Эфириада

Иван кивнул и отпустил девушку. Обед – это через несколько часов. Времени достаточно.

Он решил прогуляться по дворцу. Вчера, в суете бала и дуэли, толком не удалось рассмотреть это великолепие. А дворец того стоил.

Он брёл по коридорам, разглядывая гобелены, картины, старинную мебель. Вдоль стен стояли статуи, изображавшие древних королей и героев. Везде чувствовалась рука мастеров, везде царила атмосфера богатства и власти.

Но самое интересное было в другом. Иван обратил внимание, что даже прислуга здесь – не простые зверолюди. У девушки-лисы в костюме горничной, что подавала воду в вазе, хвост был густого каштанового цвета – признак чистой крови. Молодой парень, тащивший тяжёлый поднос, имел ярко-рыжие уши. Даже старуха, мывшая полы в дальней галерее, была с роскошным золотистым хвостом, хоть и седым.

– Интересно, – пробормотал Иван. – Здесь даже уборщицы – дворянских кровей.

Он завернул за угол и оказался в небольшой галерее, где было тихо и безлюдно. Только откуда-то из-за тяжёлой портьеры доносились голоса. Иван притормозил, прислушался. Любопытство – не порок, особенно когда ты в чужом дворце.

– …а я тебе говорю, это всё королева решает, – говорил один голос, женский, с лёгкой хрипотцой. – Король только для виду на балах красуется.

– Да знаю, знаю, – отвечал второй, мужской. – Но чтобы так… Он же даже войсками не командует! Все приказы из её покоев идут.

– А ты думал? Она ещё при старом короле всем заправляла. А Георг… – женщина понизила голос, но Иван всё равно расслышал, – он же просто муж. Король-консорт. Титул есть, а власти никакой.

– А почему тогда его коронуют?

– Традиция, милый. Уже как столетие. Королеву короновали как короля, и с тех пор повелось: королева правит, а король – для красоты.

Мужской голос присвистнул:

– Ничего себе красота. А он знает?

– Думаешь, нет? Конечно знает. Но виду не подаёт. Умный мужик, хоть и не при делах.

Голоса стихли, послышались удаляющиеся шаги. Иван постоял ещё минуту, переваривая услышанное.

Король-консорт. Королева, которая правит из тени. И никто об этом не говорит вслух, но все знают.

– Интересно, – пробормотал он. – Очень интересно.

Иван Андреевич вышел из галереи и побрёл дальше по коридорам, размышляя об услышанном. Король-консорт, правящая королева, традиции… Интересно, насколько далеко заходит эта театральность?

Он завернул за угол и оказался в небольшом внутреннем дворике, где придворные коротали время в ожидании пробуждения их величеств. Несколько мужчин с роскошными хвостами (львиные, отметил Иван) сидели на скамьях, лениво переговариваясь. Увидев лысого человека, они на мгновение замолкли, но потом, видимо, вспомнили вчерашнее исцеление и заговорили снова, не обращая на него внимания.

Иван присел на соседнюю скамью, делая вид, что любуется фонтаном. Уши, обострённые эфириалами, ловили каждое слово.

– …и это уже пятый, – говорил один, с густой рыжей бородой. – Король наш, видно, не унимается.

– А что королева? – спросил второй, с хвостом чуть светлее.

– А что королева? Ей плевать. Лишь бы на публике всё прилично выглядело. А эти… – он махнул рукой куда-то в сторону, – они же не при дворе, в деревне живут. За городом.

– В той самой?

– Ну да. Местные уже прозвали её «деревней бракованных». Там этих… как их… полукровок знаешь сколько? От разных служанок, от приезжих. Король наш, видать, не пропускает ни одной юбки.

Второй присвистнул:

– И много?

– Да говорят, целая деревня. И все с львиными ушами, но… – он понизил голос, – грязнокровные. Нечистокровные. Брак, одним словом. Никто их за настоящих львов не считает.

– А королева правда знает?

– Да ей плевать, я же сказал. Она даже не смотрит в ту сторону. У неё свои дела, свои планы. А это… – он пренебрежительно махнул рукой, – так, мелкие шалости.

Иван слушал, и внутри него закипало знакомое чувство – смесь цинизма и брезгливости. Король, лишённый реальной власти, развлекается с прислугой, плодит бастардов, а королева, занятая управлением страной, смотрит на это сквозь пальцы. И никого это не удивляет. Придворные обсуждают это как погоду.

– А ты откуда знаешь? – спросил первый.

– Так моя тётка там живёт, в той деревне, – ответил второй. – Соседка у неё – как раз от короля дитё. Хвост львиный, а сам серый, как мышь. Никому не нужен. Работает в поле, как простой крестьянин.

– Сурово.

– А ты думал? Чистота крови – это не шутки. Даже королевская.

Иван поднялся и медленно направился к выходу из дворика. В голове крутились обрывки фраз: «деревня бракованных», «грязнокровные», «королеве плевать». Ещё один штрих к портрету этого мира. Ещё одно подтверждение того, что красота хвоста и чистота крови здесь – не просто эстетика, а основа социальной иерархии.

Интересно, – подумал он, — что скажет король, когда узнает, что я всё это слышал? И нужно ли ему вообще это знать?

Иван Андреевич вышел из внутреннего дворика и снова побрёл по коридорам. Мысли о «деревне бракованных» и королевских забавах постепенно улеглись, уступив место профессиональному интересу. Он рассматривал проходящих мимо придворных, стражников, слуг и вдруг заметил нечто странное.

Вот, например, группа офицеров в парадных мундирах. Среди них выделялся огромный детинушка с медвежьими ушами и коротким, почти незаметным хвостом. По местным меркам – «некрасивый», явно нечистокровный. Но на груди у него поблёскивал орден, а подчинённые смотрели на него с уважением.

А вот компания магов в синих мантиях. Рядом с утончёнными лисами и рысями стоял здоровенный «бык» с мощными рогами и толстым хвостом. Он что-то увлечённо обсуждал с остальными, и те слушали его с явным вниманием.

Иван остановился, наблюдая. Мимо прошёл ещё один воин – с лошадиными ушами и длинным хвостом, похожим на конский. Тоже «некрасивый», но на поясе у него висел меч с богатой рукоятью, а на плаще красовалась эмблема королевской гвардии.

– Интересно, – пробормотал Иван.

Он подошёл к одному из стражников, дежуривших у входа в тронный зал. Тот был чистокровным волком с роскошным серым хвостом, но Иван уже понял, что здесь это не главное.

– Скажи, – спросил он, – а почему среди воинов и магов столько… э… разных? Я имею в виду, не самых красивых?

Стражник усмехнулся:

– А ты, пан, не здешний, видать. У нас тут просто: если ты силён, если умеешь махать мечом или знаешь заклинания – тебя возьмут. Хоть ты лысый, хоть хвостатый, хоть с рогами. Главное – результат.

– То есть здесь ценят не красоту?

– В армии – нет. В магии – тоже. Там, – он кивнул в сторону тронного зала, – да, там важны хвосты да уши. А в бою – сила. Бык тот, что прошёл, Александром кличут, он наш лучший тактик. Никто лучше него оборону не держит. А медведь – сильнейший маг огня, хоть и выглядит… ну, ты понял.

Иван кивнул, благодаря. Он отошёл в сторону, переваривая информацию.

Меритократия, – подумал он. — В чистом виде. Сила и умение здесь ценятся выше происхождения. По крайней мере, в армии и магии. Значит, не всё так однозначно в этом мире красоты и чистоты крови.

Это было важное наблюдение. Значит, даже в этом сословном обществе есть лазейки. Есть места, где «некрасивые» могут подняться. И если так, то у Яна, у Казика, у него самого есть шанс не просто выжить, а добиться чего-то большего.

– Запомним, – тихо сказал он себе.

Иван Андреевич, всё ещё размышляя о меритократии и странных порядках этого двора, забрёл в тихую галерею, где было подозрительно безлюдно. В конце коридора виднелась массивная дубовая дверь с медной табличкой, на которой было выгравировано одно слово: «Bibliotheca».

– Библиотека? – удивился Иван. – Во дворце? Надо же.

Он толкнул дверь и оказался в огромном зале. Высокие, до потолка, стеллажи, уставленные книгами в кожаных переплётах. Пахло старыми фолиантами, воском и тишиной. Лучи солнца пробивались сквозь высокие окна, освещая пылинки, танцующие в воздухе.

Иван прошёлся вдоль рядов, разглядывая корешки. На некоторых были знакомые названия на польском, на латыни. Но большинство… большинство выглядело иначе. Пластиковые переплёты, потёртые временем. Надписи на английском, русском, китайском. Технические справочники, руководства по эксплуатации, научные журналы.

Он вытащил один том – «Основы квантовой механики» на английском, изданный в 2038 году. Пролистал. Страницы пожелтели, но текст был вполне читаем.

– Невероятно, – прошептал он. – Кто-то собирал это всё. И сохранил.

Он прошёл дальше. Целые полки были заставлены подобными книгами. Инженерные справочники, медицинские энциклопедии, учебники по химии и физике. Рядом – стопки старых журналов «Nature» и «Science». Всё это было собрано здесь, в сердце королевского дворца.

– Но зачем? – спросил он себя. – Кому это нужно?

Ответ нашёлся быстро. В углу, у небольшого столика, сидела девочка. Лет двенадцати, с белоснежными, кристально-чистыми ушками – львиными, с едва заметными кисточками на концах. Такой же белый, длинный хвост с кисточкой на конце лениво покачивался, когда она склонялась над книгой. Альбинос. Чистокровная наследница. Одета она была в простое, но дорогое платье. Перед ней лежала раскрытая книга – явно из тех, что с пластиковым переплётом. Девочка водила пальцем по строчкам, шевелила губами, пытаясь разобрать слова.

Иван замер, не желая её беспокоить. Он стоял в тени книжного стеллажа и наблюдал.

Девочка хмурилась, перелистывала страницы, возвращалась назад. На лице её читалось отчаяние пополам с упрямством. Она явно пыталась понять написанное, но буквы были чужими, слова – непонятными.

– Ну почему? – прошептала она вдруг, и в голосе её звучала такая обида, что у Ивана защемило сердце. – Почему никто не может это прочитать? Здесь же всё написано! Просто буквы другие!

Она захлопнула книгу и откинулась на спинку стула, глядя в потолок. Глаза её, светлые, почти прозрачные, блестели – то ли от слёз, то ли от усталости.

Иван стоял неподвижно, не решаясь выдать своё присутствие. Он мог бы подойти, объяснить, что эти книги – на английском, на русском, на китайском. Что он может перевести. Но что-то его останавливало. Может быть, нежелание вмешиваться в чужие тайны. Может быть, понимание, что девочка – не просто ребёнок, а принцесса, и любое его слово может иметь последствия.

Королевская семья собирала знания, – подумал он. — Всё, что уцелело от старого мира. Но они не могут их прочитать. Языки забыты, технологии потеряны. А эта девочка…

Иван Андреевич, выйдя из тени, прошёл дальше между стеллажами. В глубине библиотеки он заметил ещё двух посетителей – пожилых мужчин в длинных мантиях, с сосредоточенными лицами. Один был лисом с седыми ушами, другой – волком с густой проседью в хвосте. Они сидели за отдельным столом, склонившись над какими-то фолиантами, и тихо переговаривались. Учёные мужи, не иначе. Иван не стал им мешать.

Он медленно брёл вдоль полок, разглядывая корешки. На уровне глаз попадались в основном книги на польском и латыни – религиозные трактаты, хроники, сборники законов. Но выше, на верхних полках, стояли совсем другие тома – в пластиковых обложках, с выцветшими надписями на английском, немецком, русском. Иногда попадались и книги на незнакомых языках, с иероглифами.

Взгляд Ивана упал на книгу, лежавшую отдельно на небольшой подставке. Она была явно не такой старой, как большинство. Бумага чуть пожелтела, но переплёт был простой, кожаный, с тиснением. Иван взял её в руки, прочитал название:

«Путеводитель по расам Европы. Издание второе, дополненное».

– Хм, – хмыкнул он. – Интересно.

Он открыл книгу наугад и начал листать. Шрифт был чётким, язык – польским, но с множеством устаревших слов и оборотов. Видимо, книга была написана лет через сто-сто пятьдесят после катастрофы, когда язык уже начал меняться.

«Расы зверолюдей, населяющие ныне Европу, столь же разнообразны, сколь и удивительны. Принято выделять три основные расы, встречающиеся повсеместно: Волки, Лисы и Кошки. Они не обладают какими-либо выдающимися сверхъестественными способностями, однако составляют основу населения большинства королевств. Их представители могут занимать любые должности и профессии, от крестьян до советников королей. Многие знатные роды происходят именно от этих рас, и чистота крови в них ценится превыше всего».

Иван усмехнулся. Логично, это были самые массовые модификации. Наверняка в те годы люди выбирали себе образ лисы, волка или кошки. Отсюда и распространённость.

Он перелистнул дальше.

«Миноритарные расы встречаются реже, но часто обладают особыми качествами, которые, как полагают учёные мужи, являются отголоском древней магии, изменившей их предков.

Медведи – необычайно выносливы, способны переносить холод и тяготы, непосильные для других. Среди них много воинов и кузнецов.

Быки – славятся своей физической силой. Нет равных им в тяжёлом труде и в бою с тяжёлым оружием.

Лошади – быстры и легки на ногу. Лучшие курьеры и разведчики, их скорость не знает равных.

Белки – ловкие, способны карабкаться по самым отвесным стенам и деревьям. Ценятся как лазутчики и воры.

Зайцы и Кролики… – здесь автор сделал многозначительную паузу. – О них следует сказать особо. Чистокровных кроликов не существует, ибо представители этой расы славятся своей… неразборчивостью в связях. Говорят, что в каждом городе можно встретить полукровок с кроличьими ушами, но чистота крови для них недостижима. Впрочем, сами они этим нисколько не озабочены».

Иван фыркнул. Нимфоманы, значит. Забавно.

Он перешёл к разделу о кошачьих.

«Раса Кошек включает множество подвидов, которые часто выделяют в отдельные категории: Львы, Гепарды, Леопарды, Рыси, Пантеры и другие. В отличие от простых кошек, эти подвиды обладают особыми способностями, доставшимися им от древних предков.

Львы – короли среди кошачьих. Они не только сильны и величественны, но и обладают удивительной памятью. Говорят, что лев никогда не забывает ни добра, ни зла, и может помнить события столетней давности так же ясно, как вчерашний день. Возможно, поэтому многие королевские династии ведут свой род от львов.

Гепарды – быстрейшие из зверей. Способны развивать невероятную скорость в коротких рывках, что делает их непревзойдёнными охотниками.

Леопарды – скрытны и хитры. Умеют сливаться с тенями, оставаясь незамеченными.

Рыси – отличаются острым слухом и зрением, способны видеть в полной темноте. Из них выходят лучшие ночные дозорные».

Иван захлопнул книгу и задумался. Всё это – остатки тех самых генетических модификаций, которые люди делали себе триста лет назад. Львы получили улучшенную память, гепарды – скорость, рыси – ночное зрение. А со временем эти особенности закрепились и стали восприниматься как природные свойства рас.

Он открыл книгу на последних страницах, где был раздел «Мифические существа».

«Отдельного упоминания заслуживают существа, называемые людьми. Древние хроники описывают их как зверолюдей, но без ушей и хвостов, иногда с металлическими частями тела и округлыми лицами. Говорят, они были искусны в магии, не старели и жили веками, а многие считали их бессмертными. Некоторые легенды утверждают, что люди – это первые обитатели мира, от которых произошли все зверолюди. Однако достоверных свидетельств их существования нет. Никто из ныне живущих не встречал человека, хотя слухи о них ходят до сих пор. Скорее всего, это не более чем сказки, призванные объяснить происхождение древних руин и артефактов».

Иван усмехнулся. Никто из ныне живущих не встречал человека. А я вот тут стою, читаю эту книгу. Забавно.

Он закрыл книгу и аккуратно поставил её на место. В голове укладывались новые знания. Мир становился понятнее, но от этого не менее странным.

Он оглянулся на учёных мужей, которые по-прежнему корпели над фолиантами, и на девочку-принцессу, всё ещё пытавшуюся разобрать непонятные буквы. Библиотека жила своей тихой жизнью, полной загадок.

Иван Андреевич уже собрался уходить, когда его взгляд снова упал на двух пожилых мужчин, корпевших над фолиантами. Что-то в их облике – сосредоточенность, отрешённость от мира – показалось ему знакомым. Он подошёл ближе.

– Доброе утро, господа, – негромко сказал он. – Не помешаю?

Один из них, лис с седыми ушами и длинным хвостом, поднял голову. Его глаза за стеклами очков (очков! Иван даже удивился) с любопытством уставились на посетителя.

– А, вы тот самый маг, что вчера руку рыцарю заживили, – сказал он доброжелательно. – Наслышаны, наслышаны. Присаживайтесь, пан. Не каждый день такие гости в нашей тихой обители появляются.

Иван присел на свободный стул. Второй учёный, волк с проседью, лишь кивнул, не отрываясь от книги.

– Любопытная у вас библиотека, – заметил Иван, оглядывая стеллажи. – Столько древних книг. Я и не думал, что в Варшаве такое собрание.

– О, это заслуга королевской семьи, – с гордостью сказал лис. – Уже несколько поколений собирают. Всё, что удаётся найти в старых руинах, уцелевшие книги, свитки… Всё сюда. Надеемся, когда-нибудь учёные мужи смогут их прочитать.

– А пока не могут?

Лис развёл руками:

– Многие языки утеряны, пан. Мы знаем латынь, польский, немного немецкий. А там, – он кивнул на верхние полки, – там совсем другие письмена. Кто-то говорит, что это язык древних богов. Кто-то – что демонов. Мы просто храним.

Иван кивнул, делая вид, что понимает. Потом перевёл взгляд на девочку-принцессу, всё ещё сидевшую за своим столиком.

– А это кто? – спросил он как можно небрежнее. – Тоже учёная?

Лис улыбнулся, и в глазах его появилось тепло:

– Это наша гордость, пан. Её высочество принцесса Мария, единственная дочь королевы Беатрисы. Наследница трона.

Иван присвистнул про себя. Принцесса. Чистокровная львица-альбинос. Будущая королева.

– Она часто здесь бывает? – спросил он.

– Каждый день, – ответил лис. – Её величество королева лично воспитывает дочь и прививает ей любовь к наукам и магии. Мы, – он указал на себя и на волка, – её наставники. Няньки, если хотите. Следим, чтобы не зачиталась до обморока.

Иван усмехнулся. Хорошие няньки – учёные мужи, а не скучающие гувернантки.

– А король? – спросил он, вспомнив вчерашнего Георга. – Он тоже интересуется наукой?

Лис и волк переглянулись. Волк, до этого молчавший, хмыкнул и вернулся к книге. Лис вздохнул:

– Король Георг… он редко бывает здесь. У него свои заботы. Иногда снизойдёт, проведёт с семьёй час-другой, но… – он понизил голос, – вы же понимаете, пан. При дворе свои порядки. Король есть король, но настоящая власть…

Он не договорил, но Иван понял. Король-консорт, тень при троне. А настоящая правительница – королева, и она воспитывает дочь так, как считает нужным. Вдали от дворцовых интриг, в тишине библиотеки, среди книг, которые никто не может прочитать.

– А она? – кивнул Иван в сторону принцессы. – Она понимает, что эти книги… особенные?

– Она пытается, – с неожиданной гордостью сказал лис. – Упрямая, как все львы. Говорит, что когда вырастет, обязательно научится читать все эти письмена. Мы её не разубеждаем. Пусть мечтает.

Иван посмотрел на девочку. Она сидела, склонив голову над книгой, и водила пальцем по строчкам. Белоснежные ушки с кисточками чуть подрагивали, хвост время от времени нетерпеливо ударял по полу. Она что-то шептала, пытаясь сложить буквы в слова.

– Спасибо за беседу, господа, – сказал Иван, поднимаясь. – Пойду, пожалуй. Скоро обед, а мне ещё к королю.

– Удачи, пан, – кивнул лис. – Заходите ещё, если будет время. У нас тут тихо, но иногда приятно поговорить с новым зверочеловеком.

Иван усмехнулся про себя.

Он вышел из библиотеки, оставив учёных и принцессу наедине с мёртвыми знаниями. В голове его крутилась мысль: «Единственная наследница. Девочка, которая пытается прочитать книги из старого мира. И никто, кроме меня, не может ей помочь».

Иван Андреевич вышел из библиотеки и медленно побрёл обратно по коридорам. В голове всё ещё крутились образы: стеллажи с мёртвыми книгами, учёные мужи, склонившиеся над фолиантами, и маленькая принцесса-львица, упрямо водившая пальцем по непонятным строкам.

– Единственная наследница, – пробормотал он себе под нос. – Умная, любознательная, с белым хвостом. И сидит в библиотеке, пытаясь прочитать технические справочники на языках, которых никто не знает.

Он усмехнулся. Картинка была почти абсурдной. Девочка лет двенадцати, с белоснежными ушками и кисточкой на хвосте, в одиночку сражается с наследием погибшей цивилизации. А вокруг – придворные, которым плевать, и король, который развлекается с прислугой.

– А что, если… – начал он и сам рассмеялся своей мысли. – Выкрасть принцессу и взять с собой в путешествие? Представляю: едет по степи караван, впереди Ян с хвостом-знаменем, за ним Казик с колодой карт, а на верблюде, в отдельной корзинке, сидит маленькая принцесса и читает вслух «Основы квантовой механики». Красота.

Он представил эту картину и расхохотался в голос. Проходивший мимо слуга с подносом испуганно покосился на странного лысого человека, который стоял посреди коридора и ржал как конь.

– Всё хорошо, – махнул рукой Иван. – Просто вспомнил анекдот.

Слуга ускорил шаг.

Иван проводил его взглядом и покачал головой. Шутки шутками, но мысль была занятная. Девочка явно умна не по годам, а знания, которые она пытается добыть из этих книг, могли бы пригодиться. Да и белый хвост – как у Яна, только львиный. Смотрелись бы они вместе эффектно. Ян – фенек, она – львица. Целый зоопарк.

– Ладно, – сказал он себе. – Хватит фантазировать. У нас и без того проблем хватает. Ян в отключке, Казик проиграет все деньги, а мне ещё с королём разговаривать.

Он свернул за угол и направился к приёмному залу. До обеда оставалось ещё около часа. Можно было подождать в тени колонны, понаблюдать за придворными и подумать о том, как строить разговор с Георгом.

Но мысль о маленькой принцессе, которую так и тянет похитить и увезти в далёкие края, всё ещё грела где-то на задворках сознания.

– Потом, – прошептал Иван. – Всё потом. Сначала дело.

Иван Андреевич, устав бродить по коридорам, вернулся в приёмный зал и присел на скамью у колонны. До обеда оставалось ещё около часа. В зале было немноголюдно – несколько придворных лениво переговаривались, ожидая своей очереди на аудиенцию.

Иван прислушался. Рядом, на соседней скамье, расположилась компания – двое мужчин и женщина, все с роскошными хвостами (лисы, волки), одетые богато, но не вычурно. Они обсуждали вчерашний бал, дуэль, исцеление руки Болеслава. Иван уловил своё имя и решил вмешаться.

– Прошу прощения, – сказал он, поворачиваясь к ним. – Кажется, обо мне речь?

Придворные смутились, но один из мужчин, лис с длинными усами, быстро нашёлся:

– А, пан маг! Мы как раз восхищались вашим искусством. Такое исцеление – это ж надо!

– Пустяки, – отмахнулся Иван. – Просто знаю пару приёмов.

– Скромничает, – улыбнулась женщина, волчица с красивым серым хвостом. – Присаживайтесь к нам, пан. В одиночестве скучно.

Иван пересел к ним. Разговор завязался легко. Придворные оказались словоохотливыми, особенно когда узнали, что Иван – путешественник с севера и мало что знает о столичных порядках.

– А у вас тут всё так… запутанно, – заметил Иван, переводя разговор на политику. – Король, королева… Кто из них главный?

Придворные переглянулись. Лис с усами усмехнулся:

– Вы, пан, прямо в сердце вопроса. Главная, конечно, королева Беатриса. Её слово – закон. А король Георг… ну, он для красоты.

– Для красоты? – удивился Иван, хотя уже слышал подобное.

– А то, – вступил второй мужчина, волк с проседью. – У нас выборная монархия, пан. Только выбирать-то не из кого. Титул могут наследовать только чистокровные. А где их взять?

– Как же так? – Иван изобразил наивность.

– А так, – волк понизил голос. – Чтобы королевская кровь оставалась чистой, пришлось… ну, вы понимаете. Король и королева – брат и сестра. По-другому никак.

Иван внутренне присвистнул, но лицо сохранил невозмутимым.

– И давно так?

– Уже третье поколение, – вздохнула женщина. – Дворянство очень обеспокоено. С каждым разом найти чистокровного альбиноса для наследования всё труднее. Сейчас у нас только одна надежда – принцесса Мария.

– Маленькая львица? – уточнил Иван.

– Она самая, – кивнул лис. – Единственная дочь королевы. Если с ней что случится… – он выразительно замолчал.

– А что случится? – спросил Иван, хотя уже догадывался.

– Династия прервётся, пан. Выборная монархия превратится в фикцию. Кого выбирать, если нет чистокровных? Придётся менять законы, а это смута.