Непропорциональная ответственность

— И что? Ты сразу подумал, что я с ним спала?

— А как иначе? Скажи, что нет?

— Нет! — вспыхнула она. — Я не знаю, когда ты приходил! Меня не было в номере! Когда я пришла, он был в трусах, и я выставила его вместе с вещами! А ты... Как ты мог подумать?! — голос её дрожал и закипал от возмущения. — Мы же договорились охлаждать отношения... Но я, кажется, поняла. Ты сам весь странный, и в номер к себе идешь... У тебя было с Вероникой? — резко спросила Маша и смотрела ему прямо в глаза.

— Было... — он понял, что врать бесполезно. — Я думал, что вы с Серым...— начал он оправдываться, но понимал, что выглядит очень глупо. — Прости меня…

— Тебе не за что извиняться! Мы с тобой не парень и девушка, а с Вероникой ты — пара. И у вас, я так понимаю, новый уровень. Рада за тебя, Матвей, — ледяным тоном сказала она.

— Маш... Я не знал...

— Чего ты не знал? Что мы договорились тормозить отношения, чтобы начать встречаться? И что, увидев Серёжу в трусах, ты сразу подумал, что я спала с ним? Отлично. Просто отлично. — Маша развернулась и ушла, стараясь сдержать слёзы.

Внутри у Матвея стало мерзко. Весь загруженный он пришёл в номер. Марк интересовался, как прошла ночь. Моте хоть и понравилось, но делиться совсем не хотелось. Вместо утренней эйфории и прилива сил внутри была лишь досада и злость на себя. Тело всё ещё пахло её духами, а во рту стоял горький привкус стыда. За завтраком он без аппетита ковырял омлет. Вероника заметила его настроение и заволновалась.

— Что случилось? Ты какой-то грустный...

— Да норм, Ник, мама немного подгрузила, — соврал он.

— Поняла. Всё будет хорошо, помни! Надеюсь, ночью всё было хорошо? — она нежно поцеловала парня в щёку, а он кивнул.

В автобусе Матвей, как обычно, сел с Марком. С Серёжей вообще разговаривать не хотелось. Его друг был в неоправданно отличном настроении, и это бесило.

— Мэт, а чё кислый такой? — подошёл к нему Сергей в музее.

— Ничё. Всё норм.

— Да я заметил… с Никой что, не пошло?

— Пошло.

— А тогда чего?

— Ничё, всё в поряде. — пробурчал Матвей.

— Ладно, не лезу.

Экскурсия вышла достаточно интересной. После обеда всех ждала дорога домой. Ника с Матвеем смотрели фильм, а параллельно он пытался поймать взгляд Маши. Та сидела с подругой, смурная, в наушниках. Он понимал, что многое испортил, но ещё надеялся что-то исправить.

***

Учебные будни начались своим чередом. Матвей всю неделю ходил мутный, мало с кем общался. Даже тренировки и английский не радовали. К концу недели он не выдержал и сцепился с Серёжей.

— Слышь, может, перестанешь врать? — набросился он на друга.

— Что? Ты о чём вообще?

— О Маше. Точнее, о тебе с ней. Ходишь неделю, красуешься, но при этом не спал с ней.

— Это ты с чего так решил?

— Она сама мне сказала, что выгнала тебя в трусах и что ничего не было.

— Не понял… С чего такие подробности? — настроение Сергея резко испортилось.

— Потому что вы вместе только потому, что я с Никой! — выпалил Матвей.

— Что? Ты о себе не слишком много возомнил?

— Немного. Ей нравлюсь я, чтобы ты знал. Не надо думать, что ты король.

Серёжа не сдержался и замахнулся. Завязалась драка. Их еле растащили Марк с Мишей.

— Что случилось?!

— Он заврался в край! Достал. — кричал Матвей.

— Сам достал! Мало тебе своей девушки, зачем лезть в мои отношения?

— Потому что не нужно говорить того, чего не было. Гуляете — и гуляйте! Но врать про секс не надо!

— Отвали! Всё, может, тогда и было бы! У нас всё так-то отлично, понял?!

Матвей промолчал. Вскоре их вызвали к директору. Драка, безусловно, не осталась без внимания. Объяснять Наталье Борисовне причину не хотелось, и парни одинаково врали. Оба получили выговоры, а также директор вызвала родителей. Обработав ссадины у врача, девятиклассники вновь вернулись на уроки.

— Вы из-за чего подрались? — заинтересовалась Маша у хмурого Серёжи.

— Матвей откуда знает, что мы не спали? Ещё и в подробностях.— ответил он вопросом на вопрос.

— Знает и знает. А зачем ты всем говоришь, что у нас что-то было? Я не понимаю.

— Чтобы к тебе никто не лез. Пусть знают, что у нас серьёзно.

— Но для этого не обязательно врать... Матвей в этом прав.

— Чего? Прав? Значит, правда, что он тебе нравится?

— Нет, неправда, — она сделала паузу. — Мы с тобой встречаемся, да? И я просто просила не форсировать...

— Ладно... а Матвей? Он тебя обидел? Вы раньше хорошо общались, а после поездки ты с ним не разговариваешь.

— Обидел, да. Но тебе не стоит из-за этого с ним выяснять отношения, Серёж.

- Хорошо, — внутри стало чуть спокойнее и Сергей поцеловал девушку.

Матвей до конца дня был в отвратительном настроении. Родители были очень недовольны из-за звонка директора и тем, что пришлось отменять важные дела по работе, чтобы приехать в школу.

— Из-за чего вы подрались? —интересовался Андрей Борисович, покинув кабинет директора.

— Он достал трепаться.

— Это не повод для драки, Матвей. Вы с Серёжей друзья, очень давно. С тобой что-то происходит целую неделю. Ты ходишь мутный, теперь дерёшься. Что случилось?

— Ничего, пап. Я иноват, прости? Больше не повторится.

— Ладно. Но до конца года ты на внутришкольном контроле. Наталья Борисовна сказала — ещё раз подобное повторится, то отчислит.

— Понял. Больше такого не будет. Обещаю!

— Надеюсь, сын. Поехали домой.

Вечером Матвей делал уроки и переписывался с Вероникой. Спустя некоторое время пришло сообщение от Маши: «Зачем ты рассказал Серёже о нашем разговоре? Чего добивался?»

— Ничего не добивался. Зачем он ходит, рассказывает всем, что у вас что-то было?

— Я ему это сказала. Но ты, Матвей, не должен был ему говорить, что знаешь.

— Это почему?

— Потому что у тебя свои отношения, у меня свои. Не надо их портить! Мне с Серёжей хорошо.

— Но это ты назло мне говоришь. Я же чувствую, что у тебя ко мне не прошло. Ты мне нравишься...

— Тебе кажется. Я больше не хочу с тобой встречаться. Всё в прошлом. Мы можем общаться, но обещай, что не будешь больше создавать подобные ситуации и вмешиваться в наши с Серёжей отношения.

— Понял... — внутри всё сжалось и стало очень горько. — Хорошо, лезть не буду. Обещаю. Я могу к тебе снова сесть на математике?

— Нет, прости. Ты с Марком вроде норм сидишь.

— Ладно. Я тебя понял.

Так разговор и закончился. Ещё меньше месяца назад они целовались и признавались в чувствах. А теперь... Он переспал с Вероникой, провёл одну из лучших ночей в жизни, но почти сразу пожалел об этом. И теперь Матвей окончательно понял, что влюблён именно в Машу. Но она — девушка его друга и перспектив в их взаимоотношениях нет.

Глава 7. Разморозка

Прошёл примерно месяц. Дело шло к февральским каникулам. Матвей немного отошёл от переживаний и продолжал встречаться с Вероникой. С конца января начались репетиции к концерту в честь окончания девятого класса. Мотя ходил на вальс и вызвался участвовать в сценке, которую часть их класса ставили под руководством Васи Ермака.

Маша и Серёжа тоже участвовали и в вальсе, и в сценке. Между собой парни стали нормально общаться и снова гоняли в футбол и баскетбол на переменах. Подростковые гормоны бушевали, и второй модуль завершился для Матвея не лучшим образом — восемь четвёрок, и он чудом избежал тройки по русскому и географии.

— Уф, хорошо, что модуль закончился, — подвёл итог Матвей за соком в кафетерии.

— Ага! — радовался Миша. — Как я рад, что и по русскому, и по алгебре четвёрки вытянул!

— Поздравляю, бро! Какие планы на каникулы?

— Спасибо! До среды — консультации, потом — в Ярославль на три дня, на день рождения родителей друзей.

— А у тебя?

— Консультации, и на интенсив по плаванию вписался.

На итоговом классном часу значков вручали очень много — завершились региональные этапы олимпиад. Матвей участвовал в английском и химии, но баллов на призёра не хватило. Вероника стала победителем региона по химии и призёром по биологии и экологии. Ника в ожидании проходных баллов на заключительный этап, но статуса победителя, скорее всего, должно хватить. Матвей громко хлопал ей при награждении специальным значком и вручении дипломов. Серёжа стал призёром по обществознанию, Маша — по русскому, математике и праву. Ксюша, младшая сестра Матвея, заняла второе место на конкурсе чтецов среди учеников начальной школы. Сам парень после Нового года особо не отличился, кроме той самой драки, но его это не особо расстраивало. Он ждал каникул и передышки от домашек, хотя расслабиться полностью не получалось — ОГЭ всё ближе, подготовка начинается всё интенсивнее.

В воскресенье Матвей съездил с отцом в баню, отлично отдохнул с Алексом и Димой и восстановил силы. Впереди его ждали многоплановые каникулы: с утра — консультации, следом — интенсив по плаванию и наконец-то свободное время для прогулок и игр.

Во вторник после физики Матвей не спеша шёл на тренировку. Пришёл пораньше, переоделся и вышел к бассейну, где заканчивали занятие младшие группы. В воде девятиклассник заметил Тимофея, который, увидев его, помахал рукой. После свистка, который означал, что занятие окончено, большинство ребят рванули в сауну, а Тима остался с парой друзей перебрасываться мячом. Внезапно он стал тонуть.

Матвей увидел ситуацию с бортика и немедля бросился в воду. Он вытащил первоклашку и изо всех сил пытался привести его в чувство. Друзей Тимофея он тут же отправил за врачом. Вспомнив уроки ОБЖ и что надо делать, он пытался помочь, и через некоторое время Тим наконец откашлялся и выплюнул воду.

— Матвей... — прохрипел он, когда прибежала врач с ребятами.

— Тимофей! Как ты? — склонилась над ним Анна Алексеевна.

— Вроде норм... ногу свело, я сам не понял, как начал тонуть. Меня Матвей вытащил.

— Спасибо, Матвей, огромное! — врач начала осмотр.

Первоклассник чувствовал себя более-менее хорошо. Оказав первую помощь, она дала Тиму подышать кислородом и вызвала скорую. Прибежал вскоре и тренер, очень взволнованный и чувствующий свою вину. Матвей, отойдя в раздевалку за телефоном, набрал Машу.

— Маша, привет!

— Привет, — холодно ответила она. — Что ты хотел?

— Ты в школе?

— Да, точнее, такси через минуту подъедет. Что-то нужно?

— У Тимы ногу свело, он чуть не утонул. Можешь подойти к бассейну?

— Какой кошмар! Бегу!

Запыхавшись, через пять минут она была уже рядом с братом.

— Тимоша, милый! Как ты?

— Всё уже хорошо... не волнуйся. Я не хотел никого пугать, просто ногу свело... Анна Алексеевна сказала, что мне надо в больницу, но я не очень понимаю зачем.

— Не бойся, Тимка, там тебя посмотрят, и если всё хорошо — отпустят. Ты сильно воды нахлебался?

— Ну так, прилично. Но Матвей вытащил и воду из меня вытряс... он добрый и классный! Он мне гораздо больше, чем Серёжа, нравится...

— Давай не об этом сейчас, ладно? Главное, чтобы ты был в порядке! И Матвею я обязательно скажу спасибо!

— Тебя со мной пустят?

— Боюсь, нет, Тимош. Несовершеннолетним нельзя. Я сейчас маме позвоню, она подъедет в ближайшее время, хорошо?

— Хорошо, Маш.

Вскоре приехала скорая. Пока врачи осматривали мальчика, Мария подошла к Матвею.

— Спасибо тебе!

— За что?

— За то, что вытащил Тиму, что правильно первую помощь ему оказал. Врачи говорят, если бы не ты... непонятно, что бы было. Спасибо, Моть. — на стрессе она крепко обняла его.

— Да не за что! Я сделал, что должен.

— Ты спасаешь который раз... я очень тебе благодарна!

— Рад помочь! Главное, чтобы с Тимом всё было хорошо! Тебе не разрешили с ним поехать?

— Нет. Но я маме позвонила, и она приедет к больнице.

Руки всё ещё дрожали и вообще Машу изрядно потряхивало.

— Понял. Если что-то нужно — говори. Хорошо? Ты сама как? Выглядишь не очень, самочувствие нормальное?

— В целом да. Но надо бы сахар померить.

— Где твоя сумка?

— На трибунах. Я её кинула и побежала к брату.

— Сейчас я принесу!

Матвей быстро принёс её вещи. Маша померила сахар — он был повышен, но не критично, однако требовался всё равно укол инсулина. Девушка проводила брата до скорой, а потом вернулась в бассейн. Тренировка старших уже шла полным ходом: разминка, а следом — и работа в воде. Матвей видел, как она сидит на трибунах, отвлекаясь на звонки. Через полтора часа занятие закончилось, и парень поспешил к ней.

— Ты меня ждёшь? Как Тим, есть новости?

— Да, тебя. Всё хорошо, обошлось. С лёгкими всё в порядке, гипоксии нет. Его оставят на ночь понаблюдать, завтра, скорее всего, отпустят.

— Это отличная новость! — он улыбнулся.

— Да, очень! Спасибо тебе огромное ещё раз!

— Главное, что всё хорошо! Успокаивайся! Тебе ведь нельзя сильно волноваться! — Матвей обнял всё ещё очень взволнованную одноклассницу.

Маша не оттолкнула и прижала на несколько мгновений голову к мокрому торсу парня.

— Знаю... - её голос звучал негромко в шуме воды и гула у бассейна. — Мама просила передать, что они приглашают тебя с родителями на ужин.

— Ого... а повод?

— Хотят поблагодарить.Ты сможешь тогда узнать у мамы с папой, когда они могут и написать мне?

— Конечно, Маш! А ты тоже там будешь? — с надеждой уточнил парень.

— Да.

Матвей переодевался в отличном настроении. Пока ждал такси, он позвонил маме.

— Привет, мам!

— Привет, Мотюш! Как дела?

— Хорошо! Жду такси — и домой. Вы сегодня вовремя?

— Да, как обычно, к семи. А что?

— Хотел у тебя спросить. Родители Маши приглашают нас втроём на ужин. Она просила узнать, когда вы можете.

— Ого. Вы же вроде не общаетесь последнее время... какой повод?

— Ну там... сегодня перед нашей тренировкой у мелких было занятие. У Тимы, её брата, ногу свело, он стал тонуть, я его вытащил.

— Боже мой! - воскликнула женщина. — Вот это история. Ты умничка! Я тобой горжусь! Как Тимофей себя чувствует?

— Вроде норм. Воды, конечно, нахлебался, до завтра в больнице, но в целом обошлось.

— Слава богу... Насчёт ужина... Можем завтра или в пятницу. Конец недели и т.д. Ксюшку к бабушке отправим. Уточни у Маши, когда им самим удобнее?

— Хорошо, спрошу. Спасибо, мам!

— Да не за что!

Он договорился с Машей на конец недели, параллельно играя в компьютер.

— Пятница — отлично! Мама сказала, так даже лучше. Приходите к нам в гости! Я адрес скину! И Ксюша тоже пусть приходит, с Тимом поиграет.

— Круто! Спасибо!

— Это тебе огромное спасибо!

Они ещё немного пообщались. Матвей чувствовал, что Маша к нему «потеплела». Но он не мог понять главного для себя — это просто благодарность за спасение брата или что-то большее?

***

Время до пятницы пролетело в занятиях и тренировках. В половине седьмого Липатниковы в полном составе подъехали по нужному адресу. Тимофея уже выписали, и он мог играть и гулять как раньше. Сняв верхнюю одежду, Шмелёвы старшие пригласили всех за стол, а Тим повёл Ксюшу на экскурсию по дому.

— Екатерина Михайловна, Андрей Борисович, спасибо Вам огромное за сына! — Сергей Викторович протянул руку отцу. — Матвей спас Тиму, мы вам и ему очень благодарны!

— Да главное, что всё обошлось! Как самочувствие у Тимофея?

— Всё хорошо! Сказали, помощь была оказана очень своевременно. Матвей, это тебе. — глава семейства протянул парню коробку с новым планшетом.

— Спасибо, Сергей Викторович! Но не нужно...

— Возьми, пожалуйста. Это от души.

— Бери, Моть, — шепнул отец, видя настойчивый взгляд, хотя всегда учил сына помогать безвозмездно.

Матвей взял планшет и от души поблагодарил Шмелёва-старшего. Ужин продолжался. Взрослые общались о своём, а Маша с Мотей сидели рядом и обсуждали свои темы. Поужинав, Мария пригласила его в свою комнату, Ксюша и Тим играли в комнате парнишки, а родители прекрасно ладили.

В комнате между девятиклассниками вновь пробежала искра.

— Моть, ты прости меня...

— За что?

— За то, что была резкой с тобой. Ты, несмотря на всё, помог Тиме, не задумываясь. Это очень ценно! Спасибо тебе! — она поцеловала его в щёку.

— Это ты меня прости... я не должен был так сразу делать выводы.

— Я уже не обижаюсь. Я тебе всё ещё нравлюсь? — вопрос звучал очень прямолинейно.

— Да, нравишься.— спокойно и почти без раздумий ответил парень.

— Ты хороший, Моть... очень! — она поцеловала его ещё раз.

— И что это значит? Ты простила меня?

— Да. И это значит, что я тогда соврала... ты мне нравишься, — честно призналась Мария.

Матвей усадил её к себе на колени и нежно провёл рукой по её волосам. «Ты такая красивая», — прошептал он и поцеловал её теперь сам. В комнату спустя некоторое время вошла мать Маши. Женщина хотела позвать подростков на чай.

— Ой, я не вовремя. Простите, — она остановилась в дверях.

— Да всё нормально, мам. Мы просто... — замялась Маша.

— Идём чай пить? Поможешь с чашками?

— Конечно!

Около часа они пили чай, а около девяти вечера Липатниковы уехали. Матвей был в шикарном настроении. Всю дорогу он улыбался, а в конце сам вызвался донести уснувшую сестру до кровати.

— Спасибо, сынок! — мама поцеловала его в лоб.

— Хороший был вечер, да?

— Очень! У Маши замечательные родители. Может, ты нас познакомишь с мамой и папой Ники? Совместный ужин — отличная идея.

— Хм... Могу спросить, но не думаю, что это хорошая идея.

— Почему, Моть?

— Не знаю... Мне кажется, я к ней остыл, — честно признался он.

— Тебе нравится Маша?

— Да... и я ей тоже.

— Даже так?

— Ну да... как-то так вышло.

— Ох, Мотя... Тебе надо разобраться. И Нику не обманывай. Если решишь расставаться — не тяни, потом будет только больнее. Обещаешь?

— Обещаю, — ответил он, хотя понимал, что уже второй раз оказывается в такой ситуации.

Тем временем дома Машу тоже ждал разговор с мамой.

— Матвей он хороший... добрый, внимательный.

— Понимаю, дочка. Но у него же девушка, а у тебя — парень.

— Ну да... но... У нас взаимные чувства... а Серёжа он больше как друг. Хороший, внимательный, но друг... Я запуталась, мам. С Серёжкой в целом всё хорошо, но Матвей всегда рядом в сложные моменты, именно он.

— Я понимаю тебя...

Они проговорили ещё о жизни и отношениях. Маша поняла для себя несколько важных вещей и была благодарна матери за советы и поддержку.

В понедельник девятиклассники встретились в школе. Первым уроком была алгебра. Матвей уселся привычно с Марком, но Маша сама подошла их парте.

— Привет, ребята!

— Привет! — хором ответили они.

— Хотела сказать, что на следующей неделе у меня день рождения, буду отмечать в выходные. Приглашаю всех вас!

— Оо! Круто! Спасибо! А где?

— В караоке-кафе, может, будет квест. Будет зависеть от числа людей.

— Классно!

Зазвенел звонок, и разговор свернулся. Маша загадочно подмигнула Матвею, намекнув, что её соседки сегодня нет. Он сообразил и, схватив тетради и рюкзак, пересел вперёд.

— Матвей, у тебя очередной переезд? — отреагировала учительница.

— Ну не совсем, Ольга Валерьевна... Вы же сами хотели, чтобы я сидел с Машей...

— Хотела, но ты больше месяца сидел с Марком.

— Ну да. Мы с Машей поссорились, но теперь всё хорошо... Я могу снова к ней сесть?

— Можешь. И постарайся не отвлекаться! Надеюсь, что оценки пойдут в гору.

Матвей разложил быстро свои вещи рядом с Машей, и начался урок. На перемене они мило общались, и многое стало как раньше.

— Надо поговорить, Моть. На большой перемене сможешь?

— Смогу, да. Что-то случилось?

— Нет. Но надо поговорить про нас и вообще.

— Я понял. Поговорим!

После пятого урока они быстро пообедали и встретились в коворкинге. Усевшись в одну из капсул, ребята начали обсуждать ситуацию.

— Так больше нельзя, Моть. Ты мне нужен, я хочу быть с тобой, — честно начала Мария.

— И я хочу быть с тобой... Мама говорила, что нельзя тянуть, если решим встречаться — не должны долго мучить Нику и Серёжу.

— Моя тоже самое мне говорила. И это правильно, наверное...но я всё ещё немного боюсь, Моть. Боюсь, что ты снова не будешь мне доверять.

Он замолчал, глядя на её пальцы, сжимающие край стола. Он замолчал, и комок встал у него в горле. Её тихий, но твёрдый голос жёг душу сильнее, чем любой крик. Потому что в них не было упрёка — был остаток боли, который жил внутри девушки после той «роковой» поездки.

— Я понимаю, — тихо сказал он, не решаясь посмотреть ей в глаза. — И я не буду врать и говорить «не бойся». Ты имеешь полное право бояться. Но я постараюсь оправдать твоё прощение. И сделаю всё, чтобы ты никогда в этом не сомневалась. Ты замечательная, Маш! — он звучал очень искреннее и убедительно.

— Спасибо, Мотя! И ты очень хороший, правда! Давай будем считать на этом ту тему закрытой, согласен?

— Согласен, — он глубоко вздохнул, сбрасывая с плеч тяжёлый груз. — Погуляем на выходных?

— Я только за!

— Ура! А на день рождения что хочешь?

— Можно, я подумаю? Но я буду рада любому подарку.

— Конечно! Я бы хотел подарить что-то действительно нужное...

— Хорошо, Моть. Я скажу чуть позже, ладно?

— Конечно!

Матвей широко улыбнулся, и они разошлись по кабинетам. Вся неделя прошла в этом ключе: на математике они сидели вместе, а на переменах проводили время с друзьями или своими половинками.

В субботу после русского они бежали друг к другу по заснеженным дорожкам парка.

— Мотя! — крикнула Мария и прыгнула ему в объятия.

— Привет, Марусь! Это тебе! — он опустил её на землю и протянул букет.

— Спасибо!

Маша взяла его за руку, и они гуляли по парку почти два часа, смеясь и болтая обо всём на свете. Время летело незаметно. Они провели вместе пять волшебных часов. Домой Матвей возвращался в неимоверно хорошем настроении. Они договорились поговорить с Вероникой и Серёжей в самое ближайшее время.

Глава 8. Разговор по душам

В понедельник ни Маша, ни Матвей не стали откладывать трудный разговор. Он нашёл Веронику после второго урока.

— Ник, ты прости меня, пожалуйста... но нам надо расстаться.

Девушка замерла.

— Почему?

— Ты хороший человек, замечательная, правда... но я влюбился, Ник, — он был по-настоящему честен с ней впервые за долгое время.

— В Машу?

— Да. Прости, если сможешь.

— Поняла тебя, — Ника старалась не показывать эмоций. — Но она же с Серёжей?

— Спасибо тебе! За все моменты... за помощь, поддержку, и другое! — Он глубоко вздохнул. — С Серёжей, да... но я не хочу тебя обманывать. Я был в пятницу у Маши. Помнишь, я говорил, что первоклашку из бассейна вытащил? Это её брат... Мы поговорили, и... В общем, она с Серёжей тоже расстаётся.

— Поняла. Я тебя услышала. Значит, так... это твой выбор. Спасибо, что сказал честно.

— Прости ещё раз... Мы сможем остаться друзьями?

— Думаю, да... Мне нужно время, но я не против общаться в школе, в компаниях, и даже по переписке — мудро ответила Вероника.

— Спасибо! Я рад.

Они разошлись. Матвей чувствовал себя немного не по себе, но был рад, что теперь сможет встречаться с Машей. На английском они сидели раздельно, и по лицу девушки не мог понять, поговорила ли она с Серёжей. После звонка парень подошёл к ней.

— Маш, ну что?

— Ничего... Я не смогла ему сказать, — тихо ответила она.

— Почему?

— Ты знаешь, что у него мама заболела? — Маша была в мыслях.

— Не знал. Чем?

— Онкология. Серёжа очень переживает.

— Капец... Серьёзно? Он нам ничего не говорил...

— Это на каникулах вскрылось. Говорит, опухоль операбельная, её положили в больницу... Я не смогла, Моть, сказать ему сейчас... Он подавленный. Видишь, и вам не рассказал, но, уверена, скоро расскажет.

— Понял... Фиговая ситуация, конечно. Надо с ним поговорить.

— Да, ему, Моть, нужна поддержка... Онкология — это плохо и страшно.

— Согласен. Но я Нику бросил...

— И как она отреагировала?

— Вроде нормально даже... Сказала, что благодарна за честность.

— Ты прости меня, я скажу ему, обещаю... но чуть позже. Не обижайся, пожалуйста, ладно?

— Да я и не собирался.

На следующей перемене Матвей подсел к Сергею, который был глубоко в своих мыслях.

— Серый, как ты? Ты какой-то загруженный...

— Да, есть такое. Проблемы, — не скрывал тот.

— Может, поделишься? Мы же друзья...

— Да там... — мялся Серёжа. — Мама заболела.

— Что случилось?

— У неё рак нашли. Через два дня операция.

— Треш, Серёг... Какая стадия?

— Между второй и третьей. Всё очень серьёзно, радует одно — операбельно. Но хз, что будет.