Поднебесная Логистика

Никита поставил кружку на стол и неожиданно сказал:

— Тебе надо купить кровать.

Миша удивленно оторвался от экрана.

— Чтобы девчонки, которых ты сюда водишь, сразу понимали, зачем они сюда пришли, — пояснил свою мысль Никита.

Никита потянулся за мышкой, сделал пару щелчков, открыв папку на экране.

— Можно посмотреть?

— Смотри, — ответил Миша.

Никита открыл папку с фотками. Подпись под одной из фоток гласила: баба.

Другая называлась:

коза.

Никита занес мышку.

— Миш, ты охренел вконец. Сдвинулся на сексе.

Фотка открылась: у березки коза жевала траву.

— Это фото козы…

Миша молча кивнул.

— Можно кликнуть по фотке баба?

— Кликай, — едва заметно поджав губы, ответил Миша.

Никита уставился в монитор. На экране вместо голой девки сидела старая бабка в платке. Никита закрыл файл.

— Ну… Ясно.

Разговор зашел про аренду. Цены на метры росли каждый месяц. Купить нереально. Везде была засада. Один вариант: риск.

— Есть одна тема, — сказал Миша Никите.

На экране были открыты вкладки сайтов логистики со строчками грузов. Миша лениво крутил колесико мышки, свободной рукой поглаживая кошку Мурку. Та устроилась на его коленях. Мурка тихо мурлыкала, перебирая лапами по его джинсам.

Мозг, заточенный под сложные алгоритмы вычислил, что в логистике мрака маячил в тумане остров сокровищ. Желание заработать деньги здесь, сейчас, вместо того, чтобы сосать палец в НИИ, привело его в этот бизнес. Он считал маршруты для фур. Но Мишу, как физтеха, манила международная логистика. ВЭД. Там крутились совсем другие деньги.

Гуманитарий Никита был мягким, открытым парнем. Как раз из тех, кто не бросает друга в беде. Когда у Никиты волею случая появилась своя фура, Миша мгновенно взял ее в оборот. Никита согласился потому, что знал, что в расчетах на Мишку можно положиться. Сам он был в художествах, отчасти все еще витал облаках, писал диссертацию.

Экран кнопочной Нокии на столе мигнул. Пришла смска от Ивана, знакомого, который крутился на Выборгской таможне. Миша быстро пробежал глазами текст. В глазах мелькнул огонек.

— Глянь, — Миша развернулся на стуле, указывая на присланные параметры закрытого тендера. — Прямой контракт от компании Qzar. Помнишь Кюзара из института? Его контора возит цветы. Нам предлагают гнать реф с розами из Котки на Москву. Спец тариф за срочность. Кэш по факту выгрузки. Наличкой!

Никита поднял голову от журнала:

— Мих, ты ВЭД всего ничего ведешь. Сидим на внутреннем стандарте. Зачем розы? Я слышал, во что это выливается. Там один фрахт до порта три недели идет. Потом на лапу дай, со склада временного хранения забери, а на нашей границе…

— Тут тариф перекрывает наши обычные рейсы, — тихо промурчал Миша. — Мы за один этот круг полностью закроем пробелы. Какая тебе разница, что в фуре лежит?

Никита отбросил журнал, подошел к столу. Он оперся руками о спинку Мишкиного стула. Ему было не по себе от такой самоуверенности друга. Мурка недовольно мяукнула. Она спрыгнула с коленей, укоризненно посмотрев на людей.

— Разница огромная, — Никита заговорил тише, переживая за их единственную машину. — Мне кажется, что цветы это чистый суицид для логиста? Если на границе либо на трассе наша установка сбойнет, цветам хана. Я читал на форумах, что розы везут строго от плюс двух до плюс пяти градусов. Чуть теплее, они сварятся, раскроются в коробках. Если чуть холоднее, померзнут. Если реф подведет, Кюзар выставит такой счет за порчу, что придется фуру продавать. Весь груз на сотни тысяч долларов превратится в силос. Зачем так рисковать?

Миша посмотрел на розу в вазе на столе. Купил девчонке, вчера сорвалось. Он взял цветок за стебель, разглядывая острые шипы и плотный, тонко пахнущий бутон.

Он был абсолютно уверен в своей исключительности. Ошибаются обычные люди.

— У тебя новые установки Термо Кинг, — спокойно ответил Миша, продолжая смотреть на розу. — Откуда сбои?

Его зацепил вызов.

— Да ты на таможню посмотри! — Никита попытался объяснить. Он не понимал, что Миша в этот момент видит в контракте только подпись под собственным триумфом. — Цветочники возят товар по серым контрактам. Пишут вместо элитных роз какие нибудь лютики, либо зелень для букетов, чтобы платить меньше пошлин. Обычное дело. Если инспектор решит вскрыть коробки для досмотра на таможне, розы просто завянут прямо на посту! Риск зависнуть огромный, а для живого цветка три дня задержки смерть. Роза живет считанные дни.

Миша молча считал в уме. Тревога друга его не слишком трогала. Мат модель в его голове уже построила идеальный график движения фуры от порта Котка до таможни на Брусничном. Он уже мысленно победил систему, не думая, что подставляет Никиту под монастырь.