Читать книгу Испепеляя пустоту (Люми Виридис) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Испепеляя пустоту
Испепеляя пустоту
Оценить:

3

Полная версия:

Испепеляя пустоту

-

Ты ненормальная? Я пытаюсь увести тебя от опасности, а ты драться вздумала? - накинулся он на меня, отпуская, наконец руку, которую я уже почти перестала чувствовать.

-

От ненормального слышу! - ощерилась я. - Это ты несколько минут стоял и пялился в темноту! Да и с чего ты взял, что уводишь меня от опасности? Ты лишил меня ужина в уютной таверне и сна в теплой кровати! Вместо этого я сейчас продираюсь по кустам и уже не чувствую руку, которую ты, кажется, мне вывихнул!

Должно быть, он почувствовал в моем голосе отчаяние, потому что его взгляд немного смягчился.

- Ты спалила дерево. – это был не вопрос, но я не чувствовала необходимости оправдываться перед ним. – Как думаешь, что с тобой сделает Орден, когда узнают, на что ты способна? Послушай, я не знаю, зачем я утащил тебя за собой. Мне просто показалось это правильным, когда я увидел в твоих глазах панику из-за патруля Ордена. Ты не умеешь скрывать свои эмоции, ты знаешь об этом?

- Зато тебе это слишком хорошо удается. – буркнула я в надежде, что он не услышит. Но он, разумеется, услышал. Как и все Опустошенные, Дориан обладал исключительными физическими способностями – ритуал, который проходили все солдаты Ордена, навсегда лишали их эмоций, но обостряли все остальные чувства. В итоге получались идеальные машины для убийства – без чувств и сожалений, но готовые и способные биться до последней капли крови, в прямом смысле.

На мгновение мне показалось, что я задела Дориана своими словами, - в глазах промелькнуло нечто похожее на уязвленную гордость. Но секундой позже холодный и бесчувственный взгляд вернулся, а его обладатель отвернулся от меня и зашагал прочь, безжалостно ломая кустарник и пригибая стонущие от его напора ветви деревьев, посмевшие вырасти слишком низко над землей.

- Можешь не ходить за мной, - едва слышно прошелестел его голос, скрываемый толщей уже слегка подернутой рыжиной листвы. Его широкая спина стремительно растворялась в темноте подлеска, и мне, наверное, стоило бы порадоваться, ведь он Опустошенный – один из тех, кто веками состоял на службе Ордена и охотился на таких, как я – Эмпатов. Но я только что буквально выплеснула перед ним свою силу, чуть не спалила его, врезала по лицу, а он не попытался даже ударить в ответ и похоже совсем не стремится сдать меня «своим». Может быть, он мне вовсе и не враг? Может, еще осталось в нем что-то кроме Пустоты?

- А чтоб тебя! – буркнула я себе под нос. – Подожди!

Я рванула вслед за удаляющимся Дорианом, нещадно расцарапывая лицо и руки ветками. Я смогла нагнать его только спустя метров двадцать и теперь, пытаясь подстроиться под его шаг, быстро заговорила, пока не успела еще раз обдумать все и не осознать, какую невероятную глупость совершаю.

- Ладно, похоже, сегодня просто день такой, что я раз за разом принимаю сомнительные решения. Предлагаю тебе сделку! Как ты мог видеть, я за себя постоять могу, а вот ты, когда становишься как истукан, вряд ли далеко уйдешь от Ордена. Не пытайся меня обмануть – я не знаю, в чем дело, но чувствую, что внутри тебя что-то происходит. Ты не такой, как другие Опустошенные, но ты и не Эмпат, и не простой человек. Скажу сразу, я не очень-то доверяю тебе, но у нас, возможно, общая цель. И пока у нас обоих один враг, быть может, стоит на время объединиться?

Протараторив все это на одном дыхании, я протянула Дориану руку в знак примирения. Он несколько секунд переводил взгляд с моей протянутой ладони на мое лицо, словно пытаясь считать эмоции, но затем все же сжал мои пальцы в уверенном рукопожатии. При этом он наклонился ко мне, а его дыхание, легонько коснувшись моей щеки, вызвало табун мурашек, пробежавших вдоль позвоночника.

- Ты заблуждаешься, если думаешь, что сможешь защитить себя, Лейла, – прошептал он мне на ухо. – Но я, пожалуй, приму твое предложение. Пойдем, нас ждет длинная ночь.

С этими словами, Дориан обошел меня, слегка задев плечом, отчего по телу снова прокатилась волна непрошеных мурашек, и направился твердым, но уже не таким быстрым шагом вдаль от деревни.

Глава 3

Бреннан

Мы шли по лесу уже довольно давно. Деревня осталась далеко позади, и я очень рассчитывал, что во всеобщей суматохе Орден не успел приметить ни меня, ни мою спутницу. Я до сих пор не понимал, что меня заставило схватить ее за руку и буквально выволочь из таверны, ее поведение казалось мне подозрительным, а энергия, которая волнами расходилась вокруг, стоило мне приблизиться, пугала и сбивала с толку. Я ужасно злился на себя за то, что теперь вынужден из-за собственной глупости тащить с собой эту девчонку, и на нее за то, что одновременно раздражала и притягивала.

За узкой полосой деревьев занялись первые лучи рассвета, окрасив небо в оранжевый и подсветив сизым с проблесками золотого облака. Солнечный свет, поначалу неуверенный и робкий, постепенно прогонял темноту и рассеивал страхи предыдущей ночи. Я чувствовал, что сердце моей спутницы перестало лететь вскачь и постепенно застучало ровно и спокойно. Сейчас я мог бы даже порадоваться (если бы, разумеется, умел) такому удобному способу узнавать о людях больше, чем они сами бы хотели рассказать. Волны эмпатии, которые я ощущал от девушки и впервые чуть не сбившие меня с толку еще в таверне, немного успокоились и теперь уже не были похожи на штормовое море, скорее на быстрый и шумный, но совсем не опасный лесной ручеек.

Я достал из кармана часы и мельком взглянул на них. Не ради того, чтобы узнать, который час, просто по привычке, которая осталась с давних времен, когда я еще не был солдатом Ордена. Я ничего не почувствовал, но слышал, что обычные люди, соприкасаясь с дорогими сердцу вещами, принадлежавшими родным и близким, порой ощущают тоску или душевную боль от потерь. Часы вернулись в карман, и я успел заметить, как Лейла быстро отвела от меня взгляд. Она наблюдала за мной всю дорогу, но пока не сказала ни слова после своей примирительной тирады. Что ж, это и к лучшему. Не люблю болтливых барышень.

- Ты уверен, что мы идем в верном направлении? – вдруг подала голос Лейла.

- А я уж понадеялся, что мы подольше помолчим, – буркнул я, но в тайне был даже рад, что она заговорила первой. – Я знаю короткую дорогу, если будем следовать ей, то уложимся в пару-тройку дней пути.

- Я уверена, что мы должны идти на север, а сейчас движемся ровно на восток. – она упрямо вытянула руку, указывая изящным, но слишком худым пальцем на разгорающееся солнце. Какая же упрямая и самоуверенная! Как ей вообще удавалось раньше избегать неприятностей? Или она не впервые находит дурачка, который готов ей помогать неизвестно почему? Раздражение с каждой минутой захватывало меня все больше, и внезапно я понял, что это были не мои чувства. Это не было очередным «сбоем», которым я привык приписывать любые странные и непонятные ощущения внутри. Я замер, прислушиваясь к себе. А и верно! Эти эмоции, доселе мне незнакомые, словно вода из трещин плотины, которая держится из последних сил, просачивались в мое подсознание и волновали мою собственную пустоту внутри. Но сдерживаться с непривычки было слишком трудно…

- Может, тогда сама покажешь верный путь? – рявкнул я, нависнув над девушкой, которая тут же сжалась и загнанно посмотрела снизу вверх, слегка приподняв руку и выставив ее между нами в невольном жесте защиты. Она казалась еще меньше и тоньше, чем, когда я увидел ее впервые в таверне. Под глазами залегли круги, словно она многие ночи провела в полудреме, не позволяя себе сомкнуть глаза и погрузиться в полноценный сон. Но во взгляде, как ни странно, не было страха, только глубокая обреченность и, к моему удивлению, вызов.

- Предлагаю держаться севернее. Тут как раз тропинка проложена, заодно и не придется продираться через бурелом, – несмотря на явный первоначальный испуг, она быстро взяла себя в руки. Сведенные вместе брови и слегка прищуренные глаза выдавали упрямость. Эмоции во мне постепенно успокаивались, затихая, как успокаивается гладь пруда после брошенного камня.

- Тебя послушать – так мы попадем в руки очередного патруля быстрее, чем успеем окончательно выбесить друг друга, - я сощурился, с подозрением глядя на девушку. – Если идти прямо на север по этой тропе, то через пару миль будет перекресток, по которому частенько проходят отряды Ордена. Неужто не знаешь об этом?

- Ну конечно. Тогда давай еще пару недель походим кругами. Если повезет, умрем от старости раньше, чем нас найдет Орден! – вспылила она, и на ее худых щеках заиграл румянец, который явно был признаком едва сдерживаемого гнева.

Не знаю, сколько еще мы стояли бы и препирались, если бы я вдруг не заметил движение в кустах. На границе зрения, едва заметное для обычного человека, но только не для бывшего солдата Ордена, волнение уже слегка поредевшей листвы кустарника привлекло мое внимание и разом пробудило спящие инстинкты. Я схватил Лейлу за руку и резким движением притянул к себе, становясь между девушкой и шевелящимися кустами. Она не успела даже пикнуть, но я почувствовал волну удивления и еще одного чувства, которое я не смог распознать.

- Что ты… - начала было она.

- Ш-ш-ш! – я сосредоточенно вглядывался в черные провалы кустов, еще не успевшие вспыхнуть оранжевым огнем в лучах восходящего солнца, силясь разглядеть то, что так меня обеспокоило. Пару секунд спустя мои усилия увенчались успехом.

Медленно, словно его конечности попеременно увязали в густой смоле, на тропинку рядом с нами вышел пёс. Лейла тихонько охнула, когда его лохматое туловище полностью выплыло из кустов, и я даже не стал бы с ней спорить на этот раз. Зверь был не просто лохматым. Он был огромным. Массивные лапы, толщиной с две моих ноги, лениво переступали по пыли, длинный хвост неторопливо подметал дорожку за спиной гигантской собаки. Густая, местами свалявшаяся пыльная шерсть придавала псу устрашающий и дикий вид. Высотой в холке примерно по пояс взрослому мужчине, с внушительных размеров мордой, из открытой пасти которой свешивался розовый влажный язык, собака выглядела так грозно, словно только и делала, что на завтрак питалась заплутавшими путниками. Однако, присмотревшись, я увидел под лохматой челкой умные блестящие глаза, в которых светился интеллект и полное отсутствие желания убивать. Я робко сделал шаг вперед. Черт знает, что меня сподвигло на это – животные обычно не переносят близости Опустошенных и начинают вести себя агрессивно. Однако у меня было ощущение, что это не простая собака.

Лейла тихонько дернула меня за рукав плаща.

- Ну и кто теперь ненормальный? – зашипела она, - Этот пёс тебя проглотит и не подавится! Хотя… Я всегда мечтала посмотреть, как человек добровольно залезает в пасть чудовищу.

Но я не слушал и шаг за шагом приближался к чудовищному созданию, вытянув вперед руку. Пес внимательно и без агрессии разглядывал меня, не сводя своего умного взора с протянутой к нему ладони. Он не приближался, просто словно чего-то ждал. Я, наконец, подошел достаточно близко, чтобы рука смогла коснуться густой торчащей в разные стороны шерсти. Через кончики пальцев пробежал разряд статического электричества. Чувство было странное, словно давным-давно я уже ощущал подобное и теперь воспоминания пытались пробиться сквозь толщу стены, за которой я упрятал их, став членом Ордена. С приятным покалыванием мои руки зарылись в удивительно мягкую и теплую собачью шерсть. А пес, кажется, получал от нашего знакомства не меньше удовольствия – он прикрыл черные как смоль глаза и, если бы животные умели, расплылся бы в довольной улыбке.

- Ты понимаешь, что это значит? – Лейла стояла, ошарашено глядя на то, как я чешу за ухом у громадного пса. Она перевела взгляд с моего лица, которое я все еще старательно скрывал капюшоном, на довольную морду собаки и повторила вслух почти точь-в-точь мои мысли, - Животные не обманывают. Они просто не умеют. За всю историю Ордена не было ни одного Опустошенного, которого бы подпустила к себе собака.

- Да брось. Он, наверное, просто очень голодный. – я старался гнать от себя мысли и надежды на то, что бы это могло означать.

- Уж не хочешь ли ты сказать, что собака просто позарилась на тебя, как на свой обед? – Лейла саркастично прищурила глаза. – Не думаю, что пес голоден настолько, чтобы переварить тебя. С другой стороны, если он тебя съест, то мне не придется больше терпеть твой скверный характер.

Вот же грубиянка! Я снова начинал испытывать раздражение и не мог распознать, мои это были чувства или моей спутницы. Поэтому, чтобы не развивать дальше конфликт, просто развернулся и пошел в прежнем направлении. Пес поднялся на лапы и с удивительной легкостью для такого массивного создания потрусил рядом со мной, временами касаясь теплой мордой моей ладони, словно бы подталкивая в нужном направлении. Спустя несколько секунд я услышал за спиной легкие шаги Лейлы – она тоже, видимо, решила больше не спорить и покорно последовала по выбранному мной пути.

Я снова понял, что злюсь, в мое сознание опять пробились эмоциональные «сбои», и мне бы очень хотелось злиться на Лейлу или на собаку, хотелось бы, чтобы чувства были не моими, просто нахлынувшими из чужого сознания. Тогда все объяснялось бы куда проще – повышенной способностью Опустошенных улавливать чужие эмоции. Ведь именно для этого Орден и создал нас – чтобы искать и уничтожать Эмпатов, скрывающихся по всему Сентириону. Но если это и правда мои собственные чувства, а собака не желает полакомиться мной, как я беспечно заявил полчаса назад, то все становится не просто серьезно, а по-настоящему опасно. Значит то, что я сбежал из Ордена не простая случайность. Значит, грядет что-то, чего я пока не понимаю, но нутром чувствую, ведет к огромным переменам.

Эллари

Пес до жути пугал меня. И дело было даже не в том, что он был огромным диким зверем (наверняка диким, ведь кто в здравом уме будет держать дома такую огромную устрашающего вида собаку? Это слишком даже для самых бесшабашных и трясущихся за свое имущество жителей Сентириона). Хоть он и не выказывал к нам агрессии, но сам его вид, огромные лапы и разинутая пасть с длинным языком и большими острыми клыками наводили на меня ужас. А еще я ощущала его необычную ауру. Словно он был не простым животным, а каким-то духом-проводником, бесконечно древним и мудрым. Мне казалось, что он хотел нам помочь, но до конца я не доверяла этому псу. Как впрочем и Дориану. К тому же они слишком уж подозрительно быстро спелись.

Я искоса наблюдала за Дорианом и его новым «питомцем» - они шли бок о бок, и рука мужчины периодически терялась в густой шерсти зверя. В эти моменты я замечала легкую улыбку, которая трогала губы моего спутника. Словно пес пробуждал старые воспоминания, которые Дориан пытался скрыть даже от самого себя. Это было немного странно, потому что Опустошенные не умеют радоваться, как не умеют и огорчаться, и злиться и вообще испытывать любые яркие и такие простые человеческие эмоции. Только вот за последние часы я смогла воочию убедиться, что либо мой новый спутник не Опустошенный и обманывал меня (но я же ощущала Пустоту, что таилась внутри него!), либо с ним и правда что-то не так, а это значит, что он и правда нуждался во мне. Как и я в нем. Поймав в голове последнюю мысль, я разозлилась. Глупая! Глупая Эллари! Ты его вообще не знаешь, но из-за какого-то мимолетного ощущения готова подвергнуть себя опасности! Глупая! Ты шесть лет скрывалась от Ордена только ради того, чтобы какой-то смазливый бродяга тебя погубил? Да ты даже лица его полностью не видела, чтобы думать о нем. Глупая Эллари! Глупые мурашки! Глупое желание быть кому-то нужной…

Тут я внезапно вынырнула из своих мыслей, обратив, наконец, внимание на то, куда мы шли. Пес, казалось, вел нас по лесу, но не прямой дорогой, а извилистыми тропками. Мы будто бы плутали неведомыми путями, то возвращаясь обратно, то снова направляясь на восток. К тому времени солнце поднялось уже достаточно высоко над горизонтом, но я слишком долго скиталась, чтобы понимать, как определить стороны света в неизвестной местности. Дориан будто бы и не замечал того, что мы ходим по кругу, слепо следуя за зверем, положив руку на его высокую мощную холку. Я же начала нервничать, когда в третий раз подряд заметила слева чуть поодаль от тропы поваленное дерево с обугленной корой, над которой явно «постаралась» гроза.

- Эй, каменное изваяние! Мы ходим по кругу! Твой питомец, похоже, ждет пока мы выбьемся из сил, чтобы меньше сопротивлялись, когда он будет нас пережевывать. – не выдержала я, дергая Дориана за рукав.

- Те преувеличиваешь, - он даже не повернул ко мне головы, продолжая идти за псом. – Я чувствую, он хочет нам помочь. Ты не забыла – я умею считывать эмоции и намерения окружающих?

Пес при этом недоверчиво зыркнул в мою сторону. Ну надо же, как они спелись!

- Прекрасно! Теперь и собака меня осуждает, - проворчала я себе под нос, но Дориан, конечно же, услышал и ухмыльнулся. Как же мне хотелось в этот момент посмотреть ему в глаза! Как же хотелось сорвать этот дурацкий капюшон, который он не удосужился опустить даже в таверне. Он до жути раздражал меня своей самоуверенностью, и мне хотелось кричать от того, какой он раздражающе высокомерный!

- Может хватит уже?! – Дориан внезапно оказался ко мне лицом к лицу, а я даже не успела уловить его движения, так быстро он шагнул ко мне. Его горячее дыхание обожгло мою щеку, а по спине пробежала предательская волна мурашек. – Если ты забыла, я улавливаю все твои чувства и эмоции!

- Ну, надеюсь, ты умеешь фильтровать чувства. Иначе скоро начнешь ненавидеть меня больше, чем я сама себя.

Тут он медленно поднял ладонь и провел пальцами по моему предплечью, задержался на пару секунд на изгибе локтя… А затем отдернул руку, словно обжегшись. Все это время я ощущала, будто внутри у него бушевал ураган из тьмы, закручиваясь смертельной воронкой, а в самый последний момент на доли секунды взорвался фейерверк и тут же померк, накрытый непроницаемым покрывалом пустоты.

- Гав! – раздалось над моим ухом, и я подпрыгнула от неожиданности, отскочив от Дориана как от прокаженного. – Гав!

Пес настойчиво повторил свой призыв, и я не сразу поняла, что он находился в добрых десяти шагах от нас, но мысли и ощущения пальцев Дориана на моей коже, поглотили меня настолько, что его громкий лай, прорезав тишину, показался почти громовым.

- Кажется, твой пес хочет нам что-то сказать – пролепетала я, с трудом переводя взгляд с видимой мне части лица Дориана на собаку, призывно виляющую огромным лохматым хвостом неподалеку.

- Он не мой пес. – проворчал мужчина, но в его голосе я услышала не раздражение, а нежность к косматому чудовищу.

Мы отстранились друг от друга и торопливо подошли к псу, ощущая неловкость от только что произошедшего. Ну, то есть, я ощущала неловкость. Пустота Дориана, волновавшаяся еще минуту назад внутри него, почти пришла в спокойствие и теперь лишь слегка подрагивала, словно листва от легкого дуновения ветра.

- О! – Дориан первым увидел то, на что пытался обратить наше внимание зверь.

- О-о-о! – я удивленно уставилась на маленький домик, заросший со всех сторон кустами ежевики и дикой малины настолько, что был почти незаметен. Он был похож на жилище лесной ведьмы из сказок, что когда-то читала мне мама. Деревянные стены, обступали колючие кусты со спелыми красными и черными ягодами, а выше, куда не доставал кустарник, в доски вцепился плющ, скрывая лесное жилище почти по самую крышу. Крыша, впрочем, тоже была весьма причудливой. Когда-то выложенная красной черепицей, теперь она почти полностью заросла мхом, кое-где все еще являя небу пятна некогда красного, а теперь ближе к коричневому, цвета. Над мшистой кровлей из кирпичной трубы вился легкий дымок, и, наверное, если бы не он и не призывный лай собаки, мы бы просто прошли мимо этого домика в чаще леса.

- Я неплохо знаю эти места, и могу точно сказать, что раньше этого домишки здесь не было, - в голосе Дориана зазвучало напряжение. Но собака, словно не слыша его, и явно не переживая из-за внезапного появления загадочного домика, ломанулась через кусты и заскребла в дверь когтями. Выглядело это немного комично, учитывая то, что пес при желании мог бы снести не только саму дверь, но и весь дом особо не напрягаясь, а он, словно маленький щенок, которого не пускают в комнату к хозяевам, поскуливая и высунув розовый мокрый язык, с восторгом скребся в хижину.

- Твой пес, похоже, уверен, что нам обязательно стоит войти. В заброшенный дом посреди леса – что может пойти не так? – я не была уверена в этом так же, как наш лохматый провожатый, но по правде говоря, вчерашний день без отдыха, а затем и бессонная ночь и целое утро в пути просто кричали мне о том, что я хочу хоть немного перевести дух. В тот момент мне по большому счету уже было без разницы, кто будет ждать нас за дверью – гостеприимный лесник или злобная ведьма. Если в доме была вода и хотя бы подобие кровати, чтобы подремать на ней пару часов, я готова была биться голыми руками с целым отрядом Опустошенных из Ордена. Поэтому я, не долго думая, шагнула к двери, а пес, с чувством выполненного долга тут же перестал скрестись и, когда я уже готова была постучать по рассохшемуся от времени дереву, просто… растаял в воздухе.

- Ты видела это? Собака просто… растворилась?

- Или просто никогда не существовала? – предположила я, хотя и сама была удивлена не меньше Дориана.

- Но я чувствовал ее. Она была… настоящей…

И в этот момент дверь лесной хижины со скрипом отворилась, словно приглашая нас войти.

Бреннан

От громкого скрипа, прорезавшего тишину вокруг, Лейла вздрогнула, а лес, кажется, затаился – птицы перестали щебетать, насекомые затихли в высокой траве, и даже ветер мгновенно стих и прекратил трепать разноцветную осеннюю листву.

- Долго же вы шли! – послышалось из-за приоткрытой двери. – Я уж начал думать, что вы не найдете дорогу ко мне. Но, видать, собака помогла.

Я сделал осторожный шаг внутрь лесного домика и застыл на пороге. Моя спутница держалась за моей спиной, и я обратил внимание, что рука ее судорожно сжимала кулон, висящий на шее.

- Ну, проходите уже, чего стоять на пороге? – голос был мягкий и казался бесконечно древним и мудрым. Когда глаза немного привыкли к полумраку лесного жилища, я смог разглядеть хозяина сторожки – сухонького, невысокого старика согнутого временем почти вполовину с белыми, как снег волосами и густой бородой, доходившей до пояса. Его кожа была вся сплошь в морщинах, а глаза смотрели в пустоту и были одного цвета с шевелюрой – старик был слеп, но очевидно каким-то образом видел или чувствовал нас. Мне с моими способностями считывать эмоции окружающих это было привычно, однако старик, если и был Опустошенным, как и я, - и именно так смог узнать о нашем приближении, - то вот как раз этого я не чувствовал. Я выпустил на волю все свои инстинкты – он был обычным человеком, не Эмпатом или бывшим солдатом Ордена. Но, в то же время, мне казалось, что под его слепым взором вот-вот раскроются все наши самые сокровенные тайны, ничто не ускользнет он этого старца.

Старик стоял у пышущего жаром очага и что-то помешивал ложкой в большом пузатом котелке, висящем на вбитом в стену крюке. Другой рукой он понемногу добавлял в котел какие-то травы, от которых по небольшой комнатушке тут же разлился приятный пряный аромат. Несмотря на теплое, почти домашнее ощущение, разлившееся вдруг у меня в животе, я не мог позволить себе потерять бдительность, поэтому медленно запустил руку под плащ и сжал рукоять кинжала, висевшего на поясе. Неведомым образом это движение не ускользнуло от белесых глаз старика, однако он только покачал головой, словно я совершил досадную ошибку.

- Не стоит тут же хвататься за оружие, мой мальчик. Я ждал вас и не желаю вам зла.

- Вы ждали нас? – воскликнула Лейла позади меня, и старик обратил невидящий взор на нее, улыбаясь в седую бороду.

- Ко мне приходят, когда ищут ответы. А вам обоим очень нужны ответы. И тогда я точно знаю, кто придет ко мне. И жду…

- Ерунда какая-то. Вы говорите как шарлатанка на ярмарке, говорит наивным посетителям ее шатра то, что они желают услышать. А на самом деле это все просто общие фразы, которые можно трактовать как угодно. – в голосе Лейлы прозвучала насмешка, но я чувствовал, как девушка нервничает, словно хочет верить старику, но боится снова остаться ни с чем.

Словно не услышав последней фразы, старик развернулся и, указывая ложкой на стол в углу, промолвил:

- Присаживайтесь, дети мои. Вы хотите получить от меня ответы, а я хочу, чтобы ответы вы дали еще и друг другу.

Мы переглянулись, но последовали приглашению. Рассудив, что в хижине достаточно темно, я, наконец, решился снять опостылевший капюшон. Моя спутница бросила на меня удивленный взгляд, и я машинально поднял руку, дотрагиваясь до серебристой отметины на виске – надеюсь, ее не сильно видно при таком освещении. Я обратил внимание, как Лейла, протиснувшись мимо меня к столу, продолжала сжимать кулон на веревочке. А еще она постоянно бросала на меня взгляды украдкой, словно боялась, что сейчас я исчезну и оставлю ее наедине со странным стариком. В минуты, когда она отводила взгляд, я напротив, изучал ее лицо и зачем-то старался подметить каждую деталь. Она была красива. Не так, как светские дамы в столице, ее красота была не вызывающей и кричащей, а нежной и хрупкой, а в глазах в отличие от столичных красавиц горело пламя – непокорность и решительность, страсть и отчаяние. Я не должен был заметить всего этого. Почему она так меня притягивает?

bannerbanner