Драконье Сердце

– Да и письмена тех времен, когда молодых невинных девушек приносили в жертвы давно уничтожены, – Энест подключился к обсуждению.

– Все… – прошептала я. – Да нет, не все, – уже более громче проговорила. – Во многих королевских библиотеках храниться летописи былых времен. И среди них точно могли заваляться несколько гримуаров по древним ритуалам. В том числе и запрещенным.

– И где нам найти такой гримуар? – спросил офицер Найр. – Даже если они и сохранены, ни один правитель империй не согласиться не то, чтобы ознакомится с книгой, но и просто взглянуть на нее.

Офицеры вновь задумались.

А я перебирала в голове: стоило ли это се того, чтоб так сильно рисковать? На кону стояла не только моя жизнь, но и жизнь моего мужа, брата и его семьи, моего народа. Что если что-то пойдет не по плану и у темных не останется выбора, кроме как найти, проверить и убить?

Сделав глубокий вдох. Следом медленный выдох.

Другого выхода не было. Нужно было действовать. И чем быстрее, тем лучше.

– Есть одно место…

Ночной дракон

Королевство Драконсес, разрушенный замок

– Ты нарушил договор! – впервые в разрушенном тронном зале кто-то посмел упрекнуть некоронованного хозяина замка. – Мы условились, я тебе помогаю, а твои прихвостни и пальцем меня не трогают. Однако одна из твоих ящериц пробралась в мою комнату и чуть не сожрала меня!

– Но не съела же, – проговорил дракон со скучающим видом. Его мало заботила жизнь этой высокородной выскочки, вбившей в свою светлую головку, что все, включая его – властителя Королевства Драконсес – ей обязаны.

Маленькая, не знающая мира и всей его жестокости, и бессердечия, возомнившая себя важной особой, эта девка и понятия не имела, кто сидел перед ней. Поглощённая своими заоблачными мечтами, она не сумела разглядеть в мужчине, тело которого было покрыто жуткими шрамами, а в глазах полыхало пламя, настоящего монстра. Каким он был даже для драконов.

– Ты ответишь за содеянное, – прошипела девушка. – За то, как со мной обошлась твоя тупая ящерица, я…

– Еще раз назовешь ее ящерицей и тем более тупой, я вырву твой поганый язык собственными пальцами, а потом заставлю тебя его сожрать! – по тронному залу пронесся дикий рев. Стены задрожали и камни, слабо державшиеся на своих местах, тут же осыпались на пол.

Только сейчас девушка поняла, кто на самом деле был перед ней. Глядя на возвышающийся трон, окутанный тьмой, она нервно сглотнула. В темноте трона загорелись два больших жёлтых глаза. В тот же миг ее кожа покрылась крупными мурашками, а ледяной пот водопадом потек по ее белоснежной спине, оказавшейся обнаженной по неосмотрительности девушки (многие придворные леди любили носить платья с оголенной спиной).

Страх сковал ее ноги. В горле застыл ком, который все никак не желал проглатываться, отчего дышать с каждой минутой становилось тяжелее.

– Ты… ты один из них… – дрожащими руками девушка обхватила себя за плечи. Ее трясло. И дракон, сидевший на троне, наслаждался страданиями высокородной выскочки.

– Что? – усмехнулся зверь. – Неприятно осознавать, что все это время ты была скована сделкой с тем, кого презираешь всей душой? – дракон наклонил голову на бок, а из его носа выступил небольшой сгусток серого дыма.

– Я не презираю ваш род! – сжав пальцы в кулаки, девушка вскинула голову. – Если ты не забыл, то мой жених тоже дракон, – выпалила она прежде, чем поняла, что сделала.

Она поклялась, что будет молчать. Дала слово, что никогда и никому не скажет о том, какая кровь текла по его венам. Ее родителям было плевать на судьбу одного дракона, решившего, что он может без проблем жить и работать в Империи Крови. Да, они помогли ему устроиться на службу в управление темных страж. Но они ему ничего не обещали. А она… Она поклялась своим нерожденным ребенком, что если хоть вскользь при посторонних упомянет его расу, то в тот же миг лишиться права называться матерью.

В тот день, когда она приносила клятву, она и подумать не могла, что он – обещанный ей жених – отыщет свою истинную пару и свяжется с ней брачными узами. Он первый предал ее. Первый разбил сердце и растоптал мечты о счастливой семейной жизни. Не она.

Да и к тому же она не могла нарушить клятву. Перед ней сидел дракон. Но ведь и жених был драконом. А значит, она никого не предала.

Пока мысли девушки были заняты собственными проблемами, дракон на троне начал в открытую скучать. Ему осточертело общество светлой, но такой тупой головки, что он уже начал подумывать, как бы поскорее избавиться от нее.

Убить ее он пока не мог. Все же не для этого он оставил девушку в ее комнате, не позволив дракону сжечь ее. Но с каждой минутой начинал жалеть о своем решении. Девушка оказалась бесполезной. Ни одной стоящей информации за все время, что у них было заключено соглашение. Ни одной качественно выполненной работы, которую ей поручали. Она даже не справилась с элементарной задачей: найти девушку с черными, как крыло ворона, волосами, глазами синее бездонного океана и силой неподвластной никому ранее.

Конечно же, дракон знал, где была та, которую поручили найти стоящей напротив трона девушке. Он знал даже, в каком доме она жила и где предпочитала завтракать. Все же у него была своя крыса в обществе бывшей принцессы Королевства Драконсес. Но дракон хорошо знал: одна крыса – хорошо, а две и более – еще лучше. Он не мог быть до конца уверенным в том, что его пешка, служившая в светлой страже, доносила на девушку все, что ему было необходимо знать. Даже напротив, он чувствовал, что этот щенок не договаривал ему, искал и всячески обходил клятву, стоящую ему и его жалкой сестре жизни. И все равно. Он о много утаивал.

А потому ему нужны были те, в чьих интересах было докладывать обо всем, что происходило с драконьей принцессой. И как подсказывала дракону интуиция – стоявшая напротив трона девушка могла ему в этом помочь.

– Вот же подонок! – из скуки зверя вырвало громкое ругательство. – Да что ты вообще нашел в ней?!

– Ты смеешь в подобном тоне разговаривать со мной? – плотоядная улыбка коснулась губ дракона. Ему уже было все равно, что кричало его нутро. За подобное поведение он без разбору отгрызал головы. И эта девчонка не стала бы исключением, если бы не ее следующие слова:

– Мой жених, – выпалила девушка. – Он был обещан мне. Мне! понимаешь?

Дракон не понимал. Он не хотел понимать эту жалкую блоху, решившую, что ему – некоронованному королю – интересно выслушивать сопли зазнавшейся особы.

– Но он выбрал ее. Черный, как смола волосы, стеклянные синие глаза, больше напоминавшие кляксу темной краски. Она ведь даже ростом не вышла! Как такая как она может быть его женой?!

– Что ты сказала?! – сжимая выступившими когтями подлокотники трона, прошипел дракон.

– Что? – девушка не поняла вопроса. Она забыла, где и перед кем начала откровенничать. И требовательный, но в тоже время полный боли вопрос, как ведро студеной воды, отрезвил ее.

– Кто эта девушка? И с кем она? – обычно он не повторял вопросы, но сейчас его это мало волновало. Перед ним приоткрывалась дверь тайны, которую, как ни прискорбно было признавать, если бы не эта зазнавшаяся особа, он бы никогда не узнал.

– Я никогда прежде не видела ее…

– Кто она?!

– В управлении сказали, что зовут ее Агнесса Драг. По крайне мере ее так звали…

– Звали? А сейчас как? – слишком много вопросов слетало с языка дракона. Но он не обращал на это внимания – как никогда прежде тайна личной жизни Нессы была близка к нему, и он не был готов отступать от своего.

– Агнесса де Горн, – презрительно фыркнула девушка. – Она как-то смогла приручить к своему каблуку моего жениха. Стерва!

Девушка продолжили осыпать проклятиями разлучницу, но дракон ее уже не слышал. В его груди разгоралось пламя, обещая в любую минуту сорваться и сравнять остатки замка с землей.

– Ласентиус! – дикий рев разлетелся по трону, сметая пыль и грязь со своего пути. – Живо ко мне, щенок! – послышался треск одежды. Запахло горелой плотью. А из пасти дракона продолжало вырываться, – Советую тебе поторопиться, дрянной пес!

Ласен де Дранг

Империя крови, Северянский лес

«Что я делаю? – сидя на деревянных ступенях Школы, я пытался остановить бешено рвущееся из груди сердце. – Я не должен быть здесь. Только не с ней. Не сейчас. Почему? Почему я не придумал отмазку и не остался в Жардане? Мне бы ничего не стоило отпустить ее с темными. С ними были гончие. Они бы точно не позволили никому навредить ей. Так почему? Почему я все еще здесь?!»

Закинув голову, я обратил свой взор к растущей луне. Сердце предательски сжалось. До императорского бала оставалось пару дней. А это значил только одно – времени у меня не осталось. Совсем.

И несмотря на это, я продолжал сидеть на ступенях Школы и смотреть как исчезают с ночного неба одна за другой звезды.

«Она не заслужила подобного отношения», – прикусил губу.

«У тебя не было выбора», – зевнув, дракон внутри меня зашевелился.

– Выбор есть всегда, – не заметил, как прошептал вслух.

«Тогда прекрати жалеть себя и молча делай свою работу!» – брезгливо прошипел дракон. Но тут же дернулся в сторону. Ребра налились серебром. В горле встал немой крик. Дышать стало тяжело. И все тело горело, обещая, если я сию же минуту не призову огонь и не явлюсь по его волю, я заживо сгорю.

– Ты не сможешь вечно скрываться, – я уже было призвал огонь, как за спиной послышался приглушенный голос ректора Школы Чародейства.

– Она никогда не узнает. Не должна, – сжимая пальцы в кулаки, дабы хоть на мгновение притупить боль, зло прошептал я.

– Не тешь себя ложными надеждами, Ласентиус, – продолжила читать нравоучение старуха. – Какой бы горькой не была правда, все же она лучше притворной лжи. И как бы тщательно ты не скрывал того, что творится у тебя на сердце, – женщина подошла ко мне и положила свою морщинистую руку мне на грудь. – Она все равно узнает все. И лучше будет, если ты скажешь ей об этом сам, – она подняла на меня свой стеклянный взгляд и грустно усмехнулась, когда дракон заскулил от новой волны боли, взывая ко мне.

– Это не ваше дело, – огрызнулся я, чувствуя, как с каждым промедлением кровь внутри разгоралась сильнее, словно в меня вкачивали расплавленное серебро.

Чтоб вас всех!

– Не мое, – согласилась женщина. – Но послушай старую, прожившую свой век и повидавшей многое женщине, Ласентиус, как бы сильно мы ни хотели уберечь своих любимых от боли и несчастья, мы – первые, кто втыкаем им нож в спину. И насколько глубоко войдет лезвие зависит лишь от нас самих.

Я не мог больше сдерживаться. Кровь стучала в ушах, заглушая окружавшие меня звуки. Горло сдавливал спазм. Я знал, что поступаю неправильно по отношению к той, которую любил всем сердцем. Но поделать с этим ничего не мог. Я не мог был противостоять той магии, что сковывала меня по рукам и ногам, змеей обхватив мое сердце. Все, что было в моих силах – держать как можно дольше этого ублюдка в неведении. Чем меньше он знал, тем спокойнее была ее жизнь.

– Они никогда не свидятся, – сквозь зубы прошептал я, но старуха все же услышала меня.

– Как знаешь, – обречённо выдохнула женщина.

И в тот же миг я призвал свой огонь. Взревело зеленое пламя, окутывая меня с ног до головы и ограждая меня от остального мира. Я прикрыл глаза, надеясь, что в этот раз за мое опоздание меня убьют быстро и безболезненно.

– Ласен, мы нашли зацеп… – уже исчезая в пламени, я услышал приглушенный голос любимой.

Агнесса

– Странно, я слышала его здесь… – останавливаясь на ступеньках, прошептала я. – Наверное, показалось.

Прохладный предрассветный ветер коснулся лица, растрепав собранные в свободную косу темные волосы. Вдохнула ночную свежесть. Но тут же учуяла легкий аромат мокрой земли – Ланс точно был здесь.

Вздохнув, обняла себя за плечи. Драконья кровь согревала в любую погоду, как бы холодно на дворе не было, но почему-то именно сейчас моя кожа покрылась мелкими мурашками. Легкая грусть коснулась моего сердца. Если я сделаю все правильно, то в скором времени окажусь в родных землях, в своем доме. Какой он, замок, сейчас? Порос ли он мхом, или же почва там на столько прожглась в ту кровавую ночь, что вместо целого королевствам там нынче мертвая равнина? И сохранили ли ветра прах моего народа, моей семьи, моей Аннелиз?

– Значит, драконье королевство, – вдруг за спиной послышался хриплый голос офицера темной стражи. Подпрыгнув на месте от неожиданности, я обернулась и встретилась с задумчивым взглядом изумрудных глаз. – Не терпится домой вернуться?

Как? Как он узнал?

«Несса, держи себя в руках. Следи за выражением лица. Он может не знать, но своей реакцией ты сама подтвердишь его слова», – поддерживала я себя мысленно.

– О чем ты говоришь, Энест? – приподняла бровь.

– Не делай вид, что ничего не понимаешь, Агнесса. Ты можешь одурачить моих товарищей, но меня… – он подошел ко мне почти вплотную. В нос ударил запах кедра и цитруса. Он смотрел сверху вниз на меня и его губы были плотно сжаты – он следил. Следил за каждым движением моих глаз, моих вен, и трепетом ресниц. Как хищник на охоте, он выжидал, когда я дам слабину и выдам себя. – Меня тебе не провести. Я знаю, какую тайну ты со своим братцем скрываете, – его близость не предвещала ничего хорошего ни для меня, ни для моей семьи. Он все знал. Об этом говорила его сухая уверенность, твёрдость в голосе и мертвое спокойствие сердца. Он не боялся меня. Но и не доверял мне – уж очень красноречиво блестели его глаза.

За горизонтом начало подниматься зеленоватое солнце. И первые лучи коснулись серьезного лица офицера темной стражи. От этого его вид стал еще суровее.

– Раз ты знаешь, кто я, – не ты один не боишься своего собеседника, офицер зе Фордом. – То так же знаешь, что угрожать мне – себе дороже, – настала моя очередь придать голосу твердость и призвать драконью магию.

– Меня волнует, – заметив перемену в моем лице, Энест не шелохнулся, только левая бровь его следка дернулась, – лишь безопасность моих товарищей. Если в тех краях с них упадёт хоть один волосок, я лично вонжу серебро в твоё сердце и мне плевать, что Дракарес за это сделает со мной, – наклонившись к моему лицу, офицер темно стражи еле слышно, но с нажимом прошептал.

– Как давно ты знаешь? – стараясь не выдать замешательство и удивление – он знал, какая кровь текла по жилам Дракареса, – я спросила его.

– Я тебя предупредил, – он не ответил на вопрос.

Тут он резко отстранился от меня и, постояв какое-то время на крыльце, глубоко вдыхая утреннюю свежесть, офицер зер Фордом вскоре вошёл в Школу.

«Как давно он знает?» – глядя на скрывающуюся в дверях Школы широкую спину Энеста, я спрашивала себя, когда и где успела выдать свою кровь…

Глава 16

Агнесса

Еще буду принцессой, дочерью короля, любившего проводить для своего народа торжества, я не любила все эти светские приёмы, фальшивые улыбки, когда придворные делали вид, что рады друг другу, громкие женские шепоты с разных углов тронного зала о том, как сегодня выглядела та или иная леди, а мужчины, вальяжно расхаживающие по залу и низко кланяющиеся своей короне, приглашали на танец лишь ту, у кого декольте было глубже.

Но больше светских приемов, я ненавидела наряды.

Имея в услужении несколько десятков служанок, готовые в любую минуту помочь со шнуровкой корсета, я не позволяла никому выбирать за меня, в чем идти на бал. Для меня было сродни пытке по несколько часов примерять сдавливающие все ребра, а с ними и легкие платья, которые принято надевать всем девушкам королевства. Девушки моего возраста с удовольствием наряжались в шикарные, разных фасонов платья, корсеты которых их служанки затягивали до такой степени, что казалось еще чуть-чуть и они выплюнут собственные легкие.

Наблюдать за их мучениями было то еще удовольствие. Ибо как я, пообещавшая себе с ранних лет, ни разу на бал не заявилась в платье.

– Ты точно его не наденешь? – в который раз спросила меня Зелена, вертя передо мной длинным изумрудным платьем, облегающим бедра и расходящимся русалочьим хвостом к полу. – Оно хорошо подчеркнуло бы твою фигуру, – сделала комплимент подруга.

– Оно замедлит меня, – отмахнулась от ее предложения.

Перед глазами пронеслось далекое, казалось, забытое воспоминание из детства, как маленькая я униженная сверстниками, бежала по лесу, спотыкаясь о каждый торчащий из земли корень, цепляясь подолом легкого, но довольно пышного светлого платья о колючие ветки. Я бежала, стараясь не замечать боль в ногах, зудящие от новых раскрывшихся ран ладони. Я бежала, не разбирая за пеленой слез дороги. Я бежала до тех пор, пока ноги не потеряли твердую поверхность под собой. Ударившись спиной об острые камни, я лежала на холодной бугристой поверхности и не могла пошевелиться. В голове стоял гул, глаза щипало от слез, а тело кричало от невыносимой боли. Хрипя от сжавшихся легких, я с трудом раскрыла глаза. Небо быстро погружалось в сумерки. Уже начали проглядываться первый звезды. Но я не могла насладиться сменой суток. Новая боль резко пронзила тело в области груди. Дышать стало еще тяжелее. Я зажмурилась, пытаясь схватить ртом воздух, но у меня ничего не вышло. Еще одна резка красная вспышка отозвалась в правом плече. С криком открыв глаза, я увидела, как серый камень летел мне в лицо.

После того дня, как меня еле живую принесли в замок, как сквозь плеск крови в ушах я слышала, как отец зло отчитывал брата, я дала себе слово, что больше никогда в жизни я не надену платье.

Однажды мое желание соответствовать обществу стоило мне жизни. Подобной ошибки я не позволю повториться.

– Ты ведь не эльфийская принцесса, чтоб сбегать с до полуночи с бала, – вампирша вдруг решила вспомнить древнее сказание о простой девушке, мечтавшей выйти замуж за короля эльфийского народа, но злые сводные сестры которой надругались над ее платьем – единственное ее приданое и последняя память о матери. Конечно же, в конце сказания девушка попала на свой первый, потеряла хрустальную шпильку для волос, магия которой была привязана кровью к этой девушке, а после эльфийский король нашел свою суженую, и сыграли они пышную свадьбу.

Глубоко вздохнув, я прогнала прочь болезненное воспоминание. С тех пор прошло много времени. Дети выросли, позабыв про безжалостную часть себя. Раны затянулись, не оставив и шрама. И только я с тех пор, где бы ни была, куда бы меня ни пригласили, всегда надевала брюки.

– Кто знает, может мне придется убегать, – пожала плечами, перебирая наряды, которые Зелена выгребла из своего гардероба – и конечно же, здесь были одни только платья…

– Ты все думаешь о пророчестве Силии? – наблюдая за тем, как наша маленькая принцесса примеряла туфли на тонком высоком каблуке, так же принесенные Зеленой, спросила Лилияна. – Рафина, не сломай тете Зелене туфельки.

– Оставь мамочка, – подруга махнула рукой, – пусть с малых лет привыкает к роскоши и красоте.

– Я не исключаю вероятность того, что все это может произойти. У тебя нет брюк? – сдавшись, подняла взгляд на подругу, примеряющую уже двадцатое платье. – Зачем тебе столько нарядов, если там нет ни одной нормальной вещи? – я поднялась с пола и потянула затекшую спину.

Нам с Зеленой очень повезло похитить сердца лордов, чьи души присягнули на верность Империи Крови. И если император посылал приглашение к своим верным лордам, то их возлюбленных также ожидали увидеть во дворце.

Знала бы я раньше, что по традиции Империи Крови каждый лорд, связавший свое сердце с женским, должен был представить императору свою супругу, я бы несколько раз подумала перед тем, как соглашаться на брак с Дракаресом.

Смешно. Даже знание этого не изменило бы моего решения принести брачную клятву черному дракону.

Но было бы куда приятнее, если бы я могла избежать всех этих формальности.

– Ты хоть раз видела ее в брюках? – убедившись, что Рафина не переломает себе ноги и туфли тете Зелене, Лилияна взглянула на меня. В ее светло-голубых глазах плясали смешинки. – Во всей Империи только ты носишь брюки, – невестка тепло улыбнулась.

– В отличие от платьев они очень удобные и практичные. И я увереннее себя чувствую, когда мои ноги ничем не скованы, – понимая, что в гардеробе подруги я не найду себе подходящего одеяния на бал, упала на диван, где все это время сидела Лилияна.

– Многие девушки с тобой не согласятся, – кружась перед зеркалом, вампирша прокомментировала мои слова.

– Многие девушки никогда не ездили верхом, – пробубнила себе под нос, складывая руки на груди.

– Спешу тебя разочаровать, подруга, но большинству девушек нравится быть сверху, – Зелена подмигнула, поймав мой взгляд в зеркале. Лилияна же залилась румянцем – ей все еще было неловко обсуждать с нами подробности интимной жизни.

– Только сверху они обычно скачут без единой одежды, – фыркнула я. – Хотела бы я посмотреть, как они бы делали это будучи в платьях.

– Не знала, что ты любишь наблюдать за личной жизнью других. Лия, она точно спала, когда вы с Варом развлекались? – вопрос вампирши еще больше засмущал невестку. Потупив глаза, Лилияна наклонила голову, и светлые волосы скрыли ее раскрасневшееся лицо.

– Очень смешно! – улыбаясь, возмутилась я. И через секунду мы с Зеленой звонко засмеялись.

– Надо будет сказать Дракаресу о твоих странных предпочтениях, – отсмеявшись, проговорила подруга, и в нее тут же прилетела подушка. – Ладно-ладно, я пошутила.

– Над чем смеетесь? – в гостиную, держась за левое плечо, вошел Ланс. – Поделитесь? – от меня не утаилось, что друг выглядел болезненно. Сколько себя помнила, он всегда держался ровно, его осанке завидовали многие придворные леди, но сегодня Ланс стоял, сгорбившись. Его плечи скрутились вперед, округлив его широкую спину. Присмотрелась и заметила на шее небольшой кровоподтек, выступающий из-под ворота серой рубашки. Поймав мой вопросительный взгляд, офицер светлой стражи приветливо улыбнулся, но тут же поморщился.

– Да вот обсуждаем странные предпочте… – Зелена не успела договорить, как я шикнула на нее.

– Я пойду, – встала с дивана и направилась к Лансу. – Кайсери сказал, что Дракарес перед посещением дворца всегда ночует дома. Скорее всего он уже вернулся и ждет меня, – поцеловав в розовенькую щечку племянницу и обняв подруг, я подошла к другу. – Проводишь?

Офицер светлой стражи коротко кивнул, отчего вены на его шее и лбу дрогнули, а губы плотно сжались.

Решив не пугать девушек, я отложила допрос и направилась к выходу. Открыла дверь, шагнула и чуть не полетела на пол, ударившись о возникнувшую из неоткуда преграду.

Сильные руки уберегли меня от падения.

– Нам пора прекратить вот так вот сталкиваться, – насмешливый голос старого друга вампирского клана прозвучал над моих ухом.

– Для начала прекрати внезапно появляться на моем пути, – с той же интонацией произнесла я, принимая вертикальное положение, взглядом благодаря вампира.

– После того, как ты перестанешь летать в облаках, – Жан подмигнул и пропустил нас. – Увидимся завтра на балу, – чтоб у него кровь в песок обратилась.

– До завтра, – уже менее радостно произнесла. – Надеюсь, увидеть тебя при всем параде, – улыбнулась и все же вышла из дома следом за Лансом.

Жан рос Кор

Провожая взглядом женскую фигуру, я пытался вспомнить, каким был ее запах до встречи с офицером темной стражи, доверие к которому у меня не было с первых дней его появления на службе у императора Арго.

Никто не знал его раннее. Никто не слышал о нем. И все же лорд Марсиз пришел к императору Арго просить за него. Я был в тот день в замке, когда лорд попросил аудиенции. Я также слышал каждое их слово, ибо за спиной императора возвышалась его тень – я. Конечно же мне позволялось вставлять свои замечания, задавать вопросы, которые не озвучивал император. Но полностью ответ о принятии чужака в управление страж зависел только от правителя Империи Крови. И его ответ стал положительным.

На все мои просьбы пересмотреть это решение, император отмахивался, говорил, что дело молодое, когда старшие просят за них. Так случалось почти с каждым. Одних брали на службу за проявленные индивидуальные способности, другие же служили еще с того времени, когда по всем империям разнесся призыв о наборе армии императора Арго – многие так и вернулись домой после этого судьбоносного призыва. Но больше было тех, за кого приходили просить родственники или друзья семей.

Вот и за офицера де Горна попросили. Не представляю, что этот вертихвост наплел им, чего наобещал: золотые горы или взять в жены их единственную дочь, – но своего он добился. Стал-таки офицером темной стражи.

Паршивец!

Его глубокие черные глаза. Я помню с каким презрением они смотрели на всех, кто был в том тронном зале. Черные длинные волосы он даже не соизволил собрать в хвост или в косу, как было принято являться ко двору. Одежда соответствовала его выражению лица: строгие брюки, рубаха, подпоясанная широким тяжелым ремнем, а на плечи накинут плащ. И все черное.