Луногорск

– Сделаем так, – сказал директор. – Аргон первым пройдёт на защиту темы. Если комиссия не примет его работу, тема станет вашей. А если примет – вы выберете новую.

– Так нечестно! – сказала Алина.

– Я лично прослушаю его выступление, – отчеканил директор. – Аргон, идём, пройдёшь первым!

Аргон пулей взлетел по оставшимся ступенькам и вместе с директором направился в кабинет приёмной комиссии. Через несколько шагов обернулся и убийственно посмотрел на троицу.

– Дятлы! – проговорил он одними губами, чтобы уходящий директор ничего не услышал.

– Пипидастра! – прокомментировал Ник. – Всё настроение испортил!

– Ничего… Вот выйду за него замуж, и всю жизнь ему испорчу! – мстительно сказала Алина. – Будет знать!

Ник чуть воздухом не подавился.

– Ты серьёзно?! – воскликнул он. – А как же я?

– Да расслабься ты, – буркнула Алина. – Это шутка такая. Но могу и тебе жизнь испортить, если захочешь.

– Проехали.

Дверь кабинета открылась, и оттуда вышел уставший, но довольный студент: ему разрешили заниматься выбранной темой. Впереди его ждала уйма исправлений и переработки накопленных материалов, но разрешение получено, и это прекрасная новость!

– Получилось! – радостно воскликнул студент, и однокурсники посмотрели на него завидущими взглядами: везёт людям, нам бы так легко и просто!

Аргон и директор вошли в кабинет.

– Директор не должен так поступать! – обиженно сказал Альберт. – Почему врединам все пути-дорожки, а нам фигу без масла?

– У нас ещё много шансов на победу, – успокаивающе ответил Ник. – У Аргона данных всего ничего! Не верю я в его слова. Про Луногорск данных – кот наплакал!

– На это и надеюсь! – кивнул Альберт, но в его голосе отчётливо слышалось: «Фиаско, ребята! Эта злобная макака пролезла первой, тварь бесхвостая. Она всё захапает и не подавится»!

Троица уселась около входа. Первый в очереди студент пропустил и троицу: понятно, что здесь особенный случай, а ему можно ещё подождать и обдумать речь перед комиссией.

Через пять минут дверь открылась, из кабинета вышел Аргон. Довольный, словно кот, который обнаружил литр сметаны и вылакал её в одну толстую харю.

– Рыдайте, паяцы! – воскликнул он. – Тема моя! Вы проиграли!

– Это мы ещё посмотрим! – не согласился Альберт.

– А здесь и смотреть нечего! В большой семье нихт клювен клац-клац!

Аргон помахал им рукой и с довольным видом пошёл к выходу.

– Он труп! – пообещал Альберт. – Я вам гарантирую! Сейчас войду и устрою там серьезный разговор!

Студенты проводили Аргона сердитыми взглядами. Альберт как руководитель группы вошёл в кабинет. Алина и Ник остались ждать у входа. Таковы правила: комиссия слушала одного, а не группу желающих.

Альберт закрыл за собой дверь и подошёл к трибуне у доски с интерактивным экраном. Положил папку в проектор и приготовился держать речь. Члены комиссии пребывали в каком-то нервном состоянии, и он решил, что это из-за директора – тот сел на стул у окна и сверлил взглядом стену в самом углу за спинами комиссии – тонкая струйка красной кирпичной пыли аккуратно осыпалась к плинтусу. Альберт впервые в жизни видел, как человек реально сверлит стену взглядом. Директору, что, делать больше нечего?

Комиссия за длинным столом приготовилась внимать и критиковать. За окном осторожно приподнялось зеркальце, и Альберт на мгновение увидел в нём отражение физиономии Аргона. Тот мечтал насладиться победой или хотел выведать, что расскажет Альберт. Зачем самому собирать информацию, если её проще отобрать у соседа? Какая экономия личного времени получается!

– Рассказывайте! – предложил директор и строго посмотрел на членов комиссии. Альберт раскрыл папку.

– Моя команда девять лет изучает историю Луногорска, – начал он. – Мы обнаружили массу интригующих сведений, чтобы расширить поиски и сделать открытие к двухсотлетию Луногорска. Я считаю, город намного старше!

– Стоп! – скомандовал глава комиссии. – Уже есть студент, который занимается этим вопросом, – он пробежал взглядом по списку студентов и зачем-то на миг посмотрел на директора. Тот сидел с таким видом, словно изображал белую акулу перед нападением на беззащитную жертву. – Он как раз выступал перед вами. Антон Крышанин. К сожалению, вы должны выбрать другую тему. Мы одобрили его работу.

– Но у нас больше данных! – возразил Альберт. – Я с командой занимаюсь поисками с детства! Это наше хобби! Посмотрите, сколько мы собрали!

Он поднял бумаги, чтобы все увидели объём материала. Большинство по достоинству оценило старания, но глава остался непреклонен. Да и попробуй возразить, когда директорский взгляд упирается в висок главы словно ствол пистолета. Того и гляди, выстрелит. Директор может.

– У нас есть студент с этой темой, – твёрдо повторил глава и снова покосился на директора. Альберт понял: всё решено, старайся или не старайся. Глава комиссии с едва заметной дрожью в пальцах приподнял листок со списком. – Это Аргон Крышанин. Передайте ему наработки.

Альберт остолбенел. Отдать тему – черт с ним, пусть подавится! Но отдавать собранное кровью и потом какому-то хрену с горы? Ни за что!

– Да вы охренели! – чуть было не сказал Альберт, но вместо этого закрыл папку и защёлкнул её на фиксирующую кнопку. – Или я займусь этим делом, или он сам всё ищет и собирает! Я ему не нянька.

– Он забрал эту тему, – возразил глава. – Ваши наработки уже не примут.

После этих слов глава комиссии протянул руку к папке. Альберт показал ему кукиш и прижал папку к груди.

– Что детский сад? – удивился глава комиссии. Директор молча наблюдал, и Альберт никак не мог понять, какие чувства тот испытывает? Радуется скандалу или сожалеет о запрете? Что здесь вообще происходит? – Вы к понедельнику придумаете новую тему. Бумаги оставьте. Я ознакомлюсь с ними и передам Аргону.

Зеркальце за окном исчезло: довольный Аргон поспешил в здание, чтобы не дать Альберту смыться из магикума вместе с бумагами через аварийный выход.

– Не отдам! – вежливо сказал Альберт вместо вырывающейся из глубин оскорблённого сознания фразы «Да пошли вы к чёрту вместе с этим тупым Аргоном!» – и быстрым шагом вышел из кабинета. Глава комиссии и директор строго посмотрели ему вслед. Глава комиссии привстал, чтобы догнать Альберта и забрать документацию, но директор покачал головой: не наш метод. Глава комиссии присел.

– Зачем вам это надо? – спросил он и откровенно подметил: – Я чувствую что-то гнилое.

Директор молча кивнул, но и в этот раз ничего конкретного не  сказал.

– Так надо, – оправдался он общими словами. – Вы мне потом ещё спасибо скажете!

– За что? – не понял глава.

– Вам лучше не знать, – ответил директор.

– Как же я тогда скажу «спасибо», если не узнаю, по какому поводу его скажу? – удивился глава. Остальные члены комиссии согласно кивнули.

– А говорить «спасибо» вообще полезно, – отмахнулся директор. – Это настроение повышает нормальным людям. Вежливость, знаете ли.

Члены комиссии хотели ещё что—то спросить, но директор отмахнулся, и вопросы пропали сами собой. Тема закрыта, пора двигаться дальше и слушать выступления следующих студентов.

В коридоре навстречу Альберту торопился Аргон. Он широко улыбался и вытягивал руку в сторону папки.

– А я говорил: это дело моё! Отдавай папку! – воскликнул он. – Так решила комиссия! А ты свободен в новых планах и мечтах! Иди вперед и забудь о прошлом!

– Я думаю иначе, – Альберт улыбнулся и резко взмахнул руками. Раздался мощный хлопок при столкновении толстой папки с удивлённой физиономией, и Аргон полетел на пол. Студенты изумлённо уставились на Альберта.

– Классика жанра, – объявил Ник. – Злой студент получил от доброго монтировкой по зубам. Ничего интересного.

 К лежащему Аргону подошла Алина.

– Получил по крошечным мозгам?! – спросила она и злобно сверкнула глазами.

– Это наш проект, – напомнил Альберт.

– А комиссия сказала, что мой! – ответил Аргон. Они с ненавистью посмотрели друг на друга и синхронно произнесли:

– Вот урод!

Аргон вскочил и пошёл к выходу.

– Тему первым взял я! – воскликнул он напоследок. – У вас теперь один шанс: работать на меня! Или засуньте свои старания себе в…

Троица уставилась на Аргона, и он запнулся: того и гляди, сейчас его начнут бить, и не только ногами, но и скамейками.

– В это самое… – сбился он с точного ответа. – В края несбывшихся надежд!

– Шёл бы ты сам тем же курсом… – проговорил Ник.

Аргон хотел что-то добавить, но и так ясно: он победил. Не стоит распалять неудачников ещё сильнее, а то психанут, и поминай как звали. Вон как Алина глазищами сверкает. Жуть.

Аргон ушёл, а друзья переглянулись: и как теперь выйти победителями из ситуации с изучением Луногорска? Бросать тему никто не собирался, вступать в подчинение Аргону – тем более. Но что предъявить комиссии и директору, если у них в руках административный ресурс, а у команды всего лишь кучка важных материалов? Неужели никак?

– Я так рассчитывал на поддержку магикума в исследованиях, – пробормотал Альберт.

– Без неё обойдёмся, – предложила Алина. – Раньше обходились.

– Без организационной поддержки нам будет сложно, – вздохнул Альберт. – Затраты велики. Так мы провозимся с работой ещё лет сорок. А эта чувырла за год нас обскачет!

– Мы что-нибудь придумаем, – пообещал Ник. Альберт в ответ устало махнул рукой. Команда разбрелась по домам обдумывать дальнейшие дела и скорбеть по сорвавшимся планам.

Из кабинета вышел директор.

– Вы мне ещё спасибо скажете, что бросили это дело, – проговорил он вполголоса. Не стоит неопытной молодёжи лезть в покрытые толщей времени события. И жаль, что об этом нельзя сказать открыто: информация наглухо закрытая, приходится действовать обходными и неприятными методами.

А теперь пришла пора узнать, что за материалы у Аргона, и где он их раздобыл? Впору позвонить Тонину и сообщить о возможных неприятностях.

Глава 2

Большой спортивный кот ярко-синего цвета и идентичной ему кличкой Ультрамар едва разлёгся на полу во всю ширь, длину и немножечко в высоту, как дверь в комнату резко открылась, и на пороге появился негодующий Ник. Кот оценил уровень недовольства хозяина в семь баллов из десяти и поспешил отвести от себя любые подозрения.

– Я не виноват! – торопливо сказал он. – Это не я! Они сами от страха лужу наделали! Я просто мимо проходил, а там такое… Я в шоке просто!

Ник растерялся.

– Ты о чём сейчас? – удивился он.

– Ни о чём! – молниеносно сориентировался кот. – А что случилось?

Ник толкнул и захлопнул дверь сильнее обычного и прошёл к дивану мимо кота. Ультрамар прижал хвост: в таком состоянии его можно не заметить и наступить. Потом всем станет больно – сперва коту, а чуть позже и тому, кто наступил, ведь кот такое не прощает.

– Аргон увёл у нас тему дипломной работы! – воскликнул он. – Я в бешенстве! Алина в бешенстве! Альберт вообще зубами деревья разрывает!

Кот представил описанные действия и задумался: не хочется выходить на улицу с перекусанными деревьями. Целые выглядят симпатичнее.

– Вам надо успокоиться, – посоветовал кот. – А то дел наделаете… Где собаки от меня прятаться будут?

– Без хвостатых знаем! – сердито проговорил Ник.

– Знаем, да не умеем! – ни капли не обидевшись, отпарировал кот. – Слушай план: успокойся, затем выдохни и стреляй!

Ник поднял голову и уставился на кота.

– Чего-чего? – озадаченно переспросил он. – В смысле, стреляй?

– А что не так? – удивился кот. – Посмотри на себя в зеркало: ты же взглядом убить готов! Хотя нет, не смотри! Ещё самоубьёшься тут! От начинающих магов всякого можно ожидать.

Ник уставился на отражение. Кот прав: вид у него тот ещё.

– Да… давненько я так не психовал, – неохотно согласился Ник. – Хочу свернуть Аргона в бараний рог, иначе не успокоюсь! Он всю жизнь нашей команде испортил подлянками!

– Возьми кочергу, – посоветовал Ультрамар. – Свяжешь её в узел – силач! Развяжешь – титан! А вспомнишь о подработке – вообще супермен!

Ник застыл от резкой смены темы разговора и вполголоса чертыхнулся: забыл, что устроился на подработку, и пора топать на смену. Ему нравилась умеренно физическая работа – она выжигала психологический негатив, но справится ли она сейчас с эмоциями из-за Аргона?

– Стопроцентный мурлон! – буркнул Ник, глубоко вздохнул и протёр глаза.

– Вот, – обрадовался кот. – Теперь ты взглядом не убьёшь, а просто покалечишь! Это прогресс! А возмущение хоть стооящее? Как Аргон сумел вас обойти?

Ник плюхнулся на диван и опёрся о спинку.

– Повезло гаду, – сказал он. – За него с какого-то перепуга вступился директор! И теперь комиссия заставляет нас отдать ему накопленные материалы о прошлом Луногорска! Ты представляешь, какая наглость?!

– И как? Вы все отдали?! – поинтересовался кот.

– Мы, что, похожи на идиотов?! – воскликнул Ник.

– Вы же люди, – сказал кот. – Если сравнить с котами, то… М-м-м… Ну, может быть… В некоторые моменты… Определённо, да!

– И что нам делать? Подскажи, раз такой умный! – Ник пропустил колкость мимо ушей: коты считали идеальной лишь свою кошачью братию. Остальные существа для котов являлись учениками там, где они преподавали. – Хотели развить тему до серьёзного исследования, а теперь…

– Да, плохо дело, – кот в поисках решения подошёл к книжной полке. Открыл лапкой стеклянную дверцу и ощутил запах многолетних книг: это помогало ему настроиться на нужный лад. А ещё книги на полке отражались от стеклянной дверцы, и редкие названия в отражении смешно читались наоборот.

Кот прочитал надпись на книге «Гром». Перевёл взгляд на отражение: «Морг». Задумался. Книга осталась такой же, зато название изменилось кардинально. Любопытная подсказка.

– А вы подкорректируйте название работы, – предложил он. – Гром. Морг. Гром. Морг.

– В смысле? – не понял Ник. – Какой гром? Какой морг? Что это даёт? Новое название проблемы не решит.

– Сместите акценты, и работа останется при вас, – уточнил кот, – но она станет другой.

– Например? – заинтересовался Ник.

– У вас была «История Луногорска»?

– Да.

– А теперь сделайте… – кот призадумался, – скажем, связь мифов и легенд Луногорска с повседневным бытом разных лет… А, вот: «Луногорск: мифы и реальность». Неплохо?

Ник посмотрел на кота с таким видом, словно тот прокололся и случайно раскрыл наличие у себя великого ума и огромных знаний.

– А в этом что-то есть, – пробормотал он. – Сейчас позвоню Альберту и Алине!

– Звони! – милостиво разрешил кот. – Но сперва корма мне подсыпь. И не забудь про подработку, а то корм для меня покупать не на что будет.

Ник заметно повеселел и набрал номер Альберта.

– Альберт, ты не поверишь! – воскликнул Ник. – У кота отличная идея! Хочешь послушать?

Судя радостному крику из трубки, Альберт успел дойти до такого отчаяния, что готов был выслушать подходящие идеи даже от тараканов и проверить на практике практически всё, лишь бы отстоять любимую тему. Ник пересказал идею, а Ультрамар с довольным видом ел и наслаждался похвальбой Альберта: вкусная еда под восторженные отзывы – это неописуемо! Ник завершил звонок и подумал: изначально симбиоз котов и людей вышел односторонним. Люди за двоих работали и недосыпали, а коты спали и ели аж за троих – за себя, хозяина и произвольного мимопроходила. Но сейчас кот высказал дельную мысль и полностью оправдал тысячелетия симбиотический жизни.

– Не зря я сделал тебя говорящим! – воскликнул Ник. – Бывают в жизни удачи.

– Не приписывай всё своему гению! – отмахнулся кот: Ник просто чинил заклинанием повреждённую умную колонку, что-то напутал, и ее функции перешли к коту и немного к Мышу. Ультрамар стал тем, кем стал. – Тебя направляли по верному пути высшие кошачьи силы!

Ник хмыкнул в ответ и взял сумку со спецодеждой для работы. Городок с начала лета приводили в идеальное состояние, и специалисты по магическому благоустройству вкалывали с утра до позднего вечера. К общему сожалению, магия не могла решить проблему благоустройства щелчком пальцев. Подобные фокусы оставались уделом фильмов и старинных легенд, а реальность упиралась в беспощадные законы физики. Магия не могла их обойти: чтобы поднять гирю силой мысли, маги тратили столько же сил, сколько ушло бы на подъём гири силой мышц. Главным отличием магической работы от физической являлась идеальная точность и абсолютное отсутствие пыли и грязи. Роботы не смогли бы выполнить такую работу точнее и лучше. По этой причине маги и пользовались спросом в рабочих профессиях. Сейчас рук, мозгов и магических сил катастрофически не хватало, и городская администрация принимала на подработку студентов магикума хозяйственной и промышленной магии.

– Я на работу, остаёшься за хозяина! – сказал Ник напоследок и захлопнул за собой дверь.

– В смысле, за хозяина? – спросил кот, когда шаги Ника стихли вдалеке. – Я хозяином был, есть и буду! Это ты здесь временами заскакиваешь.

Ник закрыл двери и вполголоса произнёс мучивший вопрос:

– А на кой чёрт Аргону понадобилась наша тема для дипломной работы? Там же работать надо!

Глава 3

Месяц назад.

Середина последнего весеннего месяца по утрам ещё напоминала об уходящей весне прохладным ветерком, но летнее солнце быстро прогоняло утреннюю прохладу и обрушивало на город настоящую летнюю жару. В новостях часто говорили о катастрофически скором глобальном потеплении – буквально за ближайшие триста тысяч лет. Сплетникоры пугали подписчиков экстремальными дождями, которые смоют континенты и вернут сухопутную жизнь в моря и океаны. Паникёры-эксперты утверждали: нужно прямо сейчас учиться дышать под водой и на плаву ловить и глотать сырую рыбу, ведь пожарить её в море не получится. Умение быстро реагировать на подводных хищников тоже пригодится.

Аргон неспешно разбирал вещи прежнего хозяина дома. Старик умер несколько дней назад. Дом остался бесхозным, и его по сходной цене для сына выкупили родители Аргона. Аргон оказался собственником старого, но вполне крепкого и приличного жилья, идеально подходящего для студента. Настроение новому собственнику портила разве что обстановка времён царя Гороха плюс бесчисленное количество бумаг, газет и подшивок высотой от пола до потолка. Они занимали практически всё свободное место, и перебираться по дому приходилось узкими тропками.

– Хорошо, хоть мусор домой не тащил, – ворчал Аргон на прежнего владельца. Будь оно так, дом был бы полон тараканов, крыс, мышей и разных микроорганизмов, которые сопутствует любой продуктовой мусорке, и никто ни за какие деньги его бы не купил. Дом даже сносить не стали бы – сожгли бы в плазменном огне до последней молекулы и разровняли место, словно здесь отродясь ничего не стояло. Но раз уж в доме не было ни крыс, ни мышей, ни даже тараканов, комиссия по осмотру помещений решила: дом годится для проживания. Вердикт сделал всех почти причастных счастливыми и довольными. Комиссия – потому что продала дом, а родители Аргона – потому что потратили на дом раз в десять меньше предполагаемого. И только Аргон остался недоволен: да, у него появился свой дом, но очищать его от хлама пришлось лично. Предстояла долгая работа: выбросить бумагу и древние, как кости мамонта, вещи, чтоб поставить современную мебель. И, судя по объёмам мусора, процесс затянется на несколько месяцев, будь он неладен. Сколько времени вместе с мусором на свалку!

Аргон подхватил две пачки старых газет и понёс к выходу.

– В гробу я видел этот мусор! – буркнул он. Мусор в ответ промолчал, но если бы умел думать, то охотно представил бы в гробу самого Аргона, ибо лежал здесь десятилетиями, а нахальный Аргон появился буквально только что.

Аргон выбросил пачки в новенький контейнер. Ещё вчера он тихо-мирно сжигал бумаги на заднем дворе, но подлая бумага не желала сгорать бесследно. Жаркое пламя костра тянуло кусочки сгоревшей бумаги к облакам, а оттуда разносило по окрестностям, владельцы которых совершенно не обрадовались халявным осадкам из сгоревшей бумаги. Пришлось затушить костёр и арендовать у мусорной компании большой контейнер для мусора. И всё бы ничего, но это же лишние деньги из собственных карманных средств! Родители сразу сказали: «Твой дом – твои траты и проблемы. У-ха-ха-ха!». Вредины. Хотя и родители. Дом же купили. Как говорится, чем могли, тем помогли. Но этот мусор…

– А-а-а! – Аргон вернулся в дом за следующими связками. – Ну и хлам.

На верхней и жестоко пожелтевшей от времени газете отчётливо виднелась дата. Новости, которые превратились в старости за прошедшие с момента их появления восемьдесят три года назад. Зачем это хранилось десятилетиями? Какой прок перечитывать новости столетней давности? Ведь каждый день пишут новые.

Ещё две пачки улетели в коробку.

– Ну, дед, ты даёшь, – проворчал Аргон. – Тебе бы в музее работать или архиве. Стоп…

Архив! Старые данные! Музейная редкость! И зачем же неделями носить и выбрасывать бесчисленные килограммы старинных новостей, если их можно отдать в городской музей? Там работники с ума сойдут от счастья! Они просто обожают исследовать старый-старый хлам и делиться им с такими же любителями старины. Позвонить, они сами приедут и всё увезут. А вдобавок грамоту дадут и внесут имя в список волонтёров музея.

– Это надо проверить! – Аргон потянулся к смартфону и поискал номер телефона музея. – Есть!

Он мысленно проговорил текст обращения и набрал номер. Ответили быстро, и даже не голосом виртуального секретаря. Настоящий человеческий голос! Аргон задумался: то ли у музея нет денег на современные технологии, то ли работники музея хранят верность старым и почти уже музейным технологиям. Кому ещё сохранять такое, как не им?

– Здравствуйте! – сказал Аргон. – У меня полный дом бытовых древностей и подшивки старых газет. Отлично сохранившихся с давних пор. Некоторым под сто лет! Не желаете приобрести для музея города? Я уверен, что многое осталось в единственном сохранившемся экземпляре.

В качестве доказательства Аргон отправил собеседнику несколько фотографий. Собеседник явно изумился.

– Откуда у вас столько?! – воскликнул он.

– Дедушка собирал всю свою жизнь, – пояснил Аргон. Этого вполне достаточно, и музею ни к чему знать, что упомянутый дедушка не являлся родственником Аргона: это несущественно. – К сожалению, недавно он скончался, а я не справляюсь с хранением данных самостоятельно и с огромной грустью готов продать музею всё до последней бумаги…

– Вместе с домом в качестве хранилища? – уточнил собеседник.

– Нет, дом я оставлю, это моё жильё, – уточнил Аргон. – А вот газеты, книги, пластинки и старые вещи забирайте! Пусть они станут общим достоянием!

– Во сколько оцениваете? – спросил собеседник. Аргон мысленно пожелал поменять макулатуру по весу один к одному – тонны бумаги на тонны денег крупными купюрами, – но обречённо осознал: за такое количество денег его найдут, придушат и заберут всё бесплатно. Ведь наглость не всегда второе счастье, иногда оно смертный приговор.

Аргон понятия не имел, сколько стоит этот хлам, и решил действовать наверняка: назвать много, в процессе скинуть процентов тридцать, как это делалось среди торговцев. Аргон тихо выдохнул и назвал три стоимости дома.

Повисла мёртвая тишина.

– Перегнул… – мысленно сказал Аргон. Придётся выбрасывать самому.

– Ну… – протянул собеседник, – это возможно, если материалы нас устроят.

Аргон вытаращил глаза: если в музее заплатят треть от названной суммы, это окупит траты и сделает Аргона самым богатым студентом в магикуме!

– Фантастика! – Аргон посмотрел на фотографию Алины и Ника. Весёлые, жизнерадостные – просто идеал. Хотя нет, не совсем. Аргон порвал фото пополам и разлучил Ника с Алиной хотя бы так. Рядом с ней должен был стоять Аргон! И когда на банковском счету окажется нужная сумма, у Аргона появится неплохой шанс привлечь внимание девушки. Чем-то она его привлекала.

Собеседник не стал тянуть резину, и через час команда грузчиков приступила к работе. Довольный Аргон с нарастающим удовольствием наблюдал, как бумажное старьё метр за метром переносилось из дома в грузовые автомобили, а в доме появляется драгоценное пустое пространство. Больше не придётся ходить узкими тропами в своём же доме. Без хлама здесь оказалось очень даже просторно. Намного просторнее, чем Аргону казалась изначально.

– Ничего себе, – внезапно сказали грузчики.

– Конечно, себе ничего, – согласился Аргон. – Вы своё получите в кассе. Что вы там нашли?

Грузчики расступились, и Аргон увидел старый сейф, небрежно покрашенный краской для пола. Владелец сейфа словно пытался намекнуть: в таком жутком сейфе нет ничего интересного.

– Выносим? – с едва скрываемой надеждой в голосе спросили грузчики: сейф мог таить в себе немало драгоценного.

– Прибрать к рукам решили?! – догадался Аргон. – Это легко! Выносите!