Выбор дракона

Марева присела рядом с Леной.

Как зовут тебя?

– Елена.

Сводня пожевала губами, как бы пробуя имя на вкус:

– Будешь Элен. Так лучше.

Под мужиком-то была?

Лена кивнула

– Умеешь?

– Что "умеешь"?

– Ясно, научим. А ну, пройдись!

– Бабушка, вы о чём?

– Прикуси язык. Дуру-то из себя не строй. Чтоб тебя продать за хорошие деньги, это мне ещё расстараться надо!

Сводня зло смотрела на Лену:

– Грудь вялая, задницы нет, морда худая. Кому ты такая нужна? Одна в тебе польза: волосы, да кожа белая. Заказ на такую есть.

Да как тебя показать, ты же не образованная!

Зашибись! Лену, (то есть Элен), как обухом по голове ударили.

Да она профессиональная медсестра с высшим медицинским. И внешность у неё "няшная". А тут…офигеть, кастинг не прошла.

Старуха пошла к двери.

– Смотри мне, ешь, что дадут. А не послушаешь, пороть буду солёными шлейками. Точно говорю: тебе не понравится.

Уже закрывая дверь, плюнула злыми словами:

– Больно востра на язык. Слово поперёк скажешь, к солдатне выброшу!

Лена, честно сказать, испугалась.

Подбежала к двери:

– Постойте, не уходите.

– Чего ещё?

– Помогите мне.

– Что, что?

– Научите, что делать…

– Откуда ты такая взялась? Чувствую, подлое ты задумала. Да я подлее.

– Не сердитесь. Потом посчитаемся. Что от меня надо?

– Делай, что скажу. Сладим.

Марева ушла. Лена, то есть Элен, переодетая в чистую льняную рубаху, спрятала маечку, лосины под тюфяк, ботинки засунула в дальний угол.

Без сил свалилась и тут же уснула.

Она и не догадывалась, что эта ночь разделит её жизнь на "было" и "будет". Навсегда поставит точку на прошлом.

Глава 5.

– Стой здесь. Смотри, никуда не уходи.

Марева пригрозила рабыне, подхватила юбки и скрылась в коридоре замка, оставив девушку на пороге.

Перед Элен, через лужайку была видна беседка. Увитая китайской розой, она утопала в вишнёвых деревьях.

Сочные вишни кровавыми каплями пробивались сквозь листву.

Подбираясь к ягодам, выхватывая их одна за другой, Элен услышала шорох, обернулась.

Позади неё, в беседке, на оттоманке расположился мужчина, закинув руки за голову. Рядом с ним сидела хорошенькая рыжая девушка, почти без одежды. Тонкими пальчиками, лаская и путаясь в завитках на его груди, она не замечала Элен.

Жгучий, красивый брюнет спокойно смотрел Элен в глаза. В его вытянутых, узких зрачках не было ничего, кроме любопытства.

Вместо того, чтоб отвернуться, Элен стояла как вкопанная.

Он встал, стряхнул с себя руки ласкающей дивы. Его бархатный шёпот коснулся уха девушки:

– Вам нравятся вишни?

Элена задохнулась от восторга. Он был чертовски обаятелен, этот голос. По спине рванули мурашки, девушка замерла.

Она не решалась взглянуть красавчику в лицо. Мужчина был так близко, она чувствовала тонкий запах его парфюма.Тончайшая ткань белой сорочки бугрилась на мышцах своего господина.

Элен отвела взгляд, закусила губу. Внезапно вишенка, за которой она охотилась, оказалась у неё перед носом.

Наклонив ветку, хозяин бархатного шёпота коснулся её уха:

– Хватайте её, она ваша!

– Я..,– голос предательски сел, она кашлянула, прошептала, заливаясь краской,: – простите.

Не оборачиваясь, почти бегом вернулась туда, где Марева велела ждать.

Добежав до двери, остановилась, не решаясь оглянуться.

Мимолётный близкий шёпот, коснувшийся её уха не давал покоя. Он был такой приятный и одновременно странный. Наполнял её тревогой, неизвестностью. А глаза? Холодные, опасные и притягивают так, что оторваться невозможно.

Элен тряхнула головой, пытаясь сбросить наваждение.

Примчалась Марева. Схватила Элен за руку, потащила за собой.

Каменное строение, к которому так спешила сводня, оказалось швейной мастерской.

С Элен сняли мерки, подобрали пару готовых нарядов. Выдали бельё, рубахи, ещё что-то.

Марева всё щупала, перепроверяла, махала руками.

Элен всё ещё находилась под впечатлением от неожиданной встречи возле беседки.

Образ мужчины стоял перед глазами.

Длинные тёмные волосы, брови вразлёт, прямой нос. Красивые губы, твёрдые, чётко очерченные застыли в тонкой усмешке.

Марева окликнула её:

– Спишь что ли? На, держи.

Старуха, наконец переругавшись со всеми швеями, нагрузила Элену ворохом вещей. Скомандовала: – Идём!

Сама первая выкатилась колобком, шустро помчалась к замку. Элен еле поспевала за неугомонной бабкой.

У себя в комнате девушка бросила корзину с одеждой, решила пообедать. Из еды ей снова принесли кашу в глиняном горшке, хлеб и овощи. Серебряный кувшин с водой. Вот и всё меню.

– В кафешечку бы сейчас, – Элен осеклась. Нет, ни слова о прошлом. Иначе можно сойти с ума. Не успела девушка расстроиться, как дверь распахнулась и на пороге вновь появилась Марева.

Она вращала глазами, глотала воздух.

Замахала руками, схватила за руку ничего не понимающую девушку, потащила за собой по коридору.

Из её причитаний ясно было одно: срочно готовиться, переодеваться. Случилось непредвиденное: Элен пригласили на ужин к Лорду Алонсо.

Марева потрясала длинными рукавами, прижимая ладошки к толстым щекам:

– Как мне успеть приготовить тебя к встрече с ним! Вот скажи, где ты довыделывалась, что тебе так губу разбили…–

Марева вертела подбородок Элен в разные стороны, прикидывая, как скрыть синяк.

Пришли мастерицы. Каждая, со знанием дела, принялись за девушку. Маникюр, педикюр и далее по списку.

– Ты не представляешь, какая тебе выпала честь! Это мечта любой девушки. Тебе надо очаровать лорда и тогда он выберет тебя. И если Совет Драконов утвердит, ты сможешь стать его женой и родить ему сына.

– А что для этого надо сделать?

– Выиграть у тех двух, что уже стоят в очереди.

– А как это?

– Да ты дура совсем, что ли? Сама не знаешь как? Или думаешь, на тебе одной свет клином сошёлся. Лорд Алонсо уже три года жену выбирает. Никто ему не нравится.

"Ничего я не думаю. И нечего обзываться" – насупившись, Элен мысленно ссорилась с Маревой.

Та, подбоченясь, размышляла вслух:

– Мне вот интересно, откуда он узнал о тебе. Кто мог ему проговориться? Сеул, так на него не похоже.

Сводня бурчала, придирчиво следя за каждым движением мастериц. Она была раздражена, заметно нервничала.

– Лорд Алонсо, какой он? – Эления немного трусила, голос её дрожал.

Марева всплеснула руками:

– А то ты вчера его не видела!

–Вчера… Там был дракон. Так он же, э… как сказать-то. Он же зверь?– вопросительно повернулась к Мареве и тут же схлопотала подзатыльник. Из свежей причёски со звоном вылетела шпилька.

– Прикуси свой язык, несчастная! – зло шептала на ухо перепугавшаяся сводня,:

– никогда не произноси это слово вслух.

Оно обозначает естество Дракона и живёт внутри него вечно.

А по земле он в теле человека ходит.

Марева отошла от Элен. Выглянула за дверь, продолжила:

– Рано, ой рано тебя позвали. Кто же мне все карты спутал. Я тебя ничему и не научила. Охо хо…

В дверь вошёл Сеул, грозная правая рука и свирепый телохранитель Дракона.

Он пришел сопроводить Элен к ужину.

Пора.

Глава 6.

Её шаги отдавали тихим эхом. Мрачные стены коридора замка давили своей тишиной. Элен шла сквозь ощущение пустоты и отчуждённости.

Темноту рассеивал единственный факел в руке Сеула.

Поднявшись по ступеням из нижнего этажа, Элен очутилась в волшебном царстве цветов и света. Окна, бесконечно высокие, впустили в себя свет сиреневых сумерек приближающегося вечера.

Тысячи свечей наполняли пространство желтоватым туманом. Огромные вазоны в облаках розовой пены благоухали немыслимыми ароматами. Ковёр под ногами ловил каждый звук.

Элен, затянутая в светло-жёлтый шёлковый корсет, парила мотыльком в вихре складок из золотой парчи развевающейся юбки.

У самых дверей, за которыми была назначена встреча, Сеул остановился. По-хозяйски холодно и одновременно с прищуром оглядел девушку.

Как же он ей не понравился! Она видела его второй раз, а чувство неясной тревоги и недоверия уже завладело ею. Она просто боялась его физически.

Высокий, мощный как бульдозер, с шипованными браслетами на руках. Рассмотреть его лицо было невозможно, он носил капюшон с коротким плащом не снимая.

Видны были только тонкие губы и отметина на правой щеке, оставленная укусом валькерии. Мастерицы говорили, он скрывал свои безобразные шрамы на голове и спине. Был немыслимо жесток и злопамятен.

Дворцовые тяжёлые двери распахнулись перед ней, она, не чувствуя ног под собой, вошла.

Элен зажмурилась от яркого снопа света, вырвавшегося навстречу.

Она трепетала в ослепительном зале.

Бесчисленные огни свечей отражались повсюду. Лаковый паркет, зеркала, витражные окна – всё сияло, блистало роскошью.

Длинный стол в складках белой скатерти сверкал серебряной посудой. За ним сидели две женщины напротив друг-друга.

Эления растерялась, горло перехватило, она не знала,что сказать, куда сесть. Теперь ясно, почему так сокрушалась Марева. Девушка и вправду была не готова к приёму.

Сеул указал ей на место с торца, посерёдке между красотками.

В рыжей слева Элен с удивлением узнала ту, что видела сегодня в беседке с красавчиком. Чернявую девицу, сидящую справа видела впервые.

Обе женщины, холёные, шикарные сидели неестественно прямо, в полной тишине. Краем глаза сканировали новенькую и Элен просто утопала в волнах их ревности, накатывающихся на неё с обеих сторон.

"Конкурентки",– догадалась девушка, поёживаясь от повисшего напряжения.

– Лорд Алонсо! – возвестил служка, открывая двери перед своим господином.

Увидев его, Эления вскочила, открыв рот от удивления. Это тот самый красавчик, что спрашивал её про вишни!

Заметив, что девушки сидят не шевелясь, тоже села. Она во все глаза смотрела на лорда, не веря своим глазам.

– Будем считать, что все знакомы, – лорд расположился с другой стороны стола. Спокойный, элегантный, откинулся на спинку стула, позволил налить себе вина.

– Руфина, ты познакомилась с девушкой? – он коротко, цепко взглянул на чернявую.

Та шевельнула губами, опустила голову.

– Какая ты негостеприимная. Как ты посмела не приветствовать мою гостью?– он отпил вина, мельком глянул на Руфину, продолжил:

– Надо будет проучить тебя.– повернул лицо к рыженькой.

– Ну, а ты, Армисия, познакомилась?

Рыженькая испугано посмотрела на Элению, та кивнула ей одними глазами.

– Да, немного…

Руфина, так звали чернявую, умудрилась оскалиться не открывая рта. Она просто испепелила взглядом рыженькую.

– Ну, вот и молодец.–

Лорд кивнул головой Сеулу, указав подбородком на Руфину. Принялся за мясо, поставленное перед ним.

Сеул поманил рукой чернявую. Руфина, уходя, прошипела двум оставшимся гостьям лорда :" чтоб вы подавились!"

– Как вас зовут?, – лорд Алонсо ел, спросил, не взглянув на Элен. Казалось это был просто вопрос вежливости, в никуда, но у Элен похолодело между лопаток.

Она не знала, как к нему обратиться, как ответить. Встала, неловко зацепившись юбками за стул:

– Элен, мой господин. Я рада вас видеть.

Всё, капец! Ну что она за дура? Кто за язык тянул. Надо было просто сказать "Элен". Так нет же, понесло!

Иногда девушка сама себя ненавидела: сначала скажет, потом соображает, что брякнула.

Он завис с вилкой у рта, брови съехались домиком, в уголках глаз мелькнуло

удивление. Лорд Алонсо внимательно посмотрел на неё.

– Присядьте.

Она села, залилась краской. От волнения кусок не лез в горло, ей было неловко, тяжко, она не понимала что делать.

Ужин закончился в тишине. Элен так и не смогла проглотить ни кусочка от волнения.

– Подойдите,– он кивнул Элен, – расскажите мне о себе. Лорд дотронулся до её талии, направляя к окну.

Она, неожиданно для себя, ойкнула (правый бок давал о себе знать).

– Что случилось?

– Я, э-э..ударилась, – еле слышно промямлила Элен.

Он посмотрел ей в лицо, заметил желтеющий синяк на скуле, кивнул Сеулу.

– Отвези её к лекарю.

Тут же потеряв интерес к Элен, вернулся к столу.

Она, не оборачиваясь, шла за Сеулом, не понимая, как можно было так закосячить "собеседование".

На выходе из замка их ждала крытая карета. Сеул разместился напротив девушки. В темноте подкравшейся ночи его вовсе нельзя было разглядеть.

Она чувствовала его, хотя он, как затаившийся зверь, даже дышал неслышно. Все его движения напоминали поступь крадущегося тигра.

Плавные, мягкие и одновременно хищные, беспощадные. Элен сидела не шевелясь, от напряжения свело шею.

Карету подкидывало, трясло, она всякий раз пыталась удержаться, чтоб не съехать с узкого сидения и не коснуться Сеула.

Лекарь оказался здоровенным ящером, с когтистыми лапами и длинной мордой.

Указав девушке лечь на стол, подошёл и протянул над ней руки (или лапы?).

Они так плавно двигались, не касаясь Лены, выводили над ней неведомые маршруты, потом переместились к правому боку.

Затем лекарь аккуратно приложил холодную, чешуйчатую ладонь к лицу девушки. Осторожно потрогал губу.

Через минуту Элен уже наложили тугую повязку на, как оказалось, сломанное ребро. Дали мазь для губы, отправили домой.

Домой… теперь у Элен вот та каморка у Маревы была домом? Да…

Зайдя к себе, она почувствовала, что валится с ног.

Надо было распустить все шнуровки, переодеться. Элен спохватилась, а во что? С нее сняли одежду там, в массажной. В темноте Элен на ощупь перебирала вещи из швейной мастерской, что притащила с утра. Нашла рубаху. Ёлки, а платье куда деть? Мебели никакой. Пришлось положить прям на пол, в угол.

На неё накатил голод. Вспомнила, что с утра толком не ела. Примерки, подготовка к встрече с лордом. А потом стеснялась кусок проглотить.

К счастью, корзинка с обедом стояла нетронутой.

Элен с жадностью ела пресную кашу, зачёрпывая её хлебом, отхлёбывала кислое вино и чувствовала, что засыпает.

В голове стоял образ лорда, мысли путались.

Наконец, она свалилась, провалилась в глубокий сон.

Однако, у судьбы на неё были другие планы…

Глава 7.

В полусне Элен подскочила. В комнате кто-то был.

Это Марева. Старуха зажгла огарок свечи, присела на топчан. Элен, подтянув колени к подбородку, примостилась рядом:

– Когда мне дадут другую комнату? Я как бродячая собака сплю на тюфячке.

– А ты и есть бродячая псина. До тех пор, пока кто нибудь не заплатит за тебя.

Элен зарылась лицом в колени. Марева панибратски подтолкнула её плечом.

– Я пошутила. Заплатили уже. Завтра утром переберёшься на женскую половину, в отдельные покои. Ишь, как тебе повезло. Первый раз у меня такое.

– Марева, как быть? Я сегодня толком не знала как себя вести на приёме?

–Ничего. Научишься. Главное, упаси тебя небо, не перечить и рот не открывать, пока не спросили.

– Я видела Армисию в саду с лордом Алонсо. Ну, они там…Я не буду этого делать без любви. Ещё и соревноваться с кем-то, кто лучше. Ну, как Армисия.

Марева схватила Элен за волосы и неожиданно крепко вдавила её лицом в соломенный тюфяк. Зашипела горячо, назидательно:

– Будешь! Ещё как будешь. Ноги раздвигать, да языком ворочать обычная бабья работа!

Старуха отпустила Элен, миролюбиво похлопала её по спине:

– Не будешь, так выкинут тебя на улицу. Кому достанешься? Хорошо, если полукровку какому. А ну как баба богатая купит. Такого я и врагу не пожелаю.

Марева отошла, поправила фитилёк на свече. Элен обиженно надулась, сидела выпрямившись, следила глазами за грозной старухой.

– Бывало, убивали девку. На месте. Хочешь жить, слушайся. Не высовывайся. Язык крепко за зубами держи.

Элен вдруг стало так страшно, тоскливо. Она вспомнила из той жизни свой дом. Не заплакала, нет. Завыла! Да так горько, протяжно…

Марева озадаченно посмотрела на девушку. Ну что ж. И не такое видела.

– Ты, главное, учись хорошо. Тебе надо Руфину и Армисию обойти. А потом ещё разрешение Высшего Совета Драконов получить.

Совет раз в год собирается. Как примула у подножия вулкана зацветёт, как первые огненные реки переполнят его чашу, так и слетаются главы. Это вот вот произойдёт.

– А что надо, чтоб его получить?

– Узнаешь, – Марева уже выходила, Элен ухватила её за руку.

– Что мне делать? Его женщины ненавидят меня.

– А ты как хотела? Дракон выберет одну. Других, если в любовницах не оставит, перепродадут.

– Что? – Ленка села, как громом поражённая.

Марева вышла, дверь запирать не стала.

Элен крикнула:

– Дверь! Вы не заперли.

– Я тебя уже продала. Хочешь бежать, беги. Драги будут рады.

Свеча догорела. Каморка снова утонула во тьме, Лена, измученная, растерянная, не знала на что надеяться.

Через минуту взяла себя в руки:

Она, девчонка из 22 века, да не пробьётся?! Ещё посмотрим, кто кого.

Из охранного лагеря под стенами замка доносился пьяный гудёж солдат. То и дело издалека приносило протяжный, жуткий волчий вой.

Элен забралась на свой тюфячок, закуталась в овечью шкуру. Долго сидела без сна, перебирая события дня.

Утро наступило с первыми лучами солнца. За Элен пришла служанка, разбудила, надела сандалии на ножки своей госпожи, аккуратно подхватила под локоток, повела за собой.

– Стой! Как тебя зовут?

– Аманда.

– Жди здесь,...– Элен вернулась, забрала спрятанные майку, лосины. Достала ботинки, всё прижала к себе, двинулась за служанкой.

Аманда хотела помочь, Элен рыкнула:

– Не трожь, моё! – почему то ей показалось, что никто не должен трогать эти вещи. Как будто это была та незаживающая душевная рана, которую она должна обязательно ото всех скрыть.

Её привели на половину невест. Огромная гостинная разветвлялась на коридоры, каждый вёл в личные покои избранниц.

Роскошная общая комната, уставлена множеством диванов. На стенах потрясающей красоты гобелены, картины. Цветы. Много цветов. Они были повсюду, расставленные в огромных вазонах на полу, на постаментах, даже на каминной полке.

Подносы с фруктами, тускло сверкающие серебряные кувшины, стекло фужеров, бархатные шторы – роскошь просто вываливалась из каждого угла.

Элен прибыла в свою комнату.

Прекрасные витражные окна остроконечными арками упирались в потолок. Лаковый паркет. Резная мебель: стулья, стол, этажерки – божечки, какая прелесть!

Гобелен на всю стену со сценой страстного поцелуя пастушки с пастушком на фоне барашков, зашибись!

Элен запрыгала, радостно закружилась, прижав ладошки к щекам.

А постель! Элен с разбегу плюхнулась в потрясающий ворох подушек и шёлка, пища от восторга. Класс!

Служанка, молодая девчонка (Элен она почему-то не понравилась), принесла воды, умывальные причиндалы и довольно мастерски принялась за внешний вид своей госпожи. Время до завтрака пролетело незаметно.

Прозвенел колокольчик к завтраку. Армис и Элен в сопровождении служанок отправились по коридору.

Прибыли в распоряжение Сеула. Элен поёжилась от его взгляда. Вроде молчит, слова не сказал, а страшно возле него.

Их пригласили к столу. Руфь наказана, сегодня будет отсутствовать.

Девушки не переглядывались, обе расправили плечи, за столом сидели напряжённые, как на экзамене.

Лорд вошёл, кивком приветствовал дам. Приступил к завтраку, ни на кого не обращая внимания. Просматривал почту, хмурился. Велел налить себе вина.

Неосторожно, от чрезмерного старания, слуга щедро плеснул вина в серебряный кубок. Оно хлынуло через край. На белой скатерти медленно расплывалось кровавое пятно.

– Пошёл вон! – на шее, на висках Алонсо выступили полукружья белой чешуи. Жёлтая радужка вздыбилась красным.

"Как легко он впадает в ярость", – Элен похолодела.

Она хотела выпить кофе, но боялась звякнуть ложечкой. Армисия, напротив, спокойно пила, закусывала восхитительным бисквитом.

Алонсо отложил газету.

– Кто сегодня составит мне компанию? Армисия?

Ответа не ожидал, справедливо полагая,что никому и в голову не пришло бы отнекиваться. Даже Сеул помчался бы на свидание, если бы предложение поступило лично ему.

Элен ощутила, что у лорда Алонсо была удивительная манера говорить. Иногда его голос звучал обычно. Временами же этот голос лез под кожу, проникал до самых печёнок, гипнотизировал, лишал возможности сопротивляться.

Обволакивал мистическим страхом. Парализовывал. Случались те восхитительные моменты, когда его голос приглашал в сказку. Например тогда, возле беседки.

Рыженькая порозовела, с улыбкой закивала.

– А вы, Элен? Всё так же любите вишни? – он пристально посмотрел ей в глаза, предоставив возможность заливаться

краской.

Элен нечаянно задержала на нём взгляд дольше обычного. Приоткрыла губы, не зная, что сказать. Поправила выбившуюся прядку, в смущении опустила глаза.

Растерялась, закусила нижнюю губу. Вновь посмотрела на него. О небеса! Он всё ещё смотрел на неё, но как! Он просто раздевал её глазами.

Она вспыхнула, прижала ладони к щекам. Резко одёрнула сама себя, спрятала руки под стол.

Она сама толком не поняла, что произошло сейчас, сию минуту. Однако знала точно: только что проиграла ему в партии флирта.

Он снова околдовал её, как тогда, своим шёпотом. Как это у него получается…

Неожиданно появился Сеул с подносом. Принёс письмо. Лорд Алонсо пробежал его глазами. С первых строк нахмурился. Отбросил письмо. Посидел с минуту, сорвался с места. Сеул бросился за ним.

Девушки остались одни. Переглянулись, и…

Глава 8.

К чёрту приличия!

Обе девушки сорвались с места и кинулись к окну.

Элен видела, Алонсо стремительно выбежал на поляну, обернулся через левое плечо и в мгновение ока превратился в то совершенство, когда Элен увидела его впервые.

Светло-стальной, огромный и мощный дракон, с жёсткими гребнями на спине, в переливах золотистой чешуи.

Он вулканом взмыл в воздух. Плавные, хищные изгибы его крыльев, широкими куполами раскрылись с обех сторон.

Оглушительно хлопая, они уносили своего хозяина всё выше и выше!

Сеул, следуя за хозяином, обернулся чёрным грифоном, исчез в вышине.

Обе девушки, заворожённые зрелищем, стояли у окна, вцепившись в подоконник.

Из ступора их вывела Марева. Когда Сеул отсутствовал, она отвечала за бабье царство.

– Чего застыли, кукушки. А ну, марш на урок! На днях бал, а они ни сесть, ни встать не умеют. Зато в окошке торчат, окоянные!, –Марева продолжала бухтеть, подгоняя их в дамскую гостинную.

В ожидании учителя, там, среди цветов и подушек сидела Руфина. Лилась тонкая музыка, музыканты сидели в углу, не смея поднять глаз на женщин.

Элен заметила испепеляющий ненавистью взгляд Руфины и чтоб подразнить её, села на диван рядом с ней, поближе.

Руфина зашипела, Элен выбрала самый спелый персик, запустила в него зубы, вытягивая нежнейшую мякоть. Наслаждаясь фруктом, по-приятельски заглянула в глаза Руфине:

– Я – твой лёгкий способ испортить тебе жизнь.

Руфина затряслась, Армисия, пытаясь всех помирить, предложила ей вина:

– Не хочешь ли выпить мадейры?

– Ты кабацкая потаскуха. Скоро будешь распивать эту дрянь с драгами! – Руфина брызгала слюной.

Армисия покраснела, опустила кубок, отошла.

– В тебе есть хоть проблески человечности? Зачем ты обижаешь Армисию?– Элен продолжала упиваться персиком, не сводя глаз с чернявой.

– Подстилка для драгов! Пусть сдохнет! – Руфина продолжала шипеть.

– Руфина, ты трясёшься, как гадящая собачонка. Ну, чего ты? – Элен протянула ей блюдце:

– На, выплюнь яд.

Руфина побелела от бешенства. Кажется, даже концы её смоляных волос стали белыми.

– Ну чем тебя утешить, шизоидная истеричка? Может быть, рассказать, что ты старше меня, стало быть, умрёшь раньше и я стану наследницей твоих украшений?

Элен перехватила замахнувшуюся руку Руфины, вцепившуюся во фруктовый нож. Глядя в глаза разбушевавшейся психичке сказала чётко и ясно:

– Убью. Нечаяно махну ладошкой и крынтец. Я же баскетболистка. Не балуйся!

Марева, наблюдавшая всё со стороны, прыснула.

Хлопнула в ладоши, тем самым закончив сражение, поманила всех за собой.

В другом большом зале было пусто. Лишь музыканты, перебежавшие сюда из гостинной, сидели у стены, всё так же не поднимая глаз на женщин. Струилась тихая музыка, зашла учительница, начался урок вальса.

Оказалось, танцевать вальс непросто. Держать спинку, тянуть локоток, пальчики… счет, поворот, скольжение.

Урок давно закончился, а Элен всё репетировала сама с собой. Стемнело. Пришлось отпустить музыкантов.

Элен осталась в полумраке зала добиваться точности в движениях, надеясь на завтрашнем уроке быть лучшей.