Читать книгу Между Тьмой и Светом (Лиза Кук) онлайн бесплатно на Bookz
Между Тьмой и Светом
Между Тьмой и Светом
Оценить:

5

Полная версия:

Между Тьмой и Светом

Лиза Кук

Между Тьмой и Светом





Элементали – способны управлять природными стихиями.


Менталисты – им подвластно мыслительное превосходство.


Физики – обладающие физическим превосходством.


Целители – видят болезни и умеют от них избавлять.


Высший Магистр – тот, кого слушаются Тьма и Свет.

Шестнадцать лет назад

Арчибальд

Стрелка на часах вновь перевалила за полночь. И вновь я потерял счет времени, сидя в своем кабинете. Сегодня прошел один из очередных дней бесполезных поисков Рене и нашей внучки. Спустя год после рождения Амели, дочь сбежала вместе с Вилмотом, прихватив при этом мою внучку. Их нет уже третий год, но эту тайну хранят лишь несколько человек. По сей день мое сердце болит за девочек, которые попали под влияние этого мерзавца.

Как только Рене втайне начала сбегать из королевства, я сразу понял, что действует она по воле сердца. Но что делать, если сердце подсказало неправильный вариант? Рене никогда не верила, что Вилмот может навредить ей, и уж тем более королеве. Все дело в том, что мы растили дочь в безграничной любви, лишив ее возможности увидеть жестокий мир. Она не знала вранья, манипуляций и других страшных грехов. Рене жила в выдуманных мечтах, витала в облаках, читала сладкие романы о любви и верила, что однажды ей повстречается принц на белом коне.

Мы с Сенсей растили ее в идеальном мире, чтобы она не пала под гнетом будущего. Мы прекрасно понимали, что судьба королевства оказалась на грани, и узнай бы об этом люди, принялись бы ненавидеть Рене. Люди без магии, как я – редкость. Но королевы без магии – невозможны. По крайней мере, так думали мы, пока не появилась Рене. Роды были тяжелыми и я едва не потерял Сенсу, но все обошлось. Тогда мы молились, чтобы те трудности не сказались на здоровье нашей дочери. Так и случилось. Рене практически не болела, была очень активной и счастливой. Но в ней не проявились даже крупицы магии. И во всем этом я виню только себя.

Пять лет назад Рене впервые сбежала из дома. Как мы выяснили позже, она втайне уже покидала замок несколько раз, но лишь на пару часов. И тот побег первый, когда наша дочь пропала на трое суток. Мы не находили себе места, Сенса и вовсе сходила с ума, обвиняя королевство Эрато в хищении будущей королевы.

Рене явилась на четвертый день под руку с темноволосым мужчиной, чуть старше ее. Не солгу, сказав, что он был красив и обаятелен. Но мое отцовское сердце подсказывало неладное. Вилмот говорил красиво и только то, что мы хотели слышать. Мол они с Рене уже давно сбегали друг к другу на тайные встречи, но вдруг она не появилась в назначенный день и он запаниковал. Тогда Вилмот отправился искать свою “возлюбленную” и как только нашел Рене в какой-то деревушке в Мигаре, тут же привел ее домой.

Мы с Сенсей не могли вымолвить и слова, ведь Рене рассказала незнакомому человеку о своем настоящем титуле. Теперь мы не могли опускать его из виду и предложили работу в замке. Тогда и тайные вылазки из замка нашей дочери прекратились бы. Но беда скрывалась в другом.

Я поставил несколько человек следить за Вилмотом. И все как один повторяли, что его всегда было трудно поймать. Он будто постоянно скрывался, хотя работа садовника выполнялась всегда. Меня настораживало подобное поведение и я все больше терял сон. Пока вдруг не пришла новость о том, что Рене беременна. Конечно же от Вилмота.

– Арчи, ты снова засиделся, – меня отвлекает голос жены.

С исчезновением дочери вид Сенсы становился все более мрачным. Я изо всех сил стараюсь не показывать собственных мук, поддерживая ее, хотя с каждым днем это дается все труднее.

– Да, дорогая, извини. Задумался и не заметил, как пролетело время.

С тяжелым вздохом я поднимаюсь с кресла и тут же оказываюсь в объятиях жены. От переживаний она исхудала настолько, что теперь часть ее одежды свободно болтается на тонкой талии. Я крепко обнимаю ее, утыкаясь носом в изящную шею. Несмотря на наш возраст, Сенса выглядела куда моложе своих лет, но ее многолетний тяжелый опыт читается в карих глазах. Лишь немногие знали о судьбе нынешней королевы, о том, какие испытания она прошла, чтобы добиться лучшей жизни для Ориона.

Мать Сенсы и ее предки пренебрегали безопасностью королевства, издавали нелепые указы и халатно относились к своей роли Высшего Магистра. Пока они расслаблялись, королевство Эрато взращивали новую армию, монстров пострашнее тех, с кем мы когда-либо сражались. На хрупкие плечи Сенсы легла ответственность не только за наше счастливое будущее, но и за сокрытие величайшей лжи, лежащей в основе разделения Блага. Я верил, что благодаря своему стальному характеру моя жена справится. Однако наша общая уверенность подкосилась, когда Рене не передался Свет, а теперь она и вовсе сбежала.

Сейчас у нас с Сенсой остались только мы сами. Но ни один из нас не знает, как сделать следующий шаг.

– Есть сегодня какие-нибудь новости? – с усталой надеждой спрашивает она.

– К сожалению, нет, – расстраиваю я. – Но нам осталось осмотреть последние два участка в Асьюте. Эту неделю мы потратим на первый.

Мои слова немного приободряют Сенсу, и она едва заметно улыбается. Как же они с Рене похожи. Все те же острые черты лица, но мягкая улыбка, густые темно-русые волосы. От меня дочери достались лишь добрый взгляд и зеленый оттенок в глазах. Но мне кажется, Амели окажется моей копией. Я обязан найти их любой ценой!

– Пусть Свет будет благосклонен и поможет отыскать Амели и Рене, – Сенса повернулась к окну, выискивая взглядом полную луну. – Знать бы только, что они живы…

– Эй, – я мягко взял ее за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. – Не думай о таком. Они живы, и мы найдем их обеих, хорошо?

– Да. Мы их найдем.

Ежедневные обещания, которые мы даем друг другу. Сенса касается моих губ поцелуем, и напряжение в наших сердцах спадает. Мы оба наслаждаемся близостью, когда дверь в кабинет распахивается.

– Главнокомандующий! – В кабинет влетает солдат Говард с широко раскрытыми от ужаса глазами. – В замок проникли враги. Они убили охрану заднего хода и где-то прячутся. Королеве необходимо спрятаться немедленно!

Реакция Сенсы была столь же молниеносной, как и моя. Не зря мы были связанными. Оба выскакиваем в коридор, где я иду впереди, сопровождающий королеву, а Говард прикрывает нас сзади. У нас есть четкий план действий на случай подобной ситуации, поэтому мы действуем слаженно.

– Нет, подождите, – Сенса вдруг резко замирает, расширив глаза и судорожно тряхнув головой, словно что-то выискивая. – Я чувствую, что Свет бушует. Нам срочно нужно туда.

– Это опасно, ты должна спрятаться, – возражаю я.

– Только я способна управлять Благом. Мы идем!

Без лишних слов я понимаю, что это был приказ, и закатываю глаза. Вечно ей лишь бы спорить. Но я исполню любое желание своей королевы.

Приказав Говарду помочь в поисках подмоги, мы направляемся к тайной лестнице замка. Спускаемся вниз, туда, где раньше располагалась бывшая темница. Сейчас этот лабиринт коридоров и комнат служит для сокрытия части Света. Лишь Сенса и я знают о его местонахождении.

Мы тратим более десяти минут, отыскивая нужную дверь. На каждую комнату, мимо которой проходили, наложены защитные заклинания благодаря магическим атрибутам. Это подтверждало, что до нас сюда никто не заходил.

Последняя дверь отличается плотностью дерева и особой энергией, исходящей от нее. Темно-бордовая, с золотыми вставками, – все как принято в роде Гордейн. Для всех членов их рода двери открываются сами собой, поэтому мы с Сенсой спокойно проходим в просторный зал, где я вновь не смог пошевелиться от восхищения.

Посреди помещения стоит каменная опора с закругленным верхом, а внутри нее бешено клубится желтоватая световая сфера. Само присутствие рядом с ней ощущается как нечто теплое и родное. Чистая, нетронутая энергия.

Сенса подходит ближе, ее лицо освещается мягким сиянием. Она тянет руку к сфере, и в тот же миг желтоватое свечение усиливается, заполняя зал теплом. Мне кажется, что каждая клетка моего тела оживает, наполняясь силой. Но Свет будто взволнован. Он хаотично бросается из стороны в сторону, пока Сенса пытается ощутить причину такой реакции.

– Что происходит? – беспокойно спрашиваю я.

– Я не знаю…

Наше уединение прерывают. Раздается лязг металла, затем крики. Враги добрались так далеко, несмотря на все наши меры предосторожности? Я мгновенно сжимаю эфес меча, готовый к схватке. Сенса, хоть и стоит рядом со Светом, тоже напряжена, ее глаза горят решительным огнем.

С приближением шагов я инстинктивно отступаю, ближе к жене. Еще теплится надежда, что это наши солдаты, но… в дверном проеме появилась Рене.

Мы с Сенсой замираем, пораженные. Я не сразу понимаю, что смотрю на свою дочь. Передо мной стоит лишь тень той Рене, которую я знаю. Она стала пугающе худой. Платье висит на ее теле, словно чужое, а пепельно-бледная кожа почти сливается с серыми стенами. Взгляд мутный, стеклянный, совершенно пустой. Она смотрит куда-то мимо нас, будто не видит ни меня, ни Сенсу, ни вообще этого мира.

Руки Рене спрятаны за спиной. И только спустя несколько мучительно долгих мгновений я замечаю, что там кто-то есть. Амели. Она стоит позади матери, тихо всхлипывая. У меня перехватывает дыхание. Сердце болезненно сжимается, словно его стиснули железным кулаком. Моя внучка… Моя маленькая Амели.

Она похожа на меня. Так похожа, что от одного ее взгляда внутри все переворачивается. Большие зелено-карие глаза смотрят прямо на меня, моля о помощи. Но в их глубине бушует что-то еще. Злость. Ненависть. Страх, который она из последних сил пытается спрятать.

Она совсем юная, но я вдруг ясно понимаю: характером эта девочка однажды превзойдет даже свою бабушку.

– Ох, Свет… – Сенса задыхается от слез.

Она делает шаг вперед. Амели тут же бросает на нее предостерегающий взгляд. Я вскидываю руку, останавливая жену.

– Стой, – всего одно слово, но я сам едва узнаю свой голос.

Из-за спин девочек медленно выходит Вилмот. Следом появляются пятеро вражеских солдат и женщина в маскарадной маске. От нее веет такой опасностью, что кожа покрывается мурашками. Я не вижу ее лица, но чувствую взгляд. Холодный и безжалостный. Он словно проникает под кожу, добирается до самой души и медленно режет ее на части. Все они облачены в черное – цвета королевства Эрато.

– Что ты сделал с моими девочками? – произношу я, не сводя глаз с Вилмота.

Я стараюсь говорить спокойно, но не получается. В каждом слове сквозит ярость.

Вилмот, напротив, выглядит совершенно невозмутимым. Все такой же страшно красивый, опасно притягательный. Он стоит расслабленно, будто мы встретились на светском приеме. На его губах появляется коварная улыбка. Я ненавижу эту улыбку.

– Скажи спасибо, что они вообще живы, – отвечает он.

– Не пугай так наших заложников, – невозмутимо добавляет женщина.

Я не могу броситься вперед. Не могу даже сделать лишний шаг. Рука Вилмота лежит на плече Амели. Всего одно лишнее движение и он может причинить ей боль. Эта мысль ледяной иглой пронзает меня.

Я опускаю взгляд на пальцы Вилмота, сжимающие маленькое плечо моей внучки, и чувствую, как внутри закипает бессильная ненависть. Как же я хочу оторвать от нее его руку. Как же хочу убить его прямо сейчас. Но передо мной Амели, и я не имею права рисковать ее жизнью.

– Что нужно, чтобы вы их отпустили? – спрашивает Сенса. В ее голосе столько ненависти, что Амели нервно закусывает губу.

Вилмот усмехается.

– Мне всегда нравилось, когда ты сразу переходишь к делу, – он слегка склоняет голову. – Все просто. Вы отдаете нам Свет и я отпускаю Рене в ваши руки.

– Рене и Амели, – грубо перебиваю я. – Без нее мы не согласны ни на какие условия.

По щекам моей внучки текут слезы. Но она все равно держит голову высоко. Вся в бабушку. Я никогда не забуду этот взгляд. Маленькая девочка, окруженная врагами, держится так, будто отказывается дать им удовольствие увидеть свой страх.

– Что ты сделал с Рене? – спрашиваю я.

– Просто в шоке. Не забивай этим свою старую голову.

Вилмот кивает ей и Рене начинает двигаться. Медленно и как-то неестественно. Она идет к нам маленькими, неуверенными шагами, словно каждое движение дается ей с огромным трудом. Тело покачивается, как дерево под порывами ветра. Голова слегка наклонена набок. Тонкие бледные кисти безвольно свисают вдоль тела. А глаза… Они все еще смотрят в пустоту.

Тьма побери… Что они сделали с моей дочерью?! Я не знаю, что делать. Опустить оружие? Броситься к ней? Опасна ли она? Это ловушка? В моей голове проносится тысяча мыслей, но ни одна не дает ответа.

А потом Рене оказывается всего в шаге от нас. И Сенса не выдерживает. Она вырывается из-за моей спины и бросается к дочери. Обнимает ее так крепко, будто пытается вернуть обратно в этот мир одной силой своей любви.

Моя жена плачет и я чувствую, как собственные глаза наполняются слезами. Я хочу подойти и обнять их обеих. Хочу убедиться, что Рене действительно с нами. Но страх оказывается сильнее. Я мгновенно закрываю собой их. Потому что главное зло все еще стоит напротив.

– А теперь отдай Амели, – как можно спокойнее произношу я.

Вилмот низко смеется. Его рука по-прежнему лежит на плече моей внучки.

– Моя дорогая дочь останется со мной.

– Почему?! – Сенса почти кричит. – Что тебе от нее нужно? Она ведь еще ребенок!

– Вся вина лежит на вашем роде Гордейн! – Вилмот резко взмахивает рукой, словно разрезая воздух. – Если бы ваша предшественница, Хелия, не предала своего возлюбленного и не попыталась украсть то, что сама же и даровала, все было бы иначе! За что ваши люди ненавидят Эрато? За собственные ошибки? Ах, да… Они ведь даже не знают правды. Слепо живут под мнимой безопасностью, веря в ложь, которую им оставили ваши предки. Ваш род закрутил этот клубок наглой лжи, заставив ненавидеть весь наш народ! Из-за вас мы не живем. Мы выживаем!

Я могу понять, откуда в нем столько ненависти. Его воспитывали в мире, где Орион был воплощением зла. Где рассказывали, что именно из-за нас их королевство погрузилось во тьму, голод и безумие. Я могу понять его боль. Но не могу простить то, что он делает сейчас. Не могу простить Рене, превращенную в безвольную тень. Не могу простить страх в глазах моей семьи. За это Вилмот должен заплатить собственной жизнью.

– Ты просто наглый трус, – произношу я. – Трус, который прячется за маленькой девочкой. То, что произошло несколько столетий назад, уже не изменить. Никто не должен расплачиваться за ошибки тех, кого давно нет в живых. То, что сделала Хелия, нами осуждается. Мы не принимаем ее поступок и не оправдываем его.

Я делаю шаг вперед, когда улыбка Вилмота исчезает.

– Сенса правит с честью. Она защищает своих подданных и не трогает ваше королевство. А вот нападения с вашей стороны не прекращаются.

– И не прекратятся, если вы сейчас же не передадите нам Свет.

– Я ничего тебе не отдам, пока ты не отпустишь Амели. Живой и невредимой, – вклинивается Сенса.

Голос ее меняется. В нем появляется та самая королевская сталь. В таком состоянии даже я иногда побаиваюсь собственной жены.

Вилмот молчит. Лишь медленно кивает женщине в маске и она делает шаг вперед. Ее пшеничные волосы собраны в высокую прическу. Ровная осанка, грациозная походка и холодный взгляд кого-то мне напоминают, но я не могу понять, кого… Проклятье, это же Изабетта Эванс!

Она подходит к Амели и меняется местами с Вилмотом. Теперь уже ее тонкая рука ложится на плечо моей внучки. Внутри меня что-то обрывается. Тревога превращается в настоящий ужас.

– У тебя ведь тоже есть дети, – в моем голосе только мольба. – Отпусти ее.

Изабетта замирает всего на секунду. Но даже сквозь фарфоровую золотую маску я замечаю удивление.

– Я даже рада, что ты меня узнал, Арчибальд, – мурлычет она.

От ее голоса по моей спине пробегает холод. Я больше не пытаюсь скрыть напряжение.

– И все это я делаю ради них, – продолжает она. – Ты еще услышишь их имена.

Ее пальцы сильнее сжимаются на плече Амели и та вздрагивает. А затем выгибается от боли.

– Не трогай ее!

Я бросаюсь вперед, но не успеваю. Чья-то рука внезапно хватает меня. Рене. Я оборачиваюсь. Дочь смотрит на меня, и впервые за все это время в ее мутных глазах появляется что-то настоящее. Ужас. Отчаяние. И любовь.

– Убей свою мать, а потом… – Изабетта не успевает договорить.

Амели начинает кричать и в тот же миг Свет взрывается. Яркая вспышка ослепляет меня. Вся комната на мгновение исчезает в золотом сиянии. Я не вижу ничего, кроме ослепительной белизны. Не слышу ничего, кроме крика и оглушительного гула энергии. Но зрение быстро возвращается.

Рене отталкивает меня и бросается вперед. Изабетта же успевает скрыться за дверью. Все происходит настолько быстро, что я едва успеваю моргнуть. А затем слышу стон.

Рене невыносимо больно. Она пытается двигаться быстрее, но ее тело словно отказывается ей подчиняться.

И тут я замечаю Амели. Она светится чем-то желтым. Тем же сиянием, которое исходило от Сенсы… Моя внучка переняла силу Света.

– Нет!

Я делаю шаг к ней. Слишком рано. Она ведь не готова!

Амели дрожит всем телом. Ее дыхание становится тяжелым, прерывистым. Свет струится по коже, вырывается из нее, пульсирует вокруг маленького тела. Слишком много энергии для ребенка.

Солдаты Эрато уже обнажают мечи. Они выходят вперед, закрывая собой Вилмота. Но сам он смотрит только на Амели, не отрывая взгляда. И мне вдруг кажется, что я вижу в его глазах страх. Страх за нее? Или страх перед ней?

Я делаю шаг вперед, готовясь закрыть девочку собой. Но Амели внезапно падает на колени.

– Уходите! – Ее крик отдается от каменных стен.

Рене стонет. Я поворачиваюсь к ней, когда ее взгляд падает на Амели. И я слышу ее слабый, почти сорванный голос:

– Ты должна это сделать…

Амели плачет, но отвечает:

– Я люблю тебя…

А потом все происходит снова. Из тела Амели вырываются ослепительные лучи Света. Они пронизывают пространство. Один за другим солдаты Эрато намертво падают на землю. Вилмот же успевает скрыться также, как и Изабетта.

Свет гаснет и наступает тишина. Такая страшная тишина, что я слышу собственное сердце. А затем раздается плач. Плач Сенсы.

Я поворачиваюсь, когда она стоит на коленях возле тела. Возле тела нашей Рене.

– Нет, нет, нет…

Я не помню, как оказываюсь рядом. Не помню, как бегу к Амели. Она без сознания. Свет медленно покидает ее тело, тонкими золотыми струйками постепенно исчезает внутри.

Я подхватываю внучку на руки. Она кажется такой маленькой и беззащитной. Я прижимаю ее к себе и мы падаем к телу Рене.

В ее животе зияет огромная рана и слишком много крови. Я слышу ее хрипы и сразу понимаю, что они смертельные. Только не она, только не моя девочка...

Она еще жива, но едва. Рене держится на последнем издыхании. Я не замечаю слез, которые уже катятся по моим щекам. Сенса тоже плачет, прижимая ладонь к страшной ране, пытаясь остановить кровь.

– Милая… – ее голос ломается. – Как же мы с отцом по тебе скучали…

Я опускаюсь рядом и провожу рукой по волосам дочери. Они такие же мягкие, как раньше. Когда я мог взять ее на руки и пообещать, что никогда не позволю никому причинить ей вред. Я не сдерживаю рыдания.

– Все будет хорошо, дочка.

Ложь. Я знаю, что это ложь. Наверняка Рене тоже знает. Но мне нужно сказать это. Мне нужно хоть во что-то верить.

– Рене, мы тебя очень любим. Только не закрывай глаза. Пожалуйста.

Ее глаза становятся прежними. Живыми. Она смотрит на меня, потом на Сенсу. И я вижу в них столько любви, что сердце разрывается. Слезы скатываются по ее щекам, а посиневшие губы дрожат. Она пытается что-то сказать.

– И я… люблю… вас… – Рене с трудом набирает воздух. Но вместо слов из ее рта вытекает кровь. – Изабетта… настоящее зло…

Мы с Сенсой замираем. Рене переводит взгляд на Амели.

– А Амели… спасение…

Последнее слово она произносит почти беззвучно. А потом ее взгляд гаснет. Рене больше не шевелится.

Я жду. Одну секунду, вторую.

– Рене?

Ничего.

Я прижимаю ладонь к ее щеке. Она холодеет.

– Моя девочка… – Сенса издает тихий, страшный стон.

Мы нашли нашу дочь, чтобы снова ее потерять.

Глава 1

Том

Вся моя жизнь клубок лжи и недомолвок. Я лишь пешка в чужой игре, обреченная на роль злодея. И самое страшное, что я не могу вырваться из этого порочного круга.

Боль терзает душу, разрывая ее на части. Близость между мной и Амели может обернуться для нее смертью. Ведь есть Тьма, моя мать и моя судьба, неумолимо тянущая обратно в бездну. От моего выбора зависит не только моя жизнь, но и судьба всего Ориона. Как мне побороть проклятье? Как суметь ему противостоять?

Я отворачиваюсь от Амели, не в силах больше выносить ее умоляющего взгляд. Нельзя допустить, чтобы она увидела тот хаос, что творится в моей душе. Я должен хоть как-то рассказать ей все до того, как мы вошли в это злосчастное место. Сейчас я рискую потерять ее навсегда. А этого мне не пережить. Мне не жить без нее.

– Оставим разбирательства до приезда в замок, – нарушает невысказанную тишину Сенса и указывает на нас Амели. – Но у вас двоих есть минута обмолвиться парочкой слов. А остальные пока спустятся к поданным каретам. Поторопитесь.

Все послушно выходят из каменного помещения. Оливия легонько пожимает плечо Амели и приподнимает уголки рта, посмотрев мне в глаза. Зейн одаряет меня сочувствующим взглядом. Вышли все, оставив вместе двух самых опасных людей друг для друга.

Я боюсь шагнуть в сторону Амели. Тишина давит на уши, кажется почти осязаемой. Я чувствую ее взгляд, словно раскаленное клеймо на коже. Она ждет, и это ожидание хуже любого обвинения. Знаю, что должен что-то сказать, объяснить, но слова застревают в горле. Как объяснить то, что сам до конца не понимаешь? Как рассказать о проклятии, которое тяготеет надо мной, не имея возможности сообщить?

Делаю глубокий вдох. Нужно успокоиться. Загвоздка дара матери заключается в том, что в каждом ее проклятии можно найти лазейку.

«Том Эванс, ты являешься вторым Высшим Магистром. И в будущем сила Тьмы станет твоей. Ты заберешь ее по своей воле, не страшась, примешь ее, как собственную плоть. Поможешь мне восстановить справедливость ради Эрато. Ради своей семьи. А после, ты убьешь королеву Ориона и мы заберем власть, принадлежащую нам.»

Мне нельзя принимать силу Тьмы. Нельзя видеться с матерью. Ведь как только часть Тьмы окажется во мне, а должен буду убить Амели.

Собравшись с духом, я медленно оборачиваюсь к ней. В ее глазах, таких чистых и невинных, плещется тревога, надежда и любовь. Тьма это все побери, я ее не заслуживаю.

– Амели… – хриплю я чужим голосом.

Она шагает ко мне, и я отшатываюсь, словно от огня.

– Не подходи, – резко выдыхаю я, ощущая, как внутри меня поднимается волна злости на самого себя. – Я причиню тебе боль.

– Я знаю, – тихо отвечает она. У Амели нет ни страха, ни упрека в мою сторону. – Но я хочу быть рядом. Дай мне шанс разобраться. Дай нам шанс.

– Ты не понимаешь! – Крик сам срывается с моих уст. – Проклятье, Амели, прости... Просто выслушай, хорошо?

В ее глазах блестят слезы, но она сдерживает их, не позволяя себе сломиться. Даже сейчас старается казаться сильной.

– Милая, я не жалею ни о чем, что произошло между нами. И все мои слова – чистая правда. За последние дни мы с тобой пережили то, что уже навсегда изменило наши судьбы, – я делаю глубокий вдох, чтобы подавить неудержимое желание прижать ее к себе. – Твоя бабушка права. Прежде всего ты должна услышать всю правду о моей матери.

Амелия застывает. В начале она задумывается, а после закусывает губу, будто что-то поняла. Затем мнет собственные пальцы, но выдавливает из себя улыбку.

– Я люблю тебя, Том. Поэтому любые испытания мне не страшны. Ты расскажешь, как будешь готов.

Я смотрю на нее, и моя душа разрывается. Разве я имею право втягивать ее в этот кошмар, в эту вечную борьбу с самим собой?

– Том, я вижу, как в твоей голове сейчас крутится столько различных мыслей. О прошлом, настоящем и будущем. У меня тоже. Однажды ты сказал, что жизнь играет с нами ужасную шутку, и это правда. Но я рада, что помимо грязных мыслей обо мне, ты все таки имеешь какую-то серьезность.

Амели пытается меня развеселить, разбавить нагнетающую атмосферу. И у нее получается, я тихо смеюсь. Напряжение в плечах заметно ослабло.

123...5
bannerbanner