Великобритания. Историческая хроника. Часть первая

– 22 апреля. Войска английского короля высаживаются в Антверпене.

– Армия Уильяма Монтегю, графа Солсбери безуспешно осаждает шотландский Данбар.

– Услышав о слабости английского побережья, десятки купцов и авантюристов Нормандии, Пикардии и Бретани занялись пиратством вдоль английского побережья. Пиратство также повлияло на другой театр военных действий. Французские и кастильские корабли нападали на суда, перевозившие зерно и жалование солдатам в Аквитании, и их потеря поставила Бордо и всю область на грань бунта. Кампания в море начались в сентябре, когда большой французский и итальянский флот вновь атаковал Нормандские острова под руководством Робера Бертрана, маршала Франции. Остров Сарк, которому был нанесен серьёзный ущерб за год до того, пал без боя, а Гернси был захвачен после короткого сопротивления. Остров был в значительной степени незащищенным, так как большая часть гарнизона была переведена на Джерси, чтобы предотвратить ещё одно нападение на него, а те немногие солдаты, которые были отправлены на Гернси и Сарк, были захвачены в плен в море. Посланники с островов также были захвачены, благодаря чему английское правительство в течение недели не знало о падении островов. На Гернси замки Корнет и Вейл были единственными точками сопротивления французам. Однако и они капитулировали, а их гарнизоны были преданы смерти. Краткое военно-морское сражение между прибрежными и рыболовными судами с одной стороны и итальянскими галерами – с другой привело, несмотря на потерю двух итальянских судов, к разгрому островитян с тяжелыми потерями. Гернси оставался французским некоторое время, но после поражения при Слёйсе французы решили, что не смогут его защитить и оставили остров. 5 октября французский флот, подкрепленный итальянскими и кастильскими наемниками, блокировали порт Саутгемптон с суши и моря. Стены города были старыми и ненадежными, денег на их ремонт долго не выделялось. Большая часть ополчения и горожан в панике бежали в сельскую местность, только гарнизон замка держал оборону в течение короткого время, пока итальянцы не прорвали оборону и не взяли город. Как и Портсмут, Саутгемптон был сожжен и разграблен, захваченные товары и пленники были отправлены во Францию.

– Король Франции Филипп VI присваивает своей жене Жанне Бургундской полномочия управительницы государства.

– Битва при Арнемёйдене. Сражение развернулось между огромным французским флотом под командованием адмиралов Юго Кирье и Николя Бегюше против небольшой английской эскадры из пяти каракк, транспортировавших груз шерсти в Антверпен, где Эдуард III рассчитывал продать его, чтобы иметь возможность заплатить своим союзникам. Бой произошел около Арнемёйдена, порта острова Валхерен (в настоящее время в Нидерландах, но на тот момент – часть графства Фландрия, формально часть Франции). Несмотря на превосходство французов в численности и вооружении, английские корабли мужественно сражались, особенно проявил себя «Христофор» под командованием Джона Кингстона, командира эскадры. Кингстон был вынужден сдать свои корабли, исчерпав все средства защиты. Французы захватили богатый груз и приняли захваченные каракки в свой флот и казнили всех английских пленных, в том числе Кингстона.

– В декабре французы вторглись в Гасконь, которой управлял Оливер Ингам. Поскольку Англия не стремилась начинать вторжение из гасконских земель, Ингам не получал ни денег, ни подкреплений, а должен был полагаться на собственные силы и небольшие доходы от таможенных сборов и пошлин. Поэтому англичане решили укрепиться в своих замках и удерживать их как можно дольше.

1339 год

Королевство Англия: король Эдуард III. (Плантагене́ты).

Ранняя зима заставила французов взять паузу, что стратегически изменило соотношение сил в Канале. За зиму английские города подготовили организованные вооруженные формирования, чтобы отгонять налетчиков. Ответственность за подготовку ополченцев была возложена на графов, которые лично отвечали за безопасность береговой линии. Хотя пиратство на море оставалось серьёзной проблемой, крупномасштабные французские рейды были завершены. Нападение на Джерси потерпело неудачу, так как остров был уже слишком сильно защищен, нападения на Харидж, вновь Саутгемптон и Плимут были отбиты с большими потерями. Наемники французского войска не желали рисковать и вступать в крупномасштабный бой. Гастингс был сожжен дотла, но на тот момент это была скорее рыбацкая деревня, чем порт. Объединённый французский флот снизошел до нападения на рыбацкие лодки и выставление напоказ тел убитых рыбаков на улицах Кале.

– Английский флот также был укреплен за зиму и начал нападать на французские корабли. Однако наемные капитаны флота решили, что более выгодно грабить фламандских конвои союзников Эдуарда, чем французские суда, что вынудило короля Англии с позором уплатить наемникам огромную сумму компенсации. В июле 67 французских и наемных кораблей попытались атаковать Пять портов. Экспедиция была встречена организованной милицией в Сэндвиче и повернула к Раю, сжигая небольшие деревни на пути, но не имея возможности атаковать укрепленные города. Там английский флот под руководством Роберта Морли догнал их, заставив французские силы отступить через Канал. Эта паника затронула генуэзских наемников, которые составляли самую опытную часть французского флота, и они требовали большей оплаты. Король Филипп VI ответил заключением в тюрьму пятнадцати их главарей, после чего остальные вернулись в Италию, что лишило французов лучших моряков и кораблей, а также двух третей самого флота. Узнав об уходе генуэзских наемников из французского флота, Морли повел свой флот к побережью Франции, сжег города Олт и Ле-Трепор, опустошил несколько деревень и спровоцировал панику, похожую на панику англичан после разграбления Саутгемптона. Кроме того, он застал врасплох и уничтожил французский флот в гавани Булони. Английский и фламандские купцы снарядили свои корабли для набегов, и вскоре прибрежные французские деревни вдоль северного и даже западного побережья оказались под угрозой. Фламандский флот также был активен и сжег важный порт Дьепп в сентябре. Эти успехи восстановили боевой дух в Англии, однако не повлияли на исход войны: континентальная экономика Франции могла выжить под набегами с моря с большим успехом, чем морская экономика Англии.

– В августе Эдуард III оттуда отправился в Кобленц, где встретился с императором Людовиком, сделавшим его 5 сентября генеральным викарием Священной Римской империи, что теоретически предоставляло в его распоряжение все её военные ресурсы.

– В сентябре, в Нижних землях, королём Эдуардом была собрана армия численностью 12 тысяч человек. Армия включала в себя различных союзников Англии. Первым районом на его пути, поддерживающим французского короля, стало архиепископство Камбре, куда 20 сентября вторглись союзные войска и осадили город. Прилегающие поселения разграбили и сожгли, но сам город взят не был. 9 октября армия Эдуарда снимает осаду и движется дальше – в глубь Франции. Пока длилась осада, король Филипп VI успел собрать армию. Армия Эдуарда, снявшая осаду, двигалась теперь в походной колонне, растянутой на 30 километров, попутно грабя и сжигая сотни деревень, стоящих на пути. Тем временем, армия Филиппа следует за ними, и 14 октября две армии сближаются друг с другом. Кажется, что битва неизбежна, но Эдуард избегает битвы, ускользая и продолжая опустошать французские земли. В конце концов, две армии сходятся лицом к лицу в Пикардии, между Ла-Капель и Ла Фламенгри. Ожидалось, что битва начнётся 23 октября, но ночью Эдуард поднимает свои войска и они направляются обратно к границе. Французы их не преследуют, кампания внезапно заканчивается.

1340 год

Королевство Англия: король Эдуард III. (Плантагене́ты).

26 января. Английский король Эдуард III принял титул «короля Англии и Франции».

– В феврале король Эдуард вернулся в Англию. Столкнувшись с финансовыми проблемами, Эдуард III начал искать их причины, обрушившись на внутреннюю администрацию. Столкнувшись с долгами порядка 400 тысяч фунтов, он был вынужден вернуться в Англию, чтобы добиться от парламента дальнейшего финансирования. В результате был принят налог натурой, основанный на церковной десятине, который, впрочем, из-за плохого управления не смог как-то облегчить надвигающееся банкротство короля.

– Французский флот к тому времени фактически контролировал пролив Ла-Манш, блокируя побережье Фландрии, и существовала реальная возможность вторжения на Британские острова. Собрав в июне крупные морские силы в Оруэлле близ Ипсвича в Суффолке, король собрался занять гавань, как неожиданно получил известие, что французы опередили его, захватив бухту и закрепившись там. Король принял решение атаковать французский флот. 2 июня Эдуард III вышел в море, собрав максимально возможное количество кораблей. В его распоряжении было 120 кораблей, нефов и баланжье, а в составе войска насчитывалось примерно 4 000 латников и 12 000 лучников.

– 23 июня английский флот подошёл к бухте Слёйса, где стоял французский флот. Он состоял примерно из 200 кораблей, крупнейшим из которых являлся неф «Кристофль», на котором «могла поместиться добрая тысяча человек», захваченный ранее у англичан. Другие крупные корабли, «Святой Георгий» и «Святая Екатерина», принадлежавшие королю, «Святой Юлиан» мастера Николя Ас Куллё из Лёра и «Святой Иоанн» мастера Гильома Лефевра из Арфлёра, были меньше, но всё же могли поднять по 150-200 чел. с полным вооружением. Остальные французские суда были значительно меньше, так, неф «Успение Богоматери», принадлежавший мастеру корабельных дел Жильберу Полену из Руана, вмещал всего лишь 80 моряков и солдат. Основная масса кастильских и фламандских судов, построенных для плавания в Атлантике, имели высокие борта. Помимо них, союзники располагали примерно четырьмя десятками генуэзских галер, стоявших во второй линии. Английским флотом командовали адмиралы Роберт Морли и Ричард Фицалан под общим руководством короля Эдуарда III. Французским флотом, состоящим из трёх эскадр, командовали адмиралы Гуго (Юго) Кирье, Николя Бегюше и генуэзец Барбавера (Эгидио Бокканегра) под общим руководством адмирала Кирье. Французский флот выстроился в 4 линии, первая из которых состояла из наиболее крупных и мощных кораблей, на которых находились генуэзские арбалетчики, причём все суда, за исключением находившихся в тылу, были связаны друг с другом цепями и канатами, образовав, таким образом, четыре гигантские плавучие платформы. Английская эскадра построилась в 3 линии, в первой из которых, как и во французской эскадре, находились наиболее крупные корабли, в том числе флагман Эдуарда III неф «Томас», и те из них, на которых находились тяжеловооружённые всадники, окружались по бокам судами с лучниками. В составе английской эскадры находились суда, на которых плыл двор королевы Филиппы Геннегау, одной из фрейлин которой сражение стоило жизни. Битва началась в субботу 24 июня. Французский командующий решил преградить англичанам путь в бухту Звин, воды которой омывали пристани Брюгге, но английские суда при помощи сложных манёвров смогли развернуться и атаковать французскую эскадру по всему фронту с наветренной стороны, так, чтобы позади них находилось солнце. Вскоре англичанам удалось взять на абордаж «Кристофль» и, выбросив за борт его генуэзскую команду, расположить на нём своих лучников. Битва продолжалась весь день и закончилась полным поражением французов – ввиду большей маневренности и подвижности английских кораблей. Также сыграла свою роль скорострельность английских лучников, выгодно отличавшая их от вражеских стрелков, вооружённых, главным образом, арбалетами, и камнеметателей, оснащённых пращами. Потери французов составили, по различным данным, от 16 000 до 18 000 человек, захвачено было 190 французских кораблей, и лишь находившейся в тылу и не связанной цепями эскадре из 24 судов удалось под покровом ночи скрыться. Но победа дорого обошлась англичанам, понёсшим ощутимые потери, при защите нефа «Томас» тяжело ранен был сам король Эдуард. Командующий французским флотом адмирал Кирье был обезглавлен, Бегюше взят в плен и повешен на мачте, а Барбавера убит и выброшен со своего корабля в море. В результате Слёйсского морского сражения англичане обеспечили себе полное превосходство на море, одновременно лишив французов возможности высадить десант на территории Англии. А король Эдуард III, сойдя после этой славной победы на берег во Фландрии, по праву принял там титул короля Франции.

– Битва при Сент-Омере.  Эдуард III планировал остаться во Фландрии для сбора войск, чтобы затем напасть и осадить приграничную французскую крепость Турне. Французы, прекрасно осведомлённые об активности противника, начали работы по укреплению пограничных замков и сбору войск для противодействия англо-фламандским войскам. К июлю король Филипп VI имел под своими знамёнами уже 25 тысяч человек, многие из которых были посланы для обороны пограничных городов, в частности, Сент-Омера и Турне. Попытки Роберта д’Артуа скрыть от противника передвижения своих войск успеха не имели, и французы направили значительные силы и средства на укрепление Сент-Омера. Под знамёнами Роберта находились значительные силы, однако большинство его воинов составляли плохо вооружённые фламандские крестьяне и горожане. Войска Роберта тем временем приближались к городу, сжигая и уничтожая всё на своём пути. Для противодействия угрозе король Филипп VI послал в Сент-Омер тысячу воинов под командованием Эда IV Бургундского, к которому затем присоединился крупный отряд Жана д’Арманьяка. Вступив в город, французы быстро эвакуировали гражданское население, укрепили стены и разрушили пригороды. Роберт д’Артуа тщетно рассчитывал на лояльность горожан. В городе не оказалось никого, кто бы согласился добровольно признать власть английского короля и открыть ворота англичанам. Забыв о всякой предосторожности, англо-фламандские войска продолжали наступление на город, а 25 июля полностью разрушили соседний городок Арк. Тем временем по пятам Роберта двигалась большая французская армия Филиппа VI. Подойдя к городу, Роберт 26 июля выстроил свои войска в боевой порядок, надеясь выманить французов принять открытый бой. В центре английского построения располагались наиболее надёжные войска: знаменитые стрелки из длинных луков и фламандские пехотинцы из Брюгге и Ипра. На левом фланге стояли фламандцы из Ипра, Фюрна и Берга, на правом – пехота из Брюгге. Позиции союзной армии были укреплены рвами и частоколами. Бургундцы и арманьяки, извещённые о приближении короля, не начинали боя. Французские планы по окружению противника были сорваны спесью некоторых французских рыцарей, покинувших замок вопреки приказам командиров и ударивших по левому флангу англо-фламандского войска. Атака была отбита, однако в свою очередь ипрские пехотинцы, потеряв осторожность, бросились беспорядочно преследовать бегущего противника. Заметив это, французы развернулись и неожиданно контратаковали преследователей. Завязалась ожесточённая схватка, длившаяся до полудня. С высоты городских стен французские командующие смогли разглядеть бреши в построении англо-фламандской армии, чем незамедлительно воспользовались. Эд Бургундский и Жан д’Арманьяк выступили из города, ведя за собой отряды по 400 отборных рыцарей. С этими силами они атаковали фланги английского войска. Граф Арманьяк, обрушившись на ослабленный левый фланг союзников, обратил противника в бегство и, ворвавшись в лагерь противника, стремительной атакой рассеял недисциплинированный отряд вражеского резерва. Дальнейшее продвижение французов было невозможным, так как солдаты принялись грабить вражеский лагерь. На правом фланге события развивались для англичан и их союзников более благоприятным образом. Атака бургундского герцога была встречена градом стрел и дружным отпором пехотинцев. Англичане и брюггские союзники, не знавшие о резне, учинённой французами на правом фланге, решительно бросились в атаку, окружив и частично уничтожив нападавших. Разбитые французы были вытеснены к городу. Сражение перекинулось на улицы и кварталы неразорённого пригорода. Благодаря стрельбе лучников с городских стен и помощи солдат гарнизона герцог с оставшимися людьми смог проникнуть в город, который тут же захлопнул ворота перед англичанами. С наступлением ночи Роберт д’Артуа со своими людьми, возвращаясь обратно, столкнулись с воинами Арманьяка. Стычка в темноте, вылившаяся в ряд беспорядочных схваток и поединков, не имела, однако, никаких последствий. Только с наступлением утра англичане с тревогой осознали, что большая часть их войск была рассеяна и истреблена французами. Роберт, не добившись поставленных целей, вынужден был отступить, опасаясь встречи с превосходящими силами французского короля. На поле боя осталось лежать 8000 союзников, однако отборные английские войска покинули поле боя практически без потерь. Такие огромные потери были следствием недостаточной боевой подготовки фламандских ополченцев.

– Высадившись на побережье, король Англии и его армия достигла Турне 23 июля. Помимо жителей, в городе находился французский гарнизон. Осада затянулась, и Филипп VI уже подходил к городу, когда у Эдуарда закончились деньги на содержание армии. По иронии судьбы, в то же время в Турне закончились запасы продовольствия, и город был готов капитулировать со дня на день. Тёща короля Эдуарда Жанна Валуа посетила зятя в его палатке 22 сентября и просила о мире. Ту же просьбу она до того повторила перед Филиппом, своим братом. Достигнутое посредством Жанны перемирие помогло обоим монархам не потерять авторитета, а Турне был освобожден.

– В ноябре Эдуард III вместе с Генрихом Гросмонтом, графом Дерби, и другими английскими лордами, которые находились в Нидерландах в качестве заложников оплаты долгов, тайно отплыли из Гента в Англию. Рано утром 1 декабря король неожиданно появился в Тауэре, где немедленно уволил канцлера Роберта Стратфорда и казначея Роджера Нортбурга, а также отправил в тюрьму ряд ведущих судей, канцелярию, клерков казначейства и финансистов. Для демонстрации факта, что министры его правительства должны нести ответственность за свои действия и не иметь права требовать церковного иммунитета от светских судов, Эдуард III назначил на высшие государственные должности мирян и обычных юристов. Кроме того, на уровне графств начались разбирательства по поводу плохого управления страной во время отсутствия короля. В итоге были заменены почти половина шерифов и все чиновники, ответственные за сбор королевских доходов в графствах. Основной мишенью для короля стал архиепископ Стратфорд, который был главой регентского совета, управлявшего Англией во время отсутствия короля. Ещё до отбытия из Гента 18 ноября Эдуард III отправил папе послание, в котором утверждал, что архиепископ не отправил ему в Турне необходимые деньги, желая «увидеть его преданным или убитым» из-за отсутствия средств. Архиепископ же стойко держался, считая, что в случившемся виновата не его администрация, а сам король, который предъявлял королевству непомерные требования и вёл себя как тиран. В своих письмах, отвечая Эдуарду, он не стеснялся в выражениях, назвав короля «новым Ровоамом», который подобно библейскому царю игнорировал советы мудрецов, слушая только своих юных друзей, а также притеснял народ.

1341 год

Королевство Англия: король Эдуард III. (Плантагене́ты).

В апреле умер бретонский герцог Жан III Добрый, не оставивший наследников. На его наследство претендовали два члена Бретонского дома Дрё, его сводный брат Жан де Монфор и его племянница

Жанна де Пентьевр. Муж Жанны, Карл де Блуа, был племянником короля Франции Филиппа VI. Французский король был обязан поддержать претензии племянника в соответствии с политическими семейными узами в средневековой Европе. Он, однако, не был готов вести масштабную войну на далёком Бретонском полуострове. Бретань в то время была неизведанной землей, где путешествия были сопряжены с трудностями и общением на неизвестных доселе языках. Филипп VI призвал Жана и Карла прийти к соглашению о правопреемстве. На этом этапе Эдуард III, король Англии, вмешался в конфликт, предлагая войска и финансовую помощь Жану де Монфору в обмен на оммаж. В случае успеха, Жан таким образом подтвердил бы претензии Эдуарда и позволил ему стать полноправным правителем Франции. Как ни странно, поддержав Жана, чьи претензии на герцогский трон основывались на Салическом законе, Эдуард ставил под угрозу свои собственные притязания на трон Франции, которые были основаны на игнорировании этого же закона. Мысль об английских войсках неистовствующих в Бретани, которые затем оттуда смогли бы попасть в Нормандию и другие части Северной Франции, вселили ужас в Филиппа, и он решил выиграть войну прежде, чем войска Эдуарда смогут прибыть на помощь Жану. Жан тоже не сидел сложа руки, выехав из Парижа за несколько дней до готовившегося ареста по обвинению в измене (за сговор с Эдуардом III). Он прибыл в Нант, где начал собирать армию из своих сторонников.

– 26 апреля, когда в Вестминстере собрался парламент, король отказал архиепископу Стратфорду в допуске на заседания, а также попытался выдвинуть против него обвинения в 32 пункта. Противостояние длилось три дня, после чего ряд магнатов настояли на том, что хотят лично заслушать архиепископа, в результате чего король Эдуард был вынужден допустить его в совет 28 апреля, чтобы тот смог выслушать выдвинутые против него обвинения. Крупные магнаты и прелаты, а также палата общин стали на сторону Стартфорда, составив петицию в его поддержку, после чего Эдуард был вынужден 3 мая уступить. Также короля убедили согласиться одобрить программу реформ, в результате чего был издан статут, согласно которому ведущие министры королевства должны присягать в парламенте. Кроме того, было обещано, что лорды и министры королевства не могут быть подвергнуты аресту и могут быть судимыми только «в парламенте судом равных», причём король будет обязан подчиниться этому решению. Этот статут Эдуард III отменил 1 октября, поскольку он нарушал прерогативы короля и был навязан силой. 23 октября Эдуард III публично примирился в Вестминстер-холле с архиепископом. Несмотря на конфуз Эдуарда III в противостоянии с парламентом, своими уступками король заработал себе достаточно политического влияния, чтобы обсудить новый источник для финансирования войны. В итоге был введён прямой налог на шерсть, которая была основным экспортным продуктом для Англии, что принесло короне доход в 126 тысяч фунтов. Самой важной причиной, почему лорды королевства решили не усугублять кризис, заключалась не в личных отношениях короля и Стратфорда, а в необходимости согласованных действий против королевских врагов в Шотландии и Франции.

– Поскольку король Эдуард III не занимался северными делами, в Шотландии инициатива перешла к сторонникам Брюсов, в результате чего в апреле 1 они захватили Эдинбург, а летом – Стерлинг. В июле же в Шотландию вернулся король Давид II, сместив хранителя королевства Роберта Стюарта. Это заставило Эдуарда III вновь обратить взгляд на север. В конце сентября состоялся большой совет, на котором лейтенантом армии в Шотландии был назначен Генри Гросмонт. В конце года сам король двинулся на север, проведя рождество в Мелроузе. Хотя Эдуард III лично возглавил рейдовые группы в окрестных деревнях, серьёзных столкновений не произошло. Чтобы скоротать время, англичане и шотландцы провели ряд рыцарских турниров, подобных тем, что в будущем станут особенностью военных действий во Франции.

– К концу сентября Карл де Блуа имел в своём распоряжении 5000 французских солдат, 2000 генуэзских наемников и большое количеством бретонских солдат. Он расположил свою армию в Анже в долине Луары и был готов выступить к началу октября. Монфору из-за большого количества захваченных им замков и городов в Восточной Бретани пришлось рассредоточить большее количество своих войск по гарнизонам. Монфор обладал следующими замками и городами: города Ренн, Динан и укреплённый замок, который охранял долину Луары в Шантосо. Карл сделал эту твердыню первой целью французской армии, в дальнейшем планировалось взять Нант. Карл де Блуа прибыл к замку 10 октября с частью своей армии и осадил его перед приходом основных сил. Основная армия двигалась медленно, однако само присутствие противника уже вызывало у ряда сторонников Жана тревогу. Памятуя с какой быстротой его предшественники теряли свою власть в ходе династических войн, Жан был вынужден действовать, собрав группу последователей и направившихся на освобождение осажденной крепости. Войска Жана де Монфора были разбросаны по десяткам гарнизонов и, таким образом, он смог найти лишь несколько человек из Нанта, которые усилили его отряд перед главным сражением. Эта сила была недостаточной для того, чтобы бросить вызов авангарду Карла и тем более незначительной по сравнению с крупной французской армией, идущей к крепости. Жан не мог ждать до Нового Года, пока прибудут английский подкрепления в Бретань. Жан остановился в небольшой деревне под названием Л'Умо, в трех милях от Шантосо, он надеялся, что солдаты, отправленные им в крепость, смогут сообщить ему о позиции Карла. К их взаимному удивлению, Жан обнаружил Карла и его телохранителей недалеко от дома, где он остановился. Карл забаррикадировался в башне фермерского дома и оборонялся. В течение двух дней продолжался бой – неоднократные попытки прорвать оборону Карла для Жана окончились ничем. Между тем французская армия приближалась к крепости. Сторонники Жана попытались остановить надвигающуюся армию врага, произошел ряд кровавых и запутанных стычек вокруг арьергарда французской колонны, но эти столкновения не притупили устойчивый порыв блуаской армии к Нанту. В конце концов Жан признал своё поражение в Шантосо и как можно быстрее отправился в Нант, но за ним увязалась французская кавалерия, которая, наконец его нагнала у Л'Умо. Он потерял многих своих сторонников и наёмников в Шантосо, который пал 26 октября, после того, как факт бегства Жана был обнаружен. Когда Жан приехал в Нант, он был плохо встречен жителями города, которые так отреагировали на его поражение в Шантосо и потери, которые он допустил. Они согласились поддерживать его и дальше, только если он пообещает им, что он сдастся, если город не получит подкреплений в течение месяца. Серия вооруженных рейдов последовала в следующие дни по территории врага со стороны монфортистов. Французская армия атаковала в ответ и начала нападения на отдаленные форты, контролируемые гарнизонами Жана. Захваченные защитники были казнены французами в пределах видимости городских стен, и недовольство в городе выросло до такой степени, что Жану было трудно найти людей, которые поддержали бы его в случае штурма города. Наконец, в конце октября очередная вылазка закончилась катастрофой, когда наемники Жана покинули его в разгар битвы и оставили жителей города на произвол судьбы. Некоторые из монфортистов были обезглавлены французами, а их головы брошены в город с помощью катапульт. Жан был вынужден сдаться по настоянию разгневанного городского совета 2 ноября и был заключен в Лувре в Париже.