Родственные узы. Наши корни из Приманычья. Часть 1

Жена - Шубная (Ильина) Диана Владимировна (родилась 29 июня 1977 года в городе Камышин Волгоградской области). Она окончила Московский институт народного хозяйства имени Плеханова, экономист, защитила кандидатскую диссертацию. Работает начальником планово-экономического отдела в Ленинградской ЦРБ.

Слева направо на фотографии: Алина Шубная, Николай Шубный, Андрей Шубный, Диана Шубная (Ильина), Альбина Шубная

Дочери - Шубная Алина Андреевна и Шубная Альбина Андреевна, родились 26 июня 2001 года в станице Ленинградской Краснодарского края. Окончили Московского университета транспорта. Отделение институт управления цифровых технологий.

Родители Дианы родом из Казахстана. Отец - поволжский этнический немец - Ильин Владимир Алексеевич 12.10.1955 года рождения, мама - Ильина Ольга Ивановна 28.09.1954 года рождения. По образованию и работают в культпросвет сфере. Ольга Ивановна преподает в детской школе искусств. В Ленинградскую переехали в начале двухтысячных годов.

Глава 4. Воробьёвы Часть 1. Яков Кузьмич и Варвара Акимовна. Предки и родственники Якова

В 1885 году в семье мельника, которого предположительно звали Аким, родился мальчик и назвали его Кузьма.

К сожалению, сведений о семье прадедушки нет. Имя его – Аким – мы смогли установить только предположительно, но об этом чуть позже.

В 1903 году Кузьма женился, на девушке из семьи зажиточных поляков. Родители жены не признали её брак с сыном мельника и отказались от дочери.

Отец Кузьмы выделил молодым хозяйство и мельницу.

В этом браке родилось четверо детей: в 1904 году – Воробьёва (Чебукова) Татьяна Кузьминична, Воробьёва (Азарова) Оксана Кузьминична в 1907 году, Воробьёв Яков Кузьмич 1910 году, Воробьёв Павел Кузьмич в 1913 году. Все они были рождены в селе Мальцовка Курской волости.

Как удалось установить по записи о рождении Якова Кузьмича в метрической книге Николаевской церкви сл. Анновка Новооскольского уезда Курской губернии, его мать звали Агафья Тимофеевна (установлено по ответу государственного архива Белгородской области). Скорее всего, имя было получено при переходе в православие.

В 1914 году, во время Первой Мировой войны, деда Кузьму призвали в армию. С фронта он не вернулся. Нам удалось найти его в списках потерь. Только у одного солдата по имени Кузьма Воробьев было записано местом рождения: Курская губ., Корочанский уезд, Яблоновская вол., д. Мальцовка. Тут же написано и отчество Акимович. Вот так попутно мы и установили имя прадедушки-мельника. Его звали Аким.

Из записи следует, что дедушка Кузьма пропал без вести 9 сентября 1915 года в деревне Мокрово-Дуброва Минской губернии. Воевал он в 299-м пехотном Дубненском полку. На момент гибели он уже был вдовцом.

Список потерь, в котором значится Кузьма Акимович Воробьёв

Жена Кузьмы умерла чуть раньше в том же 1915 году от нужды и болезни. Дети остались сиротами. Брат Кузьмы, Данила, забрал к себе детей, а вместе с ними хозяйство и мельницу. Тане было 11 лет, Ксюте – 8 лет, Яше – 5 лет, Павлику – 2 годика. Трёх старших сразу же определили на скотный двор ухаживать за птицей и свиньями, а Павлика отдали в приют. Детей держали впроголодь, часто приходилось питаться тем, чем кормили скот.

Наш отец, Воробьев Яков Кузьмич, с десяти лет жил и работал в немецкой концессии на конюшне и скотных дворах, с детства познал долю сиротства и тяжелый физический труд. И это сильно повлияло на него. До конца дней своих у отца сохранялась немецкая привычка соблюдения чистоты и порядка в базах и хозяйственном дворе. Сколько помним, всё время мёл базы и двор до самой улицы и всё посыпал песком. Огород копал вилами и всю землю переминал руками, выбирая все корешки сорняков. Огород сиял как зеркало.

Образования имел один класс, умел читать и писать, а ещё у него был очень красивый почерк. Любил читать газеты и литературу, особенно юридическую.

Яков Кузьмич Воробьев в Пухляковском доме отдыха. 1961 г.

Яков Кузьмич всеми пальцами руки виртуозно считал на счётах. Обладал прекрасной памятью и смекалкой, причем это сохранилось до глубокой старости. Было у папы и опасное увлечение – начиная с 60-х по ночам он слушал радио «Голос Америки». И за это мама ругалась с ним.

Отдельно стоит отметить его дар предвидения. Ещё в восьмидесятых он предсказал войну на Кавказе и что она коснётся всех народов. А мне перед свадьбой сказал, что он во сне видел много жита, а это примета что я буду жить в достатке, что у меня будет положение в обществе, то есть буду начальником. Возможно, это была его мечта о счастливой доле для своего ребенка. Мама над ним смеялась и просила укротить свою фантазию. Но папа оказался во многом прав.

Он обладал также даром врачевания, останавливал кровотечения при сильных порезах, лечил детский энурез, последнее проверено на моих детях. Но эти свои способности не афишировал.

В молодости Яков Кузьмич был большим активистом, рано вступил в комсомол. Принимал участие в раскулачивании и коллективизации, ходил с продотрядами. Был секретарём комсомольской ячейки. Работал сахароваром, завскладом и потом интендантом на сахарном заводе.

Папа служил в Красной Армии на Дальнем Востоке в период, когда ещё начинал строиться город Комсомольск-на-Амуре. По его рассказам, на эту стройку людей гнали пешком по этапу. В частности, и новобранцы от Владивостока до Комсомольска шли пешком, многие остались и снегах и во льдах Амура. Труд был физически тяжелый и изнурительный – лопаты, носилки и вагонетки, из механизации гужевой транспорт.

После службы в армии по комсомольской путёвке он работал на донецкой шахте Артёмуголь. В это время на шахте была спровоцирована диверсия, и в результате взрыва папа получил контузию и ранение ноги. После лечения вернулся работать на Шебекинский сахарный завод.

Яков Кузьмич и Варвара Акимовна Воробьевы 1935 год

В 1935 году Яков встретил и полюбил Шубную Варечку. Она была в найме на работах сахарного завода: на посадке, прополке и уборке свеклы.

Белгород и Курск, свекольный край и всё население в принудительном порядке имело наделы по обработке этой культуры с обязательной сдачей государству готовой продукции.

Время было голодное, Яков начал оказывать знаки внимания понравившейся девушке в виде продуктовых гостинцев. На Троицу в 1935 году они поженились. Сняли комнату при сахарном заводе в Шебекино, в селении Ржевка. Родились первые дети: Валя – в 1936 году и Коля – в 1938 году, Алла – в 1940 году.

Где-то в это время, Яков подал заявление о выходе из комсомола, что в тот момент было не просто смелым шагом. Начались далеко непростые времена для семьи. В стране шли репрессии. Поэтому в 1940 году пришлось завербоваться и уехать с семьёй в Казахстан.

Чебукова (Воробьева) Татьяна Кузьминична с семьей. 60-ые годы

Брат и сестры Якова Кузьмича с малой Родины никуда не уезжали - Татьяна Кузьминична прожила в селе Горожоное Карочанского района, Оксана Кузьминична - в Люботинах под Харьковом, Павел Кузьмич - в Большетроицком Шебекинского района.

На долю младшего брата отца выпало пройти Великую Отечественную войну практически с первых её дней и до последних. Судя по записям из архивов Павел Кузьмич Воробьёв дважды призывался в армию. Первый раз – в 1935 году. Второй раз – в июне 1941 года.

На момент ухода на войну он был женат и имел ребенка. Воевал в составе 115 стрелкового полка 166 стрелковой дивизии. 31 июля 1944 года был награжден медалью «За отвагу». Как значится в наградном приказе: «За то, что он в бою за ст. Погост Вилейской области 2 июля 1944 года своей быстрой, умелой и решительной работой обеспечил работу своего орудия, в результате чего был уничтожен ручной пулемёт и станковый пулемёт противника».

16 февраля 1945 года был награжден медалью «За боевые заслуги». Выдержка из наградного приказа «за то, что в бою при прорыве обороны противника в бою при ПЛМЗ Катрине района Приэкулье Латвийской ССР 23 января 1945 года, несмотря на сильный обстрел противника, быстро и смело подавал передки к орудию и перевозил его на новое ОП. Его кони всегда нахадятся в боевой готовности». Далее в приказе указан ошибочно год рождения – 1923. Также отмечено, что он колхозник и беспартийный. И указан приказ о награждении медалью «За отвагу».

В 1985 году он был также награжден Орденом Отечественной войны 2 степени.

Информация с сайта Память народа о награде Павла Кузьмича Воробьева

Воробьёвы Анатолий Яковлевич, Павел Кузьмич и Николай Яковлевич (слева направо)

В Казахстан семья переехала перед 7 ноября 1940 года. Это было село Красное Знамя Атбасарского района Акмолинской области. К этому времени, был сильный мороз, и выпало много снега. Село находилось на высоком левом берегу реки Ишим, место было красивое, степь и сопки, земля плодородная, урожаи были щедрые.

Семью заселили в бывший помещичий дом. Дом был большой на две семьи. Во второй половине жила семья немцев. Двор был крытый и обнесен высоким забором. Родители оба работали в колхозе, мама на полевых работах, отец на скотном дворе. В 1941 году перед самой войной, отец построил на берегу Ишима первую в тех местах ветряную мельницу.

Началась война. Отца неоднократно призывали в армию и возвращали назад из-за ранения, полученного на шахте. У него была незаживающая рана, которая постоянно открывалась, и из неё выходил уголь.

Всю войну родители трудились в колхозе, летом работали в поле и на быках возили зерно на элеватор в Атбасар, зимой – сено с полей. В поездки уходили на несколько суток, а дома с детьми оставалась шестилетняя старшая сестра Валя. К тому времени, уже в Казахстане родились Анатолий - в 1942 году и Федя - в 1944 году. Умерла Алла. У Вали практически с малого возраста не было детства, так как все младшие дети были у неё на руках.

Второй по старшинству, Коля, рос очень подвижным и любопытным ребёнком. Обладал хорошей памятью и лингвистическими способностями, играя с немецкими и чеченскими детьми, общался на их языке. А вот Толик в то время был смирным, спокойным и болезненным ребенком.

Варвара Акимовна с Николаем и Анатолием. 1945год

Однажды Коля, играя с детьми, упал с крыши сарая прямо на овчарку и та порвала ему плечи и шею. Валя сильно испугалась, мама была далеко на полях. Слава богу, выжил, но многочисленные шрамы остались на теле на всю жизнь.

Во время войны в Казахстан эшелонами высылали волжских этнических немцев, а также чеченцев. С первыми проблем не было, мирное работящее население. Вторые вели себя агрессивно по отношению к остальной части населения, мародерствовали, уводили с базов скот и имущество. Дворы приходилось закрывать и защищать свой скарб. Жить становилось небезопасно.

В конце 1944 года отец заболел тифом во время сопровождения обоза на элеватор в Атбасар. И ему парализовало ноги.

В это время пришло письмо от дедушки Акима Сергеевича Шубного, из маминого сообщения он уже узнал, в каком положении оказалась семья дочери. Поэтому отец с матерью звали Варю с семьёй в Ростовскую область, где территория уже была освобождена от фашистов.

В феврале 1945 года семья решила переехать к маминым родителям. Мама с четырьмя детьми, один из них грудной, и парализованным отцом тронулась в дорогу. В пути следования обнаружилась пропажа багажа и документов. Прибыли в Сталинград, военные помогли снять отца с поезда, семью сопроводили в подвал вокзала.

Самого вокзала практически не было, кругом лежали руины от бомбёжек. Из воспоминаний Коли, а он уже умел читать к этому времени, на руинах большими буквами краской было написано "СТАЛИНГРАД".

С большим трудом и помощью добрых людей, мама с семьёй добралась до станции Двойная.

На станции Двойной всех встретил дедушка Аким Сергеевич. На попутных военных машинах «Студебекерах», на которых в то время возили зерно на элеватор, он привез нашу семью в хутор Нижнеантоновский.

К зиме 1945 года, пройдя курс лечения в больнице города Сальска, отец смог ходить ногами. По возвращении из больницы, ввиду давних не сложившихся отношений с тёщей, отец ушел в Кумыску. Поступил на работу табунщиком и конюхом в тубсанаторий «Маныч».

Яков Кузьмич Воробьев. Кумыска, 1949 год

С весны 1946 года вся семья, за исключением Феди поселилась на Маныче. Мама работала на кухне и в прачечной санатория. В сезон работы санатория семья кормилась относительно нормально. А вот в межсезонье варили шкуры животных, требуху – это ещё хорошо. И ещё толкли горсточки ячменя или овса принесенные отцом в обуви из конюшни, что тогда было подсудным делом.

Голодными были 1947 и 1948 годы. На Маныче родились в 1946 году Миша (он прожил недолго), Лида - в 1948 году, Женя - в 1950 году.

Варвара Акимовна с детьми Николаем, Валентиной, Анатолием и Лидией (на руках) 1949

Родители много работали, чтобы как-то прокормить семью, а малыми братьями и сёстрами опять занималась Валя. От постоянных физических и моральных перегрузок у неё начались сильные головные боли. Она с детства по-взрослому была в ответе за всех. Из-за проблем со здоровьем и возложенной ответственности за детей ей пришлось оставить школу после 4 класса. При этом она очень хотела учиться. До последних дней своих она с горечью говорила, что из-за нас всех осталась необразованная. Нам тоже жаль и горько за её судьбу.

После войны на Маныче добывали соль, и все население было обязано, на каждого члена семьи, сдать государству определенное количество соли, оплата за труд выдавалась солью. Чтобы не уморить голодом детей, мама ездила менять соль и кое-какой скарб на продукты и зерно. В такие поездки компоновались по несколько человек, для безопасности и недостатка транспорта. На ночевки часто останавливались в степи. Поездки совершали в сторону Орловки, Каменной Балки, Хохлачей, Лагерного, Куберле.

Яков Кузьмич Воробьёв у служебной машины. Кумыска, 1949 год

В 1949 году отец перешел работать экспедитором, а потом завторгом в кооперацию.

Ребята, Коля и Толик пошли учиться в Волочаевскую школу. С Маныча в школу ходили пешком за 15-20 километров, дождь, слякоть, холодные суровые зимы.

В степи водились волки, и с ними тоже приходилось сталкиваться. Однажды даже сожгли последние школьные тетрадки, чтобы не подпустить к себе волков.

После этого случая мама, настояла, и семья в 1950 году переехала в Волочаевку. Поселились на хутунке за прудом. Мама портняжила для семьи, из всякого барахла, которое давали люди, обшивала детей.

В 1952 году родился Вова. В том году мы перебрались в Камышевку.

Отца назначили в сельпо завторгом и отправили его учиться в Ростовское торгово-кооперативное училище, нынешний кооперативный техникум.

Яков Кузьмич на работе. Камышовка 1955 год

Семья, девять человек, поселилась в однокомнатной квартирке при конторе сельпо. Всё богатство: сундук, топчан, лавки, спальные места на лежанке русской печки, нары за печкой и одна железная кровать, матрасы были набиты сеном. Можно сказать: нищета. Русскую печь топили кураём и кизяками. На ней мама готовила еду, летом для этих целей на улице была сделана маленькая грубка. Родители завели корову, а в балке посадили огород.

По тем послевоенным временам местное население держало хозяйство и работало в колхозе. Жили не зажиточно, но и не голодали. С этого момента, медленно и постепенно, для нашей семьи начался другой этап и уровень жизни. Валя, наконец, пошла на работу на яйцесклад, потом на стройку. Все остальные ребята пошли в школу, мама занималась домом, детьми, хозяйством, кухней и портновскими делами, в основном штопала, латала, и перешивала со старого в «новое».

Картина: двор сельпо, здесь же склады с товарами и продуктами. Сюда съезжались подводы за товарами для магазинов из ближайших хуторов, здесь же керосиновая лавка – сюда приходили все хуторяне, яйцесклад от заготконторы, в конце двора наш баз (тогда, наконец, у нас появилась своя корова Римка), наша маленькая грубка с чугунами. Мы уже тогда, не смотря на все трудности, были счастливы. И главное через дорогу от нас была средняя школа, которую окончили все кроме Вали.

Анатолий Воробьев фотографирует друга на фоне первого собственного дома семьи Воробьевых в 1956 году

В 1956 году у нас произошло большое радостное событие. Наконец родители смогли купить хату с подворьем в центре хутора.

Землянка была на две комнатки, полы глинобитные. Начали обживаться, обзаводиться скарбом. Появились кровати, шифоньер, швейная машинка, сепаратор. Обзавелись и своим хозяйством: корова, свиньи, козы, овцы и птица. В балке сажали большой огород, во дворе перед хатой был свой садик с яблоней, сливой и вишней. На зиму мама готовила много солений.

Уже с появлением своего подворья семья зажила уверено с надеждой на светлое будущее. В семье было чёткое распределение труда между всеми. Отец чистил и мыл базы и скот, кормил скот. Вместе с ребятами заготавливал, косил и завозил сено, резали кизяки, завозили на зиму топливо.

В балке находился общественный колодец. На коромыслах все носили воду с балки за 700 – 800 метров, но чаще всего ребята. Воды надо было много: готовить еду, стирать, поить скот. Только в шестидесятые в хуторе провели водопровод, колонки были уличные. И стало легче. Не нужно было носить воду в гору, зато на улицах у колонок стояли очереди. В семидесятых начали проводить воду в подворья.

Варвара Акимовна с сыном Володей. 1962 год

Мама пекла хлеб, готовила в пятнадцати литровых чугунах. Еда была самая простая: затирка, галушки, борщ чаще затолченный салом, свекла свежая и моченая, кабачневая каша, моченый тёрн, квашенная капуста, солёные огурцы и помидоры. По праздникам у нас были холодец, кисель, вареники с капустой, пасленом и творогом, пирожки с тыквой, свеклой, фасолью, горохом, капустой. При наличии готовили мясо. Много пышек и молока.

Мама обшивала и вязала, сама пряла шерсть, вязала платки. Следила за успеваемостью детей. Сколько я помню, и пока учились все дети, она постоянно была членом родительского комитета школы. Благодаря её контролю, участию и умению защищать своих детей, все мы получили соответствующее образование.

Яков и Варвара Воробьевы с сыном Валентины, Сергеем Ильяшовым. 1965 год

Защищать своих детей ей приходилось постоянно, так как на хуторе большие семьи, конечно, были, но с семью детьми насчитывалось две – три. Свою роль играла и бедность. В такой нужде, как у нас, особенно до 1955 года, жили только те семьи, может быть, где дети после войны остались без отцов.

Притеснения были со стороны зажиточных хуторян, естественно, их детей и даже учителей школы. Особенно остро в школе это переживали Толик и Федя от Надежды Федоровны Матюхиной, которая часто их высмеивала по поводу старой латаной одежды. И это было вдвойне обидно и детям, и матери, так как мальчики были очень способны, и учеба им давалась, и учились хорошо.

Больших семей остерегались, как источника голодранства, воровства, хулиганства. Но наша семья была другой. Нам с детства прививались честность, порядочность, трудолюбие и дисциплина. Родители держали нас строго. За хулиганство и проделки, а упаси бог за воровство. Отец мог отходить ремнём и даже вожжами, мама - поставить в угол на соль, горох или зерно. Поверьте, это сильное наказание, на себе испытала и не один раз.

С 1950 по 1956 годы мама занималась исключительно детьми и домашними заботами, с 1956 года возобновила трудовую деятельность.

Воробьевы Варвара Акимовна, Оксана Кузьминична, Фёдор Яковлевич, Валентина Яковлевна, Яков Кузьмич и Павел Кузьмич. 1961 год

Валя в семье всегда была второй мамой, держала в абсолютном порядке жильё, стирка на всю ватагу, пол мазала глиной с коровяком, мелом белила хату. А особо строго следила за мной и Женей, собственно непосредственно занималась нашим воспитанием.

В 1959 году отец перешел работать в совхоз «Новоселовский», где открылся цех по производству колбас. Он прошел обучение на мастера колбасных дел. Совместно с мамой набрали бригаду и проработали там до 1969 года, пока мама не ушла на пенсию. Отец с того времени перешел сторожем в сад и проработал там до 1985 года.

Отец в своей жизни много что умел делать, но было у него хобби, по молодости, да и до зрелого возраста, он любил померяться силой. Она у него была большая. Лучше не попадать под горячую руку, это он сам так говорил.

Яков Кузьмич Воробьев 1977 год

Любил мести двор и баз, посыпать песочком, косить сено, читать законы. Он наизусть знал статьи гражданского и процессуального кодексов. Любил читать газеты «Правду» и «Известия», потом складывал их на своей кровати под перину и не позволял там что-либо брать.

Азартно играл в лотерею, тайком от мамы покупал пачки билетов и прятал, по этому поводу она всегда ругалась. Когда его не стало, под газетами на кровати мы обнаружили нераскрытую пачку билетов.

1989 год

До конца дней своих, а прожил он 89 лет, отец обладал четкой, ясной памятью. Много рассказывал о своём детстве и жизни, но, к сожалению, сейчас только начинаем понимать, как мы были не внимательны и сколько пропустили мимо ушей.

1985 год

Любил носить одежду: зимой - галифе, хромовые сапоги, москвичку, длинное драповое пальто; осенью и весной - плащ и обязательно «ШЛЯПА» и кашне. Здоровался с людьми обязательно с поклоном и приподнимал головной убор, и говорил «доброго Вам здоровья». В быту никогда не конфликтовал, уважительно относился к людям. Одним словом интеллигент.

Окончили школу Коля в 1956 году, Толик 1959 году, Федя в 1962 году. Лида в 1966 году, Женя в 1967 году, Вова 1969 году. В 1963 году вышла замуж Валя, но обо всем этом будет другая история, посвященная моей старшей сестре.