Зачарованные сладости попаданки

– Что здесь происходит?

Я обернулась, и мое сердце сделало сальто.

Корвин. Снова в черном плаще, но чуть другого кроя – более элегантного, без серебряной вышивки и с воротником-стойкой. А рядом – Альдус, его кристаллический волк, глаза которого светились, как звезды.

– Корвин? – неуверенно спросила я.

– Мира. – Он явно удивился. – А ты что тут делаешь?

– Продаю печенье, – выдавила я.

Это же все совпадение, правда? Просто совпадение?

– А ты?…

– Мы с Альдусом расследуем магические преступления и правонарушения. Мы были неподалеку, и Альдус почувствовал, что кто-то призвал целительниц.

Феечка, застывшая рядом со мной, важно кивнула. Ее золотистые крылышки быстро мелькали в воздухе, издавая тихое жужжание.

– Итак, что здесь произошло? – Корвин нахмурился. – И почему пострадавшая все еще находится без сознания?

Феечка пробурчала что-то про драгоценную пыльцу, но все же отправилась приводить несчастную женщину в чувство. Снова. А я, ощущая неприятный холодок в груди, рассказала Корвину обо всем, что произошло.

Дело не только в моей патологической честности. Половина рынка видела, как Тилли съела мое печенье и сразу после этого обзавелась двумя прелестными кошачьими ушками.

Корвин внимательно слушал мой рассказ.

– Мира, мне придется изъять твое печенье на проверку. А тебе нужно будет пройти с нами, – мягко сказал он, будто желая сгладить эффект от своих пугающих слов.

Ну вот и все. Кажется, я буду первой попаданкой, чьи приключения начнутся в новом, магическом мире… а закончатся в тюрьме.

Корвин шагнул вперед и на мгновение коснулся моего плеча успокаивающим жестом. Явное нарушение протокола, если учесть, что он был кем-то вроде мага-дознавателя или следователя, но… Он не мог не понимать, что я, иномирянка, заброшенная в чужой мир, чувствую сейчас.

И, надеюсь, понимал, что я никак не могу быть причастна к каким-то зловредным чарам. Хотя как зловредным… Тилли вон сияет, пока ее мать с бледным лицом ощупывает ее голову. Как будто надеется, что все это – лишь иллюзия, которая вот-вот исчезнет.

– Я не думаю, что…

Корвин осекся, глядя куда-то поверх моего плеча. Я обернулась.

Альдус прошествовал к моему “прилавку”, заставив толпу перед ним расступиться. Внимательно обнюхал корзинку, и… длинным розовым языком стянул одно печенье.

В мгновение ока оно исчезло в зубастой пасти. Альдус развернулся ко мне. И вдруг его глаза вспыхнули странным светом – каким-то потусторонним, ярко-ярко-голубым.

О нет… Мое печенье проклято!

Глава 12. Вердикт

Ноги у меня подкосились. В голове промелькнула мысль: тюрьма. Как я докажу, что мое печенье безобидно? Что я не какая-то шпионка из другого мира, присланная сюда, чтобы… я не знаю… всех проклясть!

И как это вообще произошло? Может, это все гномья печь со своими хитроумными механизмами и рунами?

Кажется, я и впрямь была готова тяжело и наверняка не слишком грациозно осесть на землю. Но в последний момент чьи-то сильные руки подхватили меня. Корвин.

Его рука крепко, но бережно обвила меня, и от этой близости мне стало по-настоящему жарко. Дыхание перехватило. Любопытно, но… это помогло мне немного прийти в себя.

В конце концов, может, в магическом, а значит, фэнтезийном мире, и тюрьмы более… м-м-м… приятные? Хотя, если целительницами тут служили феи, то что мешало огромному, жуткому троллю или огру быть надзирателем?

Ох, какая только чушь не придет в голову.

– Все хорошо, – успокаивающе сказал Корвин. – У Альдуса глаза загораются так каждый раз, когда он проводит проверку.

Я шумно выдохнула, даже не скрывая своего облегчения. Жаль только, Корвин руку с моей талии убрал.

– Проверку? – недоверчиво переспросила я. – А он все улики пробует на вкус?

Корвин рассмеялся, и от этого звука у меня что-то защекотало внутри.

– Конечно, нет. Хотя Альдус и не против полакомиться чем-нибудь вкусненьким. Просто у него обострены абсолютно все чувства и имеется еще одно, не присущее людям. Альдус – скар'рин или Зрячий, представитель расы разумных животных. Их называют следопытами, потому что они ощущают магию, как мы – запах или звук. Они способны чувствовать и видеть то, что скрыто от обычных, человеческих глаз. Большинство людей не понимают и не слышат его сигналы, но такие, как я, чувствуют их в виде… м-м-м… ментальных волн и могут их расшифровать.

Я изумленно уставилась на Корвина.

– Так значит, ты никакой не детектив?

– Детектив в нашей паре именно он. – Корвин улыбнулся. – Я же тебе уже говорил – я всего лишь переводчик. Хотя, должен признаться, сотрудничество с Альдусом заставило меня неплохо разбираться в расследовании преступлений.

Его слова невероятно заинтриговали меня, поднимая градус любопытства до немыслимых пределов. Ужасно хотелось расспросить Корвина обо всем: о его профессии, об Альдусе и его расе, о ментальных волнах и магических делах… Но тут таинственный скар'рин издал тихий рык – нечто вроде человеческого покашливания.

Я снова залилась краской. На мгновение забыла о том, что сейчас решается моя судьба. Все же от вердикта Альдуса зависит очень многое.

Корвин успокаивающе мне улыбнулся.

– Все в порядке. Он говорит, что в печенье нет чар. Ты здесь ни при чем.

Я облегченно выдохнула. Значит, причина произошедшего в чем-то другом, и тюрьма мне не грозит. Уже неплохо. Правда, Корвину… то есть Альдусу теперь предстоит полноценное расследование.

Я лишь надеялась, что с Тилли все будет в порядке.

Главная феечка, сопровождаемая своими миниатюрными соратницами, подлетела к нам.