Скуф. Маг на отдыхе 2

Напарник ушёл, а дедушка-извращенец аж взвыл от отчаяния и предвкушения того, что вот-вот должно было произойти.

– Я – старый человек, – уже окончательно разревелся он. – У меня слабые кости. Прошу вас, не надо…

Но Тихон даже не собирался.

– Голос, – задумчиво произнёс он. – Там, когда мы тебя задержали, ты сказал: «Голос».

– Д-д-д-да, – ответил дед.

– Что за голос?

– Страшный такой! Такой… Такой…

…но Тихон уже и так понял какой. Он понял это ещё там, в коридорах подсобных помещений. Он увидел этот адский огонёк в глазах черноволосой девушки. И его медальон на шее, перевёрнутая пятиконечная звезда, ни с того ни с сего начал нагреваться. Еле-еле, но всё равно ощутимо.

Так что да…

– Демонический? – подсказал Тихон извращенцу.

– Да! – взорвался тот. – Вот прямо да! Как с языка сняли! Говорю же вам, она – ведьма! Ведьма!

«Не ведьма», – ухмыльнулся про себя Тихон.

И тут же мысли его понеслись в другом, более эпическом и судьбоносном русле. «Я первым узрел явление Его, – подумал про себя Тихон. – Получается, Он сам выбрал меня в качестве мессии, что предупредит весь мир о пришествии Его. И получается, что я… Избранный?»

То, что в данном случае речь шла не про “Него”, а про “Неё”, Тихона нисколько не волновало.

Глава 6

А я ведь думал, что первой аудиозаписью в моём диктофоне будет нечто мудрое. Вечное нечто. Фундаментальное.

А по итогу вот:

– Дорогие любители природы, сегодня мы с вами сможем пронаблюдать альтушек в естественной среде их обитания, – записал я, чуть подумал, прожав «паузу», и добавил: – Кажется, сейчас они собираются питаться. Посмотрите, как у самочки с розовым хохолком раздулись щёки… как цепко она держит в лапках пищу… как оглядывается, опасаясь, то кто-то может отобрать её лакомство…

– Ну Василий Иваныч, – проныла Шама со ртом, набитым мраморной коровой. – Ну вкусно же…

Вкусно.

Факт.

Не всё и не везде, но фудкорт на «Имперском Базаре» это вообще отдельная песня. Сам по себе Торговый Центр настолько здоровый, что сгруппировать весь общепит на одном пятачке – идея провальная. А потому он был выполнен в качестве центральной галереи шестого, – самого верхнего, – этажа и тянулся через весь «Базар».

Кофейни, кондитерские, пиццерии, сушильни, хинкальные, блинные, супные, кашные, лапшичные, шаурмянные, шашлычные, устричные, крабоварни, стейк-хаусы, обычные столовые и тематические кафе. Откровенный фастфуд здесь соседствовал гастробарами и дорогими ресторанами, в которых подают сет из двадцати плюс блюд размером с гулькин лингам.

А что самое примечательное, – и замечательное, – что каждое заведение, даже несмотря на наличие столов внутри, было обязано содержать свой островок по центру галереи. И не какую-нибудь хренотню из пластмассы, на которую и сесть-то страшно…

Не-не-не.

Настоящие посадочные места. Такие, которые случайно не снесёшь неловким движением бедра. Мягонькие для зада, удобные для всего остального тела, и с полноценным набором соль-перец-салфетка-зубочистка на столе.

То есть, даже если ты решил убить свой желудок картохой фри без ничего более, всё равно будешь сидеть в комфорте. К идее равенства и братства я отношусь весьма настороженно, – и это неспроста, – но если мне не нужно оплачивать её из собственного кармана, то-о-о-о… почему бы и нет?

– А вот и мы, – сказала измученная Стеклова, присаживаясь за стол.

Она на свою голову вызвалась поискать вместе с Ромашкой вегетарианский ресторан и потому подоспела к обеду последней.

Ещё и с подносом явно остывшей еды.