Ангел для мажора. Пари на новенькую

Лина Блэк

Ангел для мажора. Пари на новенькую

Пролог

Кирилл Золотарев

Её хрупкие запястья легко поместились в одной моей руке.

Сжимаю сильнее, чем нужно, но мне плевать. Пускай побесится, подёргается — всё равно уже моя.

— Отпусти, Золотарёв, ты больной что ли?!

Она шипит, извивается и царапается. Дёргается, как кошка, которую макнули мордой в воду.

И бесит меня ровно так же.

— А если не отпущу, что сделаешь, лисенок? — нарочно растягиваю это прозвище, которое сам же ей и дал, словно облизывая каждую букву.

Знаю, что ее это выбешивает.

А мне нравится, когда глаза у неё горят от ярости.

— Закричу! — угрожает она, дрожащим голосом.

— Давай, детка. Кричи. Покажи, всем насколько я хорош, — ухмыляюсь и свободной рукой резко хватаю её за подбородок, заставляя смотреть прямо в мои глаза. — Только учти, сюда никто не войдет. Ты сама прекрасно знаешь почему.

Её зрачки расширяются, губы дрожат. Мне нравится, как Алиса краснеет, как губы её раскрываются, а дыхание сбивается, несмотря на то, что пытается выглядеть бесстрашной.

Бесполезно, девочка, я тебя читаю насквозь.

И ты хочешь меня… Также сильно, как я хочу тебя.

— Ты… урод… — шепчет она. Взгляд скачет от моих глаз к губам.

Врушка. Хочет, знаю, что хочет. Жмется, правда, словно впервые замужем, ей богу…

— Согласен, — киваю и наклоняюсь ближе, заставляя её спиной упереться в холодную стену за спиной. Прижимаю её к ней так, чтобы почувствовала, насколько сильно я её хочу.

А я хочу её всегда. Всю. И целиком.

— Но ты так от этого урода мокнешь, что вот-вот затопишь нас обоих…

Её щеки загораются огнём, она дёргается, пытается оттолкнуть, но её сила — смешна. Хрупкая, нежная… словно фарфоровая статуэтка, которую бережно хранят в серванте…

Но я не я.

— Ненавижу тебя! — шепчет она едва слышно, закрывая глаза.

— Отлично, — шепчу в её губы, проводя по ним языком, дразня и не позволяя отвернуться. — Ненавидь меня сильнее, детка. Это чертовски возбуждает.

И я целую её. Грубо, почти больно, вдавливая в стену. Языком раскрываю губы и завоевываю её рот полностью, лишая возможности протестовать, дышать, думать.

Моё терпение на исходе. Хватит бегать. Хватит ломаться. Я устал притворяться, что даю ей выбор. Она давно уже его лишилась, просто пора это уже признать.

Наконец-то слышу тихий, почти жалобный стон, и это сводит с ума окончательно. Она сдаётся на долю секунды, прежде чем вновь попытаться вырваться.

Поздно, Алиса. Ты уже моя. Даже если ещё не поняла этого.

Даже если мне придётся доказывать это тебе снова и снова.

Я отстраняюсь ровно настолько, чтобы прошептать, смотря в её расширенные глаза:

— Ты моя, Алиса. С этого дня и до тех пор, пока я не решу иначе.

Она открывает рот, собираясь что-то ответить, но я не позволяю.

Затыкаю поцелуем и прижимаю сильнее, чтобы не осталось сомнений.

Выбора у неё больше нет.

И никогда уже не будет.

Глава 1

Алиса Арсентьева

Я проснулась в панике и с ужасом уставилась на часы.

Восемь сорок три?!

Нет. Этого просто не может быть!

Я дернулась так резко, что чуть не свалилась с кровати, запутавшись в одеяле и чуть не уронив ноутбук на пол.

Ну конечно, Алиса! Кто же тебя просил до пяти утра смотреть сериал, когда сегодня первый день учебы в универе?!

Кто?! Правильно, никто. Ты собственноручно, доказывая самой себе, что точно встанешь, включила очередную серию!

Идиотка!

Мобильник жалобно лежал на полу, экраном вниз. Кажется, я приложила его рукой пару раз, когда он пытался меня разбудить ещё в семь утра...

Потирая заспанные глаза, я вскочила и понеслась по комнате, на ходу пытаясь найти хоть что-то, что не будет выглядеть так, будто я только что выбежала из горящей квартиры. Хотя, кажется, именно так я и выглядела сейчас.

— Мам! Почему ты меня не разбудила?! — крикнула я, натягивая джинсы и путаясь в волосах.

Ответа не последовало.

Ах, да… Ну конечно, мама сегодня не ночевала дома, иначе уложила бы меня спать еще в восемь вечера! Очередное шикарное свидание с ее кавалером… М-да. Привыкнуть к тому, что мама порой ночует не дома мне до сих пор не удавалось…

Как же было прекрасно, когда мы были только вдвоем, но… против маминого счастья я ничего не имею, так что, терпи казак, атаманом будешь! Учись, Алиска, жить самостоятельно!

И вставать вовремя, чтобы не опаздывать в универ!

Метро теперь явно отпадает. Пока я доберусь на автобусе до него, а потом уже внутри подземки, безбожно опоздаю!

Гениально, Алиса.

А что, если…

Мой взгляд упал на балкон. Там, покрытый пылью и паутиной, уныло стоял мой старенький велик.

Я тяжело вздохнула, понимая, что другого выхода уже нет. На нем будет в разы быстрее, потому что можно будет путь скосить напрямую… Правда, погодка так себе для велика, но где наша не пропадала, верно?!

Скажите спасибо, что хоть не пешком, верно?

Через семь минут, задыхаясь и проклиная собственную безответственность, я уже неслась по дороге, уворачиваясь от прохожих и стараясь не сломать себе шею на высоких бордюрах.

Первый день в универе после перевода с заочки на очное. Отличное начало. Именно так я себе это и представляла, ага.

Сердце бешено стучало от напряжения и тревоги, а волосы, которые я так тщательно пыталась заплести в косу, теперь были похожи на гнездо, которое усердно вили птички!

— Извините! Простите! — бормотала я, лавируя между припаркованными машинами и понимая, что ещё чуть-чуть, и я умру прямо здесь, на дороге, в совершенно дурацкой позе.

Но вот он, родимый университет уже виднелся впереди.

Наконец-то!

Есть шанс, что я успею влететь в аудиторию быстрее преподавателя!

Я успела облегчённо выдохнуть и немного замедлиться, когда за спиной громко прогудел автомобильный сигнал. Я от неожиданности дёрнулась так сильно, что потеряла контроль над рулём.

Сердце ухнуло куда-то вниз, и прежде чем я успела сообразить, что происходит, перед моими глазами мелькнуло что-то черное, блестящее и очень дорогое. Уши заложило от паники и ужаса, когда я со всего размаха въехала в бок шикарного Гелентвагена, который так эффектно подставился прямо под мой многострадальный велик.

Грохот. Боль в руках. Металлический звон велика, врезавшегося в дверцу машины.

И тишина.

Голова шумела, сердце бешено колотилось в груди. Я медленно подняла глаза и поняла, что все взгляды на парковке сейчас были направлены исключительно на меня. Щеки вспыхнули, как будто меня облили кипятком, дыхание сбилось, и я почувствовала, как по спине пробежала холодная дрожь.

— Да ладно… — прошептала я еле слышно, уставившись на глубокую царапину, которая теперь украшала дверь роскошной машины.

О боже. Я же даже представить боюсь, сколько стоит ремонт этой штуки! И почему я просто не легла спать вовремя, а?!

Я сглотнула, почувствовав подкатившие к горлу слёзы и резко развернулась, встретившись взглядом с компанией парней, стоявших неподалёку.

И тут сердце ухнуло куда-то вниз, а внутри все заледенело.

Потому что среди них стоял он.

Тот, чьё лицо я уже успела увидеть в многочисленных университетских чатах.

Тот, чьё имя произносилось с особым трепетом и уважением.

Тот, кого лучше обходить стороной, если тебе дороги твои нервы и репутация.

Тот, от кого млела львиная доля девчонок!

Парень, который являлся на данный момент самым желанным куском пирога для большинства!

Кирилл Золотарёв.

Его взгляд буравил меня насквозь, словно пригвоздив к месту! Заки мгновенно вспыхнули вновь… Он выглядел так, будто видел насквозь все мои страхи, сомнения и… отчаянное желание просто провалиться под землю прямо сейчас.

— Это твоя тачка, Кир? — насмешливо спросил один из парней. — Интересный способ познакомиться, не находишь?

— Моя, — медленно произнёс Золотарёв, не сводя с меня глаз.

Голос у него был низкий, уверенный, и в этот момент я поняла, что попала крупнее, чем могла предположить.

— Простите, я правда не хотела… — промямлила я, не в силах выдержать его насмешливо-холодный взгляд.

Кирилл усмехнулся уголком губ и, не отводя глаз, лениво произнёс:

— Не хотела? Все вы не хотите, а потом оказываешься, что только этого и добивались. Если так — поздравляю, детка, у тебя получилось. Ты в этом семестре на верхушке хит-парада!

Мой мозг отчаянно пытался придумать хоть какой-то ответ, но язык словно прилип к нёбу, а сердце продолжало молотить в груди так сильно, что я боялась потерять сознание прямо здесь.

— Ну, и…? — медленно спросил он, наклонив голову набок и изучая меня с таким откровенно-хищным интересом, что у меня внутри всё сжалось от ужаса и… чего-то ещё, чему я пока отказывалась дать название. — Как расплачиваться будешь, крошка?

Глава 2

Алиса Арсентьева

Как расплачиваться?

Эти слова эхом отдались в моей голове, и я почувствовала, как внутри что-то болезненно оборвалось. Щеки запылали с новой силой, сердце ударило в грудную клетку так, что я даже испугалась: оно вообще может так стучать или я сейчас умру от позора прямо здесь?

Но секунду спустя во мне проснулось нечто, чего я не ожидала сама от себя — упрямство. Нет, не собираюсь я так легко сдаваться, тем более этому заносчивому типу, который привык решать всё одним взглядом.

Ну нет, я не одна из твоих воздыхательниц, которые плывут от любого твоего слова, сказанного в их адрес! С этими всеми наглыми и раздевающими взглядыми к ним!

Я, в конце концов, не мажорка, у которой туфли стоят, как три маминых зарплаты! Должен же понимать…

Хотя, на что я вообще надеюсь?!

— У тебя тачка за пару десятков миллионов и нет страховки? — проговорила я максимально спокойно и чётко, хотя голос всё равно слегка дрожал. — И она должна покрыть эту царапину.

Парни за спиной Кирилла тихо засмеялись, а он продолжал смотреть на меня с лёгкой усмешкой, словно я сказала что-то неимоверно глупое и наивное.

— Да что ты говоришь, — медленно и насмешливо протянул Золотарёв, подходя ещё ближе и скрещивая руки на груди. Он оказался настолько близко, что я почувствовала аромат его парфюма — дерзкий, дорогой, уверенный, точно такой же, как и его обладатель. — Какая умненькая девочка… Правда, глупая. Страховка не покроет и трети этой царапины.

Я упрямо вскинула подбородок, хотя в груди всё дрожало и горело от напряжения. Что он себе позволяет вообще?!

— Тогда я уточню, сколько это будет стоить, — резко ответила я, чувствуя, как мои пальцы нервно сжимают руль велосипеда. — Есть же специалисты, верно? Давай я возьму твой номер и мы созвонимся, как только я буду более подкована в ситуации… Мне на занятия пора бежать, тут же не влияет совершенно на езду повреждение!

Я попыталась сделать шаг в сторону, но Кирилл ловко и почти незаметно преградил мне путь, встав так, что я чуть не налетела на него. Я вскинула взгляд и тут же пожалела об этом.

Глаза его смотрели на меня с такой откровенной насмешкой и вызовом, что я мгновенно снова вспыхнула и почувствовала, как учащается дыхание.

— Так значит, хочешь свалить? — произнёс он тихо, едва слышно для окружающих, но от его голоса внутри всё болезненно сжалось.

— Я не сваливаю, а иду на лекцию! — возмутилась я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно и громко, но вместо этого он прозвучал жалко и слабо. — Я как тебе на месте могу решить вопрос?!

— А ты в курсе, что оставление места ДТП — это, вообще-то, серьёзное нарушение? — спокойно спросил он, и я застыла на месте, осознавая смысл его слов. — Можно и прав лишиться, и штраф крупный получить. Хотя… тебе меня бояться стоит больше. чем нашего правосудия.

Внутри меня все похолодело и стало совсем нехорошо. Я замерла, глядя в эти пронзительные, насмешливые глаза и чувствуя себя пойманной в ловушку.

— Но я же сказала, что готова обсудить… — почти прошептала я. — Да и вообще, я не виновата! Меня напугали…

Кирилл едва заметно улыбнулся, наклоняясь ближе и понижая голос до полушепота:

— А это суть проблемы не меняет, крошка! Если готова обсудить, то давай обсудим прямо сейчас, — он сделал паузу, многозначительно оглядывая меня с ног до головы, и добавил, — если, конечно, тебе не плевать на последствия.

Щеки мои вспыхнули с новой силой, а тело снова предательски напряглось. Боже, почему я так реагирую на его близость, на его голос, на его наглые слова?!

— Что ты предлагаешь? — спросила я тихо и напряженно, почти боясь услышать ответ.

Он улыбнулся ещё шире и чуть приблизил лицо к моему, заставляя меня почувствовать жар его дыхания на своей коже:

— Ну, судя по одежке, денег у тебя нет, как я вижу… — он слегка наклонил голову набок, продолжая с откровенным вызовом смотреть мне в глаза. — Тогда придётся расплачиваться иначе.

Я вздрогнула и резко отвернула голову, чувствуя, как внутри всё горит и дрожит от стыда и негодования.

— Ты нормальный вообще? — выпалила я, чувствуя, как в голосе прорезается неожиданная злость.

Он тихо рассмеялся, отстраняясь буквально на пару сантиметров, и с издёвкой проговорил:

— Нет, крошка, нормальные — это твои додики, у которых на свиданке счет пополам. Но у тебя особо выбора нет, верно?

— Я найду деньги, я обещаю! — с нажимом произнесла я, глядя на него уже почти с ненавистью. — Просто дай мне немного времени.

— Времени? — он усмехнулся и медленно покачал головой. — Нет, девочка, я не даю время просто так. Мне нужно чёткое понимание, как именно ты собираешься погасить этот долг.

Я сглотнула, понимая, что у меня действительно нет ни одного разумного варианта прямо сейчас. Сердце колотилось так, что я боялась, оно просто выскочит из груди.

— Я не знаю… я что-нибудь придумаю, — снова промямлила я, чувствуя себя полной идиоткой.

Кирилл чуть отстранился, внимательно изучая моё лицо, словно что-то решая для себя, а затем спокойно и тихо проговорил:

— Ладно, крошка. У тебя есть ровно один день, чтобы решить, как ты будешь расплачиваться. Завтра вечером мы встретимся у меня дома и обсудим всё это спокойно и подробно. Адрес я скину тебе в смс.

Меня словно мешком пыльным по голове прибило…

В смысле, у него дома?! Это на что этот наглец намекает?!

— Я не собираюсь приезжать к тебе домой, Золотарев! даже не мечтай! Максимум - в каком-нибудь парке, где вокруг будет толпа народу! Наедине я с тобой не останусь!

— Ох, какая прыть, — снова улыбнулся парень. — Ты приедешь туда, куда я скажу, крошка, иначе… я приеду к тебе сам!

Он чуть улыбнулся уголком губ, и эта улыбка мне совершенно не понравилась. Она была слишком… интимной, слишком опасной.

— И, надеюсь, что твоя фантазия достаточно развита, чтобы предложить мне что-то реально интересное, — тихо добавил он и, отступив, сделал жест рукой, пропуская меня вперёд. — Теперь можешь бежать на занятия. Надеюсь, ты не опоздаешь ещё сильнее, чем уже.

Я быстро схватила велосипед и, больше не поднимая глаз, почти бегом направилась к входу в университет. Меня колотило, ноги подкашивались, а сердце билось с такой силой, что я едва удерживалась на ногах.

Нет, ну каков гаденыш, а… Можно подумать, я сделала это специально! Меня напугали! Вообще, все вопросы к тем, кто бибикнул мне в спину!

Уроды…

В глазах неимоверно защипало, но я сдержалась… Никаких слез, Алиска! Справимся…

Хрен тебе, Золотарев, а не встреча! Срочно нужно найти адвоката и проконсультироваться! Ну не может же быть все НАСТОЛЬКО плохо, правда…?

Глава 3

Алиса Арсентьева

Я влетела в аудиторию почти за секунду до преподавателя, просто потому, что его отвлек другой препод, насколько мне удалось запомнить, по макроэкономике… Сердце колотилось так, словно грозило выскочить из груди и я, стараясь отдышаться и утихомирить дыхание, оглянулась в поисках свободного места.

Плевать на косые взгляды и перешёптывания, плевать на всё! Главное, что я успела и не добавила ещё один жирный минус к своему и без того шикарному утру.

Стараясь не встречаться ни с кем взглядом, я нырнула за первую попавшуюся свободную парту и быстро вытащила тетрадь из рюкзака.

М-да… Смотрели на меня буквально ВСЕ! Конечно… новенькая, к концу года… Откуда взялась, что за человек… Всем было интересно все! Я, правда, была не настроена на откровенности и объяснять, почему я большую часть первого курса проучилась на заочке, не собиралась.

— Привет, ты новенькая? — тихо спросила девушка рядом, с любопытством поглядывая на меня. — Меня Соня зовут.

— Алиса, — выдохнула я в ответ, едва успевая подавить дрожь в голосе.

— Перевелась? — продолжала Соня шептать, видимо, заметив мое состояние. — Ты что такая взвинченная? Что-то случилось?

Я сглотнула, глядя в её доброжелательные глаза. Ну, хоть кто-то нормальный тут есть…

— Нет, я… эээ… с заочки на очное перешла. так было надо… Да так, ничего особенного, просто сложное утро, — я попыталась улыбнуться, но получилось так себе.

Девушка сочувственно хмыкнула и кивнула на других ребят в аудитории.

— Тут все уже шепчутся про твоё столкновение с Золотарёвым, — тихо сказала она и тут же поспешила добавить: — Он, конечно, парень шикарный, но тебе явно лучше держаться от него подальше. Правда… слушай, а ты серьезно разбила ему тачку?!

Я вздрогнула, почувствовав, как щеки снова заливаются краской. Отлично, значит, моя маленькая авария уже стала главной новостью университета.

— Эм… я случайно! Но спасибо, учту, — тихо ответила я, стараясь сфокусироваться на лекции, хотя мысли снова предательски возвращались к утреннему инциденту и к этому невозможному наглецу с насмешливым взглядом.

— М-да… вот это тебе не повезло… Боюсь, что мой совет будет сложно реализовать…

Спасибо, я уже поняла, блин… И что делать!? Надо срочно позвонить маме!

Тут же перед глазами возник образ матери, счастливой донельзя из-за…

Тяжело вздохнув, я отмела эту идею сразу…

Нет, маму беспокоить не надо. В ее положении сейчас нервы будут явно лишними, да и напрашиваться на помощь ее кавалера мне тоже не улыбалось. Я ему никто вообще, чтобы он за меня такие проблемы решал…

Думай, Алиска… Думай!

Точно! Позвонить Максу! Он почти закончил уже юридический, даже работал помощником судьи, точно сможет проконсультировать!

При воспоминании о парне сразу свело живот… Эх, моя несостоявшаяся любовь, о которой, разумеется, парень был и не в курсе. Да уже и не к чему. Но помочь точно не откажется!

Постепенно я начала успокаиваться. Соня оказалась приятной собеседницей и рассказывала что-то интересное и забавное, постепенно переключая меня от тревожных мыслей. Я уже почти улыбалась, когда пара закончилась.

— Пойдём в столовую вместе? — предложила она.

— Да, сейчас догоню, мне надо позвонить кое-кому, — ответила я, жестом показывая, чтобы она шла вперёд.

Соня кивнула и вышла первой, а я быстро собрала вещи и направилась к выходу. Коридор уже почти опустел, только где-то вдалеке звучал смех и шаги.

Я свернула за угол, и вдруг меня резко схватили за запястье и резко дернули в сторону. От неожиданности я чуть не вскрикнула, но тут же поняла, кто именно так нагло вторгся в мое личное пространство.

Кирилл.

Сердце мгновенно рухнуло вниз, а тело напряглось и застыло в ступоре, не понимая, что делать.

— Ты… — я попыталась сказать хоть что-то, но дыхание сбилось, когда он почти силой втащил меня в ближайшую пустую аудиторию.

Золотарёв прижал меня спиной к парте и резко навис надо мной, не давая и шанса вырваться. Сердце колотилось бешено, а в глазах потемнело от смеси страха и неожиданного возбуждения, от которого стало невыносимо стыдно.

— Отпусти меня! — прошептала я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно и резко, но он предательски дрожал. — Мы же договорились!

— Я тут подумал, крошка, — прошептал Кирилл прямо у моего уха, игнорируя мои слова и вызывая волну мурашек на моей коже. — Решил, что тебе явно не хватает мотивации. Нужно дать тебе стимул думать быстрее и продуктивнее.

Его голос был низким и хриплым, а дыхание горячим и обжигающим. Я инстинктивно вздрогнула и попыталась отвернуться, но он жестко поймал мой подбородок, заставляя смотреть прямо ему в глаза.

— Ты что творишь вообще? — возмутилась я шепотом, чувствуя, как мои щеки снова горят огнём, а дыхание сбивается ещё сильнее.

— Да так, помогаю тебе соображать, — медленно проговорил Кирилл, обводя пальцем контур моей нижней губы. — А то вдруг ты не понимаешь, насколько всё серьёзно.

От его прикосновения у меня в груди что-то болезненно сжалось, и я попыталась увернуться, но он тут же прижал меня сильнее.

— Я все прекрасно понимаю, отпусти, — выдохнула я, чувствуя, как голос мой почти умоляющий.

— Правда? — он усмехнулся уголком губ и ещё ближе приблизил своё лицо к моему, заставляя моё сердце пропустить пару ударов. — Что-то незаметно.

— Я сказала, отпусти! — повторила я чуть громче, но он лишь улыбнулся, скользнув взглядом по моим губам.

— А если нет? — прошептал он, почти касаясь губами моей щеки. — Что сделаешь, детка?

Его пальцы скользнули вниз, легко касаясь шеи, затем плеча, заставляя моё тело содрогнуться от ощущения его близости. Я ненавидела себя за это, за то, что моё тело реагирует так явно и неправильно на его действия.

— Я закричу, — выдавила я, сама не веря, что смогу это сделать.

Кирилл тихо засмеялся, словно я сказала что-то невероятно забавное, и отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть в мои глаза.

— О, ты точно будешь кричать. Только это не отменяет того факта, что сейчас я просто хочу поиграть, а домой ко мне тебе все равно придется приехать. Вот там и будем разбираться, насколько ты умеешь громко выражать свои эмоции. Поверь мне, я очень постараюсь, чтобы было максимально громко. — Он снова ухмыльнулся, и я почувствовала, как внутри меня всё холодеет от его слов.

— Не надо, — быстро прошептала я, глядя в его глаза и отчаянно пытаясь понять, как мне выбраться из этой ситуации. — Сказала же, я решу вопрос. Мы договорились…

— Я в этом ни на секунду не сомневаюсь, крошка, — прошептал он снова почти в губы. — Просто хочу оценить, так сказать, твои намерения лично…

И… молниеносно накрыл мой рот в жадном поцелуе.

Глава 4

Алиса Арсентьева

Его губы накрыли мои резко, жёстко, безжалостно, стирая любые мысли и протесты.

Я застыла, на секунду полностью потеряв связь с реальностью, и просто забыла, как нужно дышать.

Кирилл целовал так, словно ему принадлежало всё — моё тело, мои эмоции, моё право на сопротивление. Его пальцы крепко сжимали мой подбородок, не позволяя даже на миг вырваться или отвернуться.

Паника внутри смешалась с каким-то невыносимым, острым ощущением. Я должна была сейчас же оттолкнуть его, ударить, закричать — да хоть что-нибудь! Но вместо этого моё тело предательски замерло, а потом словно перестало слушаться разума и сдалось. На какую-то жалкую долю секунды мои губы сами приоткрылись ему навстречу, тело прогнулось, а по позвоночнику пробежала такая горячая волна, что стало трудно дышать.

Этот наглец, к слову, не помедлил ни на секунду! Ворвался языком в мой рот так, словно этого только и ждал… Словно путник в пустыне, добравшийся до оазиса!

На вкус Золотарев был таким же, как и на вид… Дерзким, с нотками цитруса и мяты, а еще чего-то терпкого, исконно мужского, от чего у любой бы подогнулись колени.

О боже, нет! Что я творю?!

Эта мысль стала для меня резким ударом, вырывающим из плена чувственного дурмана. Резко очнувшись, я почувствовала, как внутри нарастает нечто яростное, злое и совершенно дикое.

Я тебе не игрушка, Золотарёв!

Я вся подобралась и… резко и сильно прикусила его нижнюю губу, одновременно с этим со всей силы наступив пяткой ему на ногу. Кирилл от неожиданности и боли выругался сквозь зубы, выпустив меня буквально на мгновение.

— Охренел совсем, что ли?! — выкрикнула я с такой яростью, какой не ожидала от самой себя. — Ты вообще в своём уме?! Ты что себе позволяешь, придурок!?

Сердце бешено билось в груди, дыхание сбилось, но ярость давала мне силы смотреть ему прямо в глаза, полыхающие огнём. Я буквально чувствовала, как кровь бурлит в венах, лицо пылает, а тело покрывается дрожью — от злости или ещё от чего-то… Нет! В это верить я отказываюсь!

Кирилл медленно провёл пальцем по своей губе, на которой выступила капля крови, и тут же уголок его губ растянулся в хищной, опасной улыбке. Что-то в его взгляде резко изменилось, глаза потемнели, став практически чёрными. Воздух вокруг него словно наэлектризовался, заставляя меня невольно отступить на шаг назад.