Рожденный, чтобы жечь! – 2

Резко сев на кровати, Боря окончательно проснулся.

– Что с ним? – спросил он, указывая на Гуглю.

Антошка пожал плечами.

– Да вроде ничего. Как обычно, лупится на тебя. Ты чего такой дёрганый? Тёлку, что ли, во сне увидел? Ладно, давай, вставай, а то опоздаем. А я пока пойду умываться!

Антошка выскочил из комнаты, оставив Борю наедине со своими подозрениями. Он снова посмотрел на Гуглю. Тот продолжал смотреть на него, но теперь в его взгляде не было ничего необычного. Просто большой, голубоглазый младенец.

«Показалось», – подумал Боря, но червь сомнения продолжал грызть его изнутри. Что-то здесь было не так. Он чувствовал это нутром.

С неохотой поднявшись с кровати, Боря умылся и оделся. Выходить на лекции совершенно не хотелось, но он понимал, что пропускать их в первый же день – плохая идея. Да и Антошка, похоже, не отстанет.

Выйдя из комнаты, Боря обнаружил Антошку, старательно выливающего на себя остатки одеколона «Лесной» в коридоре. Запах был такой, будто лось решил замаскироваться под новогоднюю елку.

– Ты чего, на свидание собрался? – поморщился Боря.

– А что? В академии, знаешь, какие девки знатные учатся! Да и вообще, надо выглядеть на все сто! Вдруг кто из преподов заметит, оценит потенциал, – Антошка подмигнул и, довольный собой, поправил воротник рубашки. – А ты чё в футболке?

– А чё?

– А чё, – передразнил рыжий. – Форму надень, пока выговор не получил. На занятия – только официально, как на свадьбу. А уж после лекций хоть в трусах гоняй, всем пофиг.

Боря чертыхнулся и вернулся в комнату.

– Где мне её, блин, достать-то?

От перспективы тащиться обратно по коридору и искать коменданта, чтобы узнать, где тут выдают форму, его передёрнуло.

Открыв шкаф, он замер. Там, на вешалке, висела абсолютно новая форма. Тёмно-синий пиджак, брюки, белая рубашка и даже галстук. Идеально его размера. На левом рукаве пиджака красовалась вышитая эмблема: цифра один, обвитая змеёй.

«Что за чертовщина?» – пронеслось в голове у Бори.

Он точно помнил, что вёз с собой только пару футболок и джинсы. Откуда взялась эта форма? И эта эмблема… змея, обвивающая единицу… что это значит?

Боря отбросил сомнения. Сейчас не время гадать. Нужно одеваться и идти на лекции.

Он быстро переоделся. Форма сидела как влитая. Он посмотрел на себя в зеркало. Выглядел… странно. Будто и не он вовсе. Словно надев эту форму, он перешагнул в какую-то другую реальность.

Выйдя из комнаты, Боря столкнулся с Антошкой. Тот присвистнул.

– А ты подкачанный! Збс смотрится! – он по-приятельски хлопнул его по плечу. – Может, это, одеколона? – он покрутил пузырёк в руках. – Точно девку себе заграбастаешь!

Боря, разумеется, отказался.

По пути на лекцию Антошка без умолку болтал о перспективах, которые открываются перед ними в академии, о том, как разбогатеют, и всё в том же духе.

Боря слушал вполуха, пытаясь не споткнуться на кривых ступеньках и не вляпаться во что-нибудь подозрительное.

Академия меж тем поражала своей помпезностью и обветшалостью одновременно. Величественные колонны, идеально белая штукатурка, позолоченные люстры и выщербленные мраморные полы создавали сюрреалистический контраст. В воздухе витал запах старых книг, пыли и чего-то неуловимо странного, похожего на… серу?

Аудитория оказалась забита студентами. Боря с удивлением отметил разнообразие лиц и типажей. Тут были и угрюмые готы, и хохочущие блондинки, и сосредоточенные азиаты, и колоритные кавказцы. Все они, как один, были одеты в такую же форму, как и Боря. На левом рукаве у каждого красовалась эмблема с цифрой и змеёй.

Место было выбрано с «комфортом». Он присмотрел себе менее заполненный ряд, выбрал пустующее место, сел и, поставив Гуглю на стол, принялся ожидать…

– И какая херня меня ждёт?

Лекция началась с опозданием. В аудиторию вошла высокая, худощавая женщина в строгом чёрном костюме.

Лицо её было бледным и почти безжизненным, а глаза горели каким-то нездоровым огнём.

Она представилась профессором Зильберман и начала говорить о… демонологии.

Боря не верил своим ушам. Вместо ожидаемой математики или экономики ему втирали какую-то эзотерическую чушь про инкубов, суккубов и прочих потусторонних тварей.

Он с трудом сдерживал смех, слушая, как профессор Зильберман с совершенно серьёзным видом рассказывает о ритуалах призыва демонов и способах защиты от их влияния.

Антошка, сидящий рядом, внимательно конспектировал каждое слово, иногда одобрительно кивая головой. Боря украдкой взглянул на других студентов. Большинство из них, казалось, были заворожены лекцией. Неужели они всерьёз верят во всю эту ерунду?

***

«Вот это я понимаю, знания! – я сидел в корзине, с восторгом глядя на профессора. – Вот, Боря, где сразу надо было учиться!»

Мой тиран не разделял моего мнения. Он смотрел на препода с лицом, словно только что понюхал что-то очень вонючее. По одному взгляду было видно, что он считает всё происходящее вокруг чушью.

«Боря, ну ты и дубина! – мысленно возмущался я, активно улыбаясь. – Тут такие перспективы! Демонов научат убивать! А ты сидишь, как бука, и киснешь!»

Профессор Зильберман, между тем, вещала о тонкостях демонической иерархии, как о таблице умножения. Видимо, у них тут это вместо алгебры.

Антошка строчил, как одержимый, записывая каждый вздох профессора. Боря же, кажется, мечтал о побеге.

После демонологии нас ждала алхимия. Боря, казалось, уже смирился со своей участью и просто тупо смотрел в окно. А зря!

Профессор, этакий безумный профессор из кино, с копной седых волос и горящими глазами, сразу же начал с главного:

– Сегодня мы будем пытаться превратить песок в свинец!

Боря даже вздрогнул.

«Магия алхимии!» – я чуть не захлопал в ладоши, но вовремя вспомнил, что младенцы так не делают.

Профессор носился по аудитории, размахивая колбами и ретортами, словно дирижер оркестром. Запах стоял такой, что у меня заслезились глаза. Боря закашлялся.

– Ну и вонь! – ворчал он. – Лучше бы пиво варили.

«Эх, Боря, Боря, – вздыхал я. – Не понимаешь ты высокого искусства!»

Кульминацией занятия стал взрыв. Небольшой, правда, но все же. Профессор, весь в копоти, с гордостью заявил, что почти получилось. Аудитория зааплодировала.

Боря, обхватив голову руками, пробормотал:

– Куда я попал?

Я же, наоборот, был в восторге.

«Боря, это же суперприз! Тут тебе и демоны, и золото, и взрывы! – ликовал я. – Не жизнь, а сказка!»

Тиран, однако, продолжал хмуриться.

После взрыва профессор Зильберман, отряхнув с мантии остатки сажи, перешла к практике. Каждому выдали по колбе, склянке и горстке песка. Боря, получив свой набор, посмотрел на него с таким видом, словно ему вручили дохлую крысу.

– И что с этим делать? – буркнул он, тыкая пальцем в песок.

Я радостно загукал, ожидая, что тиран, наконец, поверит в «силу магии». Боря фыркнул и нехотя начал пересыпать песок в колбу. Я наблюдал за ним с плохо скрываемым энтузиазмом, пытаясь ухватить хоть какие-то зачатки алхимического мастерства.

Профессор ходила между столами, давая указания и поправляя ошибки. Подойдя к Боре, она заглянула в его колбу и покачала головой.

– Борис, что это у вас такое? Где рвение? Где искра божья?

Боря пожал плечами.

– В заднице… где и всё остальное.

Профессор, кажется, не услышала. Она взяла его колбу и, добавив туда какой-то порошок, демонстративно взболтнула.

– Вот так! А теперь грейте!

Боря, вздохнув, поставил колбу на горелку. Прошло несколько минут, прежде чем из колбы повалил густой зеленый дым.

– Кажется, что-то пошло не так, – заметил Боря, закашливаясь. Профессор подбежала, замахала руками и заорала:

– Выключите! Немедленно!

Боря, не дожидаясь повторения, выдернул колбу из-под огня. Дым рассеялся, оставив после себя стойкий запах серы. В колбе плескалась мутная зеленая жижа.

– И это должно было превратиться в свинец? – скептически спросил Боря.

Профессор лишь отмахнулась и переключилась на Антошку, у которого процесс шел, кажется, более успешно. Боря же, воспользовавшись моментом, тихонько вылил свою зеленую гадость в раковину и принялся разглядывать трещины на столе. Я, наблюдая за его безразличием, мысленно стенал:

«Эх, Боря, Боря! Упускаешь свой шанс!»

***

Всё изменилось на последней паре за сегодняшний день. Ну, как всё? Только мировоззрение Бориса относительно места, где он оказался.

Если все предыдущие занятия казались ему откровенным бредом, то…

– Чего тебе, звездюк? – Борис недовольно глянул на карапуза, который выполз из корзинки и сел на стол, глядя ему прямо в глаза. – А ну, заползай обратно, пока вопросы не посыпались.

Но Гугле было плевать, как казалось юноше. Он, не сводя с него своих голубых глаз, яростно жестикулировал, чтобы что-то показать.

– Да понял я, понял, – проворчал Боря, засовывая Гуглю обратно в корзинку. – Что ты мне руками машешь? Посрал?

Но Гугля не посрал. В тот же миг в аудиторию вошел профессор, на этот раз в расшитой серебряными нитями мантии и с жезлом в руке. Аудитория притихла, предвкушая что-то необычное.

Профессор взмахнул жезлом, и в воздухе вспыхнули разноцветные искры, закружившись в причудливом танце. Гугля из корзинки восторженно запищал, дергая ручками и ножками. Боря лишь закатил глаза.

– Сегодня мы с вами познакомимся с основами бытовой магии, – объявил профессор. – Научимся зажигать огонь щелчком пальцев, перемещать предметы силой мысли и создавать маленькие иллюзии.

Он начал рассказывать про простую механику призыва маны, объясняя, как правильно концентрировать энергию.

Гугля внимательно следил за каждым движением профессора, пытаясь повторять его жесты. Боря же, устроившись поудобнее, закрыл глаза и скрестил руки на груди.

Профессор тем временем демонстрировал, как зажечь свечу силой мысли. Сосредоточенно глядя на фитиль, он медленно поднимал руку, и вот, словно повинуясь невидимому приказу, свеча вспыхнула ярким пламенем. Аудитория восхищенно ахнула. Гугля попытался повторить, наморщив лобик и вытянув ручонку в сторону свечи, но ничего не произошло.

Зато Боря не удержался от тихого замечания:

– Да у него просто зажигалка в рукаве, сто пудов.

Следующим номером программы было перемещение предметов силой мысли.

Профессор положил на стол перышко и, нахмурив брови, заставил его медленно парить в воздухе, а затем плавно опуститься обратно. Гугля с открытым ртом следил за перышком, а Боря пробормотал:

– Ага, левитация, как же. Наверняка там магниты какие-нибудь спрятаны.

Иллюзии профессор демонстрировал с особым удовольствием. Он создавал в воздухе небольшие светящиеся шары, которые меняли цвет и форму, превращаясь то в бабочек, то в цветы.

Гугля радостно хлопал в ладоши, а Боря прищурился, пытаясь разглядеть какой-нибудь подвох.

– Голограммы, не иначе. Сейчас любой школьник такое сделать может, – буркнул он себе под нос.

Когда профессор закончил демонстрацию, он предложил студентам попробовать самим. Боря же, продолжая сохранять скептическое выражение лица, лишь вздохнул и закатил глаза, предчувствуя очередную порцию бессмысленной траты времени.

Но профессор, казалось, его не замечал. Он подходил к каждому студенту, давая советы и подсказки. Подошел он и к Боре, который демонстративно ковырялся в носу, всем своим видом показывая, как ему неинтересно.

– Ну что, молодой человек, попробуем? – спросил профессор, доброжелательно улыбаясь. – С чего начнем? С огня или с левитации?

Боря пожал плечами.

– Да мне как-то всё равно. Всё равно ничего не получится.

– Глупости, – возразил профессор. – Просто нужно немного концентрации и веры в себя. Попробуйте зажечь свечу.

Боря неохотно поднял руку, с сомнением глядя на фитиль. Он попытался вспомнить всё, что говорил профессор о мане и концентрации, но в голове была пустота. Он просто тупо смотрел на свечу, чувствуя себя полным идиотом.

И вдруг, совершенно неожиданно для самого себя, он почувствовал что-то странное. Легкое покалывание в кончиках пальцев, словно он прикасался к чему-то электрическому.

И в тот же миг его руки загорелись.

– Это чё за херня?!

Глава 6

Боря отдернул руки, как от кипятка, и вскочил с места, опрокинув стул. Аудитория замерла в изумлении. Профессор, сохраняя невозмутимый вид, лишь приподнял бровь.

«Чуть меня не сшиб, – пронеслось в моей голове. – Блин, тиран, ты бы хоть по сторонам смотрел!»

– Что это было? – пролепетал Боря, испуганно глядя на свои руки. Они дрожали, но вроде бы не обгорели.

Магия моя была, вот что! Если бы преподаватель понял, что у тебя ничего нет, тебя бы выперли отсюда! А мне нельзя покидать эти стены. Тут знания, Борь!

Мои мысли и возмущения никто не слышал. Но я тоже замер, опасаясь, что тиран перегнет палку. Или вообще – сгорит морально.

– Поздравляю, молодой человек, – произнес профессор, улыбаясь. – У вас, кажется, талант. Просто нужно немного его развить.

– Какой ещё талант? – огрызнулся Боря. – Это какая-то ошибка! У меня ничего не горело!

Боря врал, я это прекрасно видел по всем его эмоциям и действиям.

Но он врал. Он прекрасно чувствовал этот жар, эту странную энергию, которая была над его руками. Я потратил немало сил, чтобы попробовать зажечь свечу, да так, чтобы никто на меня не подумал.

Переборщил, разумеется, но у меня получилось! Мои тренировки не прошли даром. Да и…

«Спасибо вам, профессор, – я старался не улыбаться, чтобы не вызвать ненужное внимание. – Если бы не ваши слова, я бы не понял, как делать огонь!»

Так же я прекрасно понимал, что для такого твердолобого дуболома, как Борис, случившееся было нечто большее, чем просто магия. Для него – это был разрыв привычного шаблона. Его любимого, прямолинейного. Интересно, после увиденного он поверит в силы, которые не может объяснить?

Воцарившаяся тишина длилась недолго. Пока я думал, а точнее, принимал тот факт, что мне придётся найти способ общения с Борисом, тиран, в свою очередь, ошарашено пялился на свои руки.

Профессор подошел к нему и положил руку на плечо.

– Не бойтесь, – сказал он. – Магия – это не страшно. Это просто сила. И если вы научитесь её контролировать, то сможете достичь многого. Но для начала вам нужно успокоиться. Сядьте и попробуйте снова. Только в этот раз сосредоточьтесь не на свече, а на своих ощущениях. Почувствуйте эту энергию внутри себя и направьте её туда, куда хотите.

Боря недоверчиво посмотрел на профессора.

«Хех. Магия? Боря и магия?»

Парнишка медленно опустился на стул, поднятый кем-то из аудитории, и закрыл глаза.

В животе у меня заурчало. Вот тебе и магия, вот тебе и профессор! У меня тут, понимаешь, дилемма вселенского масштаба: как общаться с этим упрямцем, а он, видите ли, энергию ищет. Да я тут энергию трачу, чтобы его задницу из огня вытаскивать! В прямом и переносном смысле.

Боря сидел, наморщив лоб, словно решал уравнение с тремя неизвестными.

Интересно, он сейчас представляет себя великим магом или просто пытается вспомнить, куда подевал вчерашние носки?

Я бы на его месте лучше поел. Хотя, может, он так концентрируется? Вдруг сейчас как выдаст что-нибудь эдакое? Всю аудиторию в кроликов превратит, а профессора – в говорящую лягушку. Было бы забавно.

Но я понимал, ничего у него без меня не выйдет. А вот у меня…

«Блин, а сил-то мало… Если я что-то попробую сделать, то и вовсе усну. Так дело не пойдёт…»

Тишина в зале давила сильнее, чем профессор на первом экзамене. Все замерли, словно в музее восковых фигур, только Боря потеет.

Я уже начал было скучать, как вдруг… ничего не произошло. Вообще.

Никакой вспышки, никакого пламени, даже искорки не вылетело. Только разочарованный вздох Бори и сочувствующий взгляд профессора. Ну что ж, бывает. Не всем же быть волшебниками, кто-то должен и стулья опрокидывать.

– Не получилось, – тихо произнес Боря, словно оправдываясь. – Я не чувствую никакой энергии.

Профессор ободряюще похлопал его по плечу.

– Не переживайте, это нормально. Магия требует времени и практики. Главное – не сдаваться. Попробуйте еще раз завтра.

Боря кивнул, но в глазах его читалось сомнение. Я же, наоборот, ликовал.

Неужели этот олух и вправду поверил, что у него есть какой-то там талант? Борь, это я тебе помогаю!

Мысли мои прервал звук отодвигаемого стула. Боря встал и направился к выходу из аудитории. На ходу он бросил взгляд на профессора, но ничего не сказал.

Я почувствовал, как его охватывает разочарование и даже злость. Вот и хорошо, пусть злится. Может, хоть немного мозги прочистятся. Главное, чтобы не натворил глупостей.

А то ведь, знаю я его, способен на всякое. Вдруг решит самостоятельно тренироваться? Или, что еще хуже, полезет в какие-нибудь магические книжки? Только вот какой от них толк? Он ведь не маг.

Нет уж, этого я допустить не могу. Придется брать дело в свои руки. Или, точнее, в свои мысли.

Так, эй, деревянный, стой! Ты меня забыл!

***

Даже Антошка не мог разрядить обстановку. Сколько бы он ни клоунничал, Борис и бровью не повел, делая вид, что вообще не слышит своего рыжего соседа.

– Да ладно тебе, – не унимался рыжий. – Ты вон, целые кулаки огнем обдал. Подумаешь, потом не встало на магию.

Боря молчал. Гугля, прищурившись, пялился на соседа.

– Я когда впервые вызвал огонь, то вообще, челку себе спалил. А ты… ты… – фантазия соседа заканчивалась. – А ты вон, переплюнул всех! Да еще и на первом занятии.

– Никого я не переплюнул, – пробормотал Клименко. – Магия. Огонь. Бред, полный.

– Да какой там бред? – Антон встал с кровати и приблизился к койке своего соседа. – Я вспомнил, кстати, где тебя раньше видел. Я же говорил, что твоя морда мне знакома?

– Где? – Борис, наконец, оторвался от созерцания стены и взглянул на Антошку с плохо скрываемым раздражением.

– Да ты ж в магазине грабителей раскидал! Тебя даже по телеку крутили. Там у тебя тоже, типа, кулаки горели. Твое лицо, конечно… спрятали под черной полосой. Но там и походка твоя была, и телосложение… Я сразу узнал!

Борис скривился. Память услужливо подкинула воспоминание о том событии, которое круто изменило его жизнь.

– Слушай, отвали, а? – пробурчал Борис, отворачиваясь к стене. – Не хочу я ни про магазин вспоминать, ни про огонь. Хочу, чтобы меня оставили в покое. Просто в покое.

Антошка замолчал, словно понимая, что он перегнул невидимую палку. Он сел обратно на свою кровать и, немного подумав, достал из-под подушки помятую колоду карт.

– Ладно, – сказал он тихо. – Давай лучше в дурака сыграем? Может, хоть немного отвлечемся.

– Не.

Пожав плечами и спрятав карты обратно, рыжий встал со своей кровати и двинулся на выход. Бросив через плечо короткую фразу:

– Я в буфет. Водички тебе принесу.

Борис проводил взглядом рыжую макушку, скрывшуюся за дверью.

– Водички мне, видите ли, принесет. Да лучше б оставил меня в покое, как я и просил.

Он лег на спину и уставился в потолок. Белый, обшарпанный, с подтеками от протечек. В голове роились мысли, одна безумнее другой. Может, он спит? И все это – просто дурацкий сон? Надо ущипнуть себя посильнее. Но даже болезненное пощипывание за руку не вернуло его в реальность.

«Огонь, кулаки, академия, Антошка этот назойливый… Господи, да что вообще происходит?»

Вдруг со стола раздалось тихое угуканье.

Боря аж подскочил. Угуканье! Еще этого не хватало. Он медленно повернул голову в сторону стола. Там, в плетеной корзинке, сидел Гугля, завернутый в пеленки, который таращился на него огромными голубыми глазищами и снова угукал, на этот раз громче и настойчивее.

– Чё, опять жрать хочешь?

Гугля дважды мотнул головой, как бы говоря: «нет». И Борю, первоначально, не смутил тот факт, что младенец его понимает. Точнее, понял его вопрос. Отвернулся обратно.

Борис уставился в потолок, пытаясь игнорировать пищащего младенца. Но Гугля не унимался. Он кряхтел, дергал ручками и ножками, и казалось, что вот-вот вывалится из своей корзинки.

– Да что с тобой такое? – не выдержал Боря, поворачиваясь к столу.

Гугля перестал дергаться и уставился на него. Его большие голубые глаза, казалось, смотрели прямо в душу. Боря почувствовал странное беспокойство.

– Что? Что ты хочешь? – пробормотал он, чувствуя себя идиотом, разговаривая с младенцем.

И тут Гугля… заговорил:

– Па-па?!

– Да какой я тебе папа?! – возмутился Боря, глядя на Гуглю. – Ты чё? Забыл? Ты – подкидыш! И потом, у меня нет никакого желания быть чьим-то папой, тем более такого… срущего террориста.

Гугля на слова Клименко никак не отреагировал, только продолжал таращиться на него своими огромными глазищами и гулить что-то невнятное. Клименко даже показалось, что в глазах Гугли промелькнуло что-то вроде обиды.

– Ладно, – сдался Боря. – Что тебе надо? Только говори нормально, а не как этот… говорящий попугай. Может, ты есть хочешь? Или, может, памперс сменить? Хотя, откуда я знаю, как это делается?

В ответ Гугля снова выдал «па-па» и протянул к Боре крохотную ручку. Боря замер в недоумении.

Ну вот, что ему делать? Взять этого крикуна на руки?

– Ну, блин, ты и задачку мне подкинул, – пробормотал Боря, глядя на Гуглю.

Боря сидел на кровати и пялился на младенца. Тот, вытягивая ручку, вдруг замер, словно в ожидании чего-то. И тут в воздух поднялась ручка… самого Бори! Вернее, его рука.

Медленно, как будто против воли хозяина, она потянулась к Гугле. Боря, пораженный, смотрел на это сюрреалистическое зрелище. Гугля, кажется, был вполне доволен.

«Что за хрень?! Что происходит?! – металось в голове у Бори. – Это что, он телекинез вытворяет? Да быть не может! Или может?..»

Рука между тем уже нависла над корзинкой, а пальцы сами собой сложились в некое подобие фиги. Боря попытался остановить это безумие, но рука его не слушалась. Она действовала по собственной программе, ведомая маленьким крикуном в пеленках.

Пальцы сложились плотнее, и Боря осознал, что сейчас его рука выдаст младенцу смачного «кукиша».

– Ты чё, Гугля, это ты делаешь?

Гугля издал радостное «агу» и надул щеки. Рука, словно получив команду «отбой», расслабилась и медленно опустилась обратно на кровать. Боря, не до конца понимая, что произошло, уставился на свою конечность, как на инопланетное существо.

– Что это было, мать твою?! Гугля, ты что, мной управляешь? – зарычал он, ожидая, что младенец сейчас ответит ему.

Гугля, однако, лишь почесал щечку и зевнул. Боря решил, что ему срочно нужен перерыв. Он рывком поднялся с кровати и направился к двери.

«Нет, это не сон, это точно не сон. Слишком уж все абсурдно, – пронеслось в его голове. – Нужно выйти, проветриться, а то сейчас точно крыша поедет».

Но стоило ему взяться за дверную ручку, как в голове раздался тоненький, но отчетливый голосок:

– Па-па! Па-па!

Боря замер, словно громом пораженный. Он медленно обернулся к Гугле. Тот, с невинным видом, лежал в своей корзинке и смотрел на него огромными, невинными глазами.

– Папа? Я? Да быть этого не может! Я еще слишком молод для этого дерьма! – парировал юноша.

– Па-па, – Гугля поднял руку, развернул ладошку к потолку и выполнил жест, чтобы подозвать к себе Бориса.

Жест Гугли был настолько нелепым. Малыш явно пытался повторить что-то вроде «иди сюда», но получилось скорее «гони монету» с умоляющим взглядом.

– Ладно, черт с тобой, – проворчал Боря, подойдя и склоняясь над Гуглей. – Поиграем в твою игру.

Он облокотился руками на стол, стараясь смотреть в глаза этому маленькому манипулятору.

– Ты у нас, типа, разумный, да?

Тот кивнул в ответ.

– Ну хер с тобой… Давай тогда так: я буду задавать тебе вопросы, а ты кивай головой, если «да», и мотай, если «нет». Понял?

Гугля внимательно смотрел на него, словно действительно пытался вникнуть в суть предложения. Наконец, он медленно кивнул.

Боря был ошарашен.

– Окей, поехали, – пробормотал он. – Ты понимаешь меня?

Гугля энергично затряс головой.

– Ты можешь говорить нормально, но не хочешь?

Тут младенец задумался, наморщил лобик и мотнул головой из стороны в сторону.

– То есть, ты не можешь говорить нормально? – уточнил Боря. Гугля с облегчением кивнул.

– Так, стоп, – Боря потер переносицу. – В голове не укладывается. Ты не можешь говорить, но можешь… управлять мной? И показывать мне кукиш моей же рукой?

Гугля хихикнул, но помотал головой.

Боря, уставший и сбитый с толку, просто выдохнул.

– Так, – вновь начал он. – Ты, типа, маг, или как эта херня тут называется?

Малыш тут же кивнул и, не моргая, улыбнулся беззубым ртом.