Игры судьбы

Неожиданно меня посетила идея попрактиковаться в готовке. С некоторой решимостью я попыталась встать и направиться на кухню. Но едва я поднялась, как услышала звук ключа, спешно поворачивающегося в замке. В груди снова все сжалось, и в голове мгновенно всплыли воспоминания о прошлых вечерах. Руки задрожали, а синяки начали неприятно ныть.

Я вышла в коридор, услышав довольно громкие шаги, что было нехарактерно для Армани. Он был пьян. Снова.

Увидев меня, выражение его лица мгновенно изменилось. Мужчина смотрел на меня с какой-то сосредоточенностью, глаза горели, и казалось, он готов был наброситься. Чуть покачиваясь, консильери начал приближаться, а я, пытаясь отступить, оказалась загнанной в угол.

Армани схватил меня за руку и резким движением дернул на себя, заставив сделать короткий шаг вперед, чтобы не потерять равновесие. Мои попытки вырваться, казалось, только больше вывели его из себя.

– Успокойся! – Вскрикнул он холодным, чужим голосом.

За мгновение Армани, довольно болезненно, одним движением вздел меня на плечо и понес в сторону комнаты. Грубо бросил меня на кровать и навис сверху.

Его ладони, словно стальные тиски, впились в мои запястья, прижимая их к мягкой поверхности матраса. Сила хватки была настолько велика, что каждое его движение отзывалось во мне волной боли и отчаяния. В глазах пылала дикая одержимость, а я, несмотря на страх, пыталась вырваться, одаривая его гневными взглядами, но хват оставался непоколебимым.

– Ты не понимаешь, – прошипел он, и в его голосе звучала явная угроза.

Затем тяжелая рука скользнула вверх по моему бедру, и я ощутила холодное прикосновение металла к коже. В этот момент меня пронзило осознание: хуже уже быть не может. Дуло пистолета прижалось к бедренной части с такой силой, что через мгновение я почувствовала пронзительную боль.

– Если ты не прекратишь сопротивляться, я прострелю тебе колени и лично позабочусь о том, чтобы ты полностью утратила способность ходить самостоятельно. – Его голос дрожал от смеси гнева и желания, а каждое слово звучало как смертный приговор.

Я затаила дыхание, в голове билась лишь одна мысль: это дело жизни и смерти. Любое неверное движение, любое проявление неповиновения могло оборвать мою жизнь в этот же миг.

Секунды тянулись мучительно медленно, каждая из них казалась вечностью. Я понимала всю безнадежность своего положения: против человека, вдвое превосходящего меня ростом и вооруженного, у меня не было ни единого шанса.

Армани грубо перевернул меня на живот и заломил руки за спину. Одной рукой снял ремень со своих брюк, а другой держал меня. Заметив пистолет, лежащий неподалеку, я попыталась схватить его, но реакция жениха оказалась молниеносной.

– Ну, раз по-хорошему не хочешь, значит, будет по-плохому, дорогая, – прошипел он и начал стягивать мои запястья кожаным ремнем. Ремень впивался в кожу, причиняя невыносимую боль. Вены на моих руках слегка вздулись, и я не смогла сдержать тихий, сдавленный писк. – Ничего, потерпишь, – холодно добавил он, затягивая его еще туже.

Каждое прикосновение обжигало меня, словно раскаленное железо, вызывая дрожь и невыносимую боль.

С каждой секундой движения становились все более властными, глубокими и неумолимыми, вбивая меня в кровать. Он был прижат к моей спине с такой силой, что казалось, я сливаюсь воедино с этим человеком.

С каждым напором состояние ухудшалось, погружая меня в пучину страха. Я боролась с надвигающимся обмороком, чувствуя, как слезы потоком текут из глаз, а белоснежное белье под нами окрашивается алыми пятнами. Но Армани, казалось, уже не замечал ничего вокруг.

Наше мучительное единение было внезапно разорвано настойчивым звонком телефона, но мужчина был полностью поглощен происходящим и не обратил на него никакого внимания. Через пару минут я поняла, что звонки не прекращаются, но Армани, похоже, не собирался отвечать. Его взгляд оставался прикованным ко мне, полный неистового огня и безжалостной жестокости. Внезапно, на долю секунды, его взгляд потускнел.

– Попробуй хоть писк издать, – ядовито пробормотал он, отстраняясь, но не ослабляя своего пристального наблюдения за каждым моим движением.

Он поднял телефон, не отрывая от меня взгляда. Я же, сжавшись в комок и сотрясаясь от ужаса, лежала неподвижно, пока не услышала его слегка раздраженный голос:

– Да, они у меня. Тебе это действительно нужно знать прямо сейчас? – Прозвучал грубый голос, сопровождаемый закатыванием глаз и очередным пронзительным взглядом, от которого по спине пробежал холодок.

Мужчина направился в соседнюю комнату, в свой кабинет, явно намереваясь отыскать какие-то бумаги.

“Это мой единственный шанс,” – пронеслось в голове, побуждая к действию.

Собрав всю свою осторожность, стараясь не издать ни звука и не привлечь к себе ни малейшего внимания, я медленно поднялась. Накинув на плечи лежавший рядом пеньюар, я начала красться прочь из комнаты, делая крошечные, неслышные шаги. Но вдруг, словно гром среди ясного неба, я услышала слова, которые заставили меня застыть на месте, как вкопанную:

– Киара? – В голосе жениха звучало искреннее удивление. Он все еще говорил по телефону, не отрывая взгляда от окна. – Она? Прекрасно, сейчас читает. А что? – Его тон резко изменился, стал жестче, и стало ясно, что что-то его сильно встревожило. – Это исключено, никакой встречи не будет. Она приболела и не выходит из дома.

– Хорошо, значит, я завтра приеду к вам. Такую встречу отменять нельзя, – донесся из трубки решительный голос.

– Маттео, к чему это? Давай спокойно встретимся в баре и посидим как раньше? – Армани пытался сохранить самообладание, его голос дрогнул от скрываемого напряжения.

– Исключено. Я против, чтобы она в таком состоянии оставалась одна. – Настороженно и с явным недоверием ответил голос из телефона.

– Разумеется, но…

– Решено, завтра я еду к вам. Это не обсуждается. Твое упорство здесь бессмысленно, Армани.

– Я тебя понял.

Не теряя ни секунды, я попыталась незаметно прошмыгнуть на кухню, чтобы забрать свой телефон. Но, как назло, Армани в самый неподходящий момент решил встать и проверить, все ли в порядке. Обнаружив меня с телефоном в руке и явно не на своем месте, он вскрикнул, забыв о телефонном разговоре:

– Сюда подошла быстро! – Властный крик пронзил тишину, и он мгновенно оказался рядом, прижав меня к барной стойке.

– У тебя все нормально? – Обеспокоенный голос Маттео прозвучал из телефона.

– Да, все хорошо, – я попыталась что-то выкрикнуть, но Армани тут же зажал мне рот рукой и сбросил звонок.

Я стояла, прижатая к холодной барной стойке, сердце бешено колотилось от подступающей паники и полной неопределенности. Мужчина придвинулся еще ближе, его глаза горели, а губы исказила жестокая усмешка. Ужас охватил меня с головой.

Он грубо схватил меня за запястье, заставляя поднять глаза. Его

прикосновения были резкими, а голос – низким и властным, каждое слово звучало как приказ. Я ощущала себя марионеткой в его руках, и, несмотря на все мои отчаянные попытки вырваться, он продолжал, совершенно игнорируя мой страх и отвращение.

***

Каждая из этих пятнадцати минут казалась вечностью, наполненной мучительным ожиданием. Но внезапно все прервалось, когда в дверь раздался резкий звонок. Этот звук, словно удар, пронзил напряженную тишину, и Армани мгновенно перевел на меня взгляд. В этот момент воздух сгустился от невыносимого напряжения. И, как оказалось, не напрасно.

Мужчина отстранился от меня, застыв в позе, с указательным пальцем, прижатым к губам – немой приказ молчать. Его глаза, полные тревоги, были сосредоточены на чем-то за дверью. Он медленно двинулся к входу и заглянул в глазок.

– Блядь, я конкретно попал, – прошептал он напряженным, но тихим голосом, бросив на меня мимолетный, полный беспокойства взгляд. Я недоуменно уставилась на него, пытаясь понять, что же происходит. – Маттео, – произнес он с запинкой, тут же сунув мне в руки одежду. – Немедленно в ванную, приведи себя в порядок и постарайся скрыть эти ужасные следы.

– Это ведь ты их оставил, так что теперь любуйся, – добавила я с горькой иронией.

В ответ он грубо толкнул меня, и от внезапной слабости я едва не рухнула на пол. Силы оставили меня, и я чудом удержалась на ногах. Жених быстро натянул одежду. На его лице тут же появилась неестественная, натянутая улыбка.

Маттео

Дверь передо мной наконец отворилась, и я увидел чертового Армани. На лице у него была натянутая улыбка, а одет он был только в штаны, лихорадочно пытаясь застегнуть ремень. Он торопливо пожал мне руку, я ответил тем же.

Мужчина впустил меня внутрь, и я, надеясь выяснить, что тут, черт возьми, творится, кивнул в знак уважения.

– Какого черта ты притащился именно сейчас? Слегка несвоевременно.

– Уже понял, что выбрал неудачный момент, – хмыкнул я, а Армани закатил глаза.

– Останешься? – Спросил он.

– Да. А где Киара?

– В душе. Она сразу же пойдет к себе, с нами не останется, – ответил он уже с раздражением.

– С чего, интересно, ты такие выводы сделал? Сейчас решения принимаешь не ты.

– Она неважно себя чувствует, температура высокая.

– Во-первых, ты херовый лжец, а что касается сегодняшнего случая – я имею полное право с позором изгнать тебя. Забыл наши правила?

– Да ладно тебе, я насквозь тебя вижу – молчать будешь, – ухмыльнулся мужчина, и мне пришлось признать его правоту.

– Буду, но это последнее предупреждение. До свадьбы несколько дней, не мог потерпеть?

– Нет, – буркнул он.

– Ладно, давай все-таки обсудим, зачем я приехал. Ты не участвуешь в этих боях.

– С какой стати?

– В этот раз, помимо брата Вито, дерусь и я, так что ты, как моя правая рука, будешь следить за всем этим балаганом. Знаешь же всех этих идиотов. И за баром тоже присмотришь, я не смогу там постоянно торчать, – подготовлено ответил я.

Киара

Едва я ступила в ванную, как ноги предательски подогнулись, и я безвольно рухнула на пол. Каждое движение отдавалось мучительной болью, тело ныло от пережитого. Собрав последние крупицы сил, я с трудом поднялась и шагнула в душевую кабину, чувствуя, как страх сковывает меня.

Горячая вода, словно нежное, но настойчивое утешение, обняла меня своими струями, обжигая и одновременно принося долгожданное облегчение. Я слышала приглушенные голоса Армани и Маттео, их разговор, казалось, витал где-то на периферии моего сознания, постепенно перетекая к теме боев.

Я понимала, что как только Маттео покинет этот дом, меня ждет неизбежная расплата. Осознание того, за кого я выхожу замуж, заставляло меня желать лишь одного: продлить этот хрупкий момент покоя, пока он еще возможен.

Я была безмерно благодарна Маттео, который, почувствовав неблагополучное, приехал без промедления. Если бы не его своевременное появление, страшно представить, какие последствия могли бы меня ждать.

Выйдя из душевой кабинки, я дрожащими руками пыталась скрыть следы пережитого, замазывая синяки и натягивая одежду. От полного отчаяния я опустилась на пол, закрыв лицо руками. Слезы жгучими ручьями текли по щекам, дыхание становилось все более прерывистым, сердце колотилось в груди с пугающей скоростью, а тело сотрясала дрожь. В ушах начало нарастать гудение, и все, что я могла из себя выдавить, были лишь хриплые звуки.

Через несколько минут я услышала приглушенный стук в дверь, едва уловимый. И вот передо мной склонился Армани, с непониманием вглядываясь в мое состояние.

– Ты в своем уме?! – Раздался грубый, но удивительно тихий голос Маттео, который отчитывал Армани. – У нее паническая атака, сколько раз тебе говорил, а ты так ничего и не запомнил.

Мужчина присел передо мной на колено, его присутствие, казалось, пыталось хоть как-то облегчить мое состояние. Маттео осторожно взял мою ладонь в свою и крепко сжал. Его грубый голос, словно острое лезвие, прорезал туман моего сознания:

– Слышишь меня? – Я едва заметно кивнула, но мужчина уловил этот жест и одобрительно кивнул в ответ. Затем он повернулся к Армани: – Воды принеси. – Он вильнул головой в сторону двери, и Армани мгновенно исчез, не смея возразить указанию босса.

Маттео же снова посмотрел на меня и начал мягко разминать и массировать мои руки, словно пытаясь вернуть им жизнь.

– Послушай меня. Все хорошо, сейчас нужно сосредоточиться на дыхании. Ты должна дышать спокойно и слушать меня. С этим нужно совладать. Слышишь?

– Д-да, – проговорила я, едва слышно. Почувствовав, что дыхание приходит в норму, я ощутила, как сильные руки аккуратно поддерживают мое тело. В этот момент к нам подбежала домработница. Маттео, не теряя ни секунды, приказал ей:

– Открой все окна в гостиной, я отнесу ее. – Девушка кивнула и убежала выполнять поручение. – Не переживай, я перенесу тебя в более просторное и комфортное место, расслабься и доверься мне. Пожалуйста. – Маттео плавно присел, бережно поместил одну руку под мои коленные чашечки, а вторую – на талию, словно я была хрустальной статуэткой. Подробно поясняя каждое свое движение, он поднял меня.

Его руки, удивительно напоминающие руки моего жениха, неожиданно принесли мне успокоение. Несмотря на всю мою тревогу и опасения, я почувствовала, как напряжение покидает меня. Я прижалась к его груди, закрыв глаза, и впервые ощутила такую деликатную заботу.

Судорожно пытаясь вернуть себе ровное дыхание, совершенно не осознала, как оказалась уже на мягком кожаном диване. Передо мной, на коленях, сидел Маттео, а за ним, сложив руки на груди, стоял недовольный Армани.

– Ей уже лучше, пусть отдохнет, а мы с тобой пойдем поговорим, – приказал босс мужчине, стоявшему рядом. Тот лишь кивнул, бросив на меня быстрый, словно оценивающий, взгляд.

Сквозь распахнутые окна в гостиную проникал свежий воздух, и я почувствовала, как напряжение, сковывающее меня, постепенно отступает, уступая место долгожданному, хоть и хрупкому, покою.

4. Голос в тишине

Киара

Окончательно прийти в себя я смогла только через три часа. Ожившее лицо в зеркале придало мне немного уверенности, и я направилась на кухню, откуда доносились голоса. За столом сидел Армани, а напротив него, прислонившись спиной к столешнице и сложив руки на груди, стоял Маттео. Мой вход привлек всеобщее внимание.

– Как ты? – С явным удивлением спросил жених. Вспомнив о присутствии Маттео, я поняла причину его вопроса. Я повернула голову к Маттео, и на его лице мелькнула едва уловимая усмешка. Он утвердительно кивнул, уверяя меня, что со всем разобрался.

– Уже лучше, спасибо, – прошептала я, чувствуя, как голос дрожит от испуга, и снова посмотрела на Дона.

Он чуть склонил голову, не отрывая от меня взгляда, что лишь усилило мое беспокойство и вызвало новую волну дрожи. На мгновение мне показалось, что в его глазах мелькнул страх.

– Мы как раз с Армани обсуждали, что могло вызвать твою паническую атаку, – произнес Маттео с такой интонацией, будто знал истинную причину, но хотел услышать мою красивую ложь.

– Совсем скоро свадьба, наверное, перенервничала, вот так и получилось, – робко проговорила я, но мои слова заставили его заметно напрячься.

– Сомневаюсь, что это из-за предстоящей свадьбы, – сказал он настойчивым, почти грубым тоном. – Но говорю сразу: тебе нельзя переживать или оказываться в стрессовых ситуациях. Нужен полный покой, отдых и забота, чтобы приступ не повторился. Хотя обратиться к врачу все же стоит. – Это был не совет. Приказ.

– Не волнуйся, я обеспечу ей все необходимое, – с довольной ноткой в голосе заявил Армани, взглянув на меня с вызовом, но этот взгляд был холодным, как и он сам. Возникло ощущение, будто сам Маттео стоял над ним с пистолетом, заставляя проявлять заботу и любовь. Возможно, так оно и было.

– Так, я, пожалуй, поеду, – сказал он, обращаясь к Армани. – Аврора, наверное, уже заскучала. Еще и Вито в бар сегодня звал. А у тебя, приятель, сегодня выходной. Будешь дома сидеть и присматривать за Киарой. – Я нервно сглотнула, стараясь не выдать своего расстройства. Если бы Маттео только знал, что Армани творит под видом “заботы”, он бы вряд ли оставил меня с ним надолго.

– По барам шататься собираетесь, а мне тут херней страдать?

– Я не желаю ничего слышать, ты останешься здесь, и это окончательное решение, – резко оборвал его босс. Армани словно пронзило током. Он вздрогнул и кивнул, будто человек, стоящий перед ним, мучил его последние часы и внушал такой страх, что возразить было невозможно. – Ну вот и прекрасно. Все решено, – заключил Маттео, отстранившись от столешницы. Он поправил рубашку и направился к прихожей.

Армани тут же последовал за ним, а я – за Армани. Мужчина бросил короткий, оценивающий взгляд на меня и улыбнулся, затем перевел взгляд на своего подчиненного, но уже с явным оттенком раздражения. Пожав руку Армани, он покинул наш дом.

Как только входная дверь закрылась, улыбка мгновенно исчезла с лица Армани. Он обернулся ко мне с выражением явного гнева, но затем на его лице появилась самодовольная усмешка.

– Неплохое представление ты устроила. Из-за этого мне пришлось отчитываться перед Маттео, словно перед родителями.

– В этом полностью твоя вина, – ответила я, стараясь сохранять спокойствие.

– Ну, знаешь, я никогда бы не подумал, что ты окажешься такой пугливой и настолько нежной, – продолжил он с нотой сарказма.

– Это все твои заслуги, – снова парировала я, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.

– Лучше помолчи, пока я снова не спровоцировал причину твоей панической атаки, – резко бросил он, и я тут же замолчала. Спустя минуту молчания он все же произнес: – Я ухожу в кабинет, меня не трогать.

Я решила отправиться в комнату, чтобы снова попытаться выспаться, так как усталость все еще давала о себе знать.

Маттео

Я заявился в дом только через час. Пришлось заехать, прикупить продуктов. Аврора встретила меня у двери с легкой улыбкой. Умница. Не лезет обниматься, когда я прошу не делать подобного. За это я ей благодарен.

Невыносимо раздражает, когда объясняешь людям элементарные вещи по многу раз, а они упрямо продолжают действовать по собственному разумению.

– Маттео! В магазин заезжал? – Улыбчиво спросила она, пытаясь заглянуть в пакет.

– Да. Решил заехать.

– Может, приготовить тебе что-нибудь?

– На твое усмотрение.

Я вымыл руки и направился в кабинет. Дела сами себя не сделают, но бросил на ходу:

– Вечером я с Вито в бар. Не жди.

– Ну… хорошо, – произнесла она тихо и словно расстроенно. Для меня она всегда останется просто маленькой девочкой, которой не хватило любви в детстве, которой приказывали беспрекословно подчиняться. Сказали, что она должна выйти за меня замуж, и она это сделает. Поэтому сейчас Аврора ищет во мне ту любовь, которой ей не хватало в детстве. Ей просто нужен человек, который всегда будет рядом, будет поддерживать и любить ее.

– Не расстраивайся. Моя карта в спальне, закажи себе что хочешь. А завтра, может, посмотрим какой-нибудь фильм. Идет?

– Хорошо. – Тут же девушка оживилась и принялась готовить с удвоенным энтузиазмом.

А мне предстояло два часа копаться в этих чертовых бумагах. Но потом можно будет наконец расслабиться и отдохнуть от всего этого дерьма.

Киара

Спустя час, измученный долгим сидением за компьютером, Армани решил прервать свое занятие. Я почувствовала легкий испуг, когда он намеренно разбудил меня и направился на кухню, чтобы выпить. Удивительно, но он пил редко, однако, как говорится, метко. Каждый раз, когда он выпивал, начинался настоящий ад, и в восьмидесяти процентах случаев это касалось меня. Но конкретно сейчас все было иначе, и я с тревогой наблюдала.

Армани налил себе довольно крепкий виски. Первый глоток заставил его поморщиться, но затем он откинулся на спинку стула, погружаясь в расслабленное состояние. Я надеялась, что алкоголь быстро его усыпит, и я смогу насладиться чтением новой книги, но мои надежды не оправдались.

Спустя еще пару минут, Армани резко вскочил с места, отчего у него закружилась голова. Однако он не придал этому значения. Даже не взглянув в мою сторону, мужчина схватил телефон и увидел сообщение от своего босса.

Быстро отправив несколько сообщений, часть из которых явно предназначалась не только Маттео, но и, вероятно, Вито или кому-то из знакомых, в спешке он распахнул дверцы шкафа. Быстро надев рубашку, брюки и пиджак, он наконец обратил на меня внимание.

– Я в офис, Маттео написал, требует моего присутствия.

– Так он же собирался в бар, – удивленно подметила я, понимая, что мне врут.

– Планы изменились. Меня не жди.

– И не собиралась, – огрызнулась я, видя, как он начинает злиться, но, взглянув на наручные часы, решил не устраивать скандал. Армани молча вышел, закрыв за собой дверь.

Я спокойно закрыла изнутри дверь спальни и направилась к книжному стеллажу, который был полностью заставлен книгами. Это единственная вещь, без которых я не могу представить свою жизнь. В детстве я ненавидела чтение и все, что было с ним связано, но со временем нашла в них смысл жизни. За свою жизнь я поняла, что лучший способ уйти от реальности и хотя бы ненадолго отвлечься от проблем – это погрузиться в чтение. Я словно проживаю другую жизнь вместе с героями, могу прочувствовать атмосферу каждой ситуации. Переживаю те же эмоции, что и они: могу плакать и радоваться вместе с ними. Это возвращает меня к жизни.

Но Армани не разделяет моего увлечения. Он считает, что я должна заниматься домашними делами: готовить, стирать, убирать, а не тратить время на рассказы, которые, по его мнению, содержат один разврат. Серьезно, мужчине приходилось силой вырывать книги из моих рук, потому что его не устраивает, сколько времени я провожу за этим занятием. Он безжалостно рвал их и даже пытался сжечь, а потом вымещал злость на мне, но это не помогло.

Когда Армани нет дома, я обычно начинаю новую книгу, планируя провести вечер, погрузившись в их мир. Сегодняшний вечер не стал исключением. Я уютно устроилась на кровати, укутавшись в мягкий плед. Домработница принесла мне кофе, оставив его на тумбочке, и удалилась. Наступил тот долгожданный момент, когда я надеялась хотя бы на пару часов покинуть реальность и раствориться в вымышленной истории.

Слово за словом, строка за строкой, страница за страницей – я чувствовала, как напряжение последних дней постепенно отступает. Наконец-то, после долгого времени, я ощутила проблеск свободы и умиротворения. Телефон, чтобы не нарушать эту хрупкую гармонию, был на зарядке, подальше от меня. Я позволила себе расслабиться под теплом покрывала, наслаждаясь этой тихой, умиротворяющей атмосферой.

Без Армани дом казался таким прекрасным, каждый уголок его сиял от солнечных лучей, пробивающихся сквозь шторы. В последние три дня за окном лил дождь, что для наших мест было редкостью, но сегодня, впервые за несколько дней, появилось солнце, и я была этому, признаться, очень рада.

Спустя полчаса, почувствовав, что стало довольно тепло, я решила откинуть плед и снова попытаться уйти от реальности, надеясь наконец заснуть. Глаза уже почти закрывались, как вдруг неожиданный телефонный звонок резко вернул меня в этот мир.

Уже в полусонном состоянии я подошла к телефону и с удивлением обнаружила звонок от моего друга детства. Мы давно прекратили общение из-за разногласий с моими родителями, и я совершенно не ожидала его услышать. Лука работал в офисе Армани, но наши пути разошлись уже очень давно. Армани ничего не знал о наших связях, и, честно говоря, так было лучше.

– Привет, что-то случилось? Почему ты вдруг решил позвонить? – Спросила, пытаясь скрыть легкое волнение.

– Киара, это срочно. Удали мой номер сразу после этого звонка. Послушай, тебе нужно немедленно приехать в офис Армани.

– Нет! Ты издеваешься? Я никогда добровольно не поеду к нему!

– Послушай, это серьезно. Ты должна знать правду. Звони своему водителю и отправляйся сюда прямо сейчас. Я постараюсь встретиться с тобой, но удали все данные обо мне из своего телефона. Я сам тебя найду.

– Хорошо, – коротко ответила я, понимая, что Лука не стал бы звонить по пустякам и уж тем более лгать. В его голосе звучала такая искренность, что я не могла не поверить.

Я быстро накинула первый попавшийся костюм, распустила волосы и набрала номер водителя, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Мне удалось проскользнуть мимо охраны, ведь я делала это не раз, и это всегда срабатывало. У них был приказ докладывать Армани о каждом моем шаге и везде сопровождать, но в этот раз я не могла позволить им сделать это.