скачать книгу бесплатно
– Никто не говорил, что будет легко. Грызть гранит науки и постигать знания – между прочим, очень непростой труд, Артемий. Вот тащить учебники отнесём к нему же, – тут Эдгар остановился перевести дух и опустил коробку. Они как раз вышли из подъезда, до Газели оставалось совсем немного. Артём встал рядом, выглядывая сбоку горы коробок, что нёс в руках.
– А почему вдруг Артемий, а не Артём?
– Мне вчера стало интересна этимология некоторых слов в целом и антропонимика в частности. Антропонимика как наука изучает происхождение имён. Я вчера прояндексировал интересующую информацию. Ненавижу слово «гуглить», потому что в российском сегменте лучше пользоваться всё-таки Яндексом. Имена Артём, Артемий, Артемиос, Артемас по своей сути являются однозначными, то есть несут смысл «посвящённый Артемиде», или, есть ещё вариант – «здравый, невредимый». Артемида – это древнегреческая богиня охоты, дикой природы, целомудрия и акушерства.
– Ого, как! Не знал этого, братец, я как-то и не задумывался о значении имени. Ну, назвали родители Артёмом, и назвали. А тут, оказывается, не всё так просто.
– Да, имя может нести глубокий смысл. А родители часто не задумываются о сакральном скрытом значении, давая ребёнку имя просто по понравившемуся звучанию. Кстати, вышеперечисленные варианты – мужские, есть ещё женские – Артемис, Артемисия. Прямо, как во второй части фильма «300 спартанцев».
– Помню-помню! Была там такая железная девка, с оружием обращалась мастерски, по ней можно отдельный фильм снимать. Ты просто кладезь информации, Эдгар! С тобой и энциклопедия не нужна.
– Так что разные имена, точнее, разные формы твоего имени несут одно и то же значение. Но если смотреть нумерологически, то там каждая дополнительная буква будет давать свой смысл. Хоть нумерология и относится официально к лженаукам, я заметил ряд точных и логичных закономерностей при её изучении. Числа не обманешь. В общем-то, непризнание нумерологии объяснимо, поскольку даже каноничные признанные мировым научным сообществом дисциплины имеют кучу противоречий и нестыковок. С гомеопатией до конца не могут однозначно определиться, что уж тут говорить о том, что лежит за пределами академического понимания.
Артём взглянул на парнишку, тот был эрудирован явно не по годам. Для полного образа всезнающего ботана Эдгару не хватало очков и характерного жеста поправления оных одним указательным пальцем после долгой, умной и нудной лекции. Но Эдгару не нужны были очки, его мамины синие глаза ясно и прекрасно видели. Чтобы быть отличником и всезнайкой по сути, не нужны внешние атрибуты. Миллионы людей в очках тупы, как валенки, несмотря на умный клишированный вид.
– Вот мамино имя Василиса, например, тоже греческого происхождения и означает «царица», – не унимался маленький лектор. – А вот Эдгар имеет древнеанглийские корни и, по одной из версий, означает «счастливое копьё».
– Предвижу я, дружок, что не миновать тебе карьеры препода или профессора.
– Не исключено, что доведётся и передавать теоретический базис научных дисциплин, – ответил всезнайка. – Но пока я тяготею сам к изучению физических процессов, составляющих основу видимой Вселенной.
– Эй, вы там потерялись?! – крикнула с балкона Васька.
– Уже идём! – поспешил ответить Артём. А Эдгару сказал:
– Давай, братишка, последний рывок до машины. А то мама ругаться начнёт.
Они дотащили коробки до фургона, погрузили и поднялись за новой порцией.
– Чего вы это так долго? Я уже вас потеряла, а тут смотрю – вон они, голубки, стоят и болтают.
– Прости нас, Васька! Но у нас проходил важный научный ликбез по атриномике, если я не ошибаюсь.
– По антропонимике, – поправил старлея школяр. – Я рассказывал Артемию о происхождении имён.
– Ага, про неё самую рассказывал, – подтвердил Артём. – Короче говоря, Эдгар вещал про то, как космические корабли бороздят Большой Театр.
Василиса стояла, руки в бока:
– Всё с вами ясно! Предлагаю догрузить оставшиеся вещи и поскорее переехать, а уже там и поболтаем.
– Ты как всегда права, моя царица! Кстати, это не только красивый комплимент – Эдгар вот просветил, что твоё имя и означает «царица».
Чтобы сэкономить время, Василиса с Эдгаром посидели дома, а Артём молча, усердно, зато быстро перетаскал коробки в машину. Впрочем, не менее быстро затащил он вещи новой семьи и к себе домой, пока его ненаглядная с сыном разбирали коробки, развешивали, размещали, передвигали. Их всех можно было поздравить – переезд состоялся. Для троих человек начался новый этап их судьбы.
Вещи затащили, разместили по своим местам. Ноутбук Василисы занял место на столе Артёма, благо размеры стола позволяли легко уместиться там вдвоём. У Эдгара теперь появилась своя собственная комната, свой отдельный просторный шкаф, отдельный стол для книг, ноутбука и предметов, нужных в обучении. При желании можно было даже закрывать дверь, если вдруг возникнет необходимость побыть в одиночестве в личном пространстве. Эдгар был счастлив новым переменам. У него действительно не было друзей во дворе, по которым можно было бы скучать: круг его общения ограничивался школой, где он проводил много времени, и соцсетями.
После вкуснейшего совместного ужина, когда маленький грамотей уже лёг спать, Артём лежал в обнимку с Василисой. Он смотрел куда-то вдаль, а на его лице блуждала блаженная улыбка.
– Васька, любовь моя, неужели это наконец-то свершилось, и ты переехала ко мне?
– До сих пор не можешь поверить своему счастью? – с лёгкой ехидцей спросила его зазноба. – А после официальной свадьбы ты вообще будешь на седьмом небе!
Артём крепче сжал Василису в своих объятиях.
– Охотно верю и надеюсь, что так и будет. Я не надевал ещё на себя роль жениха и мужа в этой жизни. Хотя совместная жизнь, на мой взгляд, как раз отражает всю суть брака.
– Скажи-ка, как ты вообще на такое решился: лишить себя свободы, взвалить ответственность?
Артём несколько секунд молчал, собираясь с мыслями. Василиса наполнила существование Артёма новым смыслом, она сумела без специальных на то усилий стать для него светочем, маяком, указующим путь. У него появились направление и цель в совместном походе со своей любимой в Вечность. Да хоть не в Вечность! Хоть в преисподнюю, но вместе, едино, смотря в одну сторону.
В детстве и юношестве всё было настолько ясно со смыслом жизни, что даже одинокая мысль об этом не проскакивала: школа, тренировки, соревнования, школа, тренировки, соревнования. И так по кругу и по спирали взросления. Потом срочка, там смысл жизни солдата был продуман до мелочей и задолго до рождения Артёма. В профессии наёмника нужно было выжить самому, выполнить задание и убить противника, жизнь была насыщена действиями и смыслом. А вот когда Артём перебрался на службу в московский ОМОН, с целью и значимостью собственной жизни начались перебои. У спецназовца начал периодически пропадать вкус к этому бытию, к серому однообразию будней.
Он пробовал пьянствовать, как все, но надолго его не хватило, пьяный угар смысла не придавал, а для развлечения и отвлечения был слабоват и скучноват, на взгляд Артёма. Пару раз в свой выходной день омоновец сходил в захолустные бары, специально ища самые дыры социального дна. Напивался там и провоцировал драку. Первый раз это было весело, во второй раз, когда двое его противников попали в реанимацию, он задумался и решил, что дальше продолжать не вариант, всё закончится плачевно.
Он ударялся в блуд. Тут было уже веселее, но иллюзия значимости этой бурной деятельности оказалась краткосрочной.
Служба в ОМОНе была гораздо спокойнее и безопаснее образа жизни солдата удачи. Но и здесь бывали острые ситуации. И Артём заметил за собой, что стал сильно рисковать, опрометчиво бросаться, подставляться под удар. Он это отследил и сделал для себя правильный вывод, что подобное с ним творится именно из-за нежелания жить. Не было настоящего оформленного желания покончить с собой, нет. Если бы боец захотел это сделать, его воли, намерения и духа давно бы хватило, чтобы завершить жизнь бренного тела быстро и без сомнений. Но интуитивно Артём чувствовал, что легче не станет, смысла в посмертии не прибавится, будет только хуже. Это не было проявлением религиозности бойца – он был от этого далёк – скорее, кусочек иррационального, но твёрдого знания.
Но кроме выводов об источнике своих неоправданно рискованных поступков, он более ничего не сделал, потому что втайне надеялся на скорое и внезапное завершение этого бесплодного квеста по поиску смысла жизни. И его квест завершился. Не со смертью, а с обретением второй половинки – его Васьки.
Наконец, твёрдым голосом Артём произнёс:
– Ты не представляешь, насколько я сейчас счастлив. Однажды наступил момент, когда я осознал, что остро хочу приходить домой, где меня будут ждать, где я буду делить постель с любимым человеком. Мне захотелось делать что-то в жизни не только исключительно для себя. А для тебя, делить себя и свои завоевания в этом мире с тобой. Чтобы вкус тех вершин, что я покоряю, я мог принести домой и сложить у твоих ног.
Тут Артём высвободился и сел, чтобы видеть глаза Василисы. А Василиса смотрела на него, глаза её блестели. Искренняя речь любимого, идущая прямо из открытого сердца, зацепила глубоко скрытые струнки в душе девушки, и они зазвенели в резонансе.
«Однажды мужчины взрослеют. Не все, конечно, некоторые так и остаются инфантильными. А вот Артём повзрослел, созрел для большой ответственности», – думала Василиса. А ещё она думала, что именно своим чувством надёжности привлёк её этот мужчина, что ныне рядом с ней, разделяющий брачное ложе и жизнь, с её тяготами и радостями. В Артёме изначально чувствовался непоколебимый стержень, это была скала, на которую можно всегда опереться, которая будет стоять до последнего, пока не сломается физически, но не морально и не духовно. Ей так этого не хватало в жизни – этой поддержки, этого плеча рядом. Нет, она ни в коем разе не мечтала о роли нахлебницы, чтобы сесть на шею и свесить ножки, не собиралась перекладывать весь груз своих проблем на любимого. Василиса была вполне самодостаточной, самостоятельной и сильной женщиной. Она была сильной, закаляясь среди прочего на спортивном помосте. Ей пришлось стать твёрже, когда мягкотелый отец Эдгара сбежал от ответственности и от рутинного быта. Одна, с трёхлетним ребенком на руках против всего мира, она сжала зубы и стала более жёсткой. Но как же хотелось ей, чтобы рядом был равный ей сильный мужчина, которому можно довериться, с которым можно расслабиться. И в лице Артёма она увидела такого человека. И, конечно, она любила его, в том числе и за это. Это была зрелая любовь во имя и за что-то, а не юная влюблённость вопреки всему здравому смыслу.
Василиса смотрела на Артёма нежным взглядом. Да, он не красавец – покатый лоб, небольшие глазки непонятного цвета, то такие, то сякие, болотные. Но это мелочи, потому что её красоты хватит на всех. А ещё потому, что живёшь с человеком, а не с его внешностью. Нужен человек с его поступками, с его личностью и характером. Вон бывший муж Аркаша был красив своеобразной изнеженной красотой. А толку? Тьфу, даже вспоминать не хочется.
– Ты мой мужчина. И всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. И я охотно приму все твои дары и трофеи.
Василиса притянула Артёма и поцеловала его.
– А ещё я очень ценю твою искренность, Артём. Не помню от тебя такой проникновенной и откровенной речи.
– Собралось, накипело, созрело. Хотелось высказать, что у меня на сердце, а сейчас очень подходящий для этого момент. И ты спросила как раз о том, что я хотел высказать.
Ещё у меня одна мысль есть по этому поводу. Я как-то смотрел ролик на Ютубе. Что-то про психологию, там рассказывали про гештальт. Из контекста я понял, что это некий образ, роль, которых множество, и мы их в течение жизни отыгрываем. И вот мне кажется, что я уже отыграл свою роль героя-любовника в этой жизни, прошла пора одноразовых встреч без обязательств. Тот гештальт закрыт. А теперь надо вживаться, изучать и проживать новый образ – верного мужа и примерного семьянина. Это новый уровень для меня, и я искренне и всей душой этого хочу.
– Замечательно сказано, дорогой. Ты меня даже удивил своей речью.
Артём рассмеялся.
– Да-а, я тоже иногда бываю в ударе! Кстати, Васька, а ты знаешь, что у тебя необычно умный сын?
– Знаю. Он у меня ещё и самый лучший и самый красивый!
– Эдгар весь в маму! И по красоте и по уму. Ведь он же вундеркинд: целая энциклопедия в голове, такое невозможно знать в десять лет. Я в его годы только лоботрясничал, ещё даже тренироваться не начал, рукопашка меня полностью затянула позже.
– Кстати, Васька, раз уж у нас сегодня вечер откровенности… – осторожно продолжил Артём. – Может быть, ты расскажешь про отца Эдгара? Почему он ушёл от тебя? Я как-то пробовал тебя спрашивать, но ты всегда переводила тему. Если не хочешь говорить, так и скажи, что это секретная тема, я пойму и не буду настаивать.
Артём проникновенно и пристально смотрел в глаза Василисы. Та тяжко вздохнула.
– Нет там никаких секретов, всё банально до невозможности, просто не хотелось о нём вспоминать. Это было одиннадцать лет назад, я была молодой и глупой студенткой во втором меде[16 - Второй мед – обиходное название медицинского университета им. Пирогова.], училась на провизора, мне тогда только стукнуло двадцать два. Общую биохимию у нас преподавал молодой аспирант Аркадий Германович. Красивый, образованный, эрудированный, обаятельный, да ещё и с деньгами, – в голосе Васьки слышалась горечь. – Вот я и запала. Да и он, собственно, тоже, я была молода и красива, ухажёров хватало…
– Ты и сейчас молода и божественно красива! – перебил любимую Артём.
Василиса с оттенком недоверия посмотрела на Артёма и продолжила.
– Мы как-то быстро сошлись. Я, влюблённая по уши, что-то там надумала про непонятные темы, попросила Аркашу помочь мне после занятий, даже в формате репетиторства. Вот так, после пар в знаменитом вузе страны мы как-то и сблизились. Аркашу можно было отнести к «золотой молодёжи», разве что он не был лодырем. Он отлично учился, его отец и мать – династические врачи с большим практическим стажем. Отец преподавал хирургию в сеченовском меде, у матери была своя стоматологическая клиника. Аркаша закончил вуз, правда, специальностью избрал медицинскую биохимию, а не лечебное дело. Потом ординатура по клинической лабораторной диагностике, потом аспирантура, всё по тому же любимому биохимическому направлению.
В нём всё было прекрасно – так мне тогда казалось. Но его родители приняли меня в штыки, то есть не приняли совсем. Они и слышать про меня не желали, я для них была пролетариатом. И уж точно не ровня их драгоценному сыну. Вот мы и встречались тайком, а потом я банально залетела… К тому времени закончила вуз, аборт делать отказалась. Надо отдать должное Аркаше, он нашёл в себе мужество снять квартиру и начать жить вместе со мной. Хоть в этом я ему благодарна: в самый трудный период младенчества Эдгара я могла позволить себе не работать, а растить сына. Родители Аркаши не видели внука, даже ни разу не позвонили. Надолго Аркаши не хватило. Подозреваю, что маменька капала на мозг регулярно о нерадивой нищебродке, что сыграло свою роль. Но главное даже не это… В нём не было твёрдого стержня и ответственности. Он начал пропадать, не ночевать дома, грубить, а потом, когда я на денёк съездила к маме и вернулась домой, его и след простыл вместе с вещами. Думаю, он обратно съехал к своим родителям, вернулся к родной сиське, которую, по факту, так и не вынимал изо рта, да и вряд ли вынет. Большой ребёнок на всю жизнь. И всё. Дальше понятно: я съехала со съёмной квартиры к маме, отдала сына в детсад и пошла впахивать.
На лице Василисы отражались смешанные чувства.
– Потом взяла квартиру в ипотеку, сдала её и продолжила впахивать. Вместе с мамой, совместными усилиями мы закрыли кредит за пять лет.
– Ты зла на бывшего мужа? – спросил Артём.
– Да. Нет. Не знаю. Хотя… К чёрту! Кого я обманываю?.. Я так и не простила Аркашу до конца. Ещё больше я злюсь на себя, что так всё получилось, что сразу не видела его инфантильность и зависимость от родительского мнения. В нём нет самостоятельности. С тех пор, как он ушёл, он даже ни разу не позвонил, не узнал, как его сын, что с ним, как его успехи, какие у него горести и радости! – Василиса повысила голос. – А ведь это его родной сын! Плоть от плоти! Жалею ли я? Наверное, всё-таки нет. Как бы мне не было тяжело одной растить сына, ещё и с этим грёбаным кредитом, я не жалею. Потому что у меня теперь есть Эдгар, моя отрада, мой самый умный, самый красивый и самый лучший в мире сын!
Артём лёг и прижался к Ваське.
– Спасибо за откровенность, моя дорогая Васька! И ещё… Я вас не брошу.
– Я знаю. Я вижу это в тебе.
– Будем спать?
– Да, дорогой, – было видно, что Василису медленно, но верно одолевает сон. Переезд всё-таки добавил своей доли усталости. Она зевнула. – Надо спать, был непростой день, а завтра хоть не с самого утра, но на работу.
– Кому не с самого утра, а кому-то уже в восемь надо быть на смене. Так что отбой. Спокойной ночи, моя царица!
– Спокойной ночи, любимый!
Глава 5
Стали Артём, Василиса и Эдгар жить вместе, одной семьёй, как и мечталось гвардейцу. Омоновец по графику сутки через трое был на дежурстве, выполнял свой долг. Василиса каждый день, кроме четверга и субботы, с утра и до вечера пропадала на работе. Артём при возможности встречал её поздним вечером у фитнес-клуба, и они вместе ехали домой. А потом и вовсе купил абонемент в Василисин спортзал, чтобы приезжать за ней немного раньше и успеть провести свою тренировку. Эдгар, как и раньше, периодически на несколько дней уезжал пожить к бабушке.
Иногда вдвоём, иногда втроём они ходили в кинотеатр на премьеры. А нередко просто включали домашнюю плазму и, лузгая семечки или поглощая свежеприготовленный попкорн, смотрели какой-нибудь фильм по подписке. Вот тут, конечно, приходилось идти на компромиссы и поочерёдно учитывать разные вкусы членов семьи. Потому что Василиса обожала фэнтези и близкую к ней фантастику, Артём отдавал предпочтение боевикам и детективам, а Эдгар смотрел мультфильмы и иногда мог «для просвещения» посмотреть качественную научную фантастику.
Эдгар говорил, что именно в научной фантастике авторы нередко помещают ставшие со временем пророческими идеи изобретений. И тут не поспоришь: стоит вспомнить Жюля Верна с его придуманными вертолётом и подводной лодкой; Рэй Бредбери предсказал появление беспроводных наушников; возможность экстракорпорального оплодотворения человеческой яйцеклетки в пробирке описал Олдос Хаксли; Герберт Уэллс за десятилетия до первой ядерной бомбы описал её существование и принцип, также он узрел будущее применение лазера. Цепочку примеров можно продолжить при желании дальше. Основными предсказателями были всё же не сценаристы блокбастеров, а писатели.
Как вы понимаете, и по этой причине, в том числе, юный вундеркинд больше предпочитал отдавать время чтению. Уже только за любовь к чтению в наше время его можно назвать вундеркиндом, то есть «чудесным дитя» в переводе с немецкого. Любовь к чтению литературы (а Эдгар поглощал не только беллетристику, но и научно-популярные издания) – редкость и эксклюзив среди современных детей.
Теперь у гвардейца стало больше ответственности и меньше времени, поэтому он стал реже появляться в клубе реконструкторов, но не забросил его совсем. Иногда выкраивал время размять кости и помахать мечом, позвенеть кольцами кольчужки. И ещё Артём не забыл о своём намерении приобщить Эдгара к спорту. Пару раз он брал мальчишку с собой на тренировку, показал ему работу тренажёров, объяснил схему и систему тренировки. Потом показал упражнения функционального тренинга. Василиса молча смотрела издалека и ухмылялась, потому что она через это уже проходила. Немало сил положила она на поле брани с безразличием сына к физическим упражнениям, но тщетно. Мама и тренер проиграла эту войну, пусть теперь и Артём попыхтит, попробует. Вряд ли это к чему-то результативному приведёт, но попытка не пытка. И вообще очень похвально со стороны любимого человека попытаться найти общий язык с её сыном. А старания приобщить к регулярным, полезным для здоровья растущего организма тренировкам – можно сказать, благородны.
Вообще, Артём как раз и надеялся на тайное оружие в качестве убеждения Эдгара в необходимости регулярных нагрузок: это польза для здоровья – раз, польза для ума и активации мышления – два. Увы, в фитнес-клубе огонёк интереса ни разу не вспыхнул в синих глазах Эдгара. Он вяленько и безропотно выполнял упражнения под контролем бойца, но стоило только отвернуться и дать парнишке самостоятельное задание, тот начинал считать ворон, ковырять в носу, откровенно халтурить. Если бы в доступе был телефон – залип бы в нём безвозвратно, но Артём строго очертил главное правило: никаких телефонов на тренировке, это отвлекает, это нарушает методику и промежутки отдыха между подходами. После пары таких попыток гвардеец бросил это насилие над ребёнком: ну видно же, что тот всё делает из-под палки в зале, тренажёры, упражнения и боксёрский мешок ему абсолютно чужды. Артём понимал и осознавал, что каждому своё, у каждого свои стремления, интересы и приоритеты. Сам он, пребывая в постоянном тренировочном, а то и боевом режиме, с самого детства, представить себе не мог, как это – жить без регулярных тренировок. У него уже через пару недель бездействия начинало всё ныть, там болеть, тут стрелять, тело просило нагрузки, умоляло, требовало, кричало от безысходности.
Ещё одну попытку предпринял Артём, захватив с собою Эдгара в клуб реконструкторов. Если не обычные тренировки, то, возможно, воинская атмосфера и романтика прошлого, мечи-щиты-кольчуги будут более интересны мальчику, – резонно думал боец. Ведь сам Артём в детстве много играл с солдатиками, с пацанами они вырезали деревянные мечи, сооружали луки со стрелами. И играли, делясь на кланы и противоборствующие стороны. Это было так захватывающе и интересно! Артём даже попросил вырезать деревянный меч у Михалыча, что тот охотно и сделал. Получилось очень красиво, Магнус расстарался: он вырезал не обычный меч эпохи викингов, а меч, какой был у Торина Дубощита[17 - Торин Дубощит – гном, один из главных персонажей повести Дж. Р. Толкиена «Хоббит, или туда и обратно».]. Односторонняя заточка, прямой клинок, небольшая гарда, рукоятку кузнец обмотал тонкой полоской кожи, по клинку выжег эльфийскую вязь и написал имя Эдгара рунами. У меча даже были ножны на подвесе, чтобы можно было носить его за спиной.
И задумка сработала, на какое-то время. на совсем короткое время – минут на двадцать. Сначала Эдгар искренне обрадовался красивому мечу, удивился, что он сделан вручную этими самыми руками Михалыча. Потом отбежал в сторону, неумело махая клинком и поражая воображаемых врагов. Артём даже успел обрадоваться, но вскоре Эдгар сидел на скамейке, блуждая скучающим взглядом по тренирующимся потным реконструкторам. Артём тяжко вздохнул и присел рядом с мальчиком.
– Скучно, Эдгар?
– Хотел бы я соврать, но не буду, Артемий. Скучновато.
– Видимо, не совсем это всё твоё… А что же тебе интересно, Эдгар? Расскажи, что же будит в тебе горячий интерес, дикую страсть?
– Я люблю читать фантастику и фэнтези, в большей степени даже научную фантастику. Когда я погружаюсь в книгу, я будто лечу с мыслью автора в далёкое будущее, которое уже наступило для него и для меня, как читателя. Там открываются возможности и сила человеческого интеллекта, который со временем покорит звёзды и другие галактики. Фэнтези тоже интересно, но это сродни сказке, потому что магии не существует. Ну, и физика мне нравится, при решении задач я улетаю в лабиринт с полосой препятствий, где продумываю ходы, ищу решения, применяю стратегию и тактику для достижения успеха и конечной цели.
– Учёный ты, и быть тебе учёным, – с грустным смехом констатировал Артём. – И это не плохо, в этом направлении ты вообще молодец!
Гвардеец взглянул в синие глаза мальчика:
– А регулярные физические упражнения… Думаю, однажды ты сам до этого дойдёшь, почувствуешь необходимость.
Уже дома по возвращению Артём крепко обнял Василису, поцеловал долгим поцелуем и признался:
– Я выбрасываю белый флаг в борьбе с Эдгаром, неинтересны ему ни тренировки, ни фехтование мечом. Меч, кстати, обалденный получился. Думаю, Эдгар сам сейчас похвастается.
Василиса мягко ответила:
– Ничего, дорогой, я предвидела такой ход развития событий. Я и сама долгое время старалась привить Эдгару любовь к спорту, но ты хотя бы попытался, и я очень тебе за это благодарна.
– Да, просто он другой – он учёный, и его воображение далеко в будущем. Кто знает, может быть, он изобретёт что-то полезное для человечества?..
– Не сомневаюсь в этом.
– Мама, мама! Смотри, какой меч мне дядя Магнус сделал! – Эдгар вбежал на кухню к взрослым с мечом в одной руке и ножнами в другой. – Он и ножны сделал!
Василиса порадовалась мечу, порадовалась ликованию и восторгу сына. Всё-таки он ребёнок, хоть и не по годам взрослый и мудрый, и пока в нём ещё жива эта мальчишеская способность к удивлению и умение радоваться волшебным вещам. А деревянный резной меч с эльфийскими надписями – в десять лет это чудо расчудесное. И Артём радовался, вспоминая себя в отроческом возрасте. Василиса приобняла сына, а Артём обнял их обоих.
Вот тут можно и остановиться. И написать, что три человека, три судьбы сплелись воедино, стали одной дружной семьёй. Эдгар обрёл нового отца, Василиса – мужа, а Артём получил семью, жену и сына как награду за долгое терпение и мечты о спокойной мирной жизни в течение многих лет. И стали они жить-поживать, да добра наживать, как говорится в детских добрых сказках…
Только вот старые сказки, что мы знали в детстве – огрызки настоящих сказок, которые приучали детей с малых лет к борьбе с жестоким миром, показывали истинное лицо хищников, что нас окружают всегда и всюду на протяжении всей жизни. Старые настоящие сказки адаптировали в угоду гуманизма и заботе о хрупкой детской психике. Только не совсем ясно, какие же цели преследовали те, кто изменял сюжет древних легенд и сказаний: то ли действительно пеклись о нервах детишек, то ли злонамеренно выращивали новое изнеженное поколение детей, которым надевали на глаза шоры и убеждали, что мир населён прекрасными розовыми пони, девочки не пукают, на земле нет зла, люди добрые и никогда не умирают. А умирают только злые. «Добро всегда побеждает зло», «хэппи-энд неизбежен» и «всё будет хорошо!» – три основные мантры-девизы современного человечества, воспитанного в эру гуманизма.
А в сказках, легендах, мифах, что несли истинные крупицы знания, показывалась реальная жизнь, как она бывает. Реальная жизнь раскрывается в том, что злые часто убивают добрых, добрый не всегда оказывается таковым, жизнь плющит и размазывает людей по поверхности, король оказывается конченым мудаком и отдаёт дочку-принцессу людоеду просто по глупому обещанию. Королева приносит в жертву своего мужа, чтобы исцелиться от бесплодия и зачать от дракона – ей срать на мужа, она хочет размножаться. Провинившихся детишек аналог Йольского козла – Крампус – приходит и сжирает. Плохим девочкам отрубают ноги, чтобы хорошо себя вели – как в сказке доброго автора Х. К. Андерсена «Красные башмачки». Всем известна «Спящая красавица», где проезжающий мимо спящей принцессы король просто поимел её, тот ещё некрофил. В «Красной шапочке» волк-оборотень сначала трахнул Шапочку, а потом съел. В «Белоснежке и семи гномах» злую королеву в самом конце за её пакости заставляют танцевать в раскалённых туфлях до смерти. Жизнь – она непредсказуема и непостижима, и в ней может быть достаточно зверств и страданий, чего старые сказки в адаптированном варианте старательно скрывали, вселяя вечную ложную надежду на исключительно прекрасный финал.
Наша сказка ближе к настоящей жизни.
***
В один прекрасный день Артём пришёл со смены в начале десятого утра, а службу он заканчивал в восемь. С базы ОМОНа из Строгино дорога до дома занимала час – час с небольшим. Эдгар в школе в учебном лагере, любимая на работе, Артём отключил звуки на всех гаджетах и лёг отсыпаться. На дворе был конец июня. Почти весь месяц Эдгар был на каникулах, а потом продолжил факультативную учёбу в летнем лагере на базе своей же школы. Там они уже углубленно изучали физику, математику, их частные разделы и дочерние дисциплины. Для родителей подобный учебный лагерь – удобная вещь, дети под надзором, развиваются, постигают продвинутый уровень интересных для них предметов, там же и обед с полдником были предусмотрены – растущие организмы требуют много пищи. Потому мальчик продолжил грызть гранит науки и летом. Для Артёма это было бы подобно каторге, а юному грамотею нравилось, одним словом – вундеркинд.
В этот прекрасный день боец хорошо выспался, вкусно поел – Василиса вчера приготовила умопомрачительные отбивные, доехал до «Риддара», помахал немного мечом. А вечером добрался до зала, где замечательно потренировался, обратно они возвращались уже вместе с Василисой. День прошёл на «отлично». И настроение играло, настраивая на очередной эксперимент. Гвардеец достал пакетики с волшебными травами, начал приготавливать настой. Василиса с некоторым недоверием и тревогой смотрела на этот процесс.