Срыв

Мародёры смогли выстоять против ополчения и даже против двух подразделений регулярной армии. Они выигрывали бои тем, что просто убегали, заманивая преследователей в ловушку, и там уничтожали. Однако Вторая группа настигла мародёров во время одного из их набегов. Но в том первом бою погибли двое бойцов, а мародёры скрылись. Группа искала их и вскоре нашла их базу в лесу. Но пока они готовили нападение, их обнаружили. Мародёры знали каждый уголок леса, а люди Кеплера, уступавшие им в численности, оказались в невыгодном положении. Тем не менее они приняли бой и в этом втором столкновении убили двадцать мародёров. Но снова потеряли двоих из группы, обнаружив лагерь мародёров, они споткнулись об их последнюю линию обороны. Группе пришлось прекратить бой: у людей просто закончились боеприпасы. Их окружили, но с последними несколькими патронами им удалось пробиться.

Это было шесть часов назад. Мародёры не могли не знать, что сражались с подразделением Крысиной бригады, и должны были исходить из того, что Вторая группа вернётся с подкреплением. Поэтому они должны были отправиться на поиски нового лагеря. Они не могли позволить себе оставаться здесь. Не после того, как их лагерь был раскрыт.

Кеплер ждал их в нескольких километрах южнее, в лесу на мысе, где маленькая безымянная речушка сливалась с великим Нилом. Он расставил оставшихся бойцов Второй группы на берегу Нила на тот случай, если мародёры покинут лагерь по воде. Но это сделало бы их лёгкой мишенью; к тому же до сих пор они ни разу не использовали лодки. Кеплер со своей группой занял позицию в узком месте на мысе. Мародёры должны были скоро появиться. Самое позднее — на рассвете. У Кеплера было всего пять человек, но ему было всё равно. Чтобы отомстить за смерть товарищей, ему нужно было попасть всего один раз — в главаря, который сколотил из сброда боеспособный отряд. Без него мародёры снова превратятся в обычную банду. И тогда их можно будет быстро и окончательно уничтожить.

— Колонель, около двадцати человек проходят слева от нас, — прошептал голос Массы в наушнике в левом ухе Кеплера.

Он посмотрел налево. Группа Массы занимала позицию восточнее него. Ещё дальше в том направлении лежали болота. Красться через них имело то преимущество, что там не стал бы воевать никто, кто не знал местности. И тот недостаток, что, если бы бой всё же завязался именно там, у мародёров было бы мало пространства для манёвра. Поэтому для них было лучше пройти через узкий участок: так быстрее, а в крайнем случае всегда оставалась возможность сбежать в болота. Эту возможность мародёры должны были как минимум обезопасить.

— Пропусти их, Масса, — приказал Кеплер. — Если с ними нет босса.

Потребовалось время. У его людей было преимущество: приборы ночного видения. Тем не менее они не торопились.

— Нет, сэр, — сказал командир группы спустя некоторое время. — Похоже, это только разведдозор, пара крестьянских парней. Как тогда, на медном руднике.

— Я тоже так думаю, — ответил Кеплер. — Они прозондируют местность, а затем сообщат остальным, что можно проходить. Но не спускай с них глаз, Масса. Они далеко не уйдут.

— Есть. Конец связи.

Теперь у них в тылу было двадцать человек. Однако час спустя Кеплер услышал, как разведдозор возвращается. Таким образом, догадка Массы оказалась верной: эти люди не были обученными солдатами. Разведдозор возвращался в лагерь между кустарником, в котором лежали Кеплер и Коби, и холмом, который заняла группа Массы; это была вторая и последняя возможность покинуть мыс по суше. Вскоре после того, как разведдозор скрылся в направлении лагеря, Кеплеру стало ясно, почему мародёрам потребовалось так много времени на сборы, почему они не могли уйти ни по Нилу, ни через болота. Они держались за награбленное добро. Его было так много, что им понадобился грузовик. А он и так еле полз по размокшей от дождя земле; в болотах он бы просто сразу утонул. Таким образом, банда представляла собой довольно неповоротливую мишень. Ни Массе с остальными, ни Кеплеру с Коби не нужно было менять позиции. Кеплер достал из рюкзака глушитель и сунул руку под брезент, которым был накрыт АВСМ.

— Коби, скажи, когда они будут на тысяче ста, — приказал он.

Он вслепую навинтил глушитель на винтовку, затем достал нож, разрезал брезент сантиметров на тридцать в длину и оттянул его вниз. Оптический прицел и установленный перед ним прибор ночного видения теперь торчали наружу, но глушитель и, главное, затвор по-прежнему были защищены брезентом от дождя. Кеплер установил прицел на тысячу сто метров, сунул под брезент все свои десять магазинов и прицелился.

Мародёры продвигались всё медленнее. Земля, и без того мягкая вблизи реки, от дождя превратилась в грязь; теперь мародёрам приходилось постоянно толкать грузовик. При этом они то и дело поскальзывались.

— Тысяча сто пятьдесят, — прошептал Коби. — Тысяча сто двадцать... десять... Тысяча сто.

Кеплер выстрелил. Не так далеко отсюда, много лет назад, он проделал нечто подобное. Когда у грузовика лопнуло колесо, мародёры, как и тогда солдаты под Малакалем, подумали, что это произошло по естественным причинам. Обоз тут же остановился. Кеплер как можно быстрее уменьшил кратность увеличения, чтобы расширить поле зрения. Но как он ни всматривался в мародёров, того единственного, кто говорил им, что делать, он не видел. Прошла минута. Этот тип был там. Несмотря на дождь и темноту, мародёры при свете фонариков принялись менять колесо. Кеплер перевёл АВСМ на небольшую кучку мародёров, сидевших на корточках чуть поодаль. Он не увидел никого, кто выделялся бы своей осанкой. Кеплер снова перевёл винтовку на грузовик и попытался разглядеть через лобовое стекло, не сидит ли главарь в кабине. Он ничего не увидел, даже когда грузовик приподняли на домкрате. Тем временем подтянулись и отставшие, и теперь около пятидесяти мародёров сгрудились вокруг грузовика. Но главаря, чья сила воли и заставила их это сделать, среди них видно не было. Вдруг Кеплер заметил суетливое движение спереди у грузовика. Между мародёрами он увидел, что один из них машет рукой. Несмотря на плохие условия, этот понял, что колесо было прострелено. Но главарь не подошёл к нему, чтобы посмотреть на колесо. Зато все пятьдесят мародёров, словно сдутые ветром, рухнули на землю и приготовились открыть огонь, только трое остались у грузовика. Их фонарики погасли, и двое, пригнувшись и действуя торопливо, принялись устанавливать запаску. Третий держал простреленное колесо перед собой и ими как щит. Кеплер пересчитал параметры и тщательно прицелился. Затем он отправил смерть в путь. Она проложила себе дорогу сквозь дождь и вонзилась в голову мародёра с колесом. Прошла секунда, он рухнул, колесо упало на него. Двое других бросились на землю. Затем попытались подняться. Но хлёсткий голос, который заставил их это сделать, на таком расстоянии был не слышен. Кеплер выстрелил, передёрнул затвор, выстрелил снова и опять передёрнул затвор. Двое мародёров упали. Запасное колесо так и осталось криво висеть на ступице. Должно быть, мародёрам было жутко видеть, как трое их подельников умерли после коротких, приглушённых дождём хлопков и свиста подлетающих пуль. И они знали только то, что их атакуют с фронта. Они начали стрелять. Очереди из их автоматов ложились с большим недолётом: лишь несколько пуль пролетели восемьсот метров.

— У вас всё в порядке? — спросил Кеплер: холм Массы находился именно на таком расстоянии.

— Пару раз просвистело, — вскользь ответил Масса.

Кеплер проверил брезент на глушителе. Ни одна капля воды не должна была попасть внутрь, иначе Кеплеру пришлось бы его откручивать. А это означало бы конец его маскировке. Он сменил магазин. И увидел, как на левом фланге мародёров поднялась фигура и коротко махнула рукой. Этот жест казался яростным даже на таком расстоянии. Трое мародёров, лежавших неподалёку от грузовика, прекратили стрельбу и поползли к запасному колесу. Лёжа на спине, они попытались его затянуть.

— Коби, ты видел того типа, который махал рукой? — спросил Кеплер.

— Да, колонель.

— Не спускай с него глаз, — приказал Кеплер, пока вражеский огонь стихал. Трое мародёров надели колесо, один изо всех сил крутил ручку домкрата. Когда грузовик опустился, остальные начали подниматься, целясь при этом вперёд. — Коби? — позвал Кеплер.

— Я его больше не вижу.

Кеплер тоже. Он снова перевёл винтовку влево и выстрелил. Только что заменённое колесо секунду спустя пришло в негодность. Теперь Кеплер услышал нечто помимо дождя и снова яростно вспыхнувшей стрельбы. А именно — яростный вой.

— Коби, ищи этого типа, найди его и веди, — приказал Кеплер. — На меня не обращай внимания.

Разведдозор более-менее сплочённо поднялся и, стреляя, побежал вперёд. Кеплер повёл стволом дальше влево; там один бежал довольно прямо. Пуля попала ему в голову; он крутнулся вокруг своей оси и рухнул на землю. Кеплер перевёл прицел вправо и застрелил мародёра, который бежал хоть и сильно пригнувшись, но прямо на линии его огня. Следующая пуля миновала цель: мародёр сделал резкое движение; но две последующие убили двоих мародёров. За те секунды, что понадобились Кеплеру для смены магазина, разведдозор пробежал ещё двадцать метров.

— Колонель, теперь они знают, где вы, — сказал обеспокоенный голос Массы.

Кеплер нажал кнопку на шее.

— Нет, они только догадываются. Замрите.

Он был прав: мародёры стреляли не прицельно в его сторону, а лишь приблизительно. И у него было ещё как минимум триста-четыреста метров до того момента, когда их пули станут для него опасны. Тем не менее он стрелял быстро. Это стоило ему одной потраченной впустую пули, но когда он вставил следующий магазин, оставшиеся в живых противники уже лежали на земле, вместо того чтобы продолжать бежать на него. Внезапно ситуация изменилась. Мародёры как один поднялись и, стреляя, побежали вперёд со всей возможной скоростью. Но не все.

— Он убегает, сэр! — чуть визгливо крикнул Коби.

Кеплер опустил приклад винтовки, чтобы иметь возможность смотреть дальше вперёд. Позади фигур, бегущих на него и беспрерывно стреляющих, он увидел троих мародёров, бегущих обратно на юг, к Нилу.

— Коби, который из них?

— Тот, что слева.

Кеплер ослабил палец на спусковом крючке: другие мародёры то и дело пересекали линию его огня. Он ждал, не сводя глаз со спины главаря. У него ещё было немного времени: до кустов на юге главарю нужно было пробежать триста метров.

— Колонель! — настойчиво позвал Масса.

— Коби, скажи им: пусть передёрнут затворы, но держат в покое как пасти, так и остальные части тела! — прошипел Кеплер.

— Но они подходят всё ближе...

— Коби!

Его наводчик передал приказ. Кеплер продолжал мысленно считать. Время ещё было. Ни мародёры, бегущие на него, ни их главарь, убегающий от него, не могли бежать быстрее двадцати километров в час. Прошла минута. Началась вторая. Кеплер выстрелил. Пуля попала мародёру на линии его огня в плечо и отбросила его в сторону. Кеплер передёрнул затвор и выстрелил снова. Второй мародёр его поле зрения вскинул руки вверх, прежде чем рухнуть.

— Служи моим людям на том свете на совесть, — прорычал Кеплер перед тем, как выстрелить.

Его пуля уложила главаря в двадцати метрах от кустов. Следующая пуля лишь чудом миновала мародёра, бежавшего рядом с главарём, а следующая за ней попала мародёру в спину как раз в тот момент, когда он прыгал в кусты. Кеплер сменил магазин. Когда он снова был готов к стрельбе, последнего он уже не видел, но заметил движение растений. Он выстрелил с небольшим упреждением и распределил следующие выстрелы вокруг этого места. Когда магазин опустел, в кустах больше ничего не двигалось. Остальные мародёры преодолели четыреста метров. Но это было утомительно: они запыхались, их выстрелы сильно ложились вразброс, и между ними и Кеплером оставалось ещё семьсот метров. Однако теперь мародёры точно знали, где он.

— Масса, огонь, — отдал приказ Кеплер.

Слева от него вспыхнуло дульное пламя длинного Г3 Массы. На четырёхстах метрах до бандитов короткие Г36 Нгабе и Сахи были недостаточно точны́, и они берегли боеприпасы. Масса расстрелял один магазин и убил четверых мародёров. Это замедлило продвижение мародёров, и они открыли огонь по Массе, пока он перезаряжал оружие. Теперь начал стрелять Буди, чтобы Масса мог сменить позицию. Он убил троих мародёров одного за другим с интервалом в две секунды. Мародёры как по команде повернули в его сторону и открыли огонь изо всех стволов: видимо, они решили, что это он застрелил людей у грузовика, а затем сменил позицию. Масса прикрывал его, чтобы тот мог оставить свою выдвинутую позицию. Буди по-ящеричьи пополз в кусты.

Не все мародёры изменили направление: около дюжины продолжали бежать к кусту Кеплера. Прилёты их пуль становились всё плотнее. Коби отложил бинокль, повернулся на бок, перетянул МП5 со спины на живот и снял с предохранителя. На трёхстах метрах Кеплер стрелял почти не целясь, и теперь каждая из пяти пуль из магазина убила мародёра. Остальные восемь бросились на землю и продолжили стрелять. Кеплер услышал, как очередь со свистом пронеслась совсем близко над его головой, пока он заряжался, и выстрелил в лицо мародёру, который точно засек его позицию.

— Уходим, Коби.

Как могли быстро, они поползли задом наперёд к кусту позади них.

— Колон..ль, берег... тес..., — прохрипело в рации.

Кеплер постучал по наушнику.

— Нгабе, что?

— ... со С...Д...

Больше Кеплер ничего не понял. Нгабе находился на склоне холма, там лежали большие валуны. Судя по всему, он пригнулся за них, и они создавали помехи для связи. Кеплер посмотрел через плечо на Коби.

— Он сказал что-то про СВД?

— Кажется, да, — с сомнением ответил Коби и приподнялся. Как только он встал на колени, он нажал на микрофон на шее. — Нгабе, в чём дело?

Ответ пришёл не от его товарища. Одиночная пуля со свистом прилетела, чиркнула по МП5 и вонзилась в левый бок Коби. Когда его наводчик рухнул, Кеплер перекатился влево, одновременно прикладываясь к АВСМ. Из восьми мародёров, которые до этого залегли на землю, Буди застрелил одного, едва тот успел подняться. Остальные семеро после короткого колебания ринулись вперёд, потому что Буди снова пришлось стрелять по врагам, атаковавшим холм Массы. Кеплер открыл быстрый огонь. Когда на землю упала последняя гильза, ещё четверо живых мародёров снова вжались в землю. Кеплер потянулся за магазинами. И выругался. Когда в Коби попали, он, не раздумывая, попытался его подхватить. Из-за этого он выронил магазины — на единственное открытое место в округе, не покрытое травой. Все четыре магазина лежали горловинами в грязи.

— Буди, ты видишь снайпера? — крикнул Кеплер.

— Да, но угол плохой, сэр. Он прячется за несколькими трупами.

— Он целится в мою сторону?

— Да.

— Убей его.

Кеплер упёрся обеими руками в землю и рывком вскинул верхнюю часть туловища. Он сильнее оттолкнулся правой рукой, поэтому в верхней точке его голова неожиданно дёрнулась влево. Пуля со свистом пронеслась в двадцати сантиметрах от него.

— Спасибо, сэр, — сказал Буди две секунды спустя. — Вы идиот.

— Атакуйте, — приказал Кеплер. — Вы должны идти сюда, Коби ранен.

Он посмотрел на своего наводчика. Коби теперь лежал на спине. Его жилет был расстёгнут, рубашка разорвана. Он закусил нижнюю губу, зажимая рану левой рукой и пытаясь правой открыть свой рюкзак. Кеплер посмотрел на кровь между его пальцами. Она была светлой: внутренние органы, судя по всему, задеты не были.

— Коби, сильно? — спросил он, потянувшись за Глоком.

— Не-а, — со стоном выдавил суданец, — мышечное ранение. Только вот пуля застряла.

— А санитар из тебя никудышный, Коби, ты в курсе? — с облегчением сказал Кеплер.

— Да-ааа... Извините, колонель, глупо с моей стороны.

Кеплер посмотрел вперёд. Куст закрывал ему обзор на холм, но там царило довольно бурное движение: четверо непосредственных противников ползли вперёд. Кеплер выстрелил пять раз, пополз назад и схватил Коби за воротник.

— Держись за жилет, — рявкнул он на него.

Коби ухватился правой рукой за левый отворот. Пока Кеплер тащил его за собой, он отталкивался ногами от земли, чтобы помочь. Они достигли другого куста как раз в тот момент, когда над ними снова засвистели пули. МП5 был сломан: пуля из СВД повредила затвор. Кеплер вытащил пистолет Коби и вложил ему в руку. Затем пополз обратно: он не мог просто так оставить свою винтовку без присмотра. Перед ним было семь метров, до противника — сто; у него Глок, у них — автоматы. Он приподнялся и выпустил в них весь магазин пистолета. Это дало ему несколько секунд. Он зарядил Глок, потянулся за магазином от АВСМ и обтёр его горловину об одежду. Немного грязи винтовка могла выдержать, но только в затворе: там для этого были предусмотрены специальные грязеотводные канавки. В ствол грязь попадать не должна была: оттуда она могла выйти только в одном направлении. Если бы её было слишком много, ствол не просто раздуло бы — он бы взорвался. Кеплер поднял глаза. Ему нужен был мегафон, чтобы сообщить этим мародёрам, что их главарь мёртв. Он вскинул руку и выстрелил. На этот раз он попал в одного из них, но на семидесяти метрах это была лишь случайность. Мародёр упал, другие взяли Кеплера на мушку. Он бросился на землю. Это спасло ему жизнь: несколько пуль просвистели над ним. Но магазин винтовки снова испачкался, а его правая рука вместе с Глоком оказалась в луже. Она была здесь не единственной, земля была неровной, но это была одна из самых больших. И достаточно глубокая, чтобы вода могла затечь в ствол. Кеплер быстро огляделся. Мародёры, ползущие к холму, двигались быстрее. Ещё пятьдесят метров. Кеплер вскинул руку с Глоком и одновременно нажал на защёлку магазина. Тот вылетел. Быстрым движением Кеплер выбросил патрон из патронника. Мародёры вскочили на ноги. Кеплер подул в патронник. Воздух вышел через рукоятку. Он встряхнул Глок, зажал рукоятку левой рукой и снова подул в патронник. Мародёры открыли огонь. Он упал на бок и перекатился, продолжая дуть в Глок. Но в какой-то момент ему пришлось рискнуть. Доставая магазин из жилета, он встряхнул пистолет: от воды и его ствол мог разорваться. Вставляя магазин, он увидел мародёров менее чем в тридцати метрах. Он с силой вогнал магазин и нажал на рычаг затворной задержки. Затвор зарядил пистолет и взвёл курок. Левая рука Кеплера обхватила рукоятку снизу, когда он приподнялся на одно колено и поднял Глок. Четверо мародёров бежали на него бок о бок. Теперь они снова его увидели и повели стволами автоматов. Он прицелился в туловища — они представляли собой самую большую мишень; выстрелил дважды, взял левее, выстрелил, снова слегка повёл стволом, выстрелил. Двое рухнули на землю, третий упал на колени: ему попало только в плечо, а не в грудь. Внезапно четвёртого прошила очередь в бок. Рядом с мародёрами появился Сахи со вскинутой Г36. Он выстрелил почти в упор в лицо раненому мародёру, затем пустил по пуле в головы тех двоих, что лежали на земле. Затем он повернулся к Кеплеру и поднял руку. Всё было кончено.

И снова открытый бой едва не стоил одному из них жизни. Хоть и по его собственной глупости, но тем не менее. Коби был в сознании, когда Кеплер и остальные четверо подошли к нему, но он потерял много крови. Буди опустился возле него на колени и убрал его руку от раны. Затем он посмотрел вверх на Нгабе и Сахи.

— Держите его, — приказал он им. — Они крепко схватили дрожащего Коби за плечи и коленями прижали его руки к земле. Кеплер подал Массе знак продолжать прикрывать и сел на ноги своего наводчика. Буди стёр с лица дождевую воду и вытащил нож. — Коби, у тебя есть какие-нибудь венерические заболевания, о которых мне стоит знать, прежде чем я начну в тебе ковыряться? — осведомился он. — Коби с рычанием открыл глаза и сверкнул на него взглядом. — Ах да, ты же благочестивый мусульманин, ты даже не знаешь, как выглядит голая женщина, — невозмутимо продолжал дразнить его Буди. — Скажи, ты хочешь попасть в рай, так ни разу и не вкусив земных радостей? Поскольку ты ревностный исламист, тебе наверняка вынесут лишь выговор. Но он того стоит, поверь. — Коби едва не вскинулся от ярости. Резким движением Буди прижал его вниз, надрезал рану, бросил нож и пальцами полез за пулей. Коби вскрикнул. Буди поморщился, его правая рука провернулась, затем он вытащил её, посмотрел на пулю и отбросил в сторону. — Поздравляю с потерей девственности, — произнёс он. Коби перевёл дух, обмяк и закрыл глаза. Буди дважды хлопнул его по щекам и прижал свой окровавленный указательный палец к его носу. — Не засыпай, Коби, — приказал он, — думай о девочках. — Он посмотрел на Кеплера. — Сэр, аптечку. — Он снова повернул голову. — Коби! Женщины! Голые! — Он продезинфицировал рану, затем туго перевязал её давящей повязкой. Веки Коби затрепетали, пока Буди вытирал руки о свои штаны. — Ничего страшного, сэр, — сказал он Кеплеру. — Семьдесят семь молитв и побольше жидкости, и он снова будет как новенький. Вот только рана не должна снова открыться.

— Сахи, Нгабе, — крикнул Кеплер, — за мной.

Они пошли к грузовику через усеянное трупами поле. Из пятидесяти мародёров около пятнадцати сбежали, когда группа Массы перешла в контратаку. Большинство остальных были мертвы. Кеплер и его люди стреляли в голову каждому мародёру, который подавал хоть малейшие признаки жизни. У грузовика Кеплер велел своим людям поискать носилки или что-то, из чего их можно было бы соорудить. Сам он пошёл дальше к главарю. Тот был мёртв. Кеплер вернулся. Когда он подошёл к грузовику, Нгабе и Сахи уже смастерили носилки из походной кровати. Они вернулись, положили Коби на каркас кровати и унесли его.

Им потребовалось четыре часа на обратный путь до базы Второй группы. На следующий день прилетел Ми-24 и увёз их всех в Курдуд.

Кеплер снова победил. Как он выигрывал каждое сражение.

Но свою главную битву он в конечном счёте жестоко проиграл. Не прошло и четырёх недель, как он выстрелил Коби в затылок...

— Дирк?

Кеплер пришёл в себя и обернулся. Мелисса стояла перед ним и смотрела на него нахмурившись. Снова вспыхнула молния и осветила её. Кеплер продолжал видеть её даже после того, как вернулась темнота. Медленно и осторожно он дотронулся до груди Мелиссы. Затем положил ладонь на бесконечно нежную, такую непостижимо мягкую округлость. Чтобы его пальцы забыли, каково это — сжимать рукоять оружия.

*****

Когда он проснулся, ему не показалось, что началась новая жизнь, как он так отчаянно надеялся. Он посмотрел на Мелиссу. Возможно, у него был шанс начать новую жизнь. Какое-то время он смотрел на Мелиссу. А затем осознал, что его надежда напрасна. Но он не хотел сдаваться без боя. Вдруг Мелисса, моргнув, открыла глаза. Она улыбнулась, и Кеплер увидел в её глазах ту же самую надежду.

На ощупь Мелисса была совершенно не похожа на всё то, что Кеплер держал в руках в последнее время. Воспринимать эту красоту всеми чувствами было для него упоительно. От этого его гнетущее чувство не исчезло, но стало меньше.

Мелисса, похоже, так же, как и Кеплер, изголодалась по физической любви, и поэтому воскресенье они провели в постели.

Глава 10

В воскресенье Кеплер чистил зубы пастой Мелиссы и пальцем. В понедельник ему стало неловко, и он заметил, что у него ничего с собой нет — ни зубной щётки, ни сменной одежды. Мелисса тут же объявила, что они идут за покупками.

Давным-давно Кеплер делал покупки для Катрин. Там, на другом краю света, он знал, что к чему, это был его мир. Здесь же лучше ориентировалась Мелисса. Кеплер чувствовал себя несколько сбитым с толку: после пяти лет в Африке вестфальский город стал для него экзотической страной. Такая смена ролей казалась странной. В остальном всё было почти как в Судане, когда он гулял с Катрин, разве что не хватало тяжести Глока на правом боку. Кеплеру этого не хватало.

Покупка средств гигиены много времени не заняла. Кеплер купил зубную щётку и пасту, а затем, лишь по настоянию Мелиссы, бритву и лосьон после бритья. От его вопроса, не сможет ли она пару дней потерпеть его щетину, она лишь отмахнулась и потащила его дальше. Два мучительных часа Кеплер подавлял в себе, по сути, беспричинное раздражение, когда продавцы несли нужные вещи недостаточно быстро или когда слишком много людей толпилось вокруг него. В итоге у Кеплера появился почти полный гардероб, от нижнего белья до спортивного костюма. Но когда Мелисса радостно улыбнулась, проходя мимо магазина, в витринах которого висели костюмы, Кеплер решительно положил конец их походу по магазинам.

*****

Ночью, держа Мелиссу в объятиях, Кеплер забылся. Мелисса была доверчивой и не такой властной, как днём. Когда она уснула, Кеплер пошёл на тёмную кухню. Он сел за стол, опёрся головой на руки и уставился в одну точку.

Он убивал. Неважно, ради чего — для Йенса это было неприемлемо. Бабушка и Сара его не осуждали, но Кеплер знал, что они чувствуют примерно то же, что и его брат. По большому счёту Кеплер не чувствовал себя виноватым за свои поступки. Он был солдатом и сражался как солдат. Это не шло вразрез с его ценностями. Неприятие Йенса ему теперь было безразлично; чего он действительно боялся, так это потерять любовь Сары или бабушки. Всё остальное он мог пережить. Пока он мог смотреть самому себе в глаза, он мог жить и со своим прошлым. Мелисса просто закрывала на него глаза. Она хотела сильного мужчину, поэтому была готова мириться с его прошлым. Но Кеплер никогда не рассказал бы ей тех подробностей, которые доверил Саре. Мелиссе нужен был настоящий мужчина, однако он также должен был вписываться в её мировоззрение. Кеплер не знал, насколько его взгляды совпадают с её. До определённой степени он был готов подстраиваться. Вопрос заключался в том, способен ли он вообще на это. Ему не хотелось терять Мелиссу, потому что ему было с ней хорошо. Вот только, возможно, было бы лучше закончить эти отношения, пока они ещё толком не начались.