Время на кону

Как ни старалась Лиз, и как ни пытался за меня поручиться Теодор, остаток дня я провела в библиотеке, пока эти двое не составили мне компанию, скрасив мое одиночество. Так они думали, но как они ошибались.

Я неспешно вышла из аудитории и направилась по коридору главного замка в сторону библиотеки. Как же приятно идти по пустой Тероне, когда никого нет, и все сидят на занятиях. Кажется, что сама академия принимает более дружелюбный вид, а через огромные окна пробивается значительно больше света, да и погода на улице кажется не такой угрюмой. Да что там погода? Дышится легче. Я завернула за угол, впереди показалась лестница. Осталось совсем немного, и я попаду в книжную обитель. Разглядывая статуи и картины, что изредка попадались мне на пути, я вдруг перед лестницей увидела Уилла.

Испугалась.

Глупая. Он же дежурит сегодня. А в его обязанности, помимо прочего, входит поимка студентов, что прогуливают занятия без уважительной причины. Уилл стоял неподвижно и недовольно смотрел в мою сторону.

– Прости. Я знаю, что не должна разговаривать с тобой и не должна находиться здесь, но у меня не было выбора. Профессор Гром… Он отправил меня в библиотеку, выставив со своей лекции, и… Ты должен понять всю сложность ситуации и не штрафовать меня, ведь своих не штрафуют, да и нет смысла возвращать меня на занятие. Гром все равно выставит вон.

Я так жестикулировала, что не заметила, как случайно коснулась Уилла, и моя рука прошла сквозь него.

– Иллюзия? – от удивления я проговорила это вслух. – Так ты не настоящий! Запугиваешь прогульщиков и нарушителей порядка, а сам где-то далеко. Хитро. Но со мной это не сработает. Ты всего лишь сгусток энергии.

Я встала на цыпочки, чтобы поравняться с иллюзий, подула на нее и шепнула заклинание:

– Чтобы не пугал других. Мы вольны передвигаться по Тероне свободно. «Растворись»!

Я была горда собой. Но не заметила того, как на лестнице появился настоящий Уилл. Только поняла я это не сразу. А он быстро сориентировался, заметив мою выходку, и замер.

– Глядите-ка, да ты решил понаставить иллюзий, чтобы тебя все боялись. О да, ты весьма предприимчив. Но только не в этот раз. У тебя ничего не получится. – Я подошла к Уиллу и, расслабившись, принялась игриво крутиться вокруг него. – Все потому, что и тебя я развею, пока твой хозяин далеко. А говорили, что вы страшные и опасные. К вам нельзя подходить даже и близко, не то что смотреть. Боюсь-боюсь. Страшно, теперь даже не знаю, мне упасть в обморок от страха или бросится тебе на шею, умоляя обратить внимание на себя?

Я встала на носочки и хотела резко крутануться, как в танце, но эти ужасные туфли на каменном полу оказались слишком неустойчивыми. Я поскользнулась и вскрикнула от того, что спиной облокотилась в грудь Уиллу. Но каково было мое удивление, когда вместо того, чтобы исчезнуть и позволить мне упасть на пол, он поймал меня, положив руки мне на талию.

– Так что ты выберешь? Броситься на шею? – тихо спросил Уилл.

Я с ужасом повернулась к нему и уперлась руками в его грудь:

– Не иллюзия?

– Нет.

– Тогда упаду в обморок от страха. – Честно призналась я и опустила слегка голову, отведя взгляд в сторону.

– Уже не получилось. – Уилл явно намекал на то, что он поймал меня. – Что ты здесь делаешь? У тебя пара у Грома. И не пытайся обмануть, я знаю расписание всех занятий у каждого курса ловчих.

Я подняла на него взгляд и заметила, что он стал всматриваться в мои глаза так, будто в этот раз изучал меня еще более внимательно и пристально.

– Профессор Гром выгнал меня прочь. Я провалила практическое занятие. Он отправил подтянуть теорию в библиотеке. С позором. Хорошо, что не оштрафовал.

– Руну тебе он при этом на гербе Тероны не отметил? – Уилл указал на знак Тероны, что не имел дополнительных свечений, кроме основного зеленого, подтверждающего мое нахождение в академии.

– Ох, точно, забыл! Но мы же не вернемся к нему за этим? Гром просто сожрет меня и не подавится, – я прошептала последние слова несколько тише и попыталась отстраниться, но из-за этого только нелепо водила ладонями по груди Уилла. – Прошу, отпусти.

Лиз была бы в восторге, еще немного – и мои руки дошли бы до его пресса. Но только вряд ли бы ему это понравилось. Да я не сделала бы этого ни за что.

– За прогулы положен штраф. – Уилл ослабил хватку и левой рукой поправил мне воротничок рубашки, что загнулся.

– Но своих штрафовать нельзя. – Я смогла сделать шаг назад, и он отпустил меня.

– М? Ты и это и правило знаешь?

– Это же не тайна. Прошу, мне правда следует оказаться в библиотеке, иначе завтра Гром снова меня вышвырнет. И тогда меня с позором отправят на лекции к первокурсникам. А это не моя вина, что я не могу прыгать в пространстве, как птичка.

Уилл непонимающе посмотрел на меня, затем ухмыльнулся и позволил уйти.

– Иди.

– Правда? – я не верила в его снисходительность.

– Правда, иди.

– Тогда я ухожу и больше не попадусь тебе на глаза, уверяю.

– Это вряд ли. – Уилл смотрел мне вслед, а я бросилась бегом в сторону библиотеки. – Ведь если ты соврала, то я узнаю и оштрафую на все добытые тобой вчера баллы. Напомни, сколько их было?

Его слова долетели до меня, и я с ужасом повернулась:

– Даже холодно стало от твоих слов!

Не понимая, почему именно эту фразу бросила в ответ, я скрылась в арочном проеме.

Кажется, что Уилл какое-то время еще стоял и смотрел мне вслед, затем к нему кто-то подошел. Что произошло дальше я уже не видела. Но то, что я оказалась в такой опасной близости возле представителя Терм’амсэр, напугало меня. Да он хорош, но так нельзя. И я точно не расскажу об этом Тео и Лиз. Но с ним было так тепло, когда он обнимал, странно… Значит, сжечь меня он может также просто? В любом случае, это неважно, я сдержу свое слово и не буду попадаться ему на глаза. Ох, но Уилл правда слишком хорош. Напишу об этом Медее, глупость, никому. Пусть забудет и он, что я попалась ему во время лекций.

Библиотека Тероны благодаря своему тусклому освещению, выглядела более мрачной, чем библиотека в замке Арракиса. Сферы, что дарили свет, хаотично передвигались в воздухе. Но вот по количеству книг, я могла бы поспорить, в книжном хранилище чьей обители больше запрещенной литературы и знаний. Стеллажи с книгами достигали потолка и, казалось, упирались в него, образуя лабиринт из рядов, в котором можно заблудиться. Отчего складывалось впечатление, что фолианты на верхних полках терялись в полутьме высоких потолков, которые поддерживались большими колонами, украшенными резьбой.

Я была удивлена насколько быстро практикант помощника библиотекаря отправила меня в нужный отдел с литературой для новичков или тех, кто отчаялся и потерял всякую надежду заслужить лояльность профессора Грома. Могло показаться, что только у студентов нашего факультета телепортация получается безупречно, поскольку «страдающих» среди чаротворцев и стихиеведов в этом отделе было предостаточно. Наверно, я и правда ошиблась факультетом.

Но Арракис никогда не позволял мне телепортироваться. Учителя, что обучали меня среди прочей знати в его замке, считали, что я совершенно лишена всякого таланта к перемещению и скачкам в пространстве. Было ли это правдой или обидой за мою детскую шалость, я не знала. Помню лишь, как изменилось его лицо, перекошенное гримасой раздражения, когда я сказала ему, будучи двенадцатилетней глупышкой, что если не смогу полюбить его, улечу, как птичка. Воспоминания. Стало снова не по себе.

Чувство тревоги усилилось, когда девушка, которая ловким взмахом руки, с помощью магического заклинания, положила на стол стопку книг, отшатнулась от меня. Узнала. Она узнала меня. Это я без труда поняла, когда она отошла в сторону чаротворцев и о чем-то недовольно заговорила с ними, посматривая в мою сторону. О, похоже, что теперь мне ни при каких обстоятельствах нельзя даже думать о факультете чар, а если я вылечу со своей специализации, благодаря профессору Грому, мне проще умереть. Они растерзают меня, точно иссушенные, что страдают дефицитом магической энергии.

Я нахмурилась, но попыталась сосредоточиться на чтении. Не могу. Снова мысли об Арракисе тревожат больше обычного. Наверно, из-за того, что ночью я слишком плохо спала. Я недовольно вздохнула и обратила внимание на девицу, что села недалеко от меня и формально кивнула, поприветствовав. Второкурсница с факультета стихий. Странно, что она не отскочила от меня, точно я больна неизлечимым недугом. Я продолжила рассматривать других студентов, что оказались в этом отделе библиотеки.

Мое внимание привлекла стайка студентов, преимущественно третьекурсников, что остановилась возле фей, зыркнула в мою сторону и направилась прочь к более укромному столу между книжными стеллажами.

Неужели тайное сообщество? Я ухмыльнулась. Довольно глупо с их стороны, если это действительно так, носить знаки отличия на виду. В книгах я читала про таких совершенно другие сведения.

Остановив свой взгляд на одной из девиц, я нахмурилась. У нее в руках была банка черных ползунов, а из-под темной мантии виднелась сумка, набитая всякой ветошью. Некроманты? Неужели шайка фанатичных приспешников темной магии, что причисляет себя к ведьмам и колдунам, оттачивают навыки у всех на виду? Отвратительно.

Арракис говорил, что это запрещенная магия. Только его род имеет привилегированное право на ее использование. И судя по практическим занятиям четверокурсников, они то и дело на границах Гелеата и в приграничных районах Тероны устраняют ведьм и колдунов. Выходит, двойные стандарты ректора? Или пищевая цепочка недолжна исключать ни одно из звеньев?

Я так долго думала об этом, что не сразу заметила, как что-то прошептав, девица открыла банку и, швырнув ветошь в мою сторону, словно растворилась в тени.

Ползуны спешно направились в мою сторону. Терпеть их не могу. Хуже было лишь то, что феи, эти гадкие чаровницы, с любопытством наблюдали за происходящим. Сколько баллов они подарили «ущемленным», чтобы разделаться со мной?

Я поморщилась и мысленно попыталась выставить барьер. Не сразу поняла как на них реагировать. Хотелось завизжать от ужаса, что, собственно, я и собиралась сделать, порадовав своих противниц. Но ахнула от того, как вся получая живность сгорела. А после магического щелчка и вовсе исчезла.

– Терпеть не могу этих мерзких существ и их владельцев, – проговорила раздраженно девушка, что сидела напротив меня и дула на кончики своих пальцев, чтобы остудить их от пламени.

Факультет стихий. Заклинательница огня. Безупречный самоконтроль. Она даже не напряглась, чтобы расправиться с ползунами. Вот они —представители стихий во всей своей красе. Даже всех моих умений не хватит по окончанию академии, чтобы сравниться в мастерстве владения стихиями с их носителями. Они безупречны.

Девица встала, снова кивнула мне и поспешила прочь. Оказалось, ее ждал парень. Они оставили библиотеку.

Я выдохнула. Временный союзник оказался неплох. Даже если нас объединила общая нелюбовь к ползунам. Но настроение было испорчено. Попробую подождать Тео и Лиз где-нибудь поближе к общажной башне нашего факультета.

Проклятье!

Я вскрикнула от того, что кто-то положил мне руки на плечи, и хотела что было силы шарахнуть нарушителя моего покоя вспышкой света, но вовремя заметила, что это был Тео. Он обеспокоенно взглянул на меня и попытался оправдаться, в то время как Лиз села возле меня и принялась нахваливать себя и Тео. Им на пару удалось написать конспект и для меня таким образом, чтобы мне не пришлось переписывать содержание пропущенной лекции. Поблагодарив их, я рассказала о случившемся и попросила, как можно скорее оставить библиотеку. Они согласились.

– Фанатики совсем ополоумели, средь белого дня швырять шептунов в библиотеке? – Тео недовольно шел чуть впереди, будто пытаясь показать, что мне больше нечего бояться.

– А кого или чего им бояться? Они сделали это потому, что им заплатили.

– Теперь, думаю, что с феями у тебя совсем ничего общего не осталось, а факультет чар закрыл для тебя свои двери. – Тео разочарованно посмотрел на меня, пытаясь скрыть свое восхищение и симпатию.

– Может, это и к лучшему. Иначе профессор Воз таскала бы меня к статуе раза два на дню. – Я спешно следовала за Тео.

– И это правда, Кэсси, но с телепортацией надо что-то делать. Иначе Гром просто разорвет тебя в клочья, – заявила деловито мне Лиз, минуя проход в наш коридор.

– Да, это моя большая проблема.

– Я могу помочь. Поскачешь по порталам вместе со мной.

– Тео, это звучит несколько вульгарно, не находишь? Она же не первокурсница, чтобы ты такое ей предлагал? – Лиз нахмурилась и попыталась его толкнуть.

Ревность? Или желание поучаствовать?

– Я предлагаю дружескую помощь, Лиззи. Пока я буду прыгать вместе с Кэсс, ты будешь контролировать число успешных перемещений и страховать ее в случае неудачи.

– О, так мне нравится. – Лиз довольно улыбнулась. – Я не позволю Кэсседи быть твоим педагогическим повалом.

– И как интересно ты это сделаешь? Закроешь глаза на все мои неудачи?

– Сдеру с тебя три шкуры и грамотно мотивирую. – Лиз стала довольно пританцовывать на ходу. – После ужина я зову тебя со мной на мотивационное занятие. Я буду понимать твой боевой настрой.

– Каким же это образом? – я в недоумении изогнула бровь и кивнула Тео, когда он открыл передо мной дверь и пропустил нас с Лиз вперед.

– Лиз зовет тебя глазеть на тренировки четвертого курса. На занятиях боевой магии половина из них без рубашек. – Он зашел в комнату вслед за нами, запер заклинанием дверь и по привычке развалился на моем стуле около стола.

– Лиз! – я встрепенулась и перевела на нее взгляд.

– Все именно так. Тем более таких как мы там будет предостаточно. – Лиз подошла к шкафу и принялась копаться в нем в поисках сменной одежды.

– Девиц, глазеющих на старшекурсников в надежде получить ответное внимание? – я села на кровать и продолжала наблюдать за тем, как Лиз, игнорируя присутствие Тео, пытается переодеться.

– О да. И пока наш дорогой Теодор будет снова очаровывать первокурсницу с факультета стихий, пытаясь затащить ее в постель, мы с тобой, Кэсси, очень продуктивно проведем время.

Что-то слабо в это верится. Но Тео и Лиз мои единственные друзья здесь. Я не могу игнорировать их общество. К тому же, как бы я не опасалась, но, быть может, там будет Уилл. На него бы посмотрела. Я ахнула и мысленно отругала себя. Лиз слишком пагубно на меня влияет. Я никогда прежде не желала так нагло пялиться на мужчин.

К вечеру небосвод затянуло тучами и солнце совершенно не просматривалось через него. Атмосфера в академии стала более мрачной. Фасады и стены моментально сменили свой облик и стали навевать тоску. Но меня это не должно было беспокоить. Меня это вообще не должно было волновать. Так считала Лиз, которая тащила меня за руку, прямиком к заколдованному полигону, убеждая в том, что нам следует занять места повыше, чтобы не привлекать внимание. Внимание. И именно поэтому она тащила с собой учебник по телепортации. Для вида. Хитро.

– О, Кэсси, ты так увлеченно засматриваешься. – Подколола меня Лиз. – Ищешь кого-то конкретного? Надеюсь, не того засранца, из-за которого у тебя был поединок.

– Нет. Это не он. Я просто пытаюсь вести себя максимально обычно и не привлекать слишком много внимания, уткнувшись в книжку. – Я посмотрела на Лиз и заметила, что она так сделал несколько раз.

Неужели это она искала кого-то конкретного? Стоит узнать. В моем случае, я потерпела неудачу. Уилла не было. Не было никого из прошлой группы, что вернулась перед моим поединком. Но позволю себе согласиться с Лиз, что засматриваться на парней с других факультетов, на фоне наших старшекурсников, было весьма скучным занятием. Хотя парни с факультета стихий весьма меня впечатлили своим контролем и магической скоростью прочтения заклинаний.

Кажется, что выпускников стихиеведов я видела в замке, когда Арракис формировал отряды на границах своего пристанища. Точно. Я помню, что многих из стражей он брал именно из Тероны. Выходит, были даже представители временных? Он и их не чурался? Или на счет них у него были совершенно другие планы? Мне достоверно было известно, что неугодные представители родов, как только метка давала знать профессуре о пробудившейся силе, исчезали. Недавно от Лиз я узнала, что их и вовсе убивали. Это знали все, просто не афишировали. А потому многие с облегчением выдыхали, когда на их руке меток и вовсе не было. Говорили, что обычно это было проблемой старших детей рода. Выходит, Тео совсем безобиден? Я не видела у него даже намека на руну.

Я могла бы и дальше копаться в своих умозаключениях, грезя завтрашними уроками магической истории Гелеата, но заметила, что Лиз снова уткнулась в книгу и мой вопрос оставила без внимания. Тогда я обратилась к ней еще раз.

– Лиз, все в порядке? Ты меня совсем не слушаешь.

– Кэсси, – еле слышно молвила она, – мы ведь друзья?

В чем подвох?

– Разумеется. Мне казалось, что при нашей первой встрече вопрос межличностных отношений был урегулирован. Что-то не так? – я обеспокоенно заглянула Лиз в глаза и положила руку ей на предплечье, слегка обхватив пальцами ткань рубашки.

– Тогда сможешь ответить честно? Обещаю, что никому не скажу. – Лиз вытянула руку вперед и, щелкнув пальцами, прошептав заклинание, поставила на руке черный святящийся крестик. – Ты любила Арракиса? Только честно.

Я опешила. Ее вопрос поставил меня в тупик. Нет, не потому что я собиралась раскрыть Лиз какую-то тайну и не потому, что это было что-то ужасное. Я не знала ответа на этот вопрос. Наверно, потому что ответ был очевиден, и я решила, что, поднимая тему доверия, я отвечу как есть.

– Не думаю, что когда-либо испытывала настолько сильное и эфемерное чувство по отношению к Арракису. Пожалуй, и вовсе не испытывала этого чувства. – Я подула на руку Лиз, и крестик исчез. – Это не секрет. Я действительно не испытывала к нему подобных чувств. Я не успела. Я могла бы описать все чувства привязанности и дружбы, желания находиться вместе, близость платоническую, но не то, что обычно испытывают к мужчине, с которым следует разделить постель.

– Постой, так ты не разу…

– Лиз!

– Прости я не хотела обидеть. – Лиз захлопала ресницами, но я не дала ей продолжить.

– Мне не было нужды. Арракис четко следил, чтобы я была не испорчена до союза с ним. А удовлетворение всех плотский желаний ложилось на выпускниц факультета чар. Чаровницы охотно одаривали Арракиса своей любовью, доставляя удовольствие. И это никоим образом не могло задеть меня.

– С ума сойти можно. Я не знала таких нюансов. Но почему же тогда он не возлег с тобой, как можно быстрее? – тут Лиз поправила себя. – Женился бы – и дело с концом.

– Тогда я была бы мертва. Элтанин не оставил бы меня в живых.

Лиз испугалась. А я продолжила:

– Арракис собирался провести свадебную церемонию на мой двадцатый день рождения. Был уверен, что метка загорится. Но руна даже не светилась.

Я вытянула руку перед Лиз и указала на метку.

– Его это останавливало? – она осторожно коснулась моей руны.

– Еще как. Арракис не хотел ошибиться. Должен был быть уверен, что сделал правильный выбор. Именно поэтому Элтанин, вопреки лоббированию моей матерью своих интересов, отправил меня сюда. Он не уверен, что я – то самое. А мою мать устроила бы и роль одной из содержанок. Главное, чтобы я была возле Элтанина.

Лиз выругалась. Про содержанок Драгонерри она слышала и не раз. Пожалуй, это не было ни для кого секретом. Она извинилась, что потревожила мои болезненные воспоминания, и попыталась перевести тему.

– Все в порядке. Я просто скучаю по Арракису. С ним мне было спокойно и безопасно. Сейчас я боюсь каждого шороха.

И это было правдой. Лиз обняла меня и прошептала что-то утешающее о том, что у меня есть они с Тео. Я кивнула. Потом она попыталась расспросить меня о том, действительно ли я на кого-то засмотрелась. Я ответила правду, что его здесь нет.

– Значит, это кто-то из вчерашних. Имя не помнишь?

– Нет. – Соврала я.

– А я вот хорошо запомнила. – Лиз указала на третьекурсника, вокруг которого ошивалась несколько девиц. – Это про него говорил Тео.

– Мимолетный роман первого месяца лета?

– Ее какой. Но совершенно не мимолетный.

– Ты печалишься? – это скорее прозвучало как утверждение, но Лиз ответила.

– Он игнорирует меня, и это заставляет меня грустить. Он не объяснился и избегает. Я злюсь.

– Хочешь поговорить?

– Определенно не здесь.

– Я имела ввиду, с ним.

– Но не на глазах же у его новой пассии. – Лиз указала на девушку, что весьма умело играла водными шариками и подкручивала их, выпуская в воздух точно пузырьки.

– Третий курс чар? Фея? – я принялась рассматривать девушку.

– Да. Эдит. Они ровесники.

– Ты все разузнала.

– И даже то, что у них все более, чем серьезно.

Но в последнее я не поверила. Я не сильна была в понимании отношений между мужчиной и женщиной, но его поведение явно говорило о том, что ничего серьезно там нет. Даже близко.

Мы просидели на полигоне до позднего вечера. Успели вернуться до отбоя прежде, чем нас поймал дежурный со стихиеведения. Уилла я так и не увидела. Ночью плохо спала, и снились кошмары. Сила восстановилась не полностью.

Конец недели был ничем непримечателен. Я даже научилась реагировать на нападки профессора Грома и смогла снискать у него крупицы милосердия в мою сторону. Он сжалился надо мной и, благодаря Тео, мне удалось закрыть первый зачет. Про экзамен я даже думать боялась.

Следующие несколько недель также смогли научить меня полностью игнорировать недоброжелателей. И даже профессор Воз не вызвала у меня ничего кроме безразличия. Я прониклась к ней, как учил меня Арракис, не выражая никаких эмоций, лишь проявляя сострадание к ее ничтожности. Это сработало. Хорошо, что об этом не знала сама Воз.

К концу месяца я практически полностью освоилась и знала уже все правила академии, даже те, что были в негласном кодексе. Тео постарался, чтобы к началу практических занятий у Лонгбейна я была на высоте.

Уилла я за все это время видела лишь один раз. Я даже не поняла: столкнулись ли мы с ним взглядом, или это я бесцеремонно наткнулась на него и пыталась потом отыскать в толпе, придумывая себе, что видела его с феями с четвертого курса чаротворцев. От этих мыслей выругалась вслух на истории Тероны, чем повергла в ужас Лиз, и получила штраф в пять баллов от профессора Стоунвелла. Я определенно скатываюсь в яму отчаяния.

Но история магии захватывала меня целиком. Я натащила в комнату столько библиотечных книг, что с легкостью смогла закрепить твердое лидерство среди второкурсников трех факультетов на практических спорах, касающихся истории Гелеата. Но несостыковки, которые мне приходись заучивать на новый лад, вызывали у меня слишком много вопросов. Стала думать, что в академии есть хранилища с запрещенными источниками. Подтверждения своих мыслей не нашла. Но нарвалась на префекта стихиеведов в первые часы после отбоя и была оштрафована на пятнадцать баллов. С трудом вернула их в поединке. На следующий день после дуэли прогуляла все занятия.

Новый учебный месяц начался с очередной бессонницы. Мне снова плохо спалось. Я с трудом понимала, что происходит на занятиях. Сказывалась усталость.

С грустью для себя я обнаружила, что сонное зелье мне уже не помогает, а просить что-то более крепкое в амбулатории было бессмысленно. Сразу донесут Воз. И тогда будет проблем еще больше. Ведь у меня не было рецепта для сильнодействующих сонных снадобий. А попросить приготовить целителей было последним делом. Они скорее отравят меня, чем помогут.

– Но так нельзя, Кэсс. – Лиз догнала меня по пути в общажную башню. – Ты рискуешь умереть от недосыпа.

– Тогда это будет самая нелепая смерть в Тероне. Не считаешь?

Лиз нахмурилась. Ей не понравилась шутка. Да, я постепенно начинала шутить. Плоско и довольно глупо.