Любовь Юхура

Где бы Юхур ни воевал, он не забывал свою Посланнэ. Парень стрелял, уничтожал врагов – и всё ради скорейшего возвращения домой, к любимой девушке.

Немцы то отступали, то яростно наступали вновь. Юхур терял близких друзей и однополчан, но вставал, как все, и шёл в бой.

В короткие промежутки отдыха парень садился возле кустика или пригорка и пел на родном языке молитвы, обращённые к Золотому Великому Тураму:

– Ешак Турам, дай увидеться с девушкой, чьё сердце уже стало моим! Пусть в сырой земле фашисты лежат, а не мои друзья! Мне бы только одним глазком взглянуть на Посланнэ! Ешак Турам, дай возможность мне вернуться домой!

Ещё в начале войны, в перерывах между боями, он пел – и не только молитвы, но и старинные легенды родной земли. Бойцы внимательно слушали. Юхур с детства знал: если ты поёшь, дверь в твоё сердце всегда открыта, потому вместо пустых разговоров с товарищами по оружию после боя дышал песней.

Юхур прислушивался и к русским песням, к дружным напевам однополчан, запоминал слова. Вскоре его бархатный голос звучал в землянке и на русском языке.

Любили бойцы послушать его «Синий платочек». Незатейливые слова уверенно вплетались в мелодию, а хрипотца в голосе придавала песне особую трогательность.

Для Юхура эта песня была обращением к Посланнэ.

Синенький скромный платочекПадал с опущенных плеч.Ты говорила, что не забудешьЛасковых, радостных встреч.

Когда сослуживцы с тоской выводили «В землянке», Юхур смело подхватывал песню – она тоже была про его любимую:

Бьётся в тесной печурке огонь,На поленьях смола, как слеза.И поёт мне в землянке гармоньПро улыбку твою и глаза.

Юхур пел и плакал. В песнях была грусть по дому, его любовь и молитва о Посланнэ.

Только никто не знал боль его души: бедняку отказали в главном – жениться на любимой.

Егор шёл с друзьями по военным дорогам Калининского, Сталинградского, Донского, Юго-Западного и I Украинского фронтов. Участвовал в Сталинградской битве, сражался на Курской дуге, был в боях на территории Украины, видел Киев. Участвовал в освобождении Харькова и Бердичева. В составе своего боевого соединения дошёл до предгорий Карпат. Иногда его посылали стрелком-снайпером. И так – год за годом.

16 августа 1943 года Егора ранили вновь – уже в третий раз. Его наградили медалями «За отвагу», «За оборону Ленинграда», благодарностями от командования. Эти награды были его единственным богатством.

Молодой солдат надеялся, что боевые заслуги оценят отец и брат любимой. Богатство, заработанное кровью… Писать он не умел. Адрес «Оволынгорт» ни о чём не говорил однополчанам, и письмо, написанное товарищем, затерялось.

* * *

Быстроногий охотник научился чуять пулю, но однажды ему не повезло. Острая боль пронзила бедро. Он пытался бежать, целясь во врага, но что-то липкое стекало по ноге.

В глазах помутилось. Юхур рухнул вниз лицом, уткнувшись в землю, словно целовал её. Штанина всё больше промокала от бурой крови, которая капля за каплей уходила в тело Матери-Земли.

Где-то прогремел взрыв. Земля содрогнулась от ужаса, поднялась клубами и осыпалась, укрыв раненого солдата, точно спасая его.

Официальные документы говорят: 24 апреля 1944 года Егор получил тяжёлое ранение обеих ног.

Очнувшись, понял, что лежит среди погибших бойцов. Пошевелил руками – целы. Ног не чувствовал. Рядом лежал Кущьта, земляк с Оби. Совсем недавно они встретились на фронтовых дорогах, говорили на родном языке, пели.

Теперь парень был мёртв.

– Прости меня, лухсэм (друг). Если останусь жив, встречу твоих родных, передам, что вы все пали смертью храбрых…

Оглядевшись, Юхур увидел санитарную машину. Его никто не заметил.

Тогда он сам пополз к спасителям.

Когда дополз, машина уже была полна ранеными. Но Юхур из последних сил вцепился руками в колёса. «Второй раз машина может не вернуться. Тогда я истеку кровью и больше никогда не увижу Посланнэ…»

Больше Юхур ничего не помнил. Кто-то подтянул его до кузова, и парень свалился на тела других солдат.

Глава 6

Тяжёлый труд

Посланнэ трудилась в тылу. Просилась у брата-бригадира на самые трудные работы – на те самые «боевые участки», как Яйе называл их на колхозных собраниях.

Весной в коровнике закончилось сено. Остались только засушенные в летнюю пору веники тальника. Для своих семей сена хватало, в августе успела достаточно накосить корма и семья бригадира. Если пойти по домам, придётся просить сено и у отца, а значит, навлечь на себя гнев Микун-ики. На такое Яйе не мог пойти.

Но если колхозные коровы погибнут, к ответственности привлекут не только начальство, но и всех колхозников.

И бригадир принял решение.

– Тальник будем рубить! – сказал он женщинам на собрании. – Скоро ворона прилетит, тепло в апреле будет. Почки на деревьях уже набухают, будет чем кормить коров.

С утра колхозницы отправились на заготовки веток. Посланнэ хоть и была обижена на брата за то, что они с отцом отказали сватам Юхура, но первой вышла за тальником.

Увидев её у коровника, Яйе буквально прошипел:

– Ты чего тут стоишь? – И уже тише: – Снег рыхлый, к вечеру будешь вся мокрая!

Посланнэ ничего не ответила. Теперь-то она точно пойдёт.

По утреннему насту женщины легко добрались до островка за протокой. До обеда работали спокойно, радовались тёплому солнцу. Наст держал худеньких работниц поверх снега.

После обеда то тут, то там стали раздаваться вскрики:

– Вытащите меня!

Солнце растопило наст, и вокруг деревьев снег стал мягким, образуя ямы. Раз за разом колхозницы проваливались в снег, и выбраться было тяжело. Но план бригадир расписал каждой – и надо выполнять.

Посланнэ раскопала вокруг деревьев круговые ямы, однако это не спасало. К середине дня девушка очистила от веток десяток тальниковых деревьев, но была мокрой уже по пояс, а в раскисших кисах хлюпала вода.

К вечеру к острову по талому снегу на лыжах перебрался бригадир. Привёз на нарточках лыжи, выпрошенные в деревне. Увидев, в каком состоянии женщины, приказал срочно возвращаться.

Переправа через протоку стала сложнее – даже на лыжах. Яйе снял лыжи и протянул их Посланнэ, но она даже не взглянула.

Брат, время от времени проваливаясь в снег, выбирался из протоки по-пластунски. Посланнэ, пройдя несколько шагов, оказалась в ловушке снежной ямы, но кое-как выкарабкалась и поползла за женщинами.

Ветерок обдувал мокрую одежду, холод проникал в каждую клеточку тела. Мозг словно застыл. Посланнэ думала лишь об одном: мать, наверное, сейчас топит печь, ждёт её. Девушка мечтала, как быстро переоденется – и в постель.

Они вернулись в деревню вечером. Сил снять промокшее не было, но нужно было спасать лёгкие меховые сах – ведь это было самым дорогим, что у них было.

Всю ночь женщины мяли, сушили, переворачивали наизнанку свои кисы и сах над печкой. Если просто повесить сушить, мездра засохнет, кожа стянется, и вряд ли после этого одежду можно будет носить.

К утру одежда и обувь были почти спасены, а колхозницы без сна продолжили работу.

Едва отойдя от ужасов вчерашнего дня, они вереницей, на расстоянии метра друг от друга, двинулись за протоку. На этот раз бригадир предупредил:

– Работаем до обеда. Как только солнце начнёт припекать, возвращаемся домой.

Коров колхозницы спасли от голодной смерти. Сами, к удивлению бригадира, не заболели.

– Время трудное, война, – сказал Яйе, – спасать надо коров. А мы потом, после войны, отдохнём. Вашим мужьям на фронте ещё сложнее – они каждый день ходят под пулями.

И жёны, матери шли на самые тяжёлые работы.

– Пусть мы проваливаемся в снег, мёрзнем, – не страшно. Лишь бы наши родные вернулись с фронта живыми, – говорили они.

Посланнэ работала молча. «Мне и моим подружкам легче, – рассуждала она. – Детей нет, не просят есть, как у других. Одежду мама высушила, а мне оставалось после горячего чая нырнуть под тёплую ягушку. Я могу мёрзнуть, гореть в огне, работать без отдыха для фронта – лишь бы вернулся на родную землю самый для меня важный человек в этом мире. Я знаю, он вернётся! Мы встретимся!» – шептала девушка, как молитву.

Брата Посланнэ продолжала не замечать. С отцом тоже не разговаривала.

Глава 7

Возвращение

Юхур лечился в военном госпитале города Лысьвы Молотовской области (ныне Пермский край). Второго августа 1944 года его демобилизовали по ранению.

Из госпиталя вместе с земляком Марком он добирался до Омска.

Когда высадились из товарного поезда, Марк закричал:

– Юхур! Чуешь?.. Река! Чистой водой пахнет, не кровью!

– Да, да! Рыбой пахнет! Свежо как!

Товарищи заковыляли к воде: оба на костылях, а Марк ещё и с перебинтованной спиной. По нему, когда он бросал гранату, прошёл танк, но парень чудом остался жив, и даже позвоночник лишь слегка повреждён.

Бесчисленные невидимые частички воды щекотали ноздри, вызывая крупные слёзы у огрубевших, застывших от радости парней. Они нетерпеливо подставляли лица встречному ветру. Юхур широкой ладонью смахивал с заострившихся скул светлые капли.

Выбравшись на берег из-за многоэтажных домов, увидели голубые воды реки. Упав на колени, припали к ней губами – то ли пили, то ли целовали.

– Вуща ула… Здравствуй, кормилица! Какая же ты красивая, широкая, вольная… – шептал Юхур, касаясь губами прозрачных струй, стекавших с ладоней.

Руки солдата, за долгие три года привыкшие держать оружие, окунулись в сладостные объятия реки.

– Какое счастье! Какая сладость!

Вода утекала сквозь пальцы, не задерживаясь, торопясь, маня друзей на родину, туда, где их ждали матери, любимые, родные. Они пригоршнями набирали речную влагу и осторожно, с благоговением омывали тёмные, закопчённые лица, стирая кровь и порох войны.

Смоется ли кровь их друзей, которых они на своих плечах вытаскивали с гиблых полей сражений?..

С огромным трудом поднялся Юхур на ноги. Друг неуклюже помог ему.

В городе в ожидании парохода солдаты увидели в магазине муксуна – свежего, жирного. Он будто просил, чтобы его отведали. Рыба стоила дорого.

– Дорога дальняя, денег может не хватить на билеты.

«Осталось совсем недалеко, – решили парни. – Доберёмся до родных мест, а там любой рыбак муксуном угостит». И солдаты с надеждой двинулись к пристани.

– Домой едем, всего-то несколько дней – и наедимся этой рыбы вдоволь! Всласть!

Раздосадованные солдаты разломили на равные части буханку хлеба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Свежевыловленная рыба, которую едят сырой, нарезав тонкими ломтиками.

2

Мелкая живая рыба сиговых пород, которая поднимается с Обской губы против течения на нерест, обычно с середины июня.

3

Сушёная рыба.

4

Короб из бересты для хранения продуктов.

5

Деревянный дом хантов на одну семью.

6

Имеется в виду берёза, которая в символических узорах орнамента хантов представляет посох главного божества этих народов.

7

Верхняя одежда: для зимы шьётся из оленьего меха, соболя, белки; для лета – из сукна.

8

Помещение для скота, хлев.

9

У хантов имена незамужних оканчиваются на «нэ» (девушка), замужних и вдов – на «ими» (женщина).

10

От «Сыня» – река в России, левый приток Оби, течёт на западе Ямало-Ненецкого автономного округа.

11

Национальная обувь: летние сапожки.

12

Дословно: «мой сын, которому пуповину перерезала».

13

Небольшое поселение, деревня.

14

Чаша из берёзового капа.

15

Нарас-юх (в переводе с языка ханты «играющее дерево») – струнный щипковый самодельный инструмент.

16

Телёнок оленя.

17

Зимняя обувь.

18

Великаны-людоеды, оборотни в ханты-мансийской мифологии.