Капля Росы

Луна Леви

Капля Росы

Ты был моей жизнью,

но жизнь далека от справедливости

Был ли я глуп, что любил тебя?

Был ли я безрассуден, что помогал тебе?

Всем остальным это было очевидно?

Billi Eilish - No Time To Die.

1 глава.

Стефания.

Понедельник начался с того, что реальность больно ударила меня подушкой по лицу.

Я лежала на животе, раскинувшись звездой, одна нога свесилась с кровати, вторая запуталась в одеяле. Волосы разметались по подушке спутанным клочком. В комнате стоял полумрак: я забыла задернуть шторы, и сквозь щель пробивался утренний свет.

Будильник молчал.

Я открыла один глаз, потом второй. Телефон валялся на полу, куда я его сбросила ночью. На экране высветилось 07:45.

- Черт…

Голос прозвучал хрипло, будто я всю ночь горланила песни. Я села, голова закружилась. Во рту пересохло, в висках пульсировало. Все признаки похмелья – но это было не оно.

Вчера я корпела над психологией до двух ночи, перечитывала конспекты, заучивала определения, которые все равно вылетели из головы.

Зачет начинался в девять.

С учетом дороги – чуть больше часа. Вроде не опаздываю. Но с моим везением пробки съедят все время, а Зоя Анатольевна Котловская не прощает даже минуты задержки. Я содрогнулась, представив ее лицо. Холодный взгляд из-под очков в тонкой оправе. Губы ниточкой, плотно поджатые в вечном недовольстве.

Если опоздать, можно даже не заходить. Она вычеркнет тебя из списка, даже не взглянув.

Я вскочила с кровати так резко, что задела ногой тумбочку. Телефон соскользнул на пол – хорошо, что чехол плотный. Схватила его, проверила сообщения. Три от Ромки, одни смайлы, что он так любил кидать в наш чат. И лишь два слова «Ты готова?». Я не ответила.

В комнате творился бардак: конспекты разбросаны по полу, чашка с остывшим чаем стоит на подоконнике, джинсы вчерашние свисают со спинки стула. Я не убиралась уже несколько дней.

Металась по квартире, собираясь на ходу. Все валилось из рук.

- Где… где это..

Я резко дернула ящик с бельем. Нашла нужную вещь.

Быстро расчесала русые волосы до поясницы – они спутались в колтуны, пришлось выдрать пряди с болью в глазах. Затянула в высокий хвост, но несколько прядок выбились и щекотали шею.

Натянула джинсы, нашла свою «счастливую» красную кофту. На ходу застегивала пуговицы, одна никак не попадала в петлю.

- Да что ж такое…

Вылетела из квартиры, даже не проверив, закрыла ли дверь.

Лестница мелькала под ногами, сердце билось слишком быстро.

На улице было прохладно – утренняя Москва только просыпалась, воздух еще не прогрелся, пахло мокрым асфальтом, после вчерашнего ливня. Я заранее вызвала такси и, буквально влетев в машину, захлопнула дверь.

Водитель – мужчина лет пятидесяти с уставшими глазами – посмотрел на меня в зеркало.

- Плохое утро?

- Худшее, - выдохнула я, пристегиваясь.

- Держитесь, - он усмехнулся и нажал на газ.

Машина тронулась. Я вжалась в сиденье, сжимая телефон в руках, словно он мог ускорить время. За окном проплывали знакомые улицы: круглосуточный магазин, куда я часто ходила за продуктами, старая пятиэтажка с облупившейся краской, парк, в котором мы часто гуляли с Ромкой.

Сорок минут. Если повезет и не будет пробок. Если сегодня вообще есть хоть капля везения.

Телефон зазвонил. Я даже не посмотрела на экран – сразу взяла трубку.

- Да?

- Ты где прохлаждаешься, Роса?

Ромка.

Его голос уж слишком бодрый для этого утра.

- Еду. Уже в такси.

- Ты вообще понимаешь, что с тобой будет, если ты опоздаешь?

Я прикрыла глаза. Вспомнила Зою Анатольевну и ее пухлые, короткие пальцы перебирающие листы с билетами.

- Понимаю.

- Она же тебя сварит в котле.

Среди учеников давно ходила эта шутка. Фамилия Котловская - котел. И она действительно умела «варить» студентов на зачетах. Один неверный ответ – и ты на пересдаче.

Он заржал так, что я отдернула телефон от уха. Этот его смех – громкий, заразительный, всегда не вовремя.

Вот идиот.

- Доеду – поговорим, - буркнула я и сбросила.

Ромка умел бесить. Сильно. Но при этом мы дружили. С ним всегда было легко – он мог поддержать, рассмешить, а через секунду довести до трясучки.

Познакомились мы на первом курсе, в столовой. Я тогда опаздывала на обед из-за преподавателя по физре, который пятнадцать минут рассказывал мне, чем опасны длинные ногти на волейболе. Впервые решилась на такой маникюр и тут же получила. После этого желание пропало, и маникюр я больше не делала.

Когда я пришла, свободных мест почти не осталось. Только один столик в углу – за ним сидел Ромка, один, с тарелкой гречки и котлетой.

- Я присяду? – спросила я и сразу села, не дожидаясь ответа.

- Ты уже села, зачем спрашиваешь? – Он закатил глаза, но подвинул поднос, освобождая место.

Мы тогда долго спорили – о музыке, о фильмах, о том, как можно есть пиццу с ананасами. А потом как-то незаметно стали проводить вместе каждый день. Один раз у него даже получилось затащить меня на свою шумную тусовку, куда он так любил ходить. Я же уговаривала его сдать экзамены вовремя. Идеальный баланс хаоса и порядка.

Такси остановилось у главного входа. Я даже не стала ждать сдачи – сунула деньги водителю и вылетела наружу.

Холодный воздух ударил в лицо, но это даже помогло немного привести мысли в порядок. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как легкие наполняются утренней свежестью.

Я взлетела по лестнице, перескакивая через ступеньки. Старые каменные ступени помнили не одно поколение студентов. Металлические перила были холодными под ладонью. Над входом висела вывеска института – буквы выцвели, но название я знала наизусть.

И у двери аудитории… остановилась.

Ромка стоял у стены, сложив руки на груди, и ухмылялся. На нем была черная толстовка с капюшоном, джинсы, кеды – вечно неглаженый, вечно сонный, но сегодня он выглядел подозрительно бодрым.

И ржал.

- Ты издеваешься? – Выдохнула я, упираясь руками в колени, пытаясь отдышаться.

- Нет, я наслаждаюсь, - невозмутимо ответил он. – Ты себя со стороны видела?

Я подняла свой взгляд на него.

- Очень смешно.

- Безумно.

Он оттолкнулся от стены и подошел ближе. Оглядев меня с головы до ног, цокнул языком.

- Волосы торчат в разные стороны, кофту не до конца застегнула, под глазами круги, как у панды… Роса, ты сегодня в ударе.

Я машинально поправила пуговицы, поправила ладонью по волосам, стараясь придать им более-менее приличный вид. После чего толкнула его плечом.

- Заткнись.

Он только ухмыльнулся.

- Не нервничай. Может, сегодня она будет в хорошем настроении.

Я посмотрела на него так, будто он только что предложил мне прыгнуть с крыши.

- Ты сейчас серьезно?

- Нет, конечно.

Мы одновременно усмехнулись. Я чувствовала, как напряжение понемногу отпускает. Ромка умел разряжать обстановку – в этом его суперсила.

В этот момент в коридоре раздался знакомый звук каблуков. Четкий. Ровный.

Я замерла.

Коридор, который еще минуту назад был наполнен голосами и смехом студентов, вдруг стих.

- Все, - прошептал кто-то сзади. – Нам конец.

Дверь аудитории открылась. Зоя Анатольевна вошла внутрь, даже не посмотрев на нас. Ее темно-серый костюм сидел идеально, волосы уложены в строгую прическу. Она несла стопку билетов и еще какие-то бумажки.

Но от одного ее присутствия в коридоре стало тише. Даже Ромка перестал ухмыляться.

- Заходим.

Мы потянулись внутрь. Я скользнула внутрь и села за первую попавшуюся парту – ближе к окну, чтобы видеть улицу и не смотреть на преподавательницу. Ромка плюхнулся рядом, подвинув стул с громким скрипом.

Зоя Анатольевна разложила билеты. Она постучала по столу, привлекая внимание.

- Билеты не перекладывать. Ответы не подсказывать. Телефоны убрали.

- Если завалю, ты виновата, - прошептал Ромка, пряча телефон в карман.

- Почему это?

- Ты меня нервируешь.

Я закатила глаза. Он ткнул меня локтем в бок – по-дружески, но ощутимо. Я толкнула его в ответ. Мы оба еле сдерживались от смеха, хотя ситуация была напряженной.

Зачет длился около часа. Билеты, ответы, тишина, нарушаемая только голосом Котловской и шорохом страниц.

Я учила всю ночь. Конспекты, учебники, дополнительные статьи – все перечитала, заучила определения, разобрала примеры. И не зря.

- Росинка, вы молодец, - сказала Зоя Анатольевна, ставя подпись в моей зачетке.

Пятерка.

Я выдохнула так, будто все это время не дышала. Ромка получил тройку и сразу надул губы.

- Да ладно тебе, - толкнула я его в плечо, когда мы вышли в коридор. – Пойдем, куплю тебе кофе.

- Не поможет.

- Поможет.

Мы спустились в кафе у первого корпуса. Это было маленькое помещение с двумя столиками по центру, и еще два стояли у окна. Пахло растворимым кофе и выпечкой, которую только выложила на витрину. Кофе здесь был не самым вкусным, но зато дешевым.

Ромка отхлебнул латте - с молоком и сиропом, сладкий до приторности – и наконец поднял на меня глаза. Его карие глаза блестели в свете утреннего солнца, пробивающего сквозь грязное окно.

- Как ты все это учишь? – Спросил он.

- Я учу. Ты – нет.

- Я был занят.

- В клубе, - уточнила я.

Он усмехнулся, но не стал отрицать. Лишь провел рукой по коротко стриженым волосам.

- Кстати, у друга день рождения в субботу. Пойдешь со мной.

- Нет, - без раздумий ответила я.

- Пойдешь, - не унимался Ромка.

- Не пойду.

- Стеш…

Он сделал свои жалобные глаза – те самые, которые действовали на меня безотказно. Я ткнула его в нос.

- Я там никого не знаю.

- А я?

Он был неисправим.

- Я подумаю.

Мы расплатились – я заплатила за него, как и обещала. Выходя из кафе, у входа нас окликнули.

- Здарова. Ну как зачет?

К Ромке подошли двое парней. Я их раньше не видела – наверное, с другого потока.

Один – светловолосый, высокий, с легкой небрежностью в движениях. Джинсы, футболка, улыбка, которая располагала к себе. Другой – полная противоположность: темные волосы, сбритые почти под ноль, жесткий взгляд, спортивная фигура. Он стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди.

- Трояк, - гордо ответил он, хотя пару минут назад дулся из-за тройки.

Я тем временем продолжала рассматривать парня со светлыми волосами. Ветер играл с ними, и они падали на лоб. Серо-голубые глаза – такой оттенок я видела впервые: они напоминали небо, что заволакивало тучами, в преддверии грозы. Он смотрел на меня с легким любопытством, но без навязчивости.

- Придешь в субботу? – Спросил светлый парень, обращаясь к Ромке. – И девушку бери.

- Я не его девушка, - вырвалось у меня.

Слишком резко. Громче, чем планировалось. Все повернулись ко мне. Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

- Мы друзья, - быстро сказал Ромка, как-то неуверенно. Его голос дрогнул – это было странно. Обычно он не терялся.

- Как бы то ни было, буду рад, если придешь, - парень улыбнулся. – Я Андрей.

- Стефания.

Он протянул руку. Я на секунду замешкалась, но все же пожала его ладонь.

- Хорошо, - вдруг сказала я.

Слова вырвались быстрее, чем я смогла сообразить. Ромка удивленно поднял бровь. Я сама не поняла, зачем согласилась. Может быть, из вредности. Или потому что в глазах Андрея не было насмешки.

- Тогда до встречи.

Они ушли. Я смотрела им вслед – точнее, на спину второго. Он не обернулся. Не посмотрел. Просто шел, засунув руки в карманы джинсов, и что-то говорил Андрею.

Мы с Ромкой направились к остановке. Солнце слепило глаза, и я прищурилась. Нужно было взять солнцезащитные очки.

- Нет, ну ты вредина! – Начал он, когда мы отошли на достаточное расстояние. – Я тебя уговариваю, а тут взяла и согласилась. Завтра последний зачет, а потом каникулы. Как можно вообще думать над таким предложением.

Я рассмеялась. Он так смешно дулся, что остановиться было невозможно.

- Может, я просто хотела тебя позлить, - сказала я, когда смех поутих.

- Получилось, - буркнул он, но в его глазах уже снова блестели озорные искры.

2 глава.

Стефания.

На следующее утро – во вторник – ровно в девять я уже стояла у главного входа в институт и ждала Ромку.

И кажется, сегодня опаздывал уже он.

Я невольно усмехнулась. Ну и кто теперь смеется последний?

Утро выдалось солнечным, но обманчиво холодным. Воздух еще не прогрелся, и ветер пробирал до костей, заставляя меня кутаться в тонкую кожанку. Я переминалась с ноги на ногу, сжимая в руке стакан с кофе из автомата – горячий, но такой безвкусный, что можно было пить просто кипяченую воду.

На улице было людно. Студенты торопились на пары, кто-то сонно тащился с огромными рюкзаками, кто-то, наоборот, бежал вприпрыжку, на ходу дожевывая еду. Две девушки с моего курса прошли мимо, окинув меня любопытным взглядом. Я сделала вид, что не заметила.

Я заканчивала уже второй курс по психологии, но до сих пор мало с кем общалась. Я вообще не была уверена, правильно ли выбрала профессию. Мне одновременно нравилось, но и вызывало противоречивые чувства. Моя неуверенность, мешала мне по жизни, я не могла найти ни друзей, боясь подойти первой, ни выбрать, то, что мне действительно бы нравилось.

Я поймала свое отражение в стеклянной двери главного входа.

Платье сегодня было черным, облегающим, до колена. Я долго выбирала его вчера вечером, стоя перед зеркалом в одном белье и проклиная свою нерешительность. В итоге остановилась на этом. Волосы распустила – они падали на плечи мягкими волнами, и я то и дело поправляла пряди, чтобы не лезли в глаза. Если бы знала. что на улице так ветрено, убрала бы волосы в пучок. У меня даже резинки собой не было. Невезение мое второе имя.

На секунду задержала взгляд, провела ладонью по бедру, поправляя ткань. Сегодня все должно быть по-другому. Зачет по русскому языку. Преподаватель – Кирилл Викторович, строгий на вид, но справедливый. Если подготовиться, он не завалит.

Телефон в руке завибрировал. Я обрадовалась – Ромка наконец-то очнулся.

Но нет. Реклама. Очередной интернет-магазин предлагал скидку на какие-то товары. Я раздраженно сжала телефон.

- Серьезно?

Я снова набрала его номер. Гудки. Тишина. Гудки. Голос автоответчика.

- Через десять минут зачет, - пробормотала я, глядя на время. – Ты издеваешься?

Я уже собиралась зайти внутрь, бросив попытки дозвониться, как вдруг сзади раздался рев двигателя. Громкий, низкий, почти звериный. Я обернулась.

Черный «Мустанг» остановился у входа. Машина блестела, несмотря на то, что погода была пасмурной.

Я замерла, не в силах отвести взгляд. Дверь открылась, и из салона вышли две девушки. Их смех – звонкий, нарочитый – разрезал воздух. Они были почти одинаковые: светлые волосы ниже плеч, короткие платья, открывающие длинные ноги, туфли на шпильках, в которых легко подвернуть ногу. Они даже не смотрели по сторонам. Как будто все вокруг – фон.

Я невольно опустила взгляд на себя, сравнивая себя с ними. Платье, простые балетки, темная кожанка. Вроде бы ничего особенного. Но почему-то стало обидно.

Но злость пришла мгновенно. Какие глупости. Я не обязана никому нравиться. И уж точно не этим девушкам.

Я снова подняла голову. За рулем сидел Андрей – тот самый, с вечеринки, которая еще не случилась, но о которой я уже жалела, что согласилась. Рядом с ним на пассажирском сиденье сидел вчерашний парень с коротко стриженными волосами.

Они вышли из машины. Андрей сразу заметил меня. Его взгляд скользнул по моей фигуре – медленно, от щиколоток до макушки. Слишком неприлично.

- Привет, - сказал он, улыбнувшись.

Он подмигнул мне и прошел мимо. От его жеста по коже пробежали мурашки.

Его друг даже не взглянул в мою сторону. Прошел, засунув руки в карманы, и скрылся за дверью.

Сердце билось чуть быстрее.

- Да что со мной…

Я резко отвернулась.

Телефон показывал, что до зачета пять минут. На часах уже было 08:55.

- Черт.

Я огляделась по сторонам. Ромки нигде не было. И я побежала внутрь.

Внутри института пахло хлоркой и старыми книгами – тот же запах, что и вчера. Я пронеслась мимо вахтерши, которая даже не подняла головы, и взлетела на второй этаж.

У кабинета уже собрались одногруппники. Кто-то повторял правила, кто-то просто нервничал. Я прислонилась к стене и глубоко вдохнула.

Все нормально. Ты готова. Просто зачет.

Но внутри все равно не отпускало, как будто я забыла что-то важное. Выключила ли утюг? Закрыла ли окно? А может, это просто нервы.

Кирилл Викторович появился вовремя. Как всегда – серый костюм, белая рубашка, галстук в горошек. Спокойный взгляд. Строгий на вид, но только на вид. На первом курсе он поставил пятерку девушке, которая перепутала существительное с глаголом, потому что она «хотя бы пыталась думать».

- Здравствуйте, дети мои, - сказал он с легкой улыбкой. - Надеюсь, вы готовы.

Мы зашли внутрь по очереди – как и договаривались в общем чате. Я была в первой пятерке. Русский я знала хорошо, поэтому особо не волновалась.

Но Ромка… где он вообще?

Это было странно. Он мог прогулять лекцию, мог опоздать на пару, но зачеты никогда не пропускал. Даже с похмелья. Даже после бессонной ночи. Он всегда появлялся за пять минут до начала, с красными глазами и стаканом своего латте, но появлялся.

Билет мне попался несложный – спряжение глаголов, пару исключений, небольшой текст для анализа. Я управилась быстро. Кирилл Викторович кивнул, поставил подпись.

- Отлично, Росинка.

Я выдохнула и вышла в коридор. Сразу направилась к Мише, который стоял у окна, листая ленту в телефоне.

- Ты Рому не видел?

- Видел. Он за кофе пошел, минут десять назад, - Миша даже не оторвал взгляд от экрана.

- Конечно…

Я нашла Ромку в коридоре у раздаточного автомата. Он стоял спиной ко мне, опустив плечи, и возился с монетами. Я подлетела и влепила ему подзатыльник.

- Ай! – Он обернулся, потирая затылок. – Ты чего?

- Ты где был? Я тебе десять раз звонила!

Он повернулся ко мне лицом, и я увидела, что он… засмеялся. Как будто я сказала что-то смешное.

- Прости, Роса, - сказал он, разводя руками. – Телефон в клубе потерял. Поэтому проспал.

Я смотрела на него. И не могла решить - злиться или смеяться. В его голосе не было раскаяния, но и наглости тоже. Просто… спокойствие. Будто потеря телефона – это норма.

- Ты невозможен.

- Знаю.

Он чуть наклонился ко мне. От него пахло кофе и ягодной жвачкой.

- Кофе?

Я вздохнула, надула губы, придавая себе драматизма.

- Двойной. С сиропом.

- Есть, - Ромка отсалютовал мне и нажал кнопку на автомате.

Мы сидели на подоконнике, попивая кофе из бумажных стаканчиков. Ромка что-то болтал, рассказывая о клубе, о какой-то девушке с длинными волосами, о том, как они танцевали всю ночь. Я слушала его вполуха и ловила себя на том, что снова прокручиваю в голове взгляд Андрея. Серо-голубые глаза. Легкая улыбка. То, как он смотрел на меня – как на что-то интересное.

Почему? Ответа я не находила. Неужели он мне понравился?

- Эй, ты где? – Ромка щелкнул пальцами перед моим лицом.

Я моргнула.

- Здесь.

- Врешь.

Я толкнула его плечом.

- Кстати, - сказала я, - как зовут того коротко стриженного? Ну, который с Андреем был.

Ромка посмотрел на меня исподлобья. В его глазах что-то мелькнуло – ревность? Или просто усталость?

- Марк. Его брат, - ответил он.

- Мм.

- Что, понравился?

- Нет, - ответила я слишком резко.

Ромка ухмыльнулся.

- Ну-ну.

- Иди на зачет, - отрезала я, показывая на дверь аудитории.

Он улыбнулся, и ушел. А я осталась ждать на подоконнике, листая ленту в телефоне.

Время тянулось медленно. Я успела выпить еще один кофе.

Кофе много не бывает.

Прочитала все новости, посмотрела все сторис. Даже, кажется, уснула на десять минут.

Наконец Ромка вышел. По его лицу было понятно: зачет он написал так себе. Мы сразу отправились в столовую. Он не переставал ворчать, что билет попался сложный, что Кирилл Викторович был не в духе, что ему не хватило одного балла до четверки. Я отчитывала его за клуб, пока он снова распинался историей о том, как познакомился там с девчонкой.

Все как обычно.

- Давай вечером ко мне? – Предложила я, когда мы доели свои салаты. – Фильм посмотрим. У меня попкорн есть.

- Не могу, - он почесал затылок. – Я сегодня снова в клуб.

Я закатила глаза.

- Конечно.

- Завтра увидимся?

- Увидимся.

Я обняла его на прощание и села в свой автобус, который только подъехал.

Устроилась в самом конце, у окна. Достала наушники, включила музыку – что-то грустное, под настроение. Город за окном мелькал серыми домами, рекламными щитами, людьми на остановках.

Повернув голову к окну, я снова увидела их.

Андрей. Марк. И еще один – незнакомый парень, который стоял спиной ко мне. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть его. На шее, ниже воротника черной футболки, виднелась татуировка.

Глаз. С красным зрачком.

Я смотрела дольше, чем положено. Не в силах отвернуться. Сердце резко ускорилось, сбилось с ритма. Ладони вспотели.

Автобус дернулся и поехал дальше. Фигура скрылась из виду.

Я резко отвернулась, сделала музыку громче.

3 глава.

Стефания.

В пятницу вечером я как раз собиралась пересмотреть «Страх» с молодым Марком Уолбергом, в сотый раз, когда телефон завибрировал.

Ромка:

Я с пиццей. Открывай.

Я улыбнулась. Он никогда не предупреждал заранее. Просто появлялся, ведь он знал, что у меня здесь нет друзей, только он, поэтому я точно дома, мне точно скучно, и я не буду против его компании. Здесь была чистая правда.

Через пять минут в дверь позвонили. Я открыла – на пороге стоял Ромка с огромной коробкой в одной руке и пакетом газировки в другой. Его русые волосы были растрепаны, под глазами залегли тени – видимо, опять не выспался.

- Ты чего без звонка? И ты что, нашел свой телефон? – спросила я, пропуская его внутрь.

- Во-первых, а смысл? Я и так знаю, что ты дома. Ты всегда дома по пятницам. Сидишь, наверное, в своей пижаме с книжкой и строишь из себя интеллектуалку.

- Не в пижаме, - огрызнулась я. – И не с книжкой. Я фильм смотрела.

- Еще хуже, - заявил он, скидывая кроссовки в коридоре, – а во-вторых, да. Нашел телефон под диваном, видимо, когда падал на него пьяным, он соскользнул и закатился. – Закончив, Ромка направился на кухню как к себе домой.

Я привыкла. Ромка был единственным человеком, который чувствовал себя в моей квартире так же свободно, как я сама. Он знал каждый уголок моей квартиры, знал, где лежат тарелки, в каком шкафу кружки и что я ненавижу, когда кто-то трогает мою любимую чашку с черепахой. Ее он, кстати, всегда обходил стороной.

По пути он заглянул в зал и оценил обстановку.