромео.

Делли улыбнулась, глядя ему в глаза, и вдруг перевела взгляд вправо. Рэнни уткнулся в телефон, будто происходящее его совсем не касалось.

– Ну что, Калеб и Макс, отличная работа, – сказал преподаватель. – Садитесь.

Он оглядел аудиторию. – Кто следующий?

Делли и Эш одновременно поднялись.

– Отлично, – кивнул мистер Джонс. – Делли и Эш. Какая у вас эпоха?

Делли разложила доклад на кафедре.

– Эпоха Возрождения.

– Прекрасно, – хлопнул в ладоши мистер Джонс. – Начинайте.

Они говорили по очереди – уверенно, спокойно, будто давно репетировали это вместе.

Делли рассказывала: – Эпоха Возрождения стала поворотной точкой в истории театра. Человек впервые оказался в центре внимания искусства. Герои перестали быть условными образами и стали живыми – со страстями, сомнениями, внутренними конфликтами.

Эш подхватил: – В это время театр выходит за рамки религиозных сюжетов. Появляется интерес к личности, к любви, к трагедии выбора. Одним из ключевых драматургов эпохи стал Уильям Шекспир, чьи пьесы до сих пор остаются актуальными.

Они говорили о сцене, о языке, о том, как Шекспир соединял поэзию и драму, возвышенное и земное. В аудитории было тихо – слушали.

– В завершение, – сказала Делли, делая вдох, – у нас небольшая сценка по Шекспиру.

Она улыбнулась, чуть смущённо. – «Ромео и Джульетта». Сцена на балконе.

Эш посмотрел на неё – спокойно, уверенно – и едва заметно кивнул: начинаем.

Он шагнул вперёд, будто под ночное небо Вероны.

– Свет! Что за свет мелькнул в окне? – начал он, понижая голос. – То – восток, и Джульетта – это солнце…

Делли медленно подняла взгляд, словно действительно стояла на балконе.

– О Ромео, Ромео… зачем ты Ромео? – тихо, искренне произнесла она. – Отрекись от имени отца твоего…

Их голоса переплетались – не театрально громко, а живо, чувственно. Эш сделал шаг ближе.

– Я возьму новое имя… – сказал он. – Назови меня любовью – и я буду крещён заново.

Делли улыбнулась – мягко.

– Ты слышишь меня?

– Я весь – слух, – ответил он, не отводя от неё взгляда.

На секунду в аудитории стало так тихо, что было слышно, как кто-то задержал дыхание. Когда сцена закончилась, наступила пауза – а потом раздались аплодисменты. Сначала робкие, затем всё громче. Делли улыбалась, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Эш подошёл и обнял её за плечи.

– Молодцы, ребята, – сказал мистер Джонс с искренней улыбкой. – Это было супер. Видно, что вы не просто выучили текст, а поняли его.

Прозвенел звонок, и аудитория сразу наполнилась шумом. Делли и Эш вышли вместе, всё ещё держась за руки.

– Так сколько у тебя сегодня пар? – спросила она, покачивая их сцепленные пальцы.

– Ещё две, – ответил Эш. – А потом мне нужно улететь в Лос-Анджелес, по делам студии. Так что вряд ли мы сегодня увидимся, Делли.

Она тут же опустила взгляд и слегка выдвинула нижнюю губу, даже не заметив этого жеста.

Эш улыбнулся, заметив.

– Эй… мы же не навсегда прощаемся.

– Да-да, – быстро сказала Делли, кивнув. – У меня всё равно вечером репетиция с Грейс. Я говорила тебе? Она делает проект, будет снимать, как наша группа танцует.

Эш вскинул брови:

– Нет, ты не говорила. Он улыбнулся шире. – Но мне нравится, что ты уже так спокойно об этом рассказываешь.

Делли обняла его, уткнувшись лбом ему в грудь.

– Ладно, тебе правда пора, а то опоздаешь.

Эш наклонился и поцеловал её – сначала мягко, невесомо. Он начал отстраняться, но Делли сама потянулась к нему ещё раз, не желая отпускать.

Эш тихо засмеялся.

– Я тоже хочу целовать тебя до бесконечности, Делл… – сказал он, проводя руками по её щекам. – Но мне правда надо бежать.