Ascension Insight (Озарение Вознесения)

1) Я не имел ввиду, что буду жить за его счёт. Я имел ввиду, что у него есть много объектов нереализуемой в данный момент недвижимости и я, как его Сын, могу построить на этом семейном фундаменте что угодно. Бизнес, производство и тому подобное, что Отец построить и сам мне регулярно предлагал.

2) Я приехал к Арии тогда с сумкой, чтобы устроиться на работу и зарабатывать для нас и нашего существования деньги. Чтобы реализовать все Её мечты. Так что вопрос был странный, но мы много кайфовали и, думаю, просто друг друга недопонимали тогда. Конечно, я понимаю, что если девушка услышала такое от молодого человека и поняла его слова в контексте обузы на шее родителя, то Она поймёт, что с таким «пассажиром» ловить ей нечего.

Помню, как к нам в гости тогда приехал Влысый, потусить с нами у Неё дома. Мы тогда вначале взяли скорость и пошли в парк Горького гулять, а после пришли к Арии домой. Помню, как Она тогда села ко мне на колени и я почувствовал насколько она воздушная. И снова то, как она идеально мне подходит. Помню, как мы пошли с ней гулять в парк, на какие-то холмы и как сидели на них, расположившись на пледике и разговаривали. Помню, как Она сказала, что Ей звонит очередной друг из армии, который вернётся через полгода и что Ей надо ответить. Помню как ревновал, но всё равно ещё доверял. Помню, как в какой-то из дней Она сказала, что к Ней сейчас должен зайти «дядя володя» и попросила меня уйти на время из дома, потому что Ей нужно сделать «Family time». Я попросил в этот момент рассказать о Её отчиме, на что она ответила: «дядя володя, хороший!». Меня это успокоило. Выйдя из подъезда я встретил этого дядю володю, он прошмыгнул мимо меня, обладая соответствующим образом, а я пошёл искать, чем занять время. володя вызвал у меня не очень хорошие ассоциации, я отметил его, как мутного дядю, который почему-то негативно посмотрел мне в след. Помню, что слишком долго ходил по району, дожидаясь звонка от Арии, но думал, что время с семьёй, а тем более это был единственный близкий Ей человек из тех кто у Неё остался, нужно проводить. Помню, как смотрел на спортивные площадки на районе и думал, что здесь можно поддерживать и набирать форму, ведь я собирался работать тренером. Помню, как время прошло ещё больше и я зашёл в какую-то библиотеку в подвале, чтобы отвлечься. Посмотрев на то, что там лежит из бесплатного, я взял себе повесть Фёдора Михайловича Достоевского под названием «Кроткая». Боже, как же всё совпало в то время. Читать я начал сразу, присев на лавку, а повествование там было о том, своими словами скажу, насколько я помню, что нельзя навязать свою любовь, если она не нужна другому человеку, как не старайся и что не делай. Только через два часа после того, как я ушёл, Ария позвонила мне и сказала, что я могу приходить. Вернувшись к ней мы поели, я рассказал ей о книге, которую начал читать и мы пошли в спальню. Следующий тревожный звоночек о том, что всё закончится скоро я услышал из фразы: «Тебе туда больше нельзя». Жаль, что Она начала говорить не со слова туда. Слово «тебе» дало мне понимание того, что конец нашему романтическому трипу наступил точно. Я помню, что у меня и у Арии в плейлисте была на тот момент на повторе песня Птахи – «Порноистория». До сих по, когда она выпадает у меня в наушниках, моя душа разлетается в щепки. В общем мы курили и занимались грязными делишками дальше и перед тем, как лечь спать, я дочитал повесть Достоевского, после чего Её начала читать Ария. Я смотрел, как у неё на лице так же изображается эмоция относительно того, что всё сходится и испытывал чувство душевной разбитости. Я помню последние дни вместе, как мы снова взяли скорость и строчки из песни в моём плэй листе про то, что всё сгубил амфетамин.

На следующий день к нам в гости заехал ухажёр Иллии, звали его Отём и мы продолжили тусить. Отём был достаточно глупый парень, пошло и не смешно шутил, но мы сходились общей волной в том, что оба хотели жениться на этих девушках. Вечером мы добили то, что у нас оставалось из скоростных запасов и решили, что пойдём гулять на пруд, который находился рядом. Девочки пошли одеваться, я же быстро оделся, спустился вниз во двор и начал ждать Арию. Отём в это время отошёл поговорить по телефону. Помню, как когда Она вышла ко мне, я подошёл к Ней, обнял Её, сказал что Люблю Её и что в любом случае Её добьюсь. Она радостно улыбнулась, отвела взгляд в сторону, но ничего не возразила на этот счёт первый раз. Дальше мы гуляли вдоль пруда и сидели на лавочке, а по контексту диалога девушек я всё больше понимал, что эта история близится к печальной развязке. Когда мы шли домой и я держал Арию за руку, Она в этот момент повернулась ко мне и спросила: «Лёша, ну чего ты такой грустный?», на что я в ответ сказал, что понимаю к чему всё идёт. Дальше мы молча дошли домой, последовали в спальню и провели предпоследнюю ночь вместе. На утро, когда мы проснулись, я сказал, что должен исполнить те две мечты Арии, которые обещал. Первая была мечта сексуального характера, мы хотели добавить в арсенал наших сексуальных утех кое какую штучку из секс-шопа и я сказал, что сейчас мы поедем туда. А вторая мечта была более романтичная. Ария сказала мне вначале нашего общения, что не каталась на колесе обозрения и я долгое время планировал осуществить эту Её несбыточную идею и сказал, что надо будет сегодня или завтра поехать исполнить задуманное. Потом мы занимались этим, позавтракали и поехали в секс шоп. Зайдя внутрь, я приобрёл в специализированном магазине специализированное изделие и мы поехали домой, подумывая вечером его опробовать. По приезду домой мы обнаружили, что там была Иллия, которая сказала нам, что сейчас должен приехать Отём, чтобы попить пивка. Точно я не помню все диалоги этого вечера, но достаточно быстро тогда определил, что девушки решили меня и его слить одновременно. Слушая их диалоги о свободной жизни и о том, что Любовь длится всего двадцать один день, а потом проходит как будто бы ничего и не было, я часто выходил на балкон курить в одиночестве, а курить я в тот час начал раз минут в десять. Иногда ко мне выходила Ария, проявляла Нежность и Ласку, а я глядя на Неё думал только о том, как Она посмела меня слить так же, как Отёма и кого Она во мне мол увидела, сравнивая себя с ним. Иллия же быстро закончила доносить своему молодому человеку понимание неизбежности разрыва их отношений и тот уехал, после чего девушка пошла к себе в комнату, а мы с Арией пошли в постель, чтобы провести нашу последнюю ночь вместе. Немного ещё разложив понимание происходящего вместе с Ней, было решено, что уеду я завтра.

Паническая атака у меня сразу началась острая, хотя я и не понимал, что это такое. Очень убивал тот факт, что я только что с Ней приобрёл игрушку, которую даже и не использовал с Ней и что когда я уеду, она будет применяться другими, на что Ария сказала мне: «Нет, это уже точно перебор, я как ты уедешь её сразу выброшу». Меня немного успокоили Её эти слова и мы попытались лечь спать, а времени было, наверное, часов двенадцать ночи. Времени было, а сна, конечно же не было. Что можно было сделать в той ситуации, чтобы спасти то, что между нами было, даже если задуматься о том, что в принципе, статусно, согласно позиции Арии, ничего и не было? Продемонстрировать силу Любви. Мы запоминаем только то, что нам нравится, а значит то, что мы Любим. Через минут десять, когда тревога достигла максимума в моей душе, я начал рассказывать рядом лежащей Арии всю нашу историю по минутам, нет, наверное, даже по секундам. Каждый момент с момента нашей первой встречи и до данного момента. Без перерыва и приблизительно этот пересказ продлился восемь часов с учётом того, что я раз в пятнадцать двадцать минут выходил курить на балкон по две, три или четыре сигареты – и тихо плакать, чтобы затем вернуться и продолжить. Истерика у меня была приличная, сам от себя не ожидал, наверное, впрочем, такого никогда и не ждёшь. К тому же в тот момент ещё настигли «выходы» из состояний разных эйфоретиков, которые очень сильно усиливали депрессивные последствия происходящего. Ария лежала всю ночь справа от меня и молчала, а я лежал с позицией того, что раз Она сказала, что всё, то и обнимать я Её не буду, ведь какой смысл, всё равно ведь скажет нет. Надо было обнимать. Боже, сколько раз я думал о том, какие глупые ошибки я совершал в те дни, несмотря на всё то, что я понимал о Её сложной судьбе. Добрее можно быть всегда, так было написано в посте у Неё на странице. Мне нужно было быть добрее и просто Её обнимать, пока была возможность. Никогда себе не прощу того, что этого не делал. Её объятия – это то, чего я больше всего в жизни хочу. Только утром Она встала и присоединилась к моим курительным заходам на балкон. Я понимал всё это время, что она так же не спит, испытывает сильнейший стресс и лежит абсолютно не двигаясь с закрытыми глазами. Это утро было самым тревожным в моей жизни, но и самым прекрасным в том, что я видел Её, хоть и последний раз, но всё-таки видел. Она пыталась меня успокоить, а я размышлял о Любви и мы плакали уже вместе. Плакали мы много. Помню, как в какой-то момент Её сильной грусти, Она застучала ножками по полу. Тук-тук-тук-тук, Лёша прекрати, очень плохо, сказала Она, но прекратить я не мог. Иногда случались в те моменты минуты спокойствия, всё-таки уровень картизола падал после плача и мы продолжали курить и смотреть на рассвет. Сигарет, кстати, было много, потому что ещё до того, как мы познакомились, Ария работала в хостесе и раздавала сигаретки в торговике и припёрла оттуда три больших пакета «Rothmens», которые мы и курили тогда одну за одной.

Помню, как сказал, что хочу Её защитить от зла, которое может с ней случиться, а Она сказала: «Я вполне самостоятельная, Лёша, мне не нужна защита!». Помню снова периоды кульминации грусти и свои жалкие мыслительные потуги направленные на то, чтобы сохранить наши отношения и помню, как Она начала плакать ещё сильнее и в этот момент вновь произошло страшное. Ну, страшное скорее для Неё, для меня действо это было вполне себе забавное. После того, как Она и я несколько часов плакали, у Неё образовалось в носу очень много сопелек и на очередном вдохе во время истерики, во время выдоха, она видимо захотела чихнуть и при этом сдержалась. В общем из Её правой ноздри мне на левую грудь вылетела приличная такая штука и что очень символично, надо отметить, – прямо на Дерево Жизни. И очень символично тут так же то, что такую штуку я тоже никогда в жизни больше нигде не видел. Да простит меня Бог за этот оборот в этой книге, потому что Ария точно не простит. После этого, Она затопала ножками уже сильно и начала плакать ещё сильнее. Ох уж эти женские разочарования. Закончив топать, Она подняла на меня свои прекрасные, заплаканные, карие глаза и сказала: «Ну вот, теперь ты навсегда запомнишь меня такой!». В этот момент меня пронзила сильная боль. Прямо в сердце. Прямо в душу. Запомнишь. Навсегда. Это точно означает то, что это наши последние часы вместе. Я же лишь успокоил Её тем, что это вполне нормальное явление в такие моменты, докурил сигарету и пошёл бронировать место на автобус домой.

Забронировав экспресс-кар на час дня, я посмотрел на часы и увидел, что сейчас десять, а значит, с учётом того, что выходить надо предварительно за час, я осознал, что я вижу Любовь всей своей Жизни, а сейчас понимаю, что Любовь всех своих жизней, последние два часа.

Началась какая-то страшная агония в этот момент и я смутно помню то, что было в эти последние два часа. Собирал вещи, смотрел на Неё, так же ходили курить по две-три сигареты за раз, о чём то уже безысходно и относительно спокойно рассуждая вместе с Ней. Я помню, как сказал Ей очень важную вещь, которая сделала следующие полгода моей жизни невыносимыми и тянущимися максимально долго. Я сказал Ей: «Ария, если у тебя будут какие-то проблемы или тебе будет нужна какая угодно помощь, просто позвони мне и я сразу же приеду, хорошо?». В ответ на это она ничего не сказала, но позже, она сказала другое:

– Я очень плохо сделала с тобой, я чувствую как тебе больно, я больше ни с кем не буду так поступать.

Вот пришло время прощаться. Я взял свою большую сумку, которую собирал, когда планировал свой переезд к Арии в Москву, прошёлся по квартире и даже находясь в состоянии Надежды, когда уходил, поставил Ей в ванной наши зубные щётки щётками друг к другу, изображая целующуюся пару, вдруг, мол в Ней в итоге что-то всё-таки откликнется. Не знаю, обратила ли Она потом на это внимание или нет. Одев обувь, я выпрямился и увидел, что Она стоит передо мной со слезами на глазах, облокотившись на стенку напротив входной двери. Я начал говорить что-то прощальное и из наших глаз вновь выступили слёзы и я попросил Её об одном – о последнем поцелуе на память. Она согласилась. Да, это был мой последний поцелуй с моей Любимой Девушкой, а значит он был самый лучший в моей жизни из всех что у меня был. Мы целовались долго, очень чувственно и нежно, Её вечно холодный язык добавлял мне понимание того, что мы как огонь и вода, что Она мне идеально подходит и в то же время добавлял грусти от того, что буквально через минуту это всё навсегда закончится. Закончив поцелуй, я обнял Её, накинул сумку на плечо, посмотрел на Неё последний раз и ушёл. Ушёл недалеко, я постоял ещё у закрытой двери ведущей в квартиру Арии, смотря на Неё в районе пяти минут в надежде на чудо, но конечно же, иллюзий на тот момент у меня уже не оставалось о том, что что-то можно продолжить. Я вышел из подъезда, зашёл в магазин, купил пачку сигарет, которые мы курили с Арией в тот период, когда у нас были деньги, одел наушники, включил песню группы Кино «Но если есть в кармане пачка сигарет» и направился в сторону вокзала. Зайдя в автобус я выбрал себе место, сел на него и отбыл в сторону Углича.

Дорога тогда казалась мне вечностью. Боль внутри разрывала меня, ведь когда это только что случается, ещё остаётся шанс и надежда на то, что может быть это был всего лишь всплеск эмоций и необдуманных решений, и может быть можно как-то всё восстановить, сохранить или начать заново, а потом на тебя находит полярная сторона осознания происходящего и тех фактов, которые говорят о том, что сделать уже ничего нельзя. В середине дороги у меня в кармане что-то завибрировало и сунув руку в карман, я обнаружил, что я прихватил с собой айфон Арии, видимо, когда бронировал с него место в транспорте, я автоматически положил его в карман кофты. Звонила соответственно мне Ария и сообщила об этом удивительном факте, попросив меня, чтобы я как-то всё-таки передал ей его обратно. Это было ненадменная и не настойчивая интонация, а скорее очень тревожная, я тогда почувствовал, что Ей тоже плохо. Пообещав Ей, конечно же, сразу отправить его обратно, как приеду и как только найду понимание того как это сделать, мы закончили разговор. Дальше я всю дорогу ехал с мыслью о том, что у меня есть Её телефон и я знаю пароль от него и вопрос стоял так: «Нужно ли мне нарушить личное пространство человека и узнать всю правду о нём или всё-таки поступить правильно?» Интересно, а как сделали бы вы? Лично я убрал телефон в карман и эту мысль отогнал. Позже я размышлял, зря я это сделал или нет, но сейчас точно знаю, что не зря. Поверьте, если всё в жизни делать правильно или хотя бы стараться делать правильно, будут моменты, что вам кажется, что вами все пользуются и что о вас вытирают ноги и вы при этом совершенно никому не нужны, но Карма знает своё дело и если Она за ваши Правильные Поступки и даёт вам дальнейшие плохие сценарии вашей Жизни, то только для вашего роста и вот когда вы вырастите Духовно – вы оберёте счастье, причем счастье в том, чего вы скорее всего не искали. Но… Если вы, конечно, не Боддхисаттва… Тут может быть совсем другой сценарий, причём согласие на который вы дали собственноручно и можно даже всё сделать правильно, но потом тебя всё-равно распнут, хотя с другой стороны, честно Вам скажу, Рай – того стоит. Как сансару не крути.

Приехал я в Углич где-то уже часов в семь вечера и сразу же пошёл домой к себе в комнату, увидев, что Отец со своими друзьями жарят шашлыки и пьют вино у нас во дворе. Я попытался полежать и отключиться, но это было невозможно. Я ворочался, потел, смотрел по сторонам, а потом услышал звонок. Звонила Ария, опять, набрав с чужого телефона на свой.

– Привет.

– Привет.

– Ну как ты там?

– Да так себе. Ты?

– Нормально. Слушай, а когда получится телефон отправить?

– Я узнал, завтра с таким же автобусом «экспресс кар» с водителем передам телефон. Тебе нужно будет приехать на вокзал и забрать его.

– Хорошо.

– Слушай, ты точно всё решила?

– Лёш, ну да, наверное да.

– Пойми, если у тебя после меня кто-нибудь будет, я не смогу вернуться обратно.

– Я не понимаю, почему для тебя это так важно?

– Я не могу тебе объяснить это, если ты не понимаешь этого.

Честно говоря, оценивая с точки зрения возраста происходящее тогда я скажу следующее: В жизни бывают разные ситуации и каждого человека можно понять. Добрее можно быть всегда, но чтобы понять, нужно разговаривать. Я был зациклен на чести и мне казалось недопустимым, чтобы после меня в жизни у девушки кто-то был, да дело даже и не в чести, а в той самой мысли, которая происходит именно от гордыни: «Если у неё кто-то был после меня, значит меня она не оценила и не может во мне увидеть того, кем я являюсь», а как я вывел дальше, если я в Ней увидел свою родственную душу, а Она во мне нет, значит Она не моя Родственная Душа, ведь Родственные Души не могут оттолкнуться после встречи. Это была ошибка и ошибка сильнейшая, но такие ошибки допускаются только тогда, когда силы зла достигают возможного максимума в материальном мире. Это случается перед тем, когда Шива уничтожает материальную вселенную. Под этим я подразумеваю, ещё раз, – то, что если две Родственные Души, вместо того, чтобы после встречи быть вместе всегда несмотря ни на что, как это всегда бывает при правильном балансе сил в мире, который допускает Свободу Воли – отталкиваются друг другом, то происходит завершение очередной материальной вселенной в силу неизбежности страданий в этой вселенной.

Закончив разговор я начал испытывать ещё более острую агонию, чем прежде и решил выйти во двор, так как мне нужна была компания, чтобы не испытывать одиночество. На самом же деле это чувство одиночества без Неё у меня так спустя уже почти одиннадцать лет и не прошло и думаю, что уже не пройдёт никогда, пока я Её не встречу. Иногда становится немного легче, а потом опять это чувство обостряется с прежней силой. Выйдя во двор я сел за стол, немного выпил, рассказал мужикам о своей ситуации, на что мне в ответ сказали, что это нормально и что такое случается. И спели песню: «Привет, малышка, моя родная, ну, как дела?»

Эта песня добила меня в тот день окончательно и всегда с тех пор со мной в ассоциативной памяти о тех днях, так же ещё и потому, что я всё время называл Арию уменьшительно-ласкательными именами, такими, как «малышка» или «киса». Кстати, Она этого очень не любила и всегда высказывалась против, хотя частенько и приятно улыбалась в ответ на такие мои выпады, но как-то раз, когда я сказал Ей где-то на улице сказал «Киса», Она развернулась ко мне, нахмурилась и рявкнула на меня: «Лёш, ну какая я тебе нахрен киса?». Я тогда смеялся. Очень это было всё мило, хотя она и сама часто говорило уменьшитело-ласкательно, а когда один раз Она отвела от темы разговора, заметив «воробушка», я просто растаял.

Дальше мы ещё немного посидели, а я пошёл пробовать спать свою первую ночь без Неё, да ещё и с осознанием того, что больше Её никогда не увижу. Я не помню эту ночь, помню что вроде бы немного поспал и надежда на то, что всё-таки ещё что-то можно сделать не давала мне совсем тогда сорваться в пропасть, тем более я ведь сказал Ей тогда, на балконе, что она может мне позвонить и может быть что-то ещё может исправится в этой ситуации. Утром я встал, договорился о передаче посылки через водителя, позвонил Арии и всё сообщил, как, куда, чего и как – в три часа дня должен был приехать автобус, на котором поедет посылка и где-то без пятнадцати три я вышел к месту, автобус так же, как обычно, подъезжал к кабаку. Я сделал, как я думал вначале, красивый жест. В тот момент я видел какой-то глупый романтический клип о трагической любви и решил повторить действие молодого парня из клипа, я купил упаковку жевачек «love is» и уже хотел положить их в коробку к телефону и в момент, когда я открыл коробку, я понял, что этого точно недостаточно и то, что одна жевачка, как-то даже слишком банально выглядит и подумал, что нужно ещё написать стих. В этот момент родится, наверное, первый мой стих в жизни. Я начал продумывать его со строчки: «Я хотел бы тебя любить» и в этот момент мне позвонит водитель автобуса и скажет, что через пять минут он будет на месте, а у меня ни ручки, ничего и я очень быстро бегом побежал домой. Домой я побежал ещё и потому что, мне пришла в голову мысль, что я должен написать этот стих на бумаге, которая будут покрыта моими духами от Paco Rabbani под названием "black xs", которыми я пользовался в тот период. Пусть хоть какая то память обо мне будет с Ней, хотя бы пока духи не выветрятся, так я подумал тогда, может хотя бы мой аромат вернёт Её мне, тот аромат, который Она вдыхала во время нашей Любви и страсти на протяжении полугода. Может хоть он вернёт.

Вбежав в дом, я оторвал небольшой кусочек бумаги, вошёл в башенку которую мы проходили, когда шли курить и трясущимися от нервов и усталости руками начал писать. Буквально минуту и я написал следующее:

«Я хотел бы тебя любить,Я хотел бы подарить тебе всё,Видеть счастье в глазах твоих,Знать, что всё у нас хорошо.Но мы обрываем нить, нить что держала нас —Эта нить будет долго жить, жить тоскою в наших сердцах.Жизнь пройдёт, и мы может быть вспомним, как когда-то умели любить».

Дописав до стих конца я взял флакон с духами и нанёс духи на бумагу со стихом, потом убрал жвачку, стих и телефон в коробку и выбежал из дома, чтобы не опоздать передать посылку водителю.

Договорившись с водителем и описав ему внешность девушки, которая придёт забирать посылку, я вкратце так же описал то, что случилось и почему нужно передать коробку, повествовав о том, что вот мол с девушкой расстался. Потом передал ему коробку, посмотрел, как отбывает автобус, вспоминая, как провожал тот же автобус с отбывающий Арией от меня в Москву и пошёл домой. Когда я шёл домой, у меня внутри сидела какая-то надежда, умерла она окончательно же только значительно позже, да и потом, как я сейчас понимаю, родилась снова и вообще никогда не умрёт. Не умирает надежда на Вечную Любовь двух Родственных Душ! Не умирает! А мы с ней – точно Родственные Души, это в следствии мной будет доказано. Тем временем через примерно пять часов водитель позвонил и сказал мне, что посылку доставил, и ещё он сказал очень важные для меня слова, которые долгое время усиливали ту самую мою Надежду, без которой я бы, наверное и не выжил вовсе, а именно он сказал то, что девушка, которая забирала посылку, очень сильно плакала, и что раз это происходит с Ней, значит между нами всё будет хорошо. Это очень меня обнадёжило тогда. Чуть позже мы созвонились с Арией, Она сказала мне спасибо и что посылку Она получила. Мы попрощались. И всё. Можно сказать за исключением пятиминутной трагичной встречи в дальнейшем, я Её больше не видел, а Её голос, который чтобы услышать я готов пройти через всю Вселенную, я услышу только несколько раз на видео в интернете.

Пропасть

Утром следующего дня я проснулся в восемь утра и не мог пошевелиться. Было максимально плохо, но заявлять такое всегда глупо, потому что этот максимум увеличивается всегда больше и дальше. Всегда может быть хуже – это та Истина которую я усвоил за свои жизни отчётливо, а за эту тем более, так как от раза к разу в этом убеждаюсь, но всегда продолжаю верить, что Добро всегда в итоге побеждает, ведь так оно и есть.

Лежал без движения после того, как открыл глаза я где-то часа четыре, состояние было такое, как будто бы я был трупом, который разлагается уже несколько дней. Через несколько часов ко мне в комнату вошёл друг семьи, который часто приезжал к нам в гости из Москвы, между собой мы так его и называем – «Москвич». Посмотрев на меня несколько секунд он поздоровался и спросил о том, как я себя чувствую, на что я ответил, что у меня всё очень плохо. В ответ мне он сказал следующее:

– Вот так выглядит крушение иллюзий.

Дальше я молча лежал ещё час и размышлял, что наверное, так оно и есть, а потом собрался с силами, встал и пошёл. Пошёл куда глаза глядят, взял дома бутылку вина, сигареты, те самые, что мы с Ней курили, чтобы каждую сигарету вспоминать о Ней, чтобы Она визуально была у меня перед глазами. Я не мог Её забыть и не хотел этого делать никогда, и всю свою Жизнь дальше я давал раскрыться каждой ассоциации и триггеру о ней. Я шёл шатаясь по улице в каких-то рваных трениках и майке алкашке, и не от того шатался, что был пьяный, а от того, что я был настолько раздавлен горем, которое вызвала потеря Любви, что просто не мог идти прямо. Кое-как дойдя до Эрнеста в автосервис, я немного с ним поговорил, рассказав ему, что всё между нами с Арией кончилось и пошёл обратно. Мне нужно было не быть одному в этот момент, так как я попросту не мог оставаться один и я позвонил Денису, который приезжал в первые наши дни с Арией и так же ему обо всём рассказал. Он приехал ко мне и я сидел и плакал в его машине, как ребёнок, хотя помню как сам его осуждал за подобное в случае с его Возлюбленной. Я помню, как потом, судорожно курил сигарету за сигаретой, наверное в первые полдня я скурил тогда уже пачку. Я позвонил Гио и он сказал мне то, что чуть-чуть, но меня успокоило. – «Она была в твоей жизни и за это ты должен быть ей благодарен» Да. Я благодарен Ей, Жизни и Судьбе за то, что я Её встретил и полюбил. Какую бы невыносимую боль я в жизни после этого не испытал, я всегда жил с мыслью, что если в моей жизни была Она, а значит Любовь, то всё было не зря. Закончив телефонный разговор я продолжил пить и пил весь оставшийся день.