
Полная версия:
Индийский поход
– Что и задумали – корчевать… По крайней мере главный корень надо выдернуть.
С этими словами Василий Васильевич выхватив нож, нанес быстрый удар в сердце пленника.
При этом он ничего не почувствовал в момент убийства, хотя вселенец никогда вот так лично никого не убивал. Зато это делал реципиент и видимо слияние сознаний все-таки произошло.
Василий об этом начал догадываться еще в тот момент, когда встретился с отцом и дедом, потому как ощущал по отношению к ним то, что должен ощущать любящий сын и внук. В общем относился к ним, не как к чужим людям, коими для вселенца они по сути являлись.
– И это даже хорошо… – двусмысленно произнес он и добавил: – что этих тварей так много.
– Чем же? – удивленно спросил граф.
– Хабара больше будет, а денежки нам очень пригодятся. Так что, как говорится, кто нам мешает, тот нам и поможет, хе-хе…
Освобожденное от ценностей тело Валериана Зубова бросили с моста. Шум от его убийства «в конец обнаглевшими» татями в столице поднялся знатный. А уж какая движуха началась! Бегала полиция, бегали военные, перетряхнули разбойное дно Петербурга и даже кого-то поймали. Ну и как водится, для прикрытия своих нежных седалищных мест, дабы не лишиться и места на котором сидят, назначили виноватых, так что спустя недельку все успокоилось.
Тем более что в конце октября появилась другая новость, взбудоражившая высший свет и от которой буквально лихорадило двор. Англичане еще в начале сентября высадились на Мальту. Надо ли говорить как негодовал Павел Первый являвшийся с 1796 года великим магистром Мальтийского ордена. Как ответное действие российский император решил создать союз против англичан с Пруссией, Швецией и Данией.
2Шестого ноября Федор Петрович Денисов неожиданно получил приглашение прибыть во дворец на аудиенцию к императору.
– Чего хотел? – спросил Василий Васильевич после того, как граф вернулся.
– Назначил меня шефом лейб-казачьего полка, – даже как-то растерянно ответил граф Денисов.
– Чего это?
– А бог его знает, – пожал тот плечами. – Но завтра снова надо идти во дворец, и вы вместе со мной.
– Зачем?
– Да пока император снова мне благоволит, бог ведь знает на сколько это расположение затянется, может уже через неделю снова в опалу попаду, так я обратился к нему с дозволением передать тебе графский титул. Благо ты в столице, вот он и решил это сделать лично.
– Понятно. И спасибо дед, – обнял графа Василий Васильевич.
– И я тебя благодарю, Федор Петрович, – вслед за сыном обнял графа Василий Петрович.
– Да чего уж там… – растрогался обычно смурной граф Денисов.
И вот аудиенция у императора, что решил лично посмотреть на Василия Васильевича Орлова. Ну да, ни телевизора, ни интернета, так что развлекались встречами.
– Граф Денисов, обратился ко мне с просьбой передать вам Василий Васильевич, своему внуку, графский титул по причине отсутствия прямых потомков мужского пола, и я решил эту просьбу удовлетворить. Теперь вы граф Орлов-Денисов.
– Благодарю, ваше императорское величество!
– Не посрамите, оказанное вам доверие и высокий титул.
– Не посрамлю, ваше императорское величество и буду достойным своего дела.
– Я в этом не сомневаюсь. Вы недавно прибыли с польской границы?
– Так точно, ваше императорское величество.
– И как там обстановка?
– Пока спокойная, ваше императорское величество.
– Пока? – удивился Павел Первый и с озабоченным видом спросил: – Что вы имеете ввиду?
– Это же поляки, ваше императорское величество, – усмехнулся новоиспеченный граф Орлов-Денисов. – Бунтарство у них в крови. Долго находиться в состоянии покоя они не в состоянии. Не сегодня так завтра снова бунтовать начнут. Не будет повода, так они сами его придумают!
– Ах, в этом смысле! – засмеялся император. – А вы шутник! Но вы правы граф, крайне неспокойные подданные…
– Ваше императорское величество, позвольте в качестве благодарности за ваше к нам расположение подарить ружье моей конструкции.
– Ружье! Это интересно! – явно заинтересовался Павел Первый, что неудивительно с его любовью к «игре в солдатики». – Вы еще и оружейный новатор, полковник.
– Есть немного, ваше императорское величество. Очень уж меня эта низкая скорострельность угнетает, прямо-таки убивает. Вот и решил немного модернизировать…
– Где же оно?!
– Прикажите впустить моего казачка, ваше императорское величество, или лучше давайте сами выйдем во двор, я объясню его конструкцию и заодно проведем стрельбы.
– Конечно идем!
Василий Васильевич прекрасно осознавая, что его идею с ружьем-переломкой быстро слямзят все кому не лень, решил сделать более сложную и ущербную конструкцию, а именно ружье Холла, одна из вариаций с откидным «бруском-казенником», такая схема сложнее конструктивно и в производстве из-за высокой точности подгонки деталей. При этом ружье было сделано с еще кремниевым замком. Раньше времени раскрывать капсюльный способ запала он не собирался, дескать сюрприз будет.
Вот это ружье и решил он «засветить», заставив воров отвлечься и уже не так внимательно приглядываться к тому, что будет делать сам Василий Орлов, дескать, что он еще может делать, как не то, что у него же и украли?
Опять же, подарок обеспечивал Орловым еще большее расположение со стороны императора, что совсем не лишнее. Кроме того, это давало Василию оказаться с императором наедине, без свидетелей-слуг и сановников. А требовалось это ему для своих манипуляций.
За казаком с подарком послали слугу и тот принес кофр с ружьем.
– Вот, ваше императорское величество, – стал показывать оружие Василий Васильевич, начав играть голосом и бликовать перстнем задавая ритм. – С целью увеличения скорострельности, я придумал вот такую штуку – откидной затвор. Скусываем заранее подготовленный бумажный патрон, сыпем на полку, закрываем, откидываем затвор и ссыпаем туда оставшееся и приминаем пулю пальцем, после чего возвращаем затвор и фиксируем рычажком. Можно стрелять.
Никто из стоявших в отдалении не заметил небольшую всего с минуту заминку-паузу.
Но даже этого Орлову-Денисову хватило с лихвой, чтобы сделать небольшую закладку в мозгах императора. Ничего серьезного, просто небольшой акцент на одно имя, дескать это лучшая кандидатура на пост вице-премьера. Павел Петрович оказался на удивление легко вводим в состояние гипноза и внушаем. Просто удивительно, как в нем совмещалась эта подозрительность и одновременно доверчивость из-за чего им крутили все кому не лень, те же Панин с Паленом.
– О! Это действительно повысит скорострельность в разы! Стреляйте, граф!
– Слушаюсь, ваше императорское величество!
Мишень действительно была подготовлена и Василий Васильевич в нее пальнул.
– А теперь дайте я!
– Ваше императорское величество…
Василий Орлов передал ружье императору и тот расстрелял десять зарядов, все что было подготовлено. Снаряжал ружье он при этом довольно сноровисто. Пули кстати использовались круглые. Тоже ни к чему раньше времени светить конструкцию Минье.
– Великолепно! Я очень доволен вами граф! Такая новация в оружейном деле, сделает нашу армию много сильнее и это заслуживает серьезной награды. Произвожу вас в генерал-майоры! А так же за заслуги перед отечеством награждаю орденом святого Иоанна Иерусалимского третьей степени!
Но тут император явно смутился, ведь по меньшей мере странно награждать кого-то этим орденом иначе Мальтийским крестом, его «любимой» наградой, когда Мальта захвачена врагом, и уже чуть сварливо добавил:
– Да… глупо будет… Тогда орденом Святого Александра Невского.
– Служу отечеству и престолу, ваше императорское величество!
3– Пора начинать вторую часть Марлезонского балета, – сказал Василий Васильевич, натягивая на лицо мешок с прорезями для глаз.
С момента аудиенции у императора прошло пять дней. Как водится награды и чины как следует обмыли.
Такие же маски напялили на себя еще пять человек, что шли с ним на дело.
Полковник решил атаковать ни много ни мало, как английское посольство.
На лодке они догребли до здания и пристав к берегу, они подхватили два специальных трапа-тарана и устремились к своей цели. Быстро взбежали по крутому берегу, перебежали пустую дорогу и бойцы обрушили трапы-тараны на окна, буквально вминая их внутрь.
Василий Орлов стремительно взбежал по получившемуся мостку, а вслед за ним и остальные его люди после чего началось натуральное избиение всех кто попадался им под руку тяжёлыми дубинками от которых несчастные падали с тяжелыми травмами с переломанными руками, ключицами или черепами. Никого жалеть атакующие не собирались.
– Где обитает посол?! – приставив нож к глазу какому-то слуге, спросил Василий Васильевич.
Ничто так не пугает человека как как холодная сталь ощущаемая кожей.
– Т-там… на втором этаже…
– Веди! Прошка! Прикрывай!
Выскочив в коридор из комнаты в которую попал полковник, он толкая трясущегося от страха слугу перед собой держа его за шиворот, устремился к лестнице ведущей на второй этаж.
Остальные казаки продолжали зачистку весьма немаленького здания, калеча слуг и посольских служащих.
Надо отдать должное, Уитворт оказался не робкого десятка и облаченный в халат выскочил из своей комнаты вооружённый пистолетом и шпагой. Кроме того рядом с ним оказалось двое слуг, так же вооруженных пистолетами.
Кто-то из них выстрелил и тело слуги вздрогнуло, тут же превратившись в тяжелый безвольный мешок. Но Василий удержал его, продолжая использовать как щит.
Пш-ш… Бах!
Еще один выстрел, уже практически вслепую сквозь пороховое задымление от первого.
Телохранители посла, отбросив пистолеты и обнажив короткие клинки бросились в атаку.
– Теперь моя очередь стрелять!
Бах! Бах!
Самодельный револьвер не подвел и телохранители один за другим рухнули на пол, при этом один из них покатился по лестнице под ноги полковника.
Пш-ш… Бах!
Прозвучал третий выстрел со стороны обороняющихся. То есть стрелял уже сам посол Уитворт, но промазал. Задержка перед выстрелом из-за воспламенения пороха на полке дает несколько мгновений для того, чтобы уйти с линии огня.
Отбросив ставшее ненужным тело, Василий Орлов преодолел последние ступеньки до второго этажа. Посол же не стал испытывать судьбу и задал стрекача, попытавшись скрыться в своей спальне.
– Не так быстро!
Василий Васильевич мощным ударом ноги выбил едва закрывшуюся перед его носом дверь. И тут же ушел в сторону, чтобы не быть пронзенный шпагой. Вообще-то под одеждой имелась хорошая кольчуга, но зачем рисковать, тем более что удар мог прийтись в лицо.
Бах! Бах!
Еще два выстрела из револьвера поставили точку в так и не начавшейся толком схватке.
Одна пуля попала в цель и посол с криком боли рухнул на пол, зажимая рану на ноге руками.
– Прошка, займись им!
Казак протиснулся вперед и откинув подальше шпагу, быстро перетянул рану Уитворта специально приготовленной для такого случая веревкой, останавливая кровотечение. Так же он связал ему ноги и руки, полностью обездвижив.
Бах!
Орлов выпустил последнюю пулю из своего револьвера в какого-то типа и быстро сменил барабан.
– Готово!
Прохор оставив посла, вновь вернулся к дверям, чтобы прикрывать своего командира.
– Ну вот, теперь поговорим…
– Кто ты такой, черт тебя подери?!
– Вопрос неправильный и бессмысленный, тем более что вопросы буду задавать я, а вы – отвечать.
– Я вам ничего не скажу!
– Ну это мы сейчас посмотрим…
Василий достал несколько игл из кожаного футлярчика и присев рядом с послом начал втыкать их в болевые точки.
– А-а-а!!!
Орлов вынул пыточный инструмент из тела Уитворта.
– Ну что, продолжим веселье или ответите на пару вопросов.
– Что ты хочешь знать, варвар!
– О, немного, для начала, где тайник с деньгами?
И не дожидаясь ответа Василий снова всадил иглу в тело посла.
– А-а-а!!! Я с-скжу-у-у!!! Тайник в подвале-е-е!!!
– Лучше покажи, а то мало ли…
Казаки тем временем закончили зачистку здания и теперь создавали картину хаоса, круша что под руку попадется, переворачивая столы, шкафы гребя при этом все мало-мальски ценное.
Спустились в подвал.
– Здесь… за панелью…
– Сюрпризы буду?
– Нет-нет! – быстро ответил посол стоило только ему увидеть почувствовать прикосновение иголки.
– Прошка…
Казак отколупал несколько досок кинжалом и за ними показалась железная дверца сейфа.
– Его открывай сам…
Посол открыл. Сюрпризов в виде какой-нибудь взрывающейся ловушки или там вылетающей ядовитого дротика, действительно не оказалось. Внутри сейфа разделенного на три части по высоте, лежали ценности. В самом низу ясно дело деньги в монетах, золото и серебро лежащее в кожаных мешочках. На средней полке лежали бумажные деньги, а на верхней какие-то бумаги.
– Это все?
– Д-да…
Василий всадил иглу.
– Да-а-а!!!
– Точно?!
– Да-а-а!!!
– Теперь верю.
Вынув иглу Орлов схватил нож и нанес несколько ударов печень.
Сейф был быстро очищен от всего содержимого в заранее прихваченные мешки.
– Уходим!
Прохор продублировал приказ условным свистом от которого зазвенело в ушах, и казаки шурудившие в разных концах дома поспешили назад, таща всякое ценное барахло в своих мешках, в основном посуду и подсвечники.
Когда налетчики садились в лодку, из окон английского посольства уже вырывалось пламя. Понятно, что следовало по возможности скрыть все свои следы, а ничто так не скрывает их как пожар, вот бросили уходя по бутылке с маслом.
Вся операция заняла меньше десяти минут.
Но этот пожар был не единственным в эту ночь.
Вместе с Василием Васильевичем с ним на пару работал его отец, так что почти одновременно полыхнул особняк вице-канцлера Никиты Петровича Панина.
Спустя час полыхнули дома Палена Петра Алексеевича и Иосифа Михайловича де Рибаса, хоть тот и был уже сильно болен и долго все равно бы не протянул, но и богат этот испанец, основатель Одессы, обладал немалым, что и решило дело.
В одну ночь была ликвидирована почти вся верхушка заговора.
В принципе можно было еще парочку заговорщиков прижать к ногтю, времени до утра оставалось еще много, но как говорится, лучшее враг хорошего. Возрастали риски осмысленного сопротивления «раскулачиваемых», ведь пожары уже полыхали вовсю, новости о них распространяются очень быстро, тем более что все влиятельные люди живут недалеко друг от друга. Да и на выручку могут прийти услышав стрельбу.
В общем еще немало заговорщиков, но одномоментно лишившись локомотива они невольно притихнут, гадая, что это собственно произошло и кто за этим стоит. А то и вовсе, заподозрив во всем императора и посчитав, что они следующие, побегут во все стороны как тараканы из-под тапка.
– А мы этому активно поспособствуем… – недобро усмехнулся Василий Васильевич.
4Пожары в эти времена штука весьма пакостная, так что о них император узнал еще рано утром. То, что запылали сразу четыре дома было очень подозрительным, тем более когда стало ясно, чьи именно дома горят.
– Вызнай о случившемся все досконально! – потребовал Павел Первый у вызванного генерал-прокурора Обольянинова Петра Хрисанфовича.
– Слушаюсь, ваше императорское величество!
Прошло несколько часов и вот генерал-прокурор снова появился в императорском дворце.
– Говори!
– Ваше императорское величество, первым в два часа ночи загорелось английское посольство, а так же дом вице-премьера Панина. Через полчаса вспыхнули дома Палена и де Рибаса…
– Что с ними?! Почему они не здесь?!
– Ваше императорское величество…
– Ну?!!
– Они мертвы, ваше императорское величество… Как и английский посол.
– Что?! Мертвы?!!
– Так точно, ваше императорское величество. Даже из дворни никто не спасся…
– Почему?!
– Подозреваю убийство, ваше императорское величество.
– Убийство?! Кто посмел?!! Кто?!! – топая ногами и брызгая слюной, орал он на стоящего перед ним навытяжку генерал-прокурора.
Петр Обольянинов лишь продолжая тянуться, молчал.
– Найди их! Слышишь?! Найди этих татей!!! Сделай все возможное и невозможное, но найди!!!
– Слушаюсь, ваше императорское величество! Приложу для этого все силы!
– Прочь! Ищи их и не возвращайся пока не найдешь!!!
Генерал-прокурор поспешно удалился, а разгневанный император еще некоторое время истерично побушевав, выдохся и без сил рухнул в кресло.
– Кто это сделал?.. Кто?.. Кому выгодно?..
Но как бы он ни пытался ответить на этот вопрос, ничего не получалось.
Политический пасьянс не складывался.
Кто-то через убийство посла хочет окончательно рассорить Россию с Англией, лишив даже тени на примирение?
Вполне возможно.
Убийство высших сановников в эту канву тоже хорошо ложится. Павел Первый хоть и был сумасбродом, но все же далеко не клиническим идиотом, как об этом принято думать и знал, что Панин и Пален, как и многие другие сановники являлись англофилами.
«Французы? – вычленил он явных подозреваемых. – Слишком явно… словно их хотят подставить под удар. Опять же очень грубо сработано. Но кто? Сами англичане? Они хотят рассорить с франками, чтобы не допустить союза и для этого убили своего посла?»
Поверить в такое было трудно. Особенно это было тяжело «благородному рыцарю», коим считал себя император и переносил эту рыцарственность на всех, кто являлся носителем «голубой» крови. Оттого сильно негодовал и обижался, когда с ним поступали не по-рыцарски, как например австрийцы и те же англичане. Расставаться со своими иллюзиями вообще очень неприятно.
– Какая-то третья сторона? Но кто?!
«Или все-таки французы? – снова с подозрением подумал он. – А что до того, что так явно и грубо, так как раз в расчете на то, что это будет взято во внимание и сбросит с них подозрение…»
Павел первый застонал и схватился руками за голову, почувствовав, как от этих размышлений у него началась жестокая мигрень.
Все было слишком запутано.
– И что подумают в Европе?
От последней мысли императору стало совсем плохо. О том, как к нему относятся он был прекрасно осведомлен, чего только стоит перлюстрированное письмо того же посла Уитворта, где он писал, что российский император безумен из-за чего чуть не стал персоной нон-грата, но потом все же императора отговорили от высылки английского дипломата.
Немного придя в себя, император задался новыми вопросами.
– И кого теперь делать вице-канцлером и губернатором?
Идей не было. Павел Первый почти никому не доверял, разве что по-собачьи преданного Обольянинову, всех подозревая если не в измене, то в недостаточной преданности. А чему удивляться если он изначально рос в нездоровой обстановке, когда собственная мать не хотела делать его своим наследником, а передать трон внуку Александру. Кого такое оставит равнодушным? Да и потом продолжили нагнетать нервическую атмосферу. Ему фактически целенаправленно расшатывали психику, дабы на фоне параноидальной подозрительности сделать зависимым. Своего в итоге добились, даже несколько перестарались.
– Державин разве что? – неожиданно подумал император, в голове словно щелкнуло и появилось облегчение. – Да, достойный муж и патриот отечества… А губернатором кого?
Но на эту тему он думать не стал, не так уж и принципиально. Опять же начала усиливаться проклятая мигрень.
5Генри Эддингтон премьер-министр Соединенного королевства вошел с регулярным докладом в кабинет Георга Августа Фредерика, выполнявшего роль регента при своем отце – сошедшего с ума короля Георга Третьего.
– Ваше высочество… – поклонился премьер-министр.
– Итак Генри, что там происходит в этой дикой Московии? Погиб наш посол…
– Это было убийством, ваше высочество.
– Это точно?! – воскликнул принц и даже вскочил с кресла.
– Вне всякого сомнения, ваше высочество. Тело лорда Уитворта было опознано среди прочих и тщательно обследовано нашими докторами. На его теле имелось несомненно ножевое ранение в области печени. Кроме того, остальные работники посольства так же пострадали от пулевых ран и переломов. Тайник был пуст.
– Грабители?
– Скорее сработали под грабителей, ваше высочество.
– Вот как? С чего именно такое мнение?
– Одновременно с нашим послом были убиты высшие сановники этой Тартарии, ваше высочество.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов