Остров Амбон

Кравец нахмурился.

— Почему не доложил сразу?

— Я не был уверен, что видел человека, — сказал Платон. — Сами знаете мои проблемы со зрением. Могло показаться. Но нет, теперь вижу — не показалось.

Савицкий молчал. Смотрел на Линя. Потом на Платона.

— Долго висел, — повторил он. — Сколько?

— Не засекал. Но он умел почти не высовываться из воды и дышал редко, короткими вдохами. Обычный человек давно бы запаниковал, зашумел, выдал себя. А этот знал, что делает.

Савицкий прищурился.

— Навык?

— Именно.

— Ты хочешь сказать, что случайный беглец обладает навыками задержки дыхания? Как подготовленный пловец?

— Я предлагаю вам спросить его, кто он, — сказал Платон.

Савицкий повернулся к Линю. Задал вопрос. Тот помедлил. Потом ответил. Коротко. На английском.

— Монах, говоришь? Откуда?

— Шаолинь. Там… Я не виноват! А винят меня! Я не делал ничего плохого! Правда!

Воцарилась тишина.

Платону показалось, что монах еще сильнее прижал рюкзак к груди, будто боялся, что сейчас отнимут и его.

— Монах, — проворчал Кравец. — Силен, зараза, раскидал двоих моих бойцов.

— Не убил, — заметил Платон. — Не покалечил. Раскидал. Остановил. Называйте, как хотите. Но это тоже навык. Дозировать свою силу и не убивать. А мог бы.

Влад, подошедший вместе с Денисом, хмыкнул.

— Ловкий монах, — сказал он.

— Слишком ловкий, — сказал Кравец.

Платон сделал шаг вперед. Не думая. Просто сделал.

— Георгий Петрович, он нам пригодится. С такими навыками задержки дыхания он точно войдет…

— Не болтай лишнего! — Савицкий резко вскинул руку и перешел на русский: — А если он из триады? Если вчера ты увидел спектакль, умело разыгранный нашими врагами? Как в том фильме – «Пираты ХХ века». Там тоже вот такого китайца, якобы потерпевшего кораблекрушение подняли на борт. Так тот потом полкоманды перебил, а судно утопил!

— Это, наверное, какой-то древний фильм, —заметил Влад. — Я и не слышал о таком.

Теперь Денис шагнул вперед. Посмотрел на Линя. Потом на Платона. Потом на Савицкого.

— Георгий Петрович, — сказал он. — Мне нужен напарник для спуска.

Савицкий повернулся к нему.

— У тебя есть Влад.

— Влад пока не в кондиции. Рука не готова. Он не сможет работать под водой в полную силу. Платон тоже от стиля топора недалеко ушел. А мне нужен тот, кто может су… тяжести таскать. И кто под водой держится так, как этот, — он кивнул на Линя. — Давайте хотя бы его проверим. Влад, поможешь? И как твой рука?

Влад пожал плечами.

— Рука правда не готова, — подтвердил он. — Не вру.

Савицкий молчал. Смотрел на Линя. Линь смотрел на него. Молчали. Думали. Будто читали друг друга.

— Если он беглец, — сказал Савицкий наконец, — за ним могут прийти и сюда.

— Могут, — согласился Платон. — Но они уже приходили в Дананге. И Кравец их отогнал. Придут еще, снова отгоним. Я помогу.

Кравец хмыкнул. Не то с одобрением, не то с иронией.

Савицкий потер подбородок.

— Ладно. Он остается. Пока. Но он гость, не член команды. Кравец, оформи. Платон, ты за него отвечаешь. Будешь с ним… воспитателем. И пусть его переоденут в сухое. Накормите, дайте нормальную воду. Хватит ему… бутылки тырить.

Линь слушал, непонимающе переводя взгляд с одного на другого. Но потом, когда Савицкий с Кравцом ушли, чуть склонил голову.

— Спасибо, — сказал он по-английски. Тихо. Одно слово, но на его лице мелькнуло что-то, отдаленно похожее на облегчение.