Проклятье прилагается

Ровейн слушал молча.

С каждым её словом его глаза темнели, будто внутри начинала разгораться бездонная тьма. Его лицо оставалось бесстрастным, но атмосфера в коконе изменилась – воздух стал густым, почти вязким, как перед бурей.

Когда Светка замолчала, с трудом переводя дыхание, Ровейн выдержал паузу, а затем ровным, но ледяным голосом произнёс:

– Ты возвращаешься во дворец.

– Что? – Светка моргнула, а потом резко замахала руками. – Нет, нет, стоп! Давай без резких движений!

Ровейн не дрогнул.

– Это не обсуждается.

– Да ты что! Конечно, обсуждается! Я только-только обжилась, у меня уже друзья появились, а ты меня – бац! И в клетку?!

– Дворец – не клетка, – возразил он, но Светка уже завелась.

– Ага, скажи ещё, что я там буду в безопасности! Вот там-то мне и кранты! Если кто-то и захочет мне навредить, так где? В твоём дворце, где все, как на ладони! В академии хоть спрятаться можно, раствориться в толпе!

Лиза закрыла лицо рукой, скрывая усмешку, но вмешиваться не спешила.

Ровейн смотрел на Светку как на неразумное дитя, но она продолжала напирать:

– Ты только представь, как подозрительно это будет выглядеть! Сегодня я тут, а завтра – исчезла! Неужели заговорщики такие тупые, что не заметят?

Он молчал.

– Я могу быть глазами и ушами! Я уже услышала кое-что, а если останусь, смогу узнать больше!

Ровейн медленно перевёл взгляд на Лизу.

– И ты поддерживаешь её в этом безумии?

– Поддерживаю? Нет, но… – Лиза чуть пожала плечами. – Она говорит разумные вещи.

Светка тут же уцепилась за это.

– Вот! Даже твоя жена считает, что это не такая уж плохая идея!

Ровейн прикрыл глаза, выдыхая. Молчание затянулось. Наконец, он медленно кивнул.

– Хорошо. Но если хоть что-то пойдёт не так – ты сразу отправишься во дворец.

Светка победоносно улыбнулась.

– Договорились, – поспешно выпалила она и схватив Лизу потащила её к двери. – Пойдём покажу тебе тут всё.

Лиза улыбнулась, забрала у Светки руку и выпрямилась приподняв подбородок, теперь перед Светкой стояла не её подружка Лиза, а королева Элизарна. Светка несколько секунд смотрела на подругу, а потом сообразив что происходит, постаралась придать себе столь же величественный и невозмутимый вид. Вышло так себе, но всё же лучше, чем адептка первокурсница, бегущая по коридору тащащая королеву за руку.

Как только они покинули кабинет, Тьма послушно вернулась к ногам короля и вошёл ректор.

Ровейн медленно опустился в кресло ректора, бесцеремонно присваивая себе его законное место, и спокойно сложил пальцы в замок.

– Господин ректор, раз уж я уже здесь, хочу сообщить вам о своём решении. В академии вводится новая дисциплина.

Ректор насторожился.

– Позвольте полюбопытствовать, Ваше Величество, какая именно?

Ровейн усмехнулся.

– Боевые искусства.

– Простите, что?

– Обучение рукопашному бою и бою на мечах.

Повисла пауза. В эту секунду в глазах ректора ещё теплилась надежда, что это какая-то шутка. Затем она испарилась, сменившись ужасом.

– Нет! Я категорически против!

В кабинете ректора было напряжение, от которого, казалось, искрили даже стены.

– Нет! – ректор почти кричал, глядя на короля с таким отчаянием, будто тот предложил ему выкинуть всю библиотеку академии в костёр.

Ровейн, скрестив руки, и молча наблюдал за этим спектаклем.

– Академия Ардерии – это высшее учебное заведение для магов! – продолжал возмущаться ректор. – Магов, Ваше Величество! Для чего нам здесь рукопашные бои и размахивание мечами?

Ровейн лениво поднял бровь.

– А что, если у магов не будет возможности использовать магию?

– О, пожалуйста, – ректор всплеснул руками. – Нас с детства учат, как правильно направлять потоки маны, как контролировать энергию стихий, как…

– Как гордо стоять на поле боя и быть бесполезным, если магическая блокировка вдруг перекроет всё это ваше великолепие? – невозмутимо подытожил король. – Или по какой-то любой другой причине использование магии будет либо не возможно, либо бесполезно.

Ректор замер, возмущённо втянув воздух.

– Это не случится!

– Доказательства? – Ровейн встал и сложил руки за спиной.

– Опыт поколений!

– Отлично, – кивнул король. – Давайте проверим.

Ректор осёкся.

– Что?

– Вы против того, чтобы адепты изучали боевые искусства, потому что верите, будто магию нельзя выключить. Так?

– Совершенно верно!

– Тогда докажите это.

– Что?..

– Я приглашаю вас на полигон, – спокойно сказал Ровейн. – И если вы сможете применить свою магию, я признаю, что ошибался.

Ректор поперхнулся собственным возмущением.

– То есть… прямо сейчас?

– Прямо сейчас.

– Но Ваше Величество…

– Я не устраиваю вас как соперник?

– Дело вовсе не в этом. – поспешно проговорил ректор чувствуя как вспотели его ладони.

– Тогда прошу. – С лёгкой улыбкой сказал Ровейн, и открыл дверь.

Ректор посмотрел на него и почувствовал, как внутренний голос подсказывает ему, что всё это очень плохая идея. Но пути назад уже не было.

И пока они направлялись на полигон, ректор мысленно проклинал всё на свете – и короля, который, по всей видимости, собирался доказать, что сила вовсе не в магии.

Ректор, стоя на краю тренировочного поля, явно пытался найти хоть какую-то лазейку, чтобы избежать этого… покушения на собственное здоровье.

– Ваше Величество, я понимаю ваши доводы, но всё же… магия – основа обучения в академии. Боевое искусство – это… ну… немного устаревший подход.

Ровейн, скрестив руки на груди, смотрел на него с абсолютным спокойствием.

– Устаревший? – Его голос был мягким, но в этой мягкости скрывалось предупреждение.

– Я лишь хочу сказать, что наши студенты… – Ректор нервно поправил мантию. – Они не окажутся в ситуации, где им придётся сражаться без магии!

Ровейн ухмыльнулся и сделал шаг вперёд.

– Ах, вот как? Значит, вы уверены в этом?

Тьма, лениво клубящаяся у его ног, слабо шевельнулась, словно кошка, что потягивается перед прыжком.

– Я… ну… – Ректор сглотнул, нервно огляделся, но выхода не было. В конце концов, отказ означал бы признать свою неправоту. – Что ж, Ваше Величество, вы не оставляете мне выбора…

Он вытянул руки, концентрируясь на заклинании. Яркая вспышка магии слетела с его ладоней, но не успела долететь даже до середины расстояния между ним и королём. Тьма, затаившаяся у ног Ровейна, сорвалась с места и проглотила атаку, будто алчный хищник.

Ректор вытаращился на неё, не веря своим глазам, и, стиснув зубы, выпустил ещё одно заклинание, потом ещё… Но чем больше он атаковал, тем гуще становилась тьма вокруг короля.

В конце концов, запыхавшийся, он остановился, тяжело дыша.

Ровейн, сохраняя невозмутимое выражение лица спросил.

– Вы закончили?

Он сделал шаг вперёд, и его меч остановился всего в нескольких миллиметрах от горла ректора, холодный и безжалостный, как сама тьма, что в этот момент разливалась вокруг. Ректор замер, его дыхание перехватило, а сердце забилось быстрее, не от страха перед смертью, а от того, как быстро всё это произошло. Он чувствовал, как холод металла сдавливает горло, словно напоминая, что в этом мире есть вещи, с которыми магия не может справиться.

Ровейн не спешил. Он просто стоял, не отводя глаз, и, казалось, его взгляд проникал прямо в душу. Внутреннее напряжение ректора достигло предела, и он с трудом заставил себя сглотнуть.

– Вы всё ещё против обучения детей боевым искусствам? – прошептал король, его голос был почти тёплым, но в нём ощущалась недосягаемая, неумолимая уверенность.

Ректор хотел ответить, но слова застряли в горле. Он только слабо покачал головой, понимая, что не сможет ни опровергнуть, ни спорить. Ровейн был прав, и не только прав – он был сильнее.

Наконец, король убрал меч, как если бы только что закончил рутинное дело, и прошёл мимо, оставив ректора стоять в пустоте.

– Завтра прибудет ваш новый преподаватель. Подготовьте для него всё необходимое. – его слова были холодными и беспристрастными, словно это не было чем-то важным. И, не сказав больше ни слова, он развернулся и ушёл.

Ректор стоял, как статуя, его колени чуть подогнулись, и он еле сдержал дыхание, чувствуя, как на лбу выступили капли пота. Но в его глазах была не только тревога. Там была и горечь. Тот, кто может победить его с таким лёгким усилием, действительно может быть прав. И эта мысль терзала его гораздо сильнее, чем вся магия в мире. Ректор, промокнул платочком взмокший лоб. Сегодня был худший день в его жизни. Ещё бы напасть на короля и воочию убедиться почему он носит прозвище Лорд Тьмы.

Глава 4.

Аларик стоял, скрестив руки на груди, глядя на Ровейна с выражением глубокой непоколебимости.

– Нет Вейн. Точно нет.

Ровейн, прислонившись к столу, вздохнул и терпеливо сложил руки.

– Ал, но ты даже не дослушал.

– Я знаю, что ты скажешь, и всё равно нет.

– Ты не можешь отказаться.

– Я могу, – Аларик смерил его холодным взглядом. – Но из уважения к тебе предложу тысячу и один способ, как найти, вычислить и устранить заговорщиков без того, чтобы мне пришлось тащиться в академию.

– Проблема в том, что кто-то из них связан с академией. А значит, чтобы его вычислить, тебе придётся быть там.

Аларик лишь фыркнул.

– Отправь кого-нибудь в роли ученика.

Ровейн поднял бровь.

– Ты представляешь себе взрослого мужика, который притворяется студентом?

– Можно замаскировать, – не унимался Аларик.

Ровейн потер переносицу, потом вдруг замер и, прищурившись, спросил:

– Подожди. Это не из-за детей, верно? Ты ведь не боишься детей?

Аларик молчал.

Ровейн прищурился сильнее.

– Аларик… ты что правда боишься детей?!

Тот отвернулся к окну, не сказав ни слова.

И Ровейн расхохотался – громко, искренне и так заразительно, что даже тьма устроившаяся в углу комнаты будто дрогнула.

– Так дело в ней? – выдохнул он, вытирая слёзы смеха. – В нашей дорогой Лане?

Аларик резко повернулся.

– Она не Лана. – Голос его был холоден как сталь. – Она Светка. Зло во плоти и головная боль. Всего один день в академии, и она уже влипла в неприятности.

– Да, но благодаря именно ей мы знаем про заговор.

Аларик открыл рот, чтобы возразить, и… закрыл его обратно. Зло глядя на Ровейна.

– Значит, ты поедешь? – с довольной улыбкой спросил Ровейн.

Аларик бросил на него тяжёлый взгляд.

– Это значит, ты мне должен.

И с этими словами он развернулся и ушёл, даже не закрыв за собой дверь.

Ровейн только усмехнулся.

Площадь академии была заполнена до отказа. Все ученики, от первокурсников до выпускников, стояли, затаив дыхание, в ожидании объявления. Ректор стоял на возвышении, одёргивая мантию и выглядя так, словно пережил три землетрясения подряд.

– По личному распоряжению Его Величества, – начал он, выдавливая слова с очевидной мукой, – в программу обучения вводится новая дисциплина. Она обязательна для всех учащихся… Это будет обучение бою без магии… И…

Договорить он не успел.

Раздался скрип ворот, и все головы повернулись в ту сторону. Кованые створки распахнулись, пропуская внутрь карету с гербом короля. Её прибытие сопровождалось полной тишиной – даже ветер, казалось, затаил дыхание, наблюдая за этим моментом.

Ректор схватился за сердце. Последние два дня были слишком напряжёнными, и теперь, когда к хаосу прибавился ещё и личный визит королевской кареты. Снова, второй за два дня. Он всерьёз задумался, не уйти ли ему в отставку, немедленно.

Карета остановилась. Слуга ловко открыл дверцу, и изнутри, грациозно, но с той опасной плавностью, которая свойственна только хищникам, вышел Аларик. Высокий, внушительный, с холодными глазами грозового неба и тёмными волосами, которые ветер растрепал, придав ему ещё больше пугающего обаяния.

Вся женская половина академии ахнула. Затаённые вздохи, восхищённые взгляды, мечтательные улыбки. Кто-то даже прижал руки к груди, пытаясь совладать с внезапно участившимся сердцебиением. Но этот момент благоговейной тишины был безжалостно разрушен радостным визгом. Раздавшимся где-то слева.

Аларик напрягся. Медленно повернул голову в сторону крика и встретился взглядом со Светкой, которая… едва ли не подпрыгивала от счастья. Её синие глаза сияли, рыжие волосы развевались, а вся её поза вопила об одном: "Теперь, ты от меня не спрячешься!"

Аларик закрыл глаза, выдохнул и обречённо подумал, что эта миссия окажется куда сложнее, чем он ожидал. Он поднялся на возвышение рядом с ректором и окинул собравшихся холодным взглядом. Его глаза цвета грозового неба скользили по лицам студентов и преподавателей, цепляясь за каждую эмоцию, за каждый вздох, за каждую тень беспокойства.

– Я герцог Аларик Равенмор, – его голос звучал ровно, почти лениво, но в этой лености таилась сила, от которой спины сами собой выпрямлялись. – Прибыл, чтобы исполнить указ Его Величества.

Он сделал паузу, позволяя словам осесть в воздухе.

– С сегодняшнего дня, как вам я надеюсь уже сообщили, – он многозначительно посмотрел на ректора и тот кивнул. – В академии вводится новая дисциплина. Обязательная для всех.

В толпе пробежало напряжение – кто-то удивлённо переглянулся, кто-то шумно втянул воздух, но большинство просто ждали продолжения, не зная, чего ждать.

– Возможно, вам кажется, что это излишне. Что боевая подготовка не для вас. Что академия – место знаний, а не войны. Что вам не нужно уметь сражаться, если у вас есть магия.

Аларик усмехнулся – коротко, бесцветно.

– Я видел магов, которые думали так же. Видел, что с ними стало.

Он снова оглядел толпу, задерживаясь на преподавателях. Искал… кого? Испуг? Тревогу? Нет, вроде все спокойны.

– Ваши убеждения не имеют значения. Вам придётся научиться.

Короткая пауза. Затем он повернулся к ректору и добавил так, словно сообщал о перемене в расписании.

– Тренировки начну завтра. Мне понадобится отдельный полигон, надеюсь вы сможете его предоставить. – Ректор сдержанно кивнул.

С этими словами он спустился с возвышения и ушёл, оставив за собой тишину, которая гулко отдавалась в сердцах собравшихся.

Только когда Аларик ушёл и королевская карета покинула двор академии, толпа словно проснулась от транса. Кто-то шумно выдохнул, кто-то наконец моргнул. Шепот прошёлся по студентам, как порыв ветра по сухой траве – вспыхивая то тут, то там, рождая вихри обсуждений.

– Ты видела его глаза? – восторженно шептала одна девушка, хватая подругу за рукав. – Грозовое небо! Нет, гроза в октябре! Нет, конец света с глазами!

– У меня чуть мантия не загорелась! – взвизгнула вторая. – Он посмотрел, и у меня внутри всё… прям вспыхнуло!

– Если он будет учить фехтованию, я точно попрошу, чтобы он лично… – девушка осеклась, закатив глаза. – …ну, знаешь. Поставил мне стойку.

Мужская часть студентов, была не столь впечатлена, его появлением.

– Смотри, я – Аларик! – сказал Лекс, вытянув руку, будто держит меч. – Без магии, но с трагическим прошлым и идеальной укладкой!

– Прекрати, – хохотнул Кейл, – у него взгляд, как у тех, кто каждое утро спорит с тьмой и выигрывает. Хотя… – он попытался скопировать ледяной прищур, – мне идёт?

– Тебе идёт только обморок, – заметил Рин. – Упадёшь, если он на тебя посмотрит вблизи.

Светка стояла чуть в стороне. Волосы её растрепал ветер, а глаза – блестели так, будто она только что лично подожгла небеса. Рядом появилась Мисси – с загадочной улыбкой и бокалом сока цвета магмы.

– Слушай, – тихо сказала она, – ну он реально горячий. Холодный, но горячий. Как лёд в перце.

Светка медленно повернулась к ней. Взгляд был таким, что Мисси едва не загорелась на месте.

– Эй… – неуверенно протянула она, – ты что, знаешь его?

Светка гордо выпрямилась, заложила руки за спину, чуть наклонила голову и с абсолютно невозмутимым лицом выдала:

– Я собралась за него замуж. Он пока артачится, но это пока.

Мисси поперхнулась соком.

– Ч-что?! Серьёзно?

– Абсолютно, – кивнула Светка, улыбаясь как кот, который знает, где зарыта курица. – Я – его судьба. Он – пока в отрицании. Процесс знаешь ли не быстрый. Но я терпеливая.

– Это… будет настоящее шоу, вот прям чувствую это, – захихикала Мисси.

– Ага, – довольно кивнула Светка. – Добро пожаловать в мою личную войну за сердце ледяного герцога.

Учительская академии Ардерии. Позже тем же вечером.

Воздух был густ от запаха травяного чая, тонких чар и недосказанности. В углу тикали старинные часы, отмеряя минуты до ужина. Преподаватели сидели за длинным овальным столом, каждый занятый своими мыслями. Только лица говорили больше, чем слова: кто-то нахмурен, кто-то прищурен, кто-то едва сдерживает раздражение.

Первой заговорила магистр Таринда, листая страницы журнала посещений.

– Бой без магии? – она произнесла это, будто пробовала незнакомое блюдо. – Что дальше? Зельеварение без котлов? Левитация на метле? Мы обучаем магов, не гвардейцев.

– Скажи это Его Величеству, – буркнул профессор Нелвар, преподаватель рунических конструкций. – Это ведь он настоял.

– А он – всего лишь исполнитель, – добавил кто-то из младших преподавателей. – Но что за исполнитель! Появился, будто из воздуха, и сразу – командует.

Аэрион Вельтор молчал. Он сидел в кресле у окна, тонкие пальцы сжимали чашку с дымящимся чаем, но взгляд был устремлён далеко за пределы комнаты. Он не вмешивался в разговор, но всё слышал.

– Это прямая угроза академическим традициям, – отрезала магистр Таринда. – Наши ученики обучаются управлять стихиями, разумом, временем. К чему им меч?

– Возможно… – тихо подал голос Аэрион. – …королевство ожидает нечто, чего не было прежде. Новая угроза.

Тишина повисла, как затяжной вдох.

– И ты думаешь, он знает, что именно? – спросил кто-то.

– Думаю, он уже видел это, – ответил Аэрион, и впервые за вечер в его голосе зазвучало нечто ледяное. – А теперь должен убедиться, что и мы будем готовы.

– Но почему он? – не выдержал профессор Ферр, старейший из преподавателей. – Почему не королевская стража? Почему не… кто-то из нас?

– Потому что никого из нас не зовут Равенмор, – сказал Вельтор. – А это имя… в былые времена внушало ужас не только врагам короны, но и самим королям.

Медленная тишина растеклась по комнате, как тень от угасающего костра. Кто-то вздрогнул. Кто-то, наоборот, вытянулся, будто понял, с кем теперь делит кафедру.

– Нам остаётся только наблюдать, – заключила магистр Таринда. – И надеяться, что он действительно пришёл обучать, а не…

– …присматривать за нами, – подхватил Аэрион, с лёгкой, почти невидимой улыбкой.

И снова – тишина. Затаённая. Напряжённая. Будто весь факультет чувствовал: это не просто новая дисциплина. Это – начало чего-то большего.

Поздний вечер. Коридор жилого корпуса, в котором по всем правилам дисциплины должно быть тихо. Но…

– Ну и где он? – бурчала себе под нос Светка, крадучись по коридору, как очень неосторожная кошка. – Герцог Равенмор. Великий и ужасный. Интересно, он предпочитает люкс с видом на озеро или мрачную башню с воронами?

На ней был халат поверх пижамы, а в руках – светящийся шарик для подсветки. Слишком яркий, чтобы быть незаметной. Но Светка, как водится, считала, что осторожность – это для трусов и бюрократов.

Светка сама не знала куда направляется, но была уверенна, что ей нужно в преподавательский корпус. Оставалось совсем немного когда…

– Стоять, нарушитель дисциплины! – раздался голос, от которого даже привидения за стеной вздрогнули.

Светка застыла. А потом, медленно повернувшись, столкнулась взглядом с комендантшей Лависсой Мельдорн, женщиной, которая, кажется, умела чувствовать запах непослушания через три стены.

– Эм… добрый вечер… или уже ночь? – с неуверенной улыбкой протянула Светка. – Я… эм… просто пошла за тёплым молоком. Для желудка! У меня же, знаете, этот… рефлекс полуночного несварения. Очень редкое заболевание.

– Лана Дамнейр. – Комендантша щурилась так, будто читала её мысли. – Ты же не думаешь, что я поверю в эту чушь?

– Ну, я надеялась… – Светка виновато прикусила губу. – А можно я хотя бы узнаю, где поселился красавчик, что сегодня прибыл? Только из академического интереса, разумеется.

– В своей комнате, как и положено взрослому мужчине. – Голос Лависсы был ледяным, как северный магический шторм. – А теперь марш в спальню. Или я лично обеспечу тебе дисциплинарное взыскание в размере одной недели отработок на кухне.

Светка вскинула руки в притворной покорности.

– Всё, всё, поняла. Мне ну нужна война.

– Она для тебя даже не начиналась, – усмехнулась Лависса, провожая её взглядом до угла.

Когда Светка скрылась, комендантша покачала головой и пробормотала:

– Герцогу Равенмору стоит выдать броню. Или десяток защитных заклинаний. Это ведь только первая.

И прислушавшись, отправилась дальше. Ступая совершенно беззвучно, в сторону приглушённого хихиканья и мышиной возни.

***

– Мисси, а я сегодня увижу его! – Проворковала Светка запихивая в рот кусочек булочки. – Аларик. Неприступный герцог. Мужчина моей мечты.

Мисси закатывает глаза:

– Лана, ты видела его один раз. И всё, уже свадьба?

– Нет, ну подожди, он же появился в моей жизни не просто так! И видела я его не один раз! Как ты можешь разбивать мою хрустальную мечту! – Светка театрально схватилась за сердце.

Ребята за столом едва не подавились завтраком со смеху. А за соседним столом три гарпии – стройные, красивые, с кожей цвета золота и янтарными глазами, – приподняли головы, ловя на слух слово герцог.

– Герцог, говоришь? – промурлыкала одна, стряхивая крошки со стола. – Высокий, чёрные волосы, холодный взгляд?

– М-м, опасный тип, – говорит вторая, задумчиво покусывая губу. – Люблю таких.

– Говорят, он даже с магистрами не вежлив. Значит, независимый. Гордый. – Третья хлопает ресницами. – Хочу.

Светка ловит их взгляды и чувствует, как у неё внутри закипает смесь ревности, паники и желания броситься в бой.

– Не надейтесь, девочки, – произносит она с самым милым видом, который может выдать буря с именем Светка. – Он уже почти мой. Просто пока сопротивляется.

Гарпии синхронно усмехнулись. Битва начинается.

***

Перед полигоном казалось, собрались все обитатели академии, гул стоял, как перед битвой. Сегодня – первый день занятий, и, судя по гулу, словно в улье, сюда сбежались все: новички, старшекурсники, даже преподаватели, которым, казалось, тоже было любопытно, чему же будет учить их студентов, этот Равенмор. На дальнем конце поля, как тень из другой реальности, появился он. Ветер развевает полы тёмного плаща, холодные глаза скользят по толпе.

И снова по толпе студенток пробежал тихий взволнованный вздох.

– О-о-о, это он! – выдохнула Светка, хватая Мисси за руку.

– Да вижу я, – дриада хмыкнула. – Не рявкни, пожалуйста, на весь полигон: «Я тебя люблю, возьми меня в жёны».

Светка подавилась воздухом, но потом гордо расправила плечи.

– Он сам предложит. Когда осознает, какое я чудо.

Мисси прыснула со смеху, прикрыв рот ладошкой. Тем временем из толпы впереди уверенно выступили трое. Гарпии. Они были великолепны. Янтарные глаза, кожа с золотым отливом, грация хищниц. Облегающие платья, выгодно подчёркивающие все их изгибы, но совершенно неподходящие для тренировок.

Одна из гарпий, вдруг громко сказала, проходя мимо Светки:

– Как ты думаешь, он предпочитает умных… или просто красивых?

– Уверена, он предпочитает тех, кто не боится смотреть ему в глаза, – Светка не осталась в долгу.

– Тогда ты уже проиграла, милая, – прошипела другая гарпия и, синхронно с подругами, прошла вперёд.

– Вот же стервы. – прошипела Светка.

Мисси толкнула её в бок, и она обратила внимание на полигон. Аларик стоял в центре и внимательно смотрел на неё. Оказалось что она единственная кто нарушал повисшую тишину. Её щёки зарумянились, не хуже той утренней булочки.

Как только Светка опустила глаза, над полигоном раздался голос Аларика.

– Я понимаю ваши сомнения. Да магия сильна и в бою она даёт больше преимущества чем меч. Но что если вас лишат магии? Что тогда?

– А пусть попробуют. – выкрикнул кто-то из старшекурсников.

– Вы так уверены в себе, молодой человек. – с лёгкой улыбкой сказал Аларик. – Так выходите ко мне. Даю слово, что если я проиграю сражение, тут же покину вашу, Альма-матер.

С трибун спустился высокий, подтянутый парень, с длинными русыми волосами.

– Представьтесь юноша. – сказал Аларик рассматривая своего оппонента.

– Ютин Ларсвейн. Из рода Ларсвейн, маг земли.