Десятихвостая Лисичка и Культиватор Меча

Бай Ли

Десятихвостая Лисичка и Культиватор Меча

Пролог. Часть первая. Дела маленькой Лисички

Тизер к книге

Мир вокруг него словно разбился на части... Или, вернее, на зеркальные осколки.

Из каждого осколка на него смотрело насмешливое, холодное, красивое лицо, будто бы высеченное из камня. Её кожа была бела, как снег, а кровавые губы изогнулись в жесткой улыбке.

О, теперь он чувствовал! Он ощущал её гнев каждой клеточкой своей кожи!

Взгляд, абсолютно ледяной и беспощадный, как сама судьба, разрезал застывший воздух подобно тысячам мечей. Это был абсолютно хладнокровный, убийственный взгляд древнего существа, прожившего тысячу лет.

Цзы Янь стоял на коленях. К нему со всех сторон двигалось двенадцать одинаковых женщин. Двенадцать отражений той самой женщины, чьё лицо он только что впервые увидел.

Его впервые охватил страх.

— Кто... ты?

Он еле смог прошептать.

Двенадцать отражений приближались.

В следующее мгновенье словно сверкнула молния — длинные острые когти впились ему в грудь! И эту боль, в отличие от предыдущей, он прочувствовал целиком.

Горячие губы наклонились к его уху, и он мог поклясться, что её дыхание обожгло его.

— Я та, кого ты пытался обокрасть...

И с этими словами она вырвала ему сердце.

***

Как же до этого дошло? \(°.°)/ За что она так с ним?

Читайте дальше, чтобы узнать! `(^.^)~

А мы начинаем ~

Дела маленькой Лисички

В глубине леса на горе Юнань маленькая рыжая десятихвостая лисичка торопилась по своим делам.

«Так. Зелье с собой, здесь порядок... Можно выдвигаться в путь!»

Этот маршрут рыжая бестия проделывала каждый божий день вот уже девять сотен и девяносто девять лет.

Лисицу звали Бай Жу, и ей было уже чуть больше тысячи лет от рождения. Каждый день она наведывалась в Западную часть Заповедного Леса по своим делам.

Её десять пушистых хвостиков мерно покачивались в такт размеренным шагам, и их беленькие кисточки колыхались, точно колоски, на бегу.

Бай Жу была древним существом, как и все многохвостые Духовные Лисы. На её глазах не одно поколение культиваторов сменило друг друга, минули многочисленные войны и протекали мирные времена, секты возникали и возвращались во тьму. И ей было мало дела до людской суеты. Для неё все они были не более чем жуками и мухами. Их жизни были короткими и полными сражений и бед.

«Какая жалость — родиться человеком». — часто только и сокрушалась она, поглаживая свои мягкие пушистые хвостики лапкой и играясь с их кисточками под сенью деревьев. — «То ли дело родиться Лисицей! Живёшь себе в своё удовольствие под луной, играешь и резвишься, а когда приходит время, возносишься на Небеса!»

На самом деле её, как и всех её сестёр-лисичек, волновало лишь бессмертие.

Девятихвостные лисы — Духовные Звери, подобные ей, обладали неизмеримым талантом и долголетием. И большинство из них рано или поздно находили свой источник бессмертия и возносились в Небесный Мир.

Те из её вида, кто благополучно доживал до своего столетия (а именно в этом возрасте Духовные Лисицы, до того бывшие лишь обычными Духовными Зверями, обретали могущество и премудрость), жили скрытно в ожидании вознесения, культивируя в норах и пещерах и питаясь Духовными травами. Оттого-то встретить взрослую десятихвостую лисицу в Подлунном Мире было непросто.

И если уже само по себе долголетие и сила не являются доказательствами любви Зверинного Бога к этим созданиям, то как насчёт следующего: каждую новую сотню лет жизни после совершеннолетия у Духовных Лисиц прирастал ещё один хвост. А с ним к внушительной коллекции добавлялся ещё один духовный талант!

Достигнув ста лет, Бай Жу обнаружила в себе особый талант к выращиванию растений. Тогда-то у неё и созрел план...

Обычно каждая из Лисиц использует свой собственный метод культивации и достигает вознесения тоже весьма оригинальным путём. Бай Жу вот решила остановить свой выбор на выращивании Духовных трав.

Она бодро трусила по лесу, лениво поглядывая по сторонам. Здесь каждое дерево, каждый куст и каждая развилка тропы были ей знакомы.

Вскоре она добралась до маленькой полянки в Западной части леса.

Здесь, окружённое непролазными зарослями колючих растений, произрастало её главное сокровище — Вечный Женьшень. Это растение обладало потрясающими свойствами: оно могло продвинуть любого Культиватора на целый уроень или два вперёд на пути саморазвития.

Бай Жу посадила его, когда ей только-только исполнилась сотня лет, сразу же по прибытии в Заветный Лес. Когда придёт время, она поглотит его и прорвётся.

Один Тысячелетний Женьшень поможет ей подняться на целый уровень в своей культивации. Сейчас у неё было десять хвостов. Через день ей исполнится ровно тысяча и сто лет — и их станет уже одиннадцать!

На всякий случай она посадила два таких растения: в Западной и в Восточной части леса. Как только она съест их, у неё отрастёт двенадцатый хвост и она сможет сразу бросить вызов Небесам!

Фактически, двенадцатихвостые лисы были уже Полубессмертными, им оставалось лишь самостоятельно обрести понимание, как попасть на Небеса. Впрочем, обыкновенно это не было проблемой для Духовных Лисиц. Ведь прожив так долго под луной, они обретали мудрость и могущесто, позволявшие им проникать в тайны вселенной и культивировать без каких-либо трудностей.

На Севере жила она сама и там находилась её уютная, богато обставленная нора.

В Южной же части леса сплёл себе паутину Старый Монстр — Паук по имени Чжичжу. Туда она без особой надобности заходить не осмеливалась, оберегая свои драгоценные хвосты. И, по счастью, Чжичжу тоже мало интересовало происходящее за пределами его владений. Он вполне довольствовался теми несчастными зверьми и гигантскими Духовными Насекомыми, которым не посчастливилось попасться в его сети.

Зажав пробку зубами, Лисичка откупорила колбу с зельем зелёного цвета и вылила ровно половину её содержимого на куст женьшеня, росший на возвышенности. Если бы кто-нибудь наблюдал со стороны в этот момент за растением, он бы удивился: листочки его зашевелились, словно бы блаженно потягиваясь после сна. Волшебный зеленоватый пар окутал растение на пару мгновений, после чего всё вернулось в норму.

Закончив поливать женьшень, Бай Жу удовлетворённо кивнула. Можно было поклясться, что на лисьей мордочке даже воцарилась счастливая улыбка.

На этом её задача была завершена. Она обновила чары формации, отталкивающей диких зверей, и убедилась, что маскировка работает идеально. После чего, развернувшись, Лисица стремительно скрылась в лесной чаще. Ей ещё предстояло проверить второй женьшень.

Пролог. Часть вторая. Сокровенное становится явным

Через полчаса после её ухода на поляну вышел молодой человек лет двадцати в одеждах ученика внешнего двора секты Багряного Рассвета.

Нервно озираясь вокруг, он то и дело бестолково продолжал натыкаться на деревья. Колючие кустарники так и норовили вцепиться в его одежды, и на хлопковом халате уже даже виднелось несколько свежих дырок. Вид у него был самый несчастный.

Куда же его занесла нелёгкая?

Всего несколько часов назад он вместе с другими учениками внешнего двора беззаботно резвился после учёбы на одной из тренировочных площадок секты, когда старший ученик Мун Бай внезапно предложил остальным посоревноваться на летающих мечах.

О! Будучи новичком в мире культивации, Хи Тонгу уже доводилось слышать о такой игре. Обыкновенно целая толпа учеников среднего ранга вставала на мечи, и все они что есть духу мчались в одном направлении, например к во-он к той горной вершине. Кто первым добирался, тот и получал приз.

Самому Хи Тонгу такие забавы были не под силу. Уровень его Ядра лишь недавно достиг коричневого цвета — цвета земли под ногами, и его приняли в Школу Багряного Рассвета в качестве младшего ученика внешнего двора. Он ещё даже не умел толком очищать Ци — не то что кататься на мечах!

Но не все были такими, как он. Большая часть учеников принадлежала к элите. Они происходили из богатых семей, в которых они могли с детства получать лучшие ресурсы для культивации. Ядро Мун Бая, например, — того, кто предложил игру, — было уже почти совсем жёлтым. Как только оно очистится окончательно, его могут уже принять в ученики внутреннего двора.

В итоге около двадцати учеников решили принять участие в соревновании. Они поднялись в воздух на собственном летающем оружии — кто на мече, кто на щите, кто на кинжале.

Хи Тонг уже было приготовился наблюдать за всеми с земли, подбадривая участников, но внезапно Мун Баю пришла в голову идея, глаза его блеснули озорством. Он подлетел прямо к Хи Тонгу и сказал:

— А ты, младший, почему не поднялся в воздух вместе со всеми?

Молодой человек потупился.

— У меня нет меча, Старший Мун. Кроме того, моё Духовное Чувство ещё слишком слабое, чтобы я мог связать его с оружием.

— Тогда почему бы тебе не взять мой меч? У меня есть один, которым я не пользуюсь. И тебе не нужно связываться с ним при помощи Духовного Чувства. Этот меч обладает разумом. Он сам будет слушаться твоих команд. Он, конечно, довольно простоват и стар, но...

— Нет! Что вы! — замахал руками Хи Тонг. — Как я могу...!

Но Мун Бай настоял на своём.

В итоге Хи Тонг тоже принял участие в соревновании.

— Тебе не нужно ничего делать. Просто скажи моему мечу, куда ему следует повернуть, подняться или опуститься. Вот и всё.

Ватага учеников поднялась в воздух и двинулась на север в сторону единственного пика горы Юнань. Путь их пролегал прямёхонько через Заповедный Лес, куда обычно ученики внешего двора ходить остерегались. Поговаривали, что там обитают чудовища, а также произрастает множество полезных растений. Но даже те немногие, кто осмеливался заходить в Заповедный Лес близ горы Юнань, не решались продвинуться глубоко.

В итоге «послушный старый» меч Мун Бая взбунтовался прямёхонько над Западной окраиной леса и «послушно» сбросил Хи Тонга прямо в лесную чащу. Благо, летели они в тот момент совсем невысоко, и лесная подстилка смягчила удар. Не то бедолага ограничился бы не только ушибленной задницей.

К слову сказать, у Хи Тонга было одно преимущество, о котором он даже и сам не догадывался: он был от природы чрезвычайно удачлив. Вот и сейчас он, мало того, что упав с сорокаметровой высоты, не сломал себе ни единой кости, так он ещё и, сам того не зная, умудрился стать свидетелем тому, что было превыше его понимания.

Бесцельно блуждая по лесу в поисках выхода, он вскоре попал под действие Илюзорного Массива, который Бай Жу установила для отпугивания животных. Этот Массив заставил беднягу Хи Тонга несколько часов плутать вокруг зачарованной полянки.

Вдруг под ногу ему подвернулся корень старого дерева, не заметив его, юноша зацепился за него пяткой и от души шлёпнулся об землю, отбив себе уже и так саднящий зад.

— Ох! — потирая ушибленную поясницу, Хи Тонг поднялся с земли. Его халат оказался безнадёжно испорчен. Что он теперь скажет учителю?

Именно в этот момент Духовной Птице Конгульчу, которая свила гнездо рядом с местом произрастания женьшеня, вздумалось вспорхнуть из гнезда и напугать юношу.

В страхе голодный, уставший и измучившийся отрок, который и без того был наслышан об ужасах этого леса, выхватил тренировочный деревянный меч, наполнил его своей жалкой, но вполне эффективной от страха коричневой Ци и со всей силы рубанул наобум, метясь себе за спину.

— Ааааа!

А затем замер, присев и закрыв голову руками.

В итоге, когда он через несколько секунд всё-таки решился открыть глаза и медленно-медленно обернуться, он не увидел у себя за спиной никакого страшного зверя, зато увидел кое-что иное:

Внезапно на глаза ему попалась мандала формирования, высеченная на стволе одного из близлежащих деревьев. Он присмотрелся повнимательнее.

«Как странно... Кому понадобилось размещать Иллюзорное Построение в глубине леса? Это оно мешало мне выбраться?»

Прямо посредине мандалы красовался грубый разрез от его собственной деревянной Ци. По чистой случайности этому ученику удалось повредить Массив, предназначенный для отпугивания диких животных!

Собрав оставшуюся Ци, он ударил по мандале ещё несколько раз своим деревянным мечом.

Спустя несколько неудачных попыток ему всё же удалось полностью нейтрализовать иллюзию, заставлявшую его плутать вокруг этого места, не находя выхода. Вместе с тем ему открылась и сама полянка, которую до этого он даже не замечал!

И вот тогда его глаза разглядели в тени орешника нечто, заставившее его усомниться в собственном зрении.

— Не может быть... Это...

Женьшень! И не какой-нибудь, а Духовный!

Вокруг растения можно было заметить лёгкое зеленоватое сияние растительной Ци.

Отметив место зарубкой на дереве, Хи Тонг со всех сил бросился бежать прочь. Теперь, когда Иллюзорное Формирование больше не было активно, ему удалось легко отдалиться от этого места. Он бежал около часа, и вскоре ноги, опять-таки по счастливой случайности, сами вынесли его к долине.

К сожалению, Бай Жу и подумать не могла, что кто-нибудь из людского племени заберётся так далеко в лес, поэтому её массив работал только на животных, не обладающих разумом или способностями к культивации.

Можно ли назвать это случайностью или же лучше - судьбой?

Спустя пару часов запыхавшийся Хи Тонг ворвался в покои своего наставника и поведал ему об увиденном чуде. Тот в свою очередь направился к устроителю внешнего двора, а тот и вовсе напрямую к Великому Старейшине. Так секта Багряного Рассвета узнала про Тысячелетний Женьшень.

И так начались приключения Цзы Яня.

Глава 1. Гениальный Ученик

Цзы Янь летел на своём обоюдоостром мече над горами, долинами и лесами, рассекая воздух. Под его ногами клубились облака и шумели быстрые горные реки, разбегались гордые олени с большими ветвистыми рогами и прыгали с кочки на кочку зайцы, удирая от лис.

Отполированная сталь сверкала на солнце, и её блики слепили глаза Культиваторам, которым не посчастливилось оказаться в этот момент внизу. Кому-то казалось, что над ними пролетел ястреб, клюв и когти которого были острее металла. Иные думали, что среди ясного дня внезапно сверкнула молния.

Подлетая к Заветному Лесу на горе Юнань, Цзы Янь стремительно снизился и почти у самой земли понёсся над сочными лугами плодородной долины Ян-Хэ.

Молодой человек на мече был красив и статен, а его высокий рост ничуть не умалял его грациозности. Иными словами, он был чрезвычайно хорош собою, и любая женщина из долины Ян-Хэ без колебаний избрала бы его своим супругом или партнёром для парной культивации.

За его спиной развевались шёлковые алые одежды с вышитыми на плечах фениксами, а на спине красовался гигантский, вышитый золотой нитью, символ секты, которой мужчина принадлежал, — секты Багряного Рассвета.

Эмблема представляла собой золотой круг, в котором волны пламени снизу — первородная магма — и волны небес сверху — пенистые облака — сливались в непрерывном танце стихий, словно великие Инь и Ян.

Его внешность, вне всякого сомнения, считалась эталоном мужской красоты. Но суровый вид и вечно насупленные брови-мечи выдавали в нём человека гордого и непреклонного. А взгляд его, острый, точно лезвие его клинка, отсекал любой ненужный флирт ещё на подходе.

Его потрясающая, властная аура сама по себе была колючей, словно шип или остриё. Вот отчего никто из встречавшихся ему на пути Культиваторов не смел подойти и заговорить с ним.

История, о которой поведано в этой книге, произошла некогда в стране Би Шуй, в том из многочисленных Подлунных Миров, где издревле процветала культивация.

Здесь со стародавних времён широко распространено было искусство совершенствования тела, духа и разума. В этом мире каждое существо от рождения обладало способностью собирать энергию, разлитую в воздухе, называемую Ци, и преображать её в источник жизненной силы и долголетия.

И никто не был так хорош в преобразовании Ци и шествии по пути совершенствования, как Культиваторы Трёх Великих Сект. Именно так. С Трёх Заглавных Букв.

Первая секта звалась Чи Жуй, или Школа Зелёного Леса. Расположилась она в Южном Лесу Цянь, и её адепты славились тем, что прекрасно владели Природной Ци. Им внятны были языки животных, деревьев и трав, а ветер мог нашёптывать им свои секреты.

Вторая секта — Лянь Тау — располагалась на вершине заснеженного горного пика. Её адепты практиковали жёсткую аскезу, искусство управления ветром, стужей и водой, и считалось, что они были несгибаемыми и хладнокровными, точно вековые снега, величественные и неподвижные в своей молчаливой суровости.

Третья секта звалась Шу Гуань, или секта Багряного Рассвета. Располагалась она в долине близ реки Фэн Цзы. Её ученики были признанными мастерами боевых искусств, а также адептами стихии огня. Мечи, копья, луки и стрелы были у них в чести. А доблесть, отвага и горячность всячески здесь поощрялись старейшинами. Те из учеников, кто достиг совершенства, могли даже воззвать к первозданным стихиям подземного огня и водяных облаков, чтобы те откликнулись на их зов.

Вставая поутру, ученики трёх самых влиятельных сект земли Би Шуй круглый год только тем и занимались, что совершенствовались на избранной стезе, взращивая силу своих внутренних Жемчужин — Духовных Центров или Ядер — средоточия их силы и величия.

Стоит сказать, что у каждого человека, а также у некоторых Духов, Призраков и даже Духовных Животных в этом мире была своя Жемчужина Духа или Духовное Ядро, которое они долго и тщательно культивировали, очищая от нечистот, накапливая энергию и совершенствуя своё понимание и Душу.

Если бы кто-то, например, кто имел Духовное Зрение (а большинство культивирующих обладали такой способностью), мог взглянуть на Духовный Центр Цзы Яня, что располагался чуть пониже диафрагмы и повыше пупа, он бы заметил крупную, размером с теннисный мяч, сверкающую сферу, окутанную облаком фиолетового свечения. Будто маленькая остывшая звезда или газовая планета дрейфовала в пыльном облаке, окружённая светом таинственно мерцающих звёздочек.

Большое и яркое ядро фиолетового космического оттенка, как у Цзы Яня, считалось Жемчужиной пятого уровня. Всего же уровней было шесть:

У новичков в мире культивации — к примеру, у учеников внешнего двора любой из Трёх Великих Сект — только что сформированное ядро поначалу было грязно-коричневым, как земля.

По мере очищения оно становилось сначала оранжевым, потом жёлтым, а затем ярко-красным, как киноварь, или цвета дорогого китайского шёлка.

И, наконец, у немногих, особенно талантливых Культиваторов оно однажды могло стать фиолетовым, как у Цзы Яня.

Этот цвет символизировал собой Космос, что уже само могло бы свидетельствовать о том, что адепт с такой Жемчужиной достиг невероятных высот и глубин понимания пути саморазвития. Это была пятая ступень очистки Ядра. И если кто-то сумел достичь её, это считалось в данном мире великим достижением и, конечно же, внушало остальным культиваторам безграничный трепет.

В собственной секте Цзы Янь считался светилом. Уважение к нему было настолько глубоким и настолько не подлежало сомнению, что многие ученики внешнего двора даже любили говорить, что ни под луной, ни под солнцем, ни под сумеречными звёздами нет другого такого же чистого и просветлённого человека, как Цзы Янь.

Что ж. Ясно вполне, что Цзы Янь, будучи первым и единственным учеником Главного Старейшины секты Багряного Рассвета — Лао Хуэя — мог заслуженно гордиться своим высоким статусом, ведь недаром Великий Старейшина избрал его в качестве своего прямого наследника среди всех учеников. А ведь Цзы Яню не исполнилось ещё и тысячи земных лет!

Как только Великий Старейшина Лао Хуэй отойдёт от дел, Цзы Янь займёт его место. Если, конечно, его назначение не будет оспорено другими...

Фиолетовой Жемчужиной обладали лишь несколько человек в каждой из Трёх Великих Сект. В секте Багряного Рассвета это были Старейшина Ди и Старейшина Лу — два из трёх столпов культивирования в долине.

Что же касается учеников внутреннего круга, то за последнюю тысячу лет лишь одному Цзы Яню удалось достичь подобных высот. Поговаривали, что в древние времена Культиваторов такого высокого ранга было гораздо больше, но затем что-то произошло, и в последнюю тысячу лет число людей с прекрасным талантом к культивированию сильно сократилось.

По меркам мира культивации Цзы Янь был ещё очень молодым юношей. Ему едва перевалило за 500 лет. Фактически, он был вундеркиндом секты Багряного Рассвета, что и заставило Лао Хуэя с готовностью назначить его своим преемником. С таким учеником будущее секты обещает быть радужным!

Однако другим Старейшинам такая расстановка сил явно оказалась не по нраву. Хотя они и не смели оспаривать решение Патриарха напрямую, в личных беседах наедине между собою они часто говорили о том, как было бы здорово, если бы не Цзы Янь, а кто-то из них двоих смог занять это место!

Цзы Янь не испытывал ни малейшего сомнения, что, как только Великий Старейшина вознесётся, эти двое точно что-нибудь да предпримут!

Но отчего же эти двое были так робки, что не смели и слова сказать поперёк Патриарху? Ответ кроется далеко не только в обычном уважении к его сединам...

А разгадка звучит так: если в этом мире и существует сокровище, обладание которым способно превзойти собой обладание Фиолетовой Жемчужиной — это обладание Жемчужиной белого или бело-золотого цвета.

Белый цвет, ровно как и золотой, символизировали собой мудрость и праведность, а также чистоту помыслов. И лишь те, кому удавалось достичь величайшей степени просветления, могли похвастаться шестой ступенью культивации.

В настоящий момент Белой Жемчужиной обладали лишь Три Великих Старейшины — по одному на каждую из двух сект, да ещё и загадочный Великий Предок — Старец, который, согласно легенде, был Учителем трёх первых Старейшин, основавших Три Великие Секты. По слухам, ему было уже не менее десяти тысяч лет, и большую часть своей долгой жизни он провёл в медитации.

Говорят, его долголетие уже подходило к концу, когда он впал в транс, продолжающийся многие тысячи лет.

Подобный транс был для стареющих Культиваторов одним из немногих способов отсрочить приближение смерти, если Культиватор по какой-то причине не смог вовремя вознестись в Небесный Мир. Они просто продолжали медитировать тысячелетиями.

Ходили слухи, что Души Культиваторов, впавших в тысячелетний сон, странствовали по многим мирам, пока тело оставалось запертым в Подлунном Мире. И если душа в конце концов находила Просветление, она возвращалась, и Культиватор благополучно возносился на Небеса. Если же поиски эти не увенчаются успехом, Душа несчастного так и продолжит блуждать по бескрайним просторам Вселеной в качестве Духа, так и не найдя конечного пристанища.

Конечно, это всё были только слухи. И никто доподлинно не знал, правда ли это.

Цзы Янь о Предке слышал только из легенд, ибо тот ушёл на покой задолго до его рождения, поселившись в уединении где-то в горах.

Впрочем, о теле Великого Предка видевшие его адепты передавали из уст в уста дивные истории: что от одного дыхания Старца энергия Ци взвивалась вокруг него, подобно снежной пыли, и если неосторожно подойти слишком близко, слабый ученик внешнего круга могл даже погибнуть!

По этой и некоторым другим причинам само существование Старца по большей части благоразумно игнорировалось большинством Культиваторов, и никто не решался тревожить его сон. О нём вспоминали лишь шёпотом, да и то с великим почтением.

Поговаривали даже, что в час великой нужды он восстанет из своей пещеры и защитит Три Великие Секты. Такой суеверный страх помогал Трём Великим Старейшинам, в известной мере, поддерживать порядок на своих территориях.

Цзы Янь, резко спикировав вниз, ускорил полёт.

Он был удивительно сильным Культиватором. В целом, даже несмотря на протесты Старейшины Ди и Старейшины Лу, он ничуть не сомневался, что именно ему в итоге придётся унаследовать титул Патриарха Секты Багряного Рассвета. Ведь в том, что касается владения мечом, он всё ещё был сильнее всех, за исключением нынешнего Патриарха...

Вернее, так было до недавнего времени...